ГЛАВНОЕ
МЕНЮ ВОСПОМИНАНИЯ АРТИЛЛЕРИСТОВ
THE
RUSSIAN BATTLEFIELD 
|
ГЛАВНОЕ
МЕНЮ ВОСПОМИНАНИЯ АРТИЛЛЕРИСТОВ
THE
RUSSIAN BATTLEFIELD |
КРЮКОВ (полковник, командир 306-го стрелкового полка). Остановлюсь на
вопросе ночных атак и действий по прорыву УР, именно в ночных условиях. Ночные
действия в нашей Рабоче-Крестьянской Красной Армии отмечены в наших уставах
и находят отражение в проводимых военных играх. В прошлом я преподаватель КУКСа
читал лекции и проводил занятия по разделам ночных действий. В войне с белофиннами
пришлось сменить петлицы и превратиться в пехотинца, принять командование 306-м
стрелковым полком.
ГОЛОС. Общевойскового командира?
КРЮКОВ. Виноват, общевойсковой командир. 306-й стрелковый полк, ныне
Краснознаменный, получил 21 февраля задачу овладеть Муторандовским узлом, причем
по сведениям, которые имелись от разведки и от разведывательного управления
Северо-Западнрго фрон-га, Муторандовский узел имел два железобетонных ДОТа.
Произ-веденной же накануне, в ночь с 20 на 21 февраля, разведкой полка было
установлено, что здесь не два, а четыре ДОТа, один ДЗОТ с танковой пушкой. Когда
же мы овладели Муторандовским узлом, то здесь оказалось еще одно железобетонное
хранилище продуктов и людей, в котором было обнаружено около 60 коек (в два
яруса) и склад огнеприпасов и продуктов. Муторандовский узел имел подъемы, ко-торые
достигали 45°, так что использовать танки в качестве блокировочных групп с так
называемыми штурмовыми отрядами не представлялось возможным. В 11.00 мы должны
были наступать. Однако весь этот узел "заговорил", и стало ясно, что
овладеть им будет чрезвычайно трудно, так как справа были озера и болота со-вершенно
открытые, слева - то же самое.
Левее нашего полка действовала 136-я дивизия. Здесь до меня выступал командир
этой дивизии. Он говорил о соседях слева, которые этставали, а о соседях справа,
которые ему помогали, он почему-то молчал. Я буду говорить и о них, потому что
мы совместно действовали. Дневной бой не дал никаких результатов. Тогда я прошу
своего командира дивизии разрешить мне атаковать Муторандо ночью. Командир дивизии
поддержал меня, а командир корпуса тов. Акимов т,аже сказал, что он не только
разрешает, но и приказывает Муторандо взять ночью. В результате этого Муторандо
был взят.
Я должен поделиться интересным построением боевых порядков. Мы отказались от
боевого порядка ночью: в первом эшелоне - два эатальона, во втором - один или,
как наступали некоторые части, -гремя эшелонами. Тов. Тимошенко, посылая меня
в полк, говорил:
'Помни, Крюков, мелкие группы с хорошими ребятами твоему полку могут славу сделать".
У меня была возможность создать штурмовые этряды под командованием молодых отважных
ребят. Имея в запасе 11 дней, я все свое внимание обратил на подготовку штурмовых
этрядов, и эти штурмовые отряды в операциях целиком и полностью ;ебя оправдали.
Как мы построили боевой порядок для этой ночной атаки? Была дроведена дневная
разведка совместно с командирами штурмовых этрядов. Артиллерии было дано распоряжение
обеспечить разведку юсредоточенным огнем. Задача разведки:
1. Найти мертвые пространства.
2. Разведать подступы, мертвые пространства, установить слабые стороны ДОТов.
Обнаруженные слабые стороны ДОТов мы потом использовали, а совместная разведка
с командирами обеспечила нам успех действия пехоты. Наступление нашего полка
поддерживали три артиллерийских полка, поддержка была сильная.
ГОЛОС. Поддержка была сильная, можно было наступать.
КРЮКОВ. Потом я скажу, что сделали артиллеристы, когда взяли Муторандо.
ГОЛОС. Этого в истории еще не было.
КРЮКОВ. Теперь будет. В 21 час штурмовые отряды полка заняли исходное
положение в пределах 150-200 м от переднего края противника. Сам я находился
в центре. По общему сигналу, который был передан по телефону, в 21 час штурмовые
отряды без единого выстрела поползли на эти ДОТы. В это время поднялась сильная
пурга, оказавшая нам соответствующую помощь. Таким образом, условия для наступления
у'нас были хорошие. Причем необходимо отметить, что когда мы ходили в разведку,
то сделали засечки, уста-новили условные знаки, чтобы люди не блуждали, выполняя
постав-ленную боевую задачу. Ровно через час после начала наступления получили
донесение, что все штурмовые отряды сидят на ДОТах и ведут переговоры. (Смех).
