Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЛИНГВИСТИКА есть новые публикации за сегодня \\ 23.10.17

РЕВОЛЮЦИОННАЯ ТИПОГРАФИЯ И. МЫШКИНА В МОСКВЕ

Дата публикации: 25 мая 2017
Автор: В. С. Антонов
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЛИНГВИСТИКА
Номер публикации: №1495708030 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. С. Антонов, (c)

найти другие работы автора

1874 г. явился годом наиболее широкого "хождения в народ" передовой молодежи России. Члены народнических кружков Петербурга, Москвы и других городов отправлялись в различные губернии Европейской России, прежде всего в черноземные области Поволжья, где когда-то бушевало пламя крестьянских войн. Один из народников, очевидец и непосредственный участник движения, Н. А. Морозов, характеризуя обстановку в Москве в то время, писал: "В продолжение двух или трех недель с каждым поездом из Петербурга приезжало по нескольку лиц, и на вопрос: "Куда вы едете?" получался всегда один и тот же ответ: - В народ. Пора! - Настроение всех окружающих стало делаться все более и более лихорадочным"1 . Надежды на близкую крестьянскую революцию, вера в "социалистические инстинкты" мужика воодушевляли молодежь. Немалую роль в распространении революционной пропаганды и организации "хождения в народ" на его первом этапе сыграла типография И. Н. Мышкина.

Ипполит Никитич Мышкин рано познал нужду и лишения (его отец - николаевский солдат, потом унтер-офицер, мать - крепостная крестьянка). "Не из книг, а из собственной жизни и из жизни лиц близких", - вспоминал позднее И. Н. Мышкин, он узнал, что на свете "одни вечно трудятся, вечно страдают, вечно изнывают под тяжестью непосильного бремени, а другие, обладая чудным даром претворять народную кровь в шампанское и народную плоть - в шелки да бархаты, ведут вечно праздную, разгульную, пьяную, развратную, барскую жизнь"2 . Общественный подъем 60-х годов в России, деятельность Н. Г. Чернышевского и его соратников оказали на молодого И. Н. Мышкина, в то время слушателя Петербургского училища военного ведомства, сильное впечатление, пробудили желание служить своему народу. Он всерьез занялся самообразованием, в совершенстве овладел весьма прибыльной в пореформенной России специальностью стенографа. Оставив военную службу, Мышкин переселился в Москву. Работая стенографом, он получал по тем временам значительный заработок. Скопив некоторую


1 Н. А. Морозов. Повести моей жизни. Т. 1. М. 1947, стр. 94.

2 "Революционное народничество 70-х годов XIX в.". Т. 1. М. 1964, стр. 182.

стр. 200


сумму денег, И. Н. Мышкин решил приобрести типографию, чтобы печатным словом "содействовать благу народа".

Весной 1873 г. Мышкин сделал заем и за 4 тыс. рублей в рассрочку приобрел у М. П. Погодина оборудование для небольшой типографии3 . Уже 20 марта 1873 г. И. Н. Мышкин в письме к М. П. Погодину, ссылаясь на прежнюю договоренность о заказах на набор и печать, писал: "Купленная мною у Вас типография... приведена в порядок и начала действовать"4 . Однако новое дело требовало значительных расходов, а заказов было недостаточно. Предприятие приносило большие убытки, и, чтобы загрузить оборудование, И. Н. Мышкину приходилось печатать материалы судебных процессов. Все это заставило его сдать типографию в аренду "ревельскому гражданину" Э. Вильде5 . По условиям соглашения, подписанного ими 11 мая 1873 г., вся типография передавалась в хозяйственное распоряжение Вильде, но Мышкин сохранил за собой право набирать личные заказы, оплачивая лишь печать.

На время И. Н. Мышкин охладел к издательским делам. Однако начиная с февраля 1874 г., по показаниям Вильде, позднее данным на следствии, он начинает чаще появляться в типографии и привлекает Новых наборщиков для выполнения "особых" заказов. Наряду с некоторыми произведениями художественной литературы и книгами М. П. Погодина И. Н. Мышкин начинает публикацию сборника "Об отношении господ к прислуге и о мировом институте", который и стал первой бесцензурной книгой, выпущенной его типографией. Поводом для составления сборника послужило шумно обсуждавшееся в русской печати судебное дело о самоуправстве жены провизора Енкен в отношении Прислуги. Однако, по существу, вопрос ставился гораздо шире: речь шла об отношениях между хозяевами и всеми лицами наемного труда, в том числе рабочими. Поэтому разбирательство дела в мировом суде, а в особенности решение судьи наказать, хотя и довольно мягко, хозяйку вызвало бурю в реакционной печати, объявившей приговор "опасным по своим последствиям юридическим прецедентом, способным поколебать существующие начала"6 .

