Коренные вопросы современной политической борьбы находят свое отражение и во французской историографии. При всем многообразии направлений, группировок, оттенков, при очень большой пестроте политических красок в современной французской историографии можно выявить ее основные тенденции.

Господствующей тенденцией современной французской историографии является реакционная и антинациональная тенденция, давно порвавшая с идейными традициями передовой французской культуры, чуждая французскому народу, служащая преступным целям международной империалистической агрессии.

*

Реакционное направление французской историографии стремится исказить историческую правду и препарировать историю в потребном империалистической буржуазии духе. В любой отрасли исторической науки, на любых исторических проблемах можно проследить полное вырождение современной французской реакционной историографии, отказ ее от научных методов исследования, подменяемых спекулятивными построениями, зависимость реакционных историков от правящих кругов империалистической буржуазии, требования которых они послушно и поспешно выполняют в своих псевдонаучных сочинениях.

Академик Луи Маделен публикует 14-томную "Историю консульства и империи", в которой беспредельно возвеличивает Наполеона. Несмотря на кажущийся "академизм" темы и внешнего стиля, политическая злободневность обширного сочинения Маделена очевидна. В этом "бесстрастном" труде столько злобы и презрения к народу, столько ненависти к революции, глумления над, ней, сколько мало кому из его ученых предшественников удалось проявить. Возрождая культ Наполеона, историческое сочинение маститого академика подготовляет умы к возможным или, вернее, желаемым некоторыми кругами историческим рецидивам; оно льет воду на мельницу новых претендентов на роль Наполеона.

Мы не собираемся здесь разбирать книгу Маделена по существу, то есть разоблачать его фальсификаторские приемы на конкретных примерах; одно лишь изображение похода 1812 г. в Россию содержит столько извращений, что делает его "труд" в своем роде уникальным. Мы хотели лишь отметить, что и такая, казалось бы, отдаленная тема в "должном" исполнении служит определенным целям французской реакции наших дней. Не случайно реакционный журнал "Revue des Deux Mondes" рекламирует "Историю консульства и империи" Маделена, как "великое историческое произведение нашего времени"¹ .

Французские буржуазные историки вновь обнаруживают повышенный интерес к личности Тьера. Во Франции почти одновременно появляются две апологетические книги о Тьере - Люка-Дюбретона² и Ш. Помаре³ , а журнал "Revue Historique" печатает на них сочувственную рецензию⁴ , полную славословия "основателю республики", как он его величает. Ничего нового в освещение разрабатываемой темы ни одна из

¹ "Revue des Deux Mondes", 15 октября 1951 года.

² J. Lucas-Dubreton. Aspects de M. Thiers. Paris. 1948.

³ Ch. Pomaret. M. Thiers et son siecle. Paris. 1948.

⁴ "Revue Historique". Январь - март 1951 г., стр. 140 - 141.

названных работ не вносит; никакого научного значения они не имеют. Причины появления на свет этих произведений в ином. Привлекая снова внимание к кровавому палачу Парижской Коммуны, к национальному изменнику, вступившему в сговор с Бисмарком против французского народа, французская реакция через посредство своих историков пытается исторически обосновать проводимую ею антинародную и антинациональную политику.

Еще один пример. Реакционные историки, да и реакционная буржуазная печать вообще, в последние годы подняли на щит, широко рекламируют и изображают чуть ли не величайшим представителем французской исторической школы известного историка прошлого столетия Алексиса Токвиля. Книги Токвиля усиленно переиздаются с обширными комментариями и пространными предисловиями; на Токвиля ссылаются в статьях и речах, его охотно и много цитируют, о нем пишут статьи специальные и общие журналы.

В чем же секрет популярности этого писателя? Почему именно он, а не кто-либо иной из реакционных историков минувшего века привлекает ныне такое внимание и возносится на такую высоту? Ответ на эти вопросы мы найдем в статье Фирмена Роза, выразительно озаглавленной "Актуальность Токвиля"⁵ . Фирмен Роз начинает свою статью с пространной цитаты из сочинения Токвиля "О демократии в Америке", датированного 1835 г., в котором утверждается, что США и Англия являют собой образец свободы и демократии. "Было бы трудно найти для читателя другое произведение такой поразительной актуальности"⁶ , - пишет Фирмен Роз.

По мнению Фирмена Роза, Токвиль сумел "открыть" главную отличительную черту политического строя Соединенных Штатов Америки, полностью сохранившуюся якобы и в наше время и ныне определяющую их взаимоотношения с другими державами. Это, без тени иронии пишет Фирмен Роз, есть демократия, основанная на равенстве и свободе. Не приходится удивляться, когда после всех этих "откровений" Фирмен Роз завершает свой "научный этюд" о Токвиле бульварной антисоветской клеветой и бранью. Блеск и слава, вновь озарившие научную репутацию Алексиса Токвиля, получают простое и прозаическое объяснение. Все дело в том, что некоторые его высказывания отвечают интересам современных американских монополий и реакционной французской буржуазии.

*

История второй мировой войны для миллионов француженок и французов - это не академическая тема, не школьный урок прошлого, а сама жизнь, ее вчерашний день, полный скорби, горя и унижения, это ее сегодняшний день, ибо вдовы еще оплакивают своих погибших мужей, а неубранный щебень разрушенных зданий напоминает о недавнем нашествии беспощадного врага; это завтрашний день, ибо от правильного понимания уроков минувшей войны зависят предотвращение новой. Вполне естественно, что этой животрепещущей теме уделяется во французской исторической литературе едва ли не наибольшее внимание.