ВОРОШИЛОВ. С кем переговоры?
КРЮКОВ. С противником.
ВОРОШИЛОВ. О сдаче его?
КРЮКОВ. Так точно. Велись переговоры с противником о сдаче его. Переговоры
эти ни к чему не приводили, я дал распоряжение заве-зенными средствами ВВ обложить
ДОТы, причем сказать господам офицерам, что и было передано: если угодно им
встретить друзей и родных, пусть выходят из ДОТов с поднятыми руками. Однако
переговоры ничего не дали, да и мы особенно не стремились к ним.
Дан был сигнал - взорвать. К нашему несчастью, очевидно, мало-вато было заложено
ВВ для этих ДОТов, два были взорваны, а три самых здоровых остались живы, но
все же их так покоробило, что заклинило двери и выйти оттуда никто не мог и
мы, к несчастью, не могли туда войти. На утро, по приказу дивизии подвезли еще
взрывчатые вещества и в 8 час утра были взорваны и остальные. Что самое интересное
- это соотношение потерь. Попытки в дневных условиях взять высоту Муторандо
привели к потере 70 человек, из них 18 убитых. Ночью же мы не потеряли ни одного
человека, кроме комиссара, который три дня не мог слышать, но он сам виноват,
потому что близко подошел к месту взрыва. Через три дня слух к нему возвратился.
Бойцы говорили: "Вот это интересно, если бы нас посадить в такой ДОТ, то
мы три года сидели бы и ни одна свиная финская морда нас не выбила бы. Потери
противника - 62 человека.
ГОЛОС. В вас не стреляли?
КРЮКОВ. Правильно, в нас не стреляли, потому что мы, для того, чтобы
в нас не стреляли, имели три артиллерийских полка, перед которыми была поставлена
задача: в тот момент, когда попытаются белофинны открыть огонь или контратаковать,
открыть по ним огонь. Каждому полку была дана полоса. И если противник не будет
откры-вать огонь, то огонь не открывать.
Я был соседом с 136-й дивизией. Она к этому времени овладела двумя ДОТами, которые
находились на правом фланге [Илвеского] укрепленного района, и этим самым дала
возможность овладеть Муторандо.
На участке Тураскен было четыре ДОТа. Для наступления сущест-вовала полоса в
4 км для 62-й дивизии, которая должна атаковать на этом фронте. 104-й стрелковый
полк был в резерве команди-ра корпуса, 129-й полк находился на правом фланге
13-й армии, так что в 62-й дивизии был один полк, который должен был атаковать
полосу в 4 км, но полк в ночь с 21 на 22 февраля атаковал полосу в 800-1000
м.
Дневные действия в дальнейшем развивались не совсем успешно.
Я хочу остановиться на последнем моменте. Мы начали овладевать районом Муторандо
21 февраля, а прорвали УР только в ночь с 27 на 28 февраля, выйдя в район Большака
в составе двух батальонов, что и способствовало дальнейшему движению 136-й дивизии.
По выходе полка в тыл [Илвескому] укрепленному району был обеспечен же полный
успех частям, находившимся во втором эшелоне.
Второй ночной бой. Была высота п-образная. Попытки овладеть ею днем успеха не
имели. Полк нес потери и продвигался очень медленно. Я прошу разрешить прекратить
дальнейшее наступление и разрешить ночью овладеть этой высотой. Командир корпуса
дает приказ, чтобы не позже 23 час, высота была бы взята, и к утру нужно выйти
на Болыпак. Эта высота, боями разведанная в течение дня 26 февраля в 22 час.
была атакована одним батальоном, и штурмовой от-ряд был на самой высоте. Там
обнаружили ДЗОТ, который имел пушку 176 мм на постоянной установке и 4 станковых
пулемета. ДЗОТ был взорван и высота пала. А в это время доносят, что до 300
человек из района Саймово готовится к контратаке, им, очевидно, не хотелось
от-давать этой высоты. В это время подоспел батальон 136-й дивизии для совместных
действий. Я взял на себя смелость, подчинил этот ба-тальон, и с двумя батальонами
сам перешел в контратаку, не дожида-ясь противника, вопреки уставу и наставлениям
для ночных боев. Бой-цы с криками: "За родину!", "За Сталина!",
"Ура!", бросились в контр-атаку. Это "Ура!" катилось по
всему лесу и к 2 час. все части были уже снова в руках командиров, приведены
в порядок и подтянута артиллерия. Деревня Саймово была захвачена, в ней размещался
штаб особой финской бригады, которая вела бои в Илвеском районе и в Муторандо.