Хорошо зная повадки царской цензуры, И. Н. Мышкин попытался избрать обходный путь. Он подготовил к печати в своей типографии сборник подцензурных, уже публиковавшихся статей. Их авторы придерживались различных точек зрения. Некоторые, настроенные либерально, обличали "самодуров и филистеров", способствующих допущенному против прислуги самоуправству, другие стояли на откровенно реакционных позициях, доказывали правомерность "извечно" неравноправного положения трудящихся. Включая подобные статьи в сборник, И. Н. Мышкин надеялся не только обмануть цензуру, но и показать читателям из народа, что думает об их правах "образованное общество". Собранные воедино, статьи ярко демонстрировали политическое бесправие трудящихся России. Сборник мог послужить сильным агитационным материалом против царизма и не случайно сразу же привлек внимание цензуры. Московский цензурный комитет не допустил его к выпуску. И. Н. Мышкин постарался обойти это препятствие, использовав закон о печати от 6 апреля 1865 г., разрешавший публикацию без предварительной цензуры книг, объем которых превышал 10 печатных листов. Добавив новый материал в сборник, он тем самим получил формальное право его печатать.

Однако по представлению цензуры на все отпечатанные 1118 экземпляров книги 18 апреля 1874 г. был наложен арест. Министр внутренних дел А. Е. Тимашев вошел в Комитет министров с ходатайством об уничтожении издания, "находя означенную брошюру крайне предосудительною, как возбуждающую прислугу против нанимателей и пропагандирующую вообще враждебность низших классов к высшим"7 . После соответствующего решения Комитета министров тираж сборника был доставлен в Басманную полицейскую часть и 6 июля 1874 г. сожжен. Уничтожение цензурою книги показало И. Н. Мышкину невозможность легального выпуска изданий, пропагандирующих демократические взгляды. Еще после ареста его сборника или даже раньше он принял решение наладить в своей типографии широкий выпуск неле-


3 ЦГАОР СССР, ф. 112, оп 1, 1877, д. 792, л. 72 об.

4 Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина. Отдел рукописей, ф. 231, разд. II, картон 21, N 77.

5 Государственный исторический музей, отдел письменных источников, ф. 282, д. 406, л. 52.

6 Цит. по заключению Главного управления по делам печати. ЦГИА СССР, ф. 776, оп. 11, 1874. д. 55, л. 11.

7 Там же, л. 16 об.

стр. 201


гальной литературы революционного содержания. В этом ему помогли знакомства с передовой молодежью во время сходок в номерах Кокоревской гостиницы. В числе посетителей этих собраний был П. И. Войнаральский, который весной 1874 г. стал одним из наиболее деятельных организаторов движения "в народ". С ним Мышкин установил тесный контакт еще в первые месяцы 1874 года.

Переговоры между И. Н. Мышкиным и П. И. Войнаральским прошли успешно. Московские народники давно мечтали использовать типографию И. Н. Мышкина в революционных целях. Было признано более удобным не возобновлять соглашение Мышкина с Вильде, срок которого истекал, а организовать свою типографию. Войнаральский, получивший значительное денежное наследство, использовавшееся им на революционные нужды, должен был финансировать работу типографии8 . И. Н. Мышкин немедленно приступил к исполнению намеченного плана. В последних числах апреля 1874 г. в старом помещении типографии на Тверском бульваре он начал набор запрещенной литературы. Для этого Мышкин привлек девушек- наборщиц, принадлежавших к кругам передовой разночинной молодежи, которые прежде работали в его типографии в отдельном помещении, так называемой "женской наборной", - сестры Е. и Ю. Прушакевич. Е. Супинская, С. Иванова, О. Фетисова и др. В числе первых книг, набранных в типографии, значится "История одного из многострадальных" - революционная переделка романа французских писателей Э. Эркмана и А. Шатриана "История крестьянина". Книга звала крестьян к борьбе за лучшую жизнь.