Нельзя, однако, не отметить того знаменательного явления, что больше всего книг о второй мировой войне, появившихся на книжном рынке, принадлежит к числу переводных. Буржуазные издательства поспешили перевести на французский язык мемуары и иные литературные упражнения фашистских военных преступников - генералов Гудериана, Гальдера, эсэсовского убийцы Скорцени, палача французского народа Абеца, гитлеровского сподвижника Яльмара Шахта и прочих нацистов. Буржуазная пресса широко рекламирует книги гитлеровских насильников, чьи имена с проклятием произносит каждый французский труженик. Еще более широким потоком идут на книжные прилавки и рекламируются книги американских и английских авторов, начиная от официальных лиц - участников войны генералов Эйзенхауэра, Монтгомери, Александера и других - и кончая бульварной публицистикой.

Зато работы о второй мировой войне, вышедшие в Советском Союзе и в странах народной демократии, выпускаемые прогрессивными издательствами во французских

⁵ Firmin Roz. L'actualite de Tocqueville. "Revue des Deux Mondes", 15 мая 1951 г., стр. 339 - 348.

⁶ Там же, стр. 339.

переводах, или правдивые свидетельства французских борцов движения Сопротивления, - словом, книги, рассказывающие правду о второй мировой войне, привлекающие внимание прогрессивной французской печати, полностью замалчиваются не только в "большой" буржуазной прессе, но и в специальных исторических журналах.

Вот, к примеру, "Revue Historique" - ведущий французский исторический журнал, более других старающийся казаться беспристрастным. В этом журнале сотрудничают такие серьезные ученые, как Пьер Ренувен (директор журнала), Жорж Лефевр, Поль Манту; в нем можно иногда встретить содержательные, интересные статьи; его нельзя упрекнуть в полном игнорировании советской исторической науки. Журнал публикует библиографические сведения о статьях, напечатанных в советских исторических журналах, и в прошлом откликался на некоторые советские исторические книги. Но в последние годы этих откликов становится все меньше. Возьмем, скажем, N 416 журнала за октябрь - декабрь 1950 г. и обратимся к его обширному критическому отделу. В нем прорецензировано 25 книг, из них 7 принадлежат американским авторам, 3 - английским; непрорецензирована ни одна работа советских историков.

Если обратиться к специальной литературе по второй мировой войне, то игнорирование советских исторических работ сказывается еще более определенно. Возьмем, например, "Revue d'Histoire de la deuxieme guerre mondiale"⁷ . Редакция старается сохранить тон холодного бесстрастия, подчеркнутой внепартийности, академической сдержанности и всячески подчеркивает, что журнал занимается не политикой, а наукой.

Первый номер этого журнала вышел под общим заголовком "Аспекты французского Сопротивления". Читатель мог только приветствовать такое начало. Движение Сопротивления, широкое, народное движение, объединившее в своих рядах все патриотические силы, представляет собой действительно славную страницу истории Франции. Но читатель не найдет в журнале правдивого рассказа о движении Сопротивления, о героях и мучениках справедливой войны, спасших национальную честь Франции, о многих тысячах коммунистов, отдавших свою жизнь за избавление родины от немецко-фашистского ига, он не услышит и рассказа о том, какое влияние оказала героическая борьба Советской Армии на движение французских патриотов, как ее победы под Москвой и под Сталинградом окрыляли французское подполье, как поднимали на борьбу против гитлеровской Германии новые миллионы людей.

Журнал открывается статьей Жоржа Бидо, посвященной памяти первого председателя Совета Сопротивления Жака Мулена. Затем следует статья генерала Риве - "Абвер и гестапо во Франции" За ней идет статья Блок-Лене, посвященная разным техническим подробностям финансирования движения Сопротивления. На эту же тему написана статья Пьера Дени (Розан), одного из лондонских сотрудников де Голля, подробно повествующая о том, как британское правительство оказывало помощь де Голлю, открыв ему необходимые кредиты для военных нужд. Наконец, следует обширная статья, непосредственно касающаяся движения Сопротивления, "Общий очерк маки", написанная Марией Гране, постоянной сотрудницей журнала французских правых социалистов "Revue socialiste".

М. Гране известна как автор грязных вымыслов и клеветнических нападок на Советский Союз и французское революционное движение. Не удивительно, что под пером М. Гране героическая борьба маки предстает извращенной и искаженной до неузнаваемости. О французских коммунистах М. Гране на протяжении всей своей пространной статьи упомянула лишь один раз, но только затем, чтобы клеветнически обвинить их в раскольнической деятельности.

Но что же все-таки дало первоначальный толчок движению маки? Что пробудило движение Сопротивления, чем укреплялись надежда и вера партизан в их борьбе с немецко-фашистскими захватчиками? М. Гране не может обойти эти вопросы. И она отвечает на них так: "Высадка союзников в Северной Африке в ноябре 1942 г., победа

⁷ "Revue d'Histbire de la deuxieme guerre mondiale" выходит с ноября 1950 года. Ему предшествовал журнал "Cahiers d'Histoire de la guerre", выходивший с января 1949 по май 1950 года. Всего вышло четыре номера под редакцией представителей официальной исторической науки - Люсьена Февра, П. Карона, П. Ренувена, Е. Лабрусса, М. Бомон, Анри Мишеля. Над журналом шефствует комитет под председательством Жоржа Бидо. Журнал выпускает издательство "Presse universitaire de France". Все это придает ему характер полуофициозного органа.