Причем этот штаб так поспешно убегал, что приказ, который готовились печатать,
будучи заложенным в машинку, так и остался в ней. Верховые лошади были оседланы,
а в землянке мы нашли горячий чай, который с удовольствием и выпили, потому
что было прохладно.
Наконец, когда полк вошел в район Хумейко, начался пожар, первый признак того,
что белофинны начинают отходить.
Таким образом, эти два ночных боя дают нам известный опыт и говорят за то, что
ночным действиям нашей армии нужно уделять больше внимания. И правильно была
поставлена задача еще раньше в приказах наркома, что ночным действиям надо выделять
наибольшее количество времени. И действительно, ночное время не должно иметь
разницы с дневным.
Я хочу еще коснуться младшего командного состава. Младший командный состав нам
нужно иметь значительно лучший, чем мы имеем на сегодняшний день. Ведь не секрет,
что старая царская Россия держалась на унтер-офицерском составе. Конечно, нам
нужны не унтер-офицеры Пришибеевы, а хорошие унтера, какие имела старая армия.
Что для этого необходимо сделать?
Во-первых, улучшить качество подготовки в наших полковых школах. Во-вторых,
что является самым главным - побольше сверх-срочников. Я помню своего вахмистра
Заикина, так он 36 лет, сверх-срочником служил. Он не только знал, как зовут
лошадь, но и как зовут всех детей господ офицеров. Он всегда говорил: "Я
вижу вас насквозь, я знаю, о чем ты думаешь". Мне кажется, что таких вахмистров
нам нужно иметь. В прошлом у нас унтер-офицер играл большую роль. В коннице
у нас это и до сих пор сохранилось. Мы должны этот пример переносить в общевойсковые
части. Нужно будет вахмистру дать больше привилегий. Ведь в старое время офицеры
все время были в долгу у вахмистра, они все занимали у него деньги, он жил на
хорошей квартире и вообще, как раньше говорили, был царь и бог, и воинский начальник.
Наш старшина заходит в конюшню в день три-четыре раза, а вахмистр нет, он придет
раз в неделю, но все уже знают, что там был вахмистр и навел порядок. Появление
вахмистра на конюшне все будут помнить не день и не два. А у нас командир полка
если не каждый день, то, во всяком случае, через день бывает на конюшне, но
все-таки ямки, выбоины на конюшне у нас еще имеются.
В отношении звания. Почему мы не можем дать младшему ко-мандиру другое звание.
Может быть, унтер-офицер звание не по времени, есть и другие звания. Почему
нельзя назвать его сержантом, вахмистром, капралом. Вахмистр звучит очень внушительно.
Что такое старшина? Это звучит совсем не так, а когда мы скажем вахмистр, это
звучит внушительнее. (Смех).
Насчет формы одежды. У нас форма одежды очень простая, правда, лучше гимнастерки
для похода найти нельзя, но в мирное время боец должен быть одет в костюм, который
стянул бы как следует его талию, мундир должен обтягивать бойца. Этим самым
он будет чувствовать себя более благородно, относиться к себе по-иному, быть
вежливым. Чем культурнее человек одет, тем культурнее он сам
к себе относится. Когда у нас командиры ходили в полушубках ободранных, и командир,
выходя из машины, указывал бойцам на непорядки, то они ему заявляли, а ты кто
такой? Стоит только в шинели выйти и сказать, что он командир, сейчас же услышите:
"Виноват, все будет сделано".
Я предлагаю иметь не одну форму. Нам нужно иметь форму трех видов, товарищ народный
комиссар. Мы говорим: пехота является царицей полей, но ведь у нее форма не
царская, (смех). Самая плохая форма имеется в пехотных частях. Лучшую форму
имеет авиация, морские части, а все плохое - "на тебе боже, что мне не
тоже" - идет в пехоту.
Мне казалось, что в пехоте легче всего служить. Но я сейчас должен сказать,
что самое трудное - это служить в пехоте, а ведь мы в пехоту сейчас даем все
что похуже. Давайте посмотрим на штаны кавалериста и пехотинца. У кого лучше?
У кавалериста. У кого сапоги лучше сшиты? У кавалериста. Почему? Я сам отслужил
20 лет в коннице и теперь возмущаюсь, почему так обходят пехоту. Надо пехоте
дать мундир, а в повседневной жизни - длинные брюки навы-пуск. Пехотинец будет
культурнее выглядеть. Во всяком случае, нужно иметь рабочую форму, повседневную
и парадную.
|
|
Из
книги "Зимняя война 1939-1940." М. Наука, 1999. ISBN 5-02-009633 |
|
|
|