Для уточнения начальной даты выпуска нелегальной литературы в типографии И. Н, Мышкина интересны показания Е. Ермолаевой, заявившей, что рукопись "Истории одного из многострадальных" она переписывала два месяца. Последние листы книги были оттиснуты 19 мая 1874 года. Если учесть время, необходимое на подготовку рукописи к набору, то очевидно, что печатание ее должно было начаться в первой половине месяца. Из этого следует: рукопись для переписки Ермолаева получила от Мышкина приблизительно в марте, то есть еще до уничтожения сборника "Об отношении господ к прислуге..."9 . Показания Е. Ермолаевой подтверждаются сообщением П. А. Кропоткина о получении им перед арестом в марте 1874 г. письма П. Войнаральского, в котором говорилось, что "в Москве заведена тайная типография"10 . Вторым нелегальным изданием типографии И. Н. Мышкина была прокламация, начинавшаяся словами: "Чтой-то братцы, как тяжко живется нашему брату на Русской земле". Прокламация была набрана и отпечатана в течение нескольких часов самим И. Н. Мышкиным11 .

Осуществляя обещание, данное Войнаральскому, Мышкин объявил Вильде о прекращении с 15 апреля 1874 г. их соглашения и произвел раздел оборудования. В первых числах мая им была организована отдельная типография на Арбате (в доме Орлова), а выпуск нелегальной литературы значительно расширен. Для конспирации в ней производился также набор дозволенных цензурой изданий, в частности книги М. П. Погодина "Простая речь о мудрых вещах"12 , "Дети капитана Гранта" Жюль Верна, "Москва и Петербург в санитарном отношении" и др. Но в основном типография выпускала пропагандистскую литературу. В течение мая в ней были отпечатаны "Сказка о четырех братьях и их приключениях", "Сборник новых песен и стихов", материалы двух томов революционного заграничного журнала "Вперед", велась работа по подготовке к печати статей Ф. Лассаля. При полицейском разгроме типографии были захвачены следующие работы Ф. Лассаля: "Книга для чтения рабочим" (речь, произнесенная во Франкфурте-на- Майне в мае 1863 г.), "К берлинским работникам", "Программа работников", "Причины неудобных налогов", "О средствах улучшения положения женщины и рабочей семьи", "Законы о работе детей на фабриках", "Капитал и труд"13 .

Какие же из набиравшихся в типографии работ выпускались по инициативе Война-


8 ЦГАОР СССР, ф. 112, оп. 1, д. 253, л. 69; д. 356, л. 10.

9 Там же, ф. 109, 3 эксп., 1874, оп. 159, д. 144, ч. I, л. 240 - 240 об.

10 См. П. А. Кропоткин. Записки революционера. М. 1966, стр. 294.

11 ЦГАОР СССР, ф. 112, оп. 1, д. 356, Л. 10.

12 Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина. Отдел рукописей, ф. 231, разд. II, картон 21, N 77.

13 ЦГАОР СССР, ф. 112, оп. 2. Вещественные доказательства по делам Особого присутствия правительствующего Сената. Процесс 193-х. Рукописи И. Н. Мышкина.

стр. 202


ральского, а какие - Мышкина? Некоторую ясность здесь могут внести показания Войнаральского. Согласно его свидетельствам, он передал Мышкину для издания "Хронику общественной жизни" из первой книги "Вперед", часть второго тома "Вперед", а также "Историю одного из многострадальных"14 . И. Н. Мышкин, в свою очередь, хотел издать сборник народных рассказов (сделав выборку из лучших журналов), некоторые статьи из первого тома "Вперед" и "Исторические письма" П. Л. Лаврова. К сожалению, точных данных, какие из указанных произведений были выпущены, у нас нет. Все же, очевидно, И. Н. Мышкину удалось издать книг больше, чем это стало известно царским следователям. Кроме того, в типографии было отпечатано множество бланков и паспортов для снабжения ими революционеров. Значительное количество готовой литературы отсылалось Мышкиным и его сотрудниками в Пензу, Самару, Рязань, Саратов, Калугу и Петербург15 .