Монтгомери у Эль-Аламейна, капитуляция фон Паулюса в Сталинграде убедили даже самых сомневающихся в том, что бог войны покидает рейх"⁸ . В этой короткой фразе много примечательного. Факторы, имевшие второстепенное значение для хода войны (высадка в Северной Африке и сражение у Эль-Аламейна), поставлены впереди первостепенного фактора, определившего исход второй мировой войны, - битвы под Сталинградом. Об Эль-Аламейне написано полновесно: "...победа Монтгомери у Эль-Аламейна", а о величайшем в истории войн сражении под Сталинградом, означавшем закат немецко-фашистской армии, сказано так, что остается неясным, кем же одержана победа. Нет даже упоминания о Советской Армии, о русских, да и само слово "победа" отсутствует. Просто "капитуляция фон Паулюса"; пусть разбирается кто как хочет, что привело Паулюса к капитуляции. Больше того: слова о капитуляции Паулюса оказались на страницах журнала единственным, хотя и косвенным, упоминанием об участии Советского Союза во второй мировой войне. "Зато журнал считает необходимым сообщить своим читателям о значении такого "фактора" в развитии движения Сопротивления, как передачи английской радиовещательной компании Би-би-си. Автор пространной статьи на эту тему Кремке-Брилак ведет повествование на самой высокой ноте: "Би-би-си была больше, чем голосом свободы, больше, чем голосом правды, она была голосом французской совести и французского возмущения...".

Известно, что в момент подъема движения Сопротивления реакционные элементы французского правительства, напуганные размахом народной борьбы и ролью в ней прогрессивных организаций, в особенности коммунистов, использовали Би-би-си в полном согласии со своими англо-американскими союзникам для пропаганды гибельной тактики выжидания ("аттантизма"). Но это нимало не смущает ни автора, ни редакцию журнала. Они не только не упоминают о влиянии на освободительную войну французских патриотов известий о победах Советской Армии, но и готовы приписать пробуждение и подъем национального движения французского народа против немецко-фашистских захватчиков крайне односторонней, а затем и откровенно вредной для движения Сопротивления пропаганде Би-би-си.

Так пишется история движения Сопротивления во Франции, "история", в которой не находится места ни французским коммунистам, ни победам Красной Армии, ни даже самому Советскому Союзу. Финансовые операции генерала де Голля, победа Монтгомери у Эль-Аламейна и вещание Би-би-си - вот "главные аспекты" французского Сопротивления в изображении специального научного исторического журнала.

Следующий, 2-й номер журнала целиком посвящен теме "Япония в войне", причем особое внимание уделяется выяснению политики США в японском вопросе в 1941 году.

В последующих номерах журнала печатается множество статей, рецензий и заметок о США, об американской армии, американском флоте, американских генералах, американских книгах; немного меньше статей об Англии; две статьи об Испании во время войны (N 5, 1952 г. и N 6, 1952 г.); две статьи о Германии (N 7, 1952 г.); даже боярской Румынии посвящена специальная статья (N 6, 1952 г.). Нет только статей об участии и роли Советского Союза во второй мировой войне.

Журнал не помещает статей, открыто направленных против Советского Союза. Он просто не пишет о Советском Союзе, ни о его настоящем, ни о прошлом. Можно придумывать то, чего не было, и можно скрывать то, что было. Это лишь разные формы искажения истины, фальсификации истории. Французские реакционные историки второй мировой войны избрали в данном случае второй метод фальсификации. Они извращают историческую правду, скрывая важнейшие факты и оперируя лишь второстепенными. Если бы читатель составлял представление об истории второй мировой войны по журналу "Revue d'Histoire de la deuxieme guerre mondiale", то роль и место Советского Союза в этой войне ему рисовались бы где-то между Саудовской Аравией и Гондурасом.

За полуофициозным историческим журналом следуют добровольцы-любители. Некий подполковник в отставке Жубер в 1951 г. опубликовал сочинение об освобождении Франции⁹ . Подполковник в отставке, вооружившийся пером историка, хорошо

⁸ "Revue d'Histoire de la deuxieme guerre mondiale", N 1, 1950, p. 52.

⁹ J. Joubert. La liberation de la France. Comment la France fut occupee. Comment la France fut liberee. 1940 - 1945. Paris. 1951.

знает, чего ждут от него хозяева. Читатель снова встречает знакомую уже ему картину. Жубер начисто замалчивает роль СССР в освобождении Франции, да и вообще во второй мировой войне. О Советском Союзе в работе Жубера вообще ничего не говорится, словно наше государство вовсе не принимало участия во второй мировой войне. В конце книги Жубер приводит источники своего исследования и библиографию вопроса. Здесь перечисляется множество книг американских, английских и французских авторов, военных и невоенных, и нет ни одной работы советских авторов. Так пишут историю второй мировой войны.

