Русский военный историк Михайловский-Данилевский так писал в своих дневниках о Петре Петровиче: "Генерал Коновницын в нашей армии являл собою модель храбрости и надежности, на которого можно всегда положиться... Этот человек, достойный уважения во всех отношениях, сделал больше, чем любой генерал для спасения России..."

Будущий герой Отечественной войны 1812 года и пятый по счету военный министр России Петр Петрович Коновницын родился 28 сентября 1764 года в Слободско-Украинской (позже Харьковской) губернии. Предки его происходили из знатного дворянского рода Кобылиных. Родовое предание гласит, что прусский владетель Гланд Камбила, "устав в бранех и потерпев поражение от тевтонских меченосцев", со всем двором и родней перешел в 1241 году на службу к великому князю Александру Невскому... От сына его, получившего при крещении имя Андрей, которого в просторечии называли Кобыла, произошли многочисленные дворянские роды: Жеребцовых, Ладыженских, Бобрыкиных, Коновницыных, Шереметевых, Романовых. Предки Коновницына служили "по Новгороду". Один был воеводой в Куконосе, трое других - стольниками у Петра I. Отец будущего военного министра России был петербургским губернатором, военным генерал- губернатором Олонецким и Архангельским. На шестом году жизни своего сына он записал его в Артиллерийский и Инженерный, впоследствии 2-й кадетский корпус, но воспитывал дома и дал ему прекрасное для того времени образование. Когда мальчику исполнилось десять лет, он был определен фурьером в лейб-гвардии Семеновский полк. С января 1785 года, произведенный в подпрапорщики, начал Петр свою действительную службу.

Благодаря своим "усердию, бесстрашию и общей примерности" Петр Петрович быстро продвигался по служебной лестнице и вскоре именным указом Екатерины II за отличия был награжден чином полковника. В 1794 году, участвуя в деле против "бунтующих польских войск", "за мужественный отпор многочисленному неприятелю" он получил орден Св. Георгия IV степени - высшую воинскую награду России за доблесть, очень гордился этим и, как часто говаривал впоследствии, "почитал себя счастливейшим из смертных". В эту последнюю польскую кампанию он был замечен самим Суворовым, командовавшим в ту пору войсками.

В возрасте тридцати с небольшим лет, уже при Павле I, в сентябре 1797 года Коновницын был произведен в генерал- майоры и назначен шефом Киевского гренадерского полка, который в то время принадлежал к элитным, не считая гвардии, войскам, и командование им представлялось особо почетным. Таким образом, в молодые годы Петр Петрович сделал блестящую карьеру, которая, правда, затем быстро начала "бледнеть"... Последовала опала Коновницына, как и других офицеров суворовской школы. Она была вызвана их сопротивлением порядкам, вводимым в армии новым императором Павлом I. 12 марта 1798 года Петр Петрович был понижен в должности, затем назначен шефом Углицкого, некоторое время носившего название Мушкетерского Коновницына полка, а вскоре был и вовсе отставлен от службы.

стр. 78

После воцарения на престоле Александра I Коновницина возвратили на военную службу. Императорским указом он был назначен командиром пехотного корпуса, а затем - дежурным генералом армии Буксгевдена, ведущей боевые действия против шведов в Финляндии.

Должность дежурного генерала, в которой заключалось управление всеми армейскими службами, была тогда весьма ответственной. Петр Петрович, будучи в полном смысле слова правой рукой главнокомандующего, вполне оправдал свое назначение. На этой должности в полной мере проявились лучшие качества Коновницына-военачальника: бесстрашие, умение показать личный пример, "бережливость" на солдатскую кровь.

После вторжения "непобедимой армии" Наполеона дивизия Коновницына была назначена в арьергард. Руководя арьергардными боями, Петр Петрович доказал, что такое "храбрость, соединенная с благоразумием". На ровных местах по его приказу кавалерия выстраивалась в шахматном порядке, а там, где встречалась удобная позиция для орудий - высота, прикрытая реками, болотами или узкими проходами, батареи ставились с таким расчетом, чтобы они могли действовать перекрестным огнем, а в удобных местах организовалась оборона в несколько эшелонов; в лесах делались засеки и пехотные засады.

Схватки были жесточайшие, поэтому недаром Петр Петрович в одном из писем назвал арьергард авангардом. "Стоя ежедневно и ежечасно лицом к лицу с неприятелем, я не могу иначе представить свои действия, нежели чем авангардными". Твердо пообещав Кутузову не позволить врагу перешагнуть через арьергард, Коновницын сдержал слово. До самого Бородина арьергард "был в беспрерывном огне", сдерживая упорные нападения всей кавалерии Мюрата. Ни разу не удалось французам оттеснить его прежде назначенного отступлению времени, русскими не было потеряно ни одной повозки, ни одной пушки.

В Бородинском сражении генерал Коновницын, командуя пехотной дивизией, в критический момент сражения за деревню Семеновское пришел на помощь Багратиону и вскоре по приказу князя, изнемогавшего от смертельной раны, принял командование армией. Сам Петр Петрович так скромно описывал этот драматический эпизод сражения: "...26-го весьма рано переведен с дивизией к Багратиону к деревне Семеновской, перед коею высоты, нами занимаемые, были неприятелем взяты. Я рассудил их взять. Моя дивизия за мною последовала, и я с нею очутился на высотах и занял прежние наши укрепления..."

Наградой за Бородино стала благодарность императора и золотая шпага с алмазами и надписью "За храбрость". Похвалы Александра и радость победы Петр Петрович, как и в былые годы, посчитал необходимым "разделить с господами полковыми командирами как товарищами, коих ценить и уважать истинно умел".

Вплоть до приезда нового командующего Д. С. Дохтурова Коновницын возглавлял 2-ю армию, затем был назначен дежурным генералом русской армии. В дальнейшем Петр Петрович участвовал в сражениях под Тарутиным, Малоярославцем, Вязьмой и Красным. Во время заграничного похода русской армии Коновницын во главе 3-го пехотного корпуса участвовал в сражениях при Люцене и Лейпциге.

В декабре 1815 года Петр Петрович назначается военным министром России, который по тогдашнему положению о военном ведомстве отвечал только за хозяйственную часть армии. На этой должности он был до мая 1819 года. В 1817 году его производят в чин генерала от инфантерии. В 1819 году, являясь членом Государственного совета и сенатором, П. П. Коновницын был возведен в графское достоинство.

Главным делом последних лет жизни Коновницина стало "воспитание юношества": в конце 1817 года императорским указом Петр Петрович был назначен главным директором всех кадетских корпусов, Пажеского корпуса и других военно- учебных заведений для юношей-дворян. Как отмечали его современники, Коновницын "оказался созданным" для этого. Как писал о Коновницыне-воспитателе Михайловский- Данилевский, "пройдя с честью и славою поприще битв", Петр Петрович деятельно занялся воспитанием вверенного ему юношества и возродил забытые было традиции, введенные в кадетских корпусах директорами Ангальтом и Мелиссиано. После них это был первый директор, который "душой и сердцем сблизился со своими воспитанниками и принимал их в своем семейном кругу; при всей взыскательности к проступкам, сумев в высшей степени приобрести их любовь и уважение". В эти годы по инициативе Коновницына был создан первый в русской историографии труд об Отечественной войне - "Описание войны 1812 года". Скончался П. П. Коновницын в Петергофе 29 августа 1822 года.