28 июня 2001 г. после тяжелой болезни ушла из жизни известный российский историк, доктор исторических наук Нина Дмитриевна Смирнова. Родилась она 27 февраля 1928 г. в Ленинграде и, окончив одну из московских школ, поступила на исторический факультет МГУ.

Осень 1945 года. Первый послевоенный набор. В нем перемешались и вчерашние школьники, и умудренные опытом войны бывшие фронтовики, которые сразу же заняли ведущие позиции в общественной и научной жизни курса. Но и на этом фоне выделялась 17-летняя Нина Смирнова, яркая и талантливая студентка с далеко не для всех характерными научными интересами и лингвистическими способностями. Еще будучи студенткой, она стала участвовать в научных изданиях. На четвертом курсе она стала одним из составителей фундаментального албанско-русского словаря. С этих пор Албания в ее историческом и современном, языковом и культурном планах стала центральной темой научного творчества Н.Д. Смирновой, впоследствии ведущего отечественного албаниста. Она в совершенстве овладела албанским языком - одним из самых трудных европейских языков, читала на французском, итальянском, испанском, английском языках.

Однако не только научные достижения выделяли Н.Д. Смирнову в университетской среде. Уже тогда это была сложившаяся личность, незаурядная индивидуальность со своей гражданской позицией, которую она не боялась отстаивать, как бы это ни было сложно.

После окончания истфака в 1950 г. пришла на работу в Институт истории АН СССР, и с тех пор вся ее трудовая деятельность проходила в Академии наук. Как и многие другие выпускники первых послевоенных лет, она не только работала в библиотечных фондах Москвы, но и познавала тонкости и специфику исторических исследований в общении с крупными российскими историками - С.Л. Утченко, В.М. Туроком и особенно с А.Ф. Миллером, которого она по справедливости считала своим руководителем в научных исследованиях истории Албании и Балкан.

В середине 50-х годов Нине Дмитриевне представилась редкая для того времени возможность близко познакомиться с Албанией, ее народом и обычаями - в 1955-1956 гг. она работала переводчиком Представительства государственного управления по экономическим связям Совмина СССР в Тиране. Знакомство со страной, в том числе и с ее руководителями позволило ей лучше понять существо многих происходивших в стране и в ее отношениях с СССР и тогдашним советским руководством процессов. Это помогло ей также завершить работу над кандидатской диссертацией и монографией "Образование Народной республики Албания", опубликованной в 1960 году, накануне разрыва отношений СССР с Албанией. Совместно с другими известными специалистами Г.Л. Аршем и И.Г. Сенкевич ею была также издана под редакцией А.Ф. Миллера "Краткая история Албании" (в 1965 г. в Москве и в 1968 г. в Белграде). Степень доктора исторических наук была Н.Д. Смирновой присвоена за большую аналитическую работу об Албанской партии труда. Нельзя в этой связи не упомянуть, что во все самые трудные времена ее симпатии принадлежали албанскому народу, стране, которую она знала и любила, часто посещала и где ее знали и уважали.

Круг научных интересов Н.Д. Смирновой постоянно расширялся на протяжении ее работы в различных академических учреждениях - в секторе неславянских стран народной демократии Института истории, затем в Институте славяноведения и балканистики, куда этот сектор был переведен. В 1974 г. Н.Д. Смирнова перешла на работу в группу по истории Италии Института всеобщей истории, а затем до последних дней своей жизни трудилась в секторе истории международных отношений.

Нина Дмитриевна проявила себя как высококвалифицированный специалист не только в области истории Албании и других стран балканского региона, но и как историк международных отношений. Заслуженное признание получили ее монографии "Балканская политика фашистской Италии. Очерк дипломатической истории (1936-1941)" (М., 1969) и "Политика Италии на Балканах. Очерк дипломатической истории 1922-1935" (М., 1979). В этих трудах Нина Дмитриевна убедительно подтвердила, что фашистская Италия вскоре после прихода к власти Муссолини стала рассматривать Балканы как трамплин к осуществлению своих широких завоевательных планов создания "Великой Италии" и превращения Средиземноморья в "свое" внутреннее море. На основе разнообразных источников, в том числе архивных документов Италии и ряда балканских стран, Нина Дмитриевна исследовала этапы и формы осуществления фашистской агрессии и направления борьбы правительства Муссолини за господство на Балканах накануне и в начале второй мировой войны. Борьба велась как с Великобританией и Францией, так и со своим "старшим партнером" - Германией. Последняя, как показано в работах Нины Дмитриевны, решительно

стр. 219

пресекала претензии Италии на самостоятельность в проведении "параллельного", не отвечавшего интересам рейха, политического курса. Свой вклад Н.Д. Смирнова внесла и в разработку отдельных проблем советско-итальянских отношений, отметив, в частности, тенденцию к их нормализации зимой 1940/41 гг. и придя к обоснованному выводу, что линия на сближение СССР и Италии контролировалась в это время Гитлером и использовалась для сокрытия приготовлений к войне против СССР.