Впрочем, иные фальсификаторы истории идут дальше. Французский правый социалист историк Жорж Буржен, публиковавший некогда протоколы Парижской Коммуны, а последнее десятилетие специализировавшийся на гнусной антисоветской клевете, сочинил в соавторстве со своим сыном историю второй мировой войны. Если некоторые коллеги Буржена замалчивают роль Советского Союза в освобождении человечества от гитлеровской тирании, то отец и сын Буржены занимаются открытой клеветой на советский народ и Советскую страну. (С Бурженами соревнуются в этом позорном занятии журналисты Пьер и Рене Госсе, торговавшие своим пером во всех столицах мира. Они выпустили книгу, интригующе озаглавленную "Вторая мировая война. Секреты упущенного мира"¹⁰ . Чтобы получить представление о научной добросовестности этих журналистов, достаточно ознакомиться с их оценкой Сталинградской битвы. Как известно, со времени второй мировой войны не только в Париже, но и в большинстве провинциальных городов Франции - больших и малых - появились площади, проспекты, улицы Сталинграда. Французский народ выражал этим свое искреннее чувство благодарного восхищения героическими защитниками Сталинграда, вдохнувшими своей борьбой и победой надежду и веру в сердца французских патриотов. Госсе не в состоянии отменить Сталинградскую битву, объявить ее не существовавшей Они находят иное решение. Без тени смущения они заявляют, что Сталинградская битва вообще не имела в войне значения, так как "Сталинград никогда не представлял для Гитлера важной цели". Как говорят в таких случаях, комментарии излишни!

Следует отметить, что французские буржуазные историки до 1947 г. не осмеливались столь бесцеремонно фальсифицировать историю. Достаточно, например, " вспомнить книгу Александра Зеваэса "История шести лет, 1938 - 1944", в которой этот историк, с глубоким уважением и благодарностью писал о Советской Армии, подчеркивая ее огромную роль в избавлении Европы и, в частности, Франции, от нацистского варварства¹¹ . Можно отметить также книгу сотоварища подполковника Жубера по армии - генерала Шассена, вышедшую в 1947 году. В ней дан обстоятельный обзор военной истории второй мировой войны и главное внимание уделено советско-германскому фронту, который, по справедливой оценке Шассена сыграл решающую роль в ходе и исходе второй мировой войны¹² . Можно назвать еще немало книг, авторы которых стремились быть объективными в оценке важнейших событий периода войны.

Вопрос о роли Советского Союза в освобождении Франции и вообще во второй мировой войне - это вопрос не академический, а политический. Значение дружбы между советским и французским народами, укрепившейся в огне ожесточенных сражений против гитлеровцев, было подчеркнуто фактом заключения 10 декабря 1944 г. франко-советского договора о союзе и взаимной помощи. Не случайно, что Франция ранее всего подписала договор именно с Советским Союзом, а не с Англией и не с США. Казалось бы, это свидетельствовало о том, что во Франции поняты и учтены уроки истории предвоенных лет и второй мировой войны. Заключение союзного договора с СССР соответствовало национальным интересам Франции и способствовало укреплению ее безопасности. Но правящие круги Франции, став на путь подчинения диктату американского империализма, своей антинациональной политикой поставили под угрозу

¹⁰ Pierre et Rene Gosset. La deuxieme guerre. Les secrets de la paix manquee. Paris. 1950.

¹¹ Alexandre Zevaes. Histoire de six ans, 1938 - 1944. Paris. 1944, p. 249 - 261.

¹² L. M. Chassin. Histoire militaire de seconde guerre mondiaile. Paris. 1947. Стоит отметить, что эта книга вышла в том же самом издательстве Payot, которое выпустило книгу подполковника Жубера.

независимость и суверенитет страны. Чтобы обосновать и оправдать свою антинародную и антинациональную политику, реакционные круги Франции всячески превозносят и приукрашивают "западный курс", продиктованный американским империализмом.

*

Французские реакционные историки взяли на себя постыдную задачу - изобразить гибельную для Франции политику американского империализма как благодетельную и дать ей "историческое обоснование". Особую старательность в этой грязной работе проявляют некоторые правые социалисты. Журнал "Revue socialiste" стал одним из главных рупоров "американской партии" во Франции. С ученым видом знатоков некоторые правые социалисты доказывают недоказуемое, уверяя, что американский империализм вовсе не империализм, что империализм вообще более не существует, - это продукт рутинных взглядов необразованных коммунистов.

Так, Сербан Войня - беглый румынский правый социалист, изменивший своей родине и ставший одним из "теоретиков" французской социалистической партии, - в статье, озаглавленной "Является ли американская политика империалистической?", заявляет, что понятие "империализм" было выработано между 1910 и 1916 гг. "марксистской школой" (к которой он, не смущаясь, относит, ставя всех в один ряд, Гильфердинга, Люксембург, Ленина, Каутского и Штернберга) и в то время имело известный смысл. Но, по мнению Сербана Войни, теперь понятие "империализм" устарело: две главные империалистические державы - Германия и Япония - выведены из строя. "Великобритания и Франция, - пишет он, - не могут оздоровить своей экономики иначе как с помощью США" (!?), которые "не встречают на мировом рынке никакого соперника в сбыте продуктов и капиталов"¹³ . Такова идиллическая картина состояния капиталистического мира, нарисованная новоявленным теоретиком правых социалистов. Отсюда Сербан Войня делает вывод, что война якобы не может возникнуть из противоречий между капиталистическими странами, а следовательно, нельзя применять термин "империалистический" к конфликтам, возникающим между державами, И к политике США.