Результаты деятельности нелегальной типографии, несмотря на непродолжительный срок ее существования, довольно значительны. Только по сообщению К. В. Аркадакского, им были отправлены из типографии 6 ящиков литературы (три - в Пензу, один - в Петербург и два - в Саратов). В частности, 1 тыс. экз. "Истории крестьянина" была послана в Пензу, 900 - в Саратов, 400 - в Петербург16 . Какова же судьба этой литературы? Большая часть саратовской посылки и целиком калужская попали в руки жандармов. Основной же тираж мышкинских изданий, адресованных в Петербург, Пензу, Самару, уцелел и мог быть использован народниками.

Весь май работа в типографии Мышкина шла успешно. Главная заслуга в том принадлежит ее владельцу, который умело наладил типографское производство в самом центре Москвы, под носом у жандармов, проявив при этом блестящие организаторские способности. Помещение типографии делилось на две отдельные части - мужскую и женскую. В последней по-прежнему работали сестры Прушакевич, Супинская, Фетисова и другие, всего 8 человек. Кроме того, часто в наборе и печатании запрещенных книг им помогали студенты революционных кружков при Петровской сельскохозяйственной академии и Московском университете: И. Ф. Селиванов, М. Г. Соловцовский, Н. И. Скворцов, А. А. Малиновский, братья К. В. и А. В. Аркадакские и другие. Они держали также корректуру, вертели колесо печатной машины. Читать корректуру им помогал поручик Ф. А. Фетисов. Редакторскую правку в набор нелегальных книг обычно вносили Мышкин, Аркадакский и Скворцов. Конспирация в типографии была поставлена хорошо. Внешне она работала обычно, ничем не выделяясь среди других. И. Н. Мышкин следил, чтобы отпечатанные листы немедленно убирались из рабочего помещения, и ничего не оставлял, уничтожая все испорченные листы и макулатуру. Это помогало успешному выпуску нелегальной литературы в течение почти полутора месяцев.

В конце мая 1874 г. Войнаральский попытался организовать в Саратове под видом сапожной мастерской Пельконена центр по брошюровке книг, отпечатанных у И. Н. Мышкина. Однако замкнутый образ жизни лиц, работавших в ней, скоро привлек внимание местной полиции. Произведенный 31 мая 1874 г. обыск дал властям "богатый улов". В Петербург полетели шифрованные депеши. Жандармское начальство начало следствие по делу о революционной пропаганде. И. Н. Мышкин своевременно получил тревожные известия из Саратова о провале и прежде всего попытался укрыть наиболее ценное для будущей революционной работы - типографский шрифт. Затем он под предлогом необходимости стенографирования в Рязани немедленно выехал туда, а затем в Саратов17 , чтобы на месте выяснить масштабы провала, К этому времени жандармы уже установили, что между саратовской мастерской Пельконена и московской типографией Мышкина существует связь. В отсутствие Мышкина в его типографии были произведены два обыска (6 и 9 июня 1874 г.), причем во время очень тщательного второго обыска наборщицы- девушки были арестованы, и в руки жандармов попали материалы, уличающие Мышкина. Революционной типографией Мышкина заинтересовался сам Александр II. 8 июня Московское жандармское управление объявило повсе-


14 Там же, оп. 1, д. 256, л. 9. В эту рукопись большая правка была внесена самим Мышкиным (там же, д. 356, л. 19).

15 Там же, д. 356, л. 18; д. 253, л. 66; "Революционное народничество 70- х годов XIX в.". Т. 1, стр. 266.

16 "Революционное народничество...". Т. 1, стр. 265, 266.

17 ЦГАОР СССР, ф. 112, оп. 1. д. 256. л. 17; д. 253, л. 100.

стр. 203


местный розыск И. Н. Мышкина ". Отныне для Ипполита Никитича, по официальной терминологии "неразысканного государственного преступника", был открыт только путь профессионального революционера. Арестованный в 1875 г. после провала героической попытки освободить Н. Г. Чернышевского из вилюйского заточения, он продолжал борьбу против самодержавия вплоть до 1885 г., когда был расстрелян царскими сатрапами в Шлиссельбургской крепости.


18 Там же, д. 253. л. 59.

 

Опубликовано 25 мая 2017 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?