Елисеева О. Повседневная жизнь благородного сословия в золотой век Екатерины

М.: Молодая гвардия, 2008

Если XIX век по праву признается золотым веком литературы, то за предшествующим закрепилась слава феноменальных достижений России в политике и в приращивании территорий, а также отметка максимального житейского благоденствия. Это последнее касается, прежде всего, "благородного" сословия, о котором и идет речь в книге.

Век Екатерины Великой - пожалуй, первый в русской истории, от которого сохранилось такое количество архивных материалов и всякого рода мемуарных свидетельств. Ссылки на эти документы, приводимые в конце издания, занимают значительную его часть. В пестроте материала несколько теряется концепция книги, но ведь она обращена не к ученой, а к самой широкой аудитории. Во всяком случае, школьникам, изучающим отечественную историю, она может послужить привлекательным дополнительным пособием.

Начинается описание русской жизни того времени с распорядка дня самой императрицы и ее двора - как в будни, так и в праздники. Затем настает очередь великосветской знати обеих столиц, а там перо автора добирается и до уклада жизни провинциальных чиновников и сельских помещиков. В отдельных главах прослеживаются типичные семейные отношения в этом кругу, роль и место челяди в общей жизни, значение в ней иностранцев, в неслыханном прежде количестве хлынувших в это время в Россию.

Для человека, любящего литературу, насыщенная фактами история отдельных знатных родов представляет немалый интерес, потому как именно из этих родов произошли почти все наши гениальные прозаики и поэты. Любопытно узнать, что за люди были дедушки и бабушки главных кумиров страны. Да еще если их жизнь протекала в декорациях, которые сохранились и по настоящее время. Вот взять хоть московский Теплый Стан - во время оно здесь проживала свирепая Салтычиха. А ее соседкой по имению была помещица Панютина - бабка Тютчева, умыкнувшая у своей грозной товарки обожаемого жениха. Когда молодые после венчания отправились в брянское имение Панютиной Овстуг, Салтычиха устроила им засаду на Калужской дороге близ Теплого Стана, наказав дворне прибить обидчиков насмерть. Не найдись в этой дворне сердобольного человека, упредившего об опасности новобрачных, не видать бы нам через полвека великого поэта Тютчева.

Крутенек был предок другого "тихого" лирика, Шеншина-Фета: о его само дурных художествах тут тоже содержится целая главка. И так кого ни возьми.

стр. 74
Нынешние, чудом уцелевшие отпрыски Трубецких, Голицыных, Шереметевых, Разумовских, Паниных, Оболенских также найдут здесь много для себя интересного, а порой и пикантного.