Все эти новейшие измышления Войни представляют собой чуть подкрашенное и обновленное издание реформистской теории "ультраимпериализма", давно разоблаченной В. И. Лениным. "Новым" здесь является лишь то, что вместо понятий "ультраимпериализм" или "организованный капитализм" Войня и его собратья из французской социалистической партии говорят уже об "исчезновении" или "преодолении" империализма вообще. Жизнь наглядно опровергает эту лживую "теорию". Вторая мировая война, начавшаяся в результате резкого обострения противоречий между капиталистическими странами, привела к новой расстановке сил в лагере капитализма, но отнюдь не уничтожила противоречий внутри этого лагеря.

Сербан Войня, как, впрочем, и другие трубадуры американского империализма, изображает американскую "помощь" Франции и другим странам Западной Европы как политику "разумной благотворительности". Война уверяет, будто политика американцев в большой степени определяется якобы их идеологией, причем самого возвышенного свойства. "В ней обнаруживаются элементы религиозно-библейского влияния, традиционной привязанности первых пионеров к Европе и ее цивилизации"¹⁴ . Вот, оказывается, в чем раскрываются высшие достижения социал-демократической теоретической мысли! Правда, лишенный чувства юмора румыно-французский адвокат американских монополий забывает разъяснить, как сочетаются эти религиозно-библейские влияния с миллиардными прибылями американских банков и трестов.

Измышления о том, что внешняя политика США определяется какими-то возвышенными, идеалистическими целями, на все лады пропагандируются реакционными историками. Четыре профессора Лионского университета: Андре Алике, Раймон Гильен, Жак Ламбер и Робер Пеллу - в пространном сочинении, солидно озаглавленном "Основы внешней политики Соединенных Штатов"¹⁵ , всесторонне, начиная с выяснения кли-

¹³ Serban Voinea. La politique americaine est-elle imperialiste? "Revue socialiste", март 1950, стр. 196.

¹⁴ Там же, стр. 201.

¹⁵ A. Alix, R. Guillien, J. Lambert, R. Pelloux. Les fondements de la politique exterieure des Etats-Unis. Paris. 1949.

матических условий Атлантики, исследуют эту проблему. Какие только фантазии не преподносят они читателям под видом университетской науки Лионские профессора уверяют своих читателей, что внешняя политика США, более чем политика какого-либо другого государства, есть "политика чувств", что она строится на традиционализме, пацифизме, изоляционизме, идеализме и национализме, причем все это в высшем и возвышенном значении этих понятий, что американцы хотя и воевали неоднократно, но при этом не знали, что они вели войны, и потому оставались всегда миролюбивы, и что их роль в мировой политике была и остается только ролью "руководителя совести", "который, не имея иного интереса, кроме справедливости, может определить, где находится добро и где зло"¹⁶ .

Жак Ламбер, профессор факультета права (заметьте, права) в Лионе, заключает: "Сейчас в моде говорить об американском империализме... но сегодня мировая политика, руководимая США, страдает от отсутствия этого империализма..."¹⁷ . Такие "открытия" нет надобности опровергать, как нет надобности опровергать и заявление престарелого профессора Андре Зигфрида, сделанное в июне 1952 г., что он "не знает другой страны (кроме США. - А. М. ), где Жан Жак Руссо, если бы он мог появиться, чувствовал бы себя более свободно"¹⁸ . Когда это говорят о стране, в которой господствуют архимиллиардеры морганы и рокфеллеры, где линчуют негров, сажают людей в тюрьму за их убеждения, о стране, которая покрывает мир своими военными базами и аэродромами, сколачивает агрессивные блоки и возрождает германский и японский милитаризм, очевидность лжи становится ясной всякому.

В первом случае - фальсификации истории второй мировой войны - французские реакционные историки прибегали к огромной лжи скрывая то, что было. В данном случае они прибегают к столь же огромной лжи, выдумывая то, чего не было.

Предательство национальных интересов Франции некоторыми французскими реакционными политическими деятелями и историками находит свое завершение в пароксизме национального самоотречения. Многие из этих деятелей открыто заявляют, что дальнейшее самостоятельное существование Франции, как и других западноевропейских государств, невозможно и таит в себе смертельную опасность. В этом отношении характерно заявление одного из лидеров правых социалистов, Ги Молле.

"Европа, разделенная (на государства), не жизнеспособна даже с американской помощью, - говорит он. - Сохранить в Европе существующую сейчас мозаику государств - это значит приговорить каждое из них к смерти". Ги Молле видит спасение от этой "смертельной опасности" в "политической унификации Европы"¹⁹ .

Ему вторит официальный историк правых социалистов Жорж Буржен, подвизавшийся в последние годы в роли комиссионера "плана Маршалла". Буржен призывает к скорейшему созданию "интеревропейской федерации"²⁰ . Анри Леви-Брюль, числящийся у правых социалистов знатоком внешнеполитических вопросов, уверяет, что такое объединение западноевропейских стран может создать "независимую Европу, которую еще можно попытаться спасти"²¹ . Народы Европы действительно заинтересованы в образовании единого лагеря всех европейских государств, стремящихся к обеспечению своей безопасности и укреплению мира. Однако "европейское оборонительное сообщество", которое восхваляют правосоциалистические лидеры, представляет собой орудие раскола Европы и ведет к потере западноевропейскими странами своей независимости.