В более широком плане Н.Д. Смирнова неоднократно еще со времен учебы на истфаке обращалась к проблематике истории международных отношений межвоенных лет, подготовив весьма ценные и интересные главы для коллективных трудов "Европа в международных отношениях 1917-1939" (М., 1979), "Средиземноморье и Европа" (М., 1986) и др.

Н.Д. Смирнова на всем протяжении своего научного пути постоянно возвращалась "к истокам" - истории и политике стран балканского региона XIX-XX вв. Ее глубоко интересовала проблематика отношений России - официальной и демократической - к вопросам освободительной борьбы балканских народов. В исследовательских статьях и публицистике Нина Дмитриевна не обходила молчанием такой весьма чувствительной для российской общественности XIX в. струны, как приоритетная поддержка "православных и славянских идей", ставшая в свое время своеобразным идеологическим обрамлением балканской политики России. Не ограничиваясь абстрактной критикой этой идеологии, Нина Дмитриевна приводила в защиту своей позиции убедительные факты из истории отношений Сербии и России времен первой сербско-турецкой войны 1876 г., когда князь В. Мещерский, внук Н.М. Карамзина, прибывший в Белград для освещения "торжества славянского братства", испытал горечь разочарования. Извлеченные из истории "славянской солидарности" уроки, должны были бы, по мнению Нины Дмитриевны, "сослужить пользу некоторым нынешним российским политикам"¹ .

В последние годы Нина Дмитриевна все чаще обращалась к переосмыслению многих из тех проблем, которые изначально ее интересовали. Это относилось и к такой непростой теме, как взаимоотношения СССР с государствами балканского региона в начальный период "холодной войны", которые строились, исходя из интересов и посредством диктата "старшего брата". В конечном счете, это свело к минимуму самостоятельность "младших партнеров" и на различных этапах привело к ухудшению или даже разрыву отношений с ними, как это было с Югославией или Албанией. С другой стороны "классовая политика" ослабляла военно- стратегические позиции СССР в Восточном Средиземноморье и на Балканах, входила в противоречие с национально- государственными интересами нашей страны, замечала Н.Д. Смирнова² .

Попытка по-новому оценить пройденные этапы истории и взаимоотношений СССР с балканскими странами во многом стала возможной в последние годы жизни Нины Дмитриевны, когда она была активно вовлечена в работу по публикации документов из фондов Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ), где ее высоко ценили, любят и помнят. Она приняла самое активное участие в издании сборника документов "КПСС и Компартия Греции. К истории взаимоотношений с 1953 по 1977 год", подготовленных Федеральной архивной службой Центром хранения современной документации и Институтом балканских исследований (Греция), написав к этому сборнику предисловие. При ее участии готовился к публикации сборник документов "КПСС и формирование советской внешней политики на Балканах в 1950-х - первой половине 60-х годов", работу по изданию которого она не успела завершить.

В 1990-е годы, продолжая заниматься исследовательской работой и публикацией архивных документов, Нина Дмитриевна обратилась также и к публицистике, стремясь выразить свое отношение к событиям не только как историк, но и как современник. Ее имя появилось на страницах СМИ, в радио- и телепередачах, посвященных острейшим проблемам: распаду Югославии, югославскому кризису и т.д. Многим запомнились ее полемические статьи в журнале "Новое время". Свои мысли и знания она стремилась передать молодежи, читая спецкурсы в московских вузах, работая со студентами-дипломниками и аспирантами.

Нина Дмитриевна любила жизнь. Ее энергии хватало не только на исследовательскую работу и публицистику. Она много путешествовала, используя малейшую возможность увидеть мир. А еще любила цветы и создала на своей небольшой лоджии в центре Москвы маленькую оранжерею. За год до смерти она осуществила свою мечту: встретила двухтысячный год в Париже, на Елисейских полях...

Скоро уже год как ушла из жизни Нина Дмитриевна, но трудно смириться с мыслью, что ее уже нет с нами. Память о ней сохранилась в умах и душах коллег по Институту истории и за его пределами. Она обладала неистощимым чувством юмора, острым пером и не менее острым языком. Последнее качество в соединении со вспыльчивым характером создавало ей немало неприятностей. Даже те, кого она считала своими друзьями и единомышленниками, часто с ней не соглашались и спорили до боли и обид и тем не менее пронесли дружбу с ней через все ухабы и повороты нашего неспокойного и бурного времени. Время идет, но нам по-прежнему ее не хватает.

И.А. Белявская, М. Новинская, Л.В. Поздеева, А.А. Язькова

¹ Европейский Альманах. История. Традиции. Культура. 1997. М., 1998, с. 55.

² Там же, с. 59.