Лакеи французской и американской империалистической буржуазии прикрывают свою изменническую пропаганду национального самоотречения Франции социальной

¹⁶ Там же, стр. 48.

¹⁷ Там же, стр. 60.

¹⁸ "Revue des Deux Mondes". 1 июля 1952 г., .стр. 461 - 462; Andre Siegfried. Les Etats-Unis il y a cinquante ans et aujourd'hui.

¹⁹ Guy Mollet. L'action socialiste au cours de la legislature 1946 - 1951. Paris. 1951, p. 10. Эту же "идею" Ги Молле вновь развивает, под прикрытием разных оговорок, в статье "Nos trois conditions seront elles remplies?" в "Revue socialiste" за июнь 1953 года.

²⁰ . Georges Bourgin. Vers la federation europeene. "Revue socialiste". Январь 1954 г., стр. 49 - 55.

²¹ Henry Levy-Bruhl. Pour une Europe independante. "Revue socialiste". Март 1951 г., стр. 264 - 266; его же. L'appel de Stockholme et l'affaire Joliot. "Revue socialiste". Май 1953 г., стр. 413 - 415.

демагогией. Бывший премьер-министр Франции Поль Рамадье бесстыдно изображает космополитические идеи отказа от национального суверенитета как продукт искренней политики мира²² . Ги Молле стремится представить "политическую унификацию Европы" как "защиту республики, свободы и мира"²³ . Жорж Буржен без тени смущения заявляет, что "создания западноевропейского сообщества якобы желают широкие народные массы²⁴ . Такова чудовищная ложь агентов империалистической буржуазии, призванная прикрыть истинную сущность космополитических проектов создания так называемого "европейского сообщества".

Выступая с проповедью отречения от "устарелых" форм национального суверенитета, обосновывая псевдонаучной аргументацией необходимость политической "унификации" Европы, французские правые социалисты стремятся дезорганизовать трудящихся Франции, борющихся за национальную независимость и самостоятельность своей страны, за мир, против диктата американских империалистов.

Как известно, старания американских империалистических кругов и их младших партнеров из реакционной французской буржуазии направлены последнее время на то, чтобы принудить Францию вступить в создаваемое Вашингтоном так называемое "европейское оборонительное сообщество", возглавляемое западногерманскими милитаристами.

В соответствии с этой задачей французские реакционные историки, отказавшиеся от своего национального долга, сконструировали еще одну "концепцию", сущность которой сводится к тому, что все историческое развитие нового времени будто бы представляло собой цепь непрерывных усилий создать европейское государственное объединение. Так, например, Ноэль Анри в пространных статьях в "Revue de Deux Mondes" рассматривает под этим углом зрения деятельность Наполеона, Священного Союза, Лиги наций, но с прискорбием констатирует, что все эти попытки "объединить Европу" не удались²⁵ . Другой французский реакционный историк, Рене Пинон, утверждает, что, подобно тому, как некогда итальянские республики, а затем ганзейские города были вынуждены объединиться, так и теперь западные и средиземноморские державы должны преодолеть партикуляризм и создать "супранациональную организацию"²⁶ . Третий историк, Жак Анри Пиренн, выпустил двухтомное сочинение под названием, достаточно раскрывающим его существо, "Священный Союз - европейская организация всеобщего мира"²⁷ .

Нетрудно заметить, что историческое "обоснование" концепции "европейского сообщества", так усердно пропагандируемой современной реакцией, находится в прямом противоречии с фактами истории. История XIX в., на которую ссылаются некоторые авторы, - это, помимо всего прочего, как известно, и история национальных движений, история борьбы народов, за свою национальную независимость и самостоятельность, история создания и оформления самостоятельных национальных государств. Лживый характер концепции западноевропейской общности разоблачают те французские буржуазные ученые и публицисты, которым не безразлична судьба их родины. Уже упоминавшийся Филипп Баррес, опровергая мнение, будто "идея объединения нашего старого континента - французского происхождения", напоминает, что эта идея "была и является лейтмотивом германской политики". Раскрывая существо плана включения Франции в возглавляемую германскими милитаристами "малую Европу", он напоминает, что это есть лишь реализация плана, сформулированного еще в 1911 г. Максимилианом Гарденом: "...или мы побьем Францию еще один раз, или же аннексируем ее с помощью солидного союза"²⁸ . Профессор Лавернь, разоблачая те же идеи и планы, раскрывает, что означает для Франции включение в "европейское сообщество": "Присо-

²² Paul Ramadier. Le socialisme de Leon Blum. Paris. 1951, p. 31 - 88.

²³ Guy Mollet Указ. соч., стр. 31 - 88.

²⁴ G. Bourgin. Указ. соч., стр. 55.

²⁵ Henry Noel. Vers une Europe federee. "Revue des Deux Mondes", 15 октября 1951 г., стр. 643 - 660.

²⁶ Rene Pinon. L'Allemagne et l'Europe. "Revue des Deux Mondes", 1 мая 1951 г., стр. 71 - 84.

²⁷ Jacques Henri Pirenne. La Sainte Alliance Organisation europeene de la paix mondiale. V. 1. 1946. V. II. 1949.

²⁸ Barres. L'Allemagne et l'unite europeene. "Revue des Deux Mondes", 1 августа 1953 г., стр. 385.

единенная к "малой Европе" Франция очень скоро станет Баварией или, если хотите, Эльзас-Лотарингией великой Германии"²⁹ .

Полное отречение от национальных интересов Франции, полный разрыв с национальными чувствами французского народа наглядно проявляются в создании культа; первого" изменника Франции - Филиппа Петэна. Стремясь "открыть" в этом герое национального предательства новые черты "величия", его апологеты стараются подчеркнуть, что Петэн с начала войны стремился поддерживать с США "интимные отношения уважения и доверия"³⁰ . Крайняя антинациональная тенденция проявляется в писаниях генерала Макса Вейгана, ныне выступающего в качестве члена Французской академии. Сей генерал, поднявший руки вверх при первом выстреле немцев в 1940 г., генерал, который в другие времена был бы расстрелян перед фронтом за невыполнение солдатского долга, высказывает "ученые" суждения о второй мировой войне, измышляя злостную антисоветскую клевету и расшаркиваясь перед американскими генералами и государственными руководителями³¹ .

Ненависть к французскому народу и страх перед ростом сил демократии и социализма настолько затемнили сознание одного из старейших французских буржуазных историков, Рене Пинона, что он отказался не только от своих старых концепций, но и от верности национальным интересам своей страны. Рене Пинон - автор известной в свое время книги "Франция и Германия"³² , проникнутой враждебностью к Германии, -ныне пытается доказать, что немцы со времен средневековья играли великую прогрессивную роль в Европе, защищая "атлантические народы" от "азиатской опасности". Являвшийся когда-то горячим поборником франко-русского союза, Пинон восхваляет теперь прусский "Drang nach Osten" и требует создания сильной вооружённой Германии для защиты "Еврамерики" от "Евразии", как он выражается на своем расистско-космополитическом языке.

Антинациональной проповеди реакционных французских историков противостоит прогрессивная историография. Мы имеем в виду тех профессиональных историков и политических деятелей и публицистов, которые при различной партийной принадлежности и разных политических убеждениях стоят на национальной французской почве и с этой точки зрения рассматривают исторические проблемы.

Подобно тому, как в борьбе за национальные интересы Франции наиболее последовательным и твердым их защитником выступает рабочий класс во главе с коммунистической партией, так и в прогрессивной французской историографии наиболее передовые ее тенденции ярче всего представлены в трудах руководителей Французской коммунистической партии. В своих программных документах, боевой публицистике, научных трудах коммунистическая партия указывает французскому народу спасительный путь социального и национального возрождения Франции. Она смело вскрывает историческую правду и учит французский народ урокам истории, подтверждающим правоту того великого дела, которому отданы все ее силы.

В этой связи должна быть названа в первую очередь книга Мориса Тореза "Сын народа"³³ - подлинно патриотическая книга, - которая, обобщая в простой и ясной форме большой исторический опыт, отвечает на волнующие вопросы наших дней. Когда, например, М. Торез напоминает об ужасных уроках трех войн, на протяжения трех четвертей века опустошавших Францию, то это звучит как прямое предупреждение, адресованное сегодняшним сторонникам политики возрождения германского вермахта. В этой связи должны быть названы и книга Тореза "Миссия Франции в мире"³⁴ , с ее глубоким анализом и широкой картиной международного значения и влияния французской буржуазной революции XVIII в. и ее традиций, и его работа "Политика

²⁹ "L'Annee politique et economique". Июль - август 1953, стр. 225.

³⁰ Belleval. Le cri de France. Paris. 1951.

³¹ M. Weygand. La defence de l'Occident. "Revue des Deux Mondes". 1 июня 1951 г., стр. 385 - 402; 15 июня 1951 г., стр. 590 - 623.

³² Rene Pinon. France et Allemagne. Paris. 1913.

³³ Морис Торез. Сын народа. М. 1950. Перевод с французского.

³⁴ M. Thorez. La mission de la France dans le monde. Paris. 1938.

французского величия"³⁵ , раскрывающая историческую роль и задачи Франции как великой державы, ее значение в общей борьбе прогрессивного человечества.

На больших исторических обобщениях, на глубоком осмысливании исторического опыта новейшего времени основывается книга Жака Дюкло "Против вооружения Германии и в защиту мира"³⁶ , работы Марселя Кашена, Бенуа Фрашона, Флоримона Бонта, Жоржа Коньо и других деятелей Французской коммунистической партии, немало сделавших, чтобы осветить ряд исторических проблем.

Проблемы современных международных отношений и новейшей истории в целом разбираются в работах прогрессивных историков и публицистов. Это книга Жоржа Сориа "Станет ли Франция американской колонией?", анализирующая экономическое и политическое развитие Франции после второй мировой войны и роль США как силы, дезорганизующей французскую экономику; работа Анри Клода об экономической и политической экспансии американского империализма и ее пагубном влиянии на Францию; книга Бомье "От Гитлера до Трумэна"; Владимира Познера "Разъединенные штаты"; политические очерки Доминики Дезанти³⁷ . Эти историки и публицисты опровергают ложь, распространяемую явными и замаскированными агентами американского империализма, и в своих работах защищают национальные интересы Франции. С национальных французских позиций разрабатывает проблемы новейшей истории профессор Сорбонны Бернар Лавернь. Он опубликовал в последнее время две книги: "Химера объединенной Европы" и "Так называемая европейская армия"³⁸ , - в которых ярко и убедительно показан прямой ущерб, который наносит интересам Франции продиктованная Америкой "европейская" политика. На страницах редактируемого им журнала "L'Annee politique et economique" Бернар Лавернь из номера в номер публикует статьи, в которых доказывает гибельность для Франции политики поддержки вооружения Германии. Лавернь показал преемственность между старой мюнхенской политикой, проводившейся в свое время Полем Рейно и Робером Шуманом, и нынешней политикой Франции тех же Рейно и Шумана и их единомышленников. "Наши нынешние правители, по правде, оказываются столь же прозорливыми, как политические деятели 1938 г., подписавшие постыдный мюнхенский договор, - пишет Бернар Лавернь. - Совершить один раз ошибку им кажется недостаточным; они ее снова повторяют, и на этот раз в еще худшем виде"³⁹ .

В этой связи нельзя не отметить обоснованности исторических аргументов, выдвигаемых во Франции другими противниками боннского и парижского договоров, например, деголлевца Филиппа Барреса, указывающего, что "идея" объединения стран Западной Европы есть не что иное, как старые планы пангерманистов⁴⁰ , или известного деятеля социалистической партии Марселя Эдмонда Нежлена, напоминающего, что проект включения французской армии в состав так называемой "европейской армии" находится в прямом противоречии с французскими традициями и, в частности, с идеей вооруженной нации, которую развивал Жан Жорес⁴¹ .

Ряд справедливых аргументов, опирающихся на уроки истории, на французские национальные традиции, против навязываемой реакционными кругами США политики восстановления германского милитаризма был выдвинут в статьях и этюдах, публиковавшихся в последнее время в левых демократических журналах "La Pensee", "La Nouvelle Critique", "La Democratie nouvelle", в католическом журнале "Esprit" (статья Ж. Доменака), в буржуазной газете "Monde" и в ряде других изданий.

Национально-патриотическими традициями проникнут ряд работ об историческом прошлом Франции, принадлежащих авторам, стоящим на передовых позициях

³⁵ M. Thorez. Une politique de graneeur francais. Paris. 1945.

³⁶ Jaques Duclos. La lutte contre le rearmement allemand et pour la defence de la paix. Paris. 1951.

³⁷ Жорж Сориа. Станет ли Франция американской колонией? М. 1948. Перевод с французского; Анри Клод "План Маршалла". М. 1950. Перевод с французского; Жан Бомье. От Гитлера до Трумэна. М. 1951. Перевод с французского; Vladimir Posner. Les Etats-desunies. Paris; Dominique Desanti. Visages de partout. Paris. 1951.

³⁸ Bernard Lavergne. La chimere de l'Europe unie. Paris. 1952; его же. L'armee dite europeenne. Paris. 1952.

³⁹ "L'Annee politique et economique". Июнь - август 1953, стр. 203.

⁴⁰ "Revue des Deux Mondes", 1 августа 1953, стр. 385.

⁴¹ "Revue socialiste". Июнь 1953, стр. 19.

и потому не боящимся исторической правды, а, напротив, стремящимся к наиболее полному ее воспроизведению. Среди них должны быть отмечены превосходная книга Ж. Брюа "История рабочего движения во Франции", том 1 (переведенная на русский язык); интересная работа Альбера Собуля о французской буржуазной революции XVIII в.⁴² и его публикации на эту тему; содержательная и интересная "История Франции" Альбера Байе⁴³ в одном томе, охватывающая историю страны от галльской цивилизации до конца второй мировой войны, книга, написанная с любовью к своей родине, благородство чувств сочетается в ней с научной добросовестностью; ценная "История Франции" Андре Рибара⁴⁴ ; богатое содержанием и мыслями исследование Роже Гароди "Французские источники научного социализма"⁴⁵ и многие другие.

Нужно воздать должное крупнейшему специалисту, весьма плодотворно изучавшему проблемы французской революции XVIII в., - Жоржу Лефевру. Нам представляются в значительной мере ошибочными и его концепция революции и его методологические приемы, но нельзя отрицать научного значения его капитальных трудов по истории крестьянства в годы революции, нельзя не оценить неутомимые изыскания Ж. Лефевра по истории Великой французской революции и глубокий патриотизм его ценных научных трудов.

Резкая критика нынешнего политического курса Франции, с которой выступают в последнее время видные представители разных буржуазных партий: Эррио, Даладье, де Голль, Андре Дени и др., - дебаты во французском парламенте по внешнеполитическим вопросам и комментарии к ним в буржуазной прессе, ряд политических событий (выборы президента, председателя Национального собрания и т. п.) свидетельствуют о том, что часть французской буржуазии становится в оппозицию к политике американского диктата и ищет путей изменения существующего положения вещей.

Эти процессы находят свое отражение и в исторической литературе. Так, например, профессор Тулузского университета Ж. Годешо в обширном сочинении "История Атлантики"⁴⁶ приходит к весьма нерадостным заключениям. Констатируя непрерывно возрастающую гегемонию США в Атлантике, автор замечает, что, если дело пойдет так и дальше, Атлантический океан превратится в американское озеро⁴⁷ .

*

Мы видели, как некоторые представители реакционной историографии совершают грубое насилие над исторической правдой, как они изменяют национальному долгу и национальным интересам своей страны, теряя тем самым право именоваться французскими историками.

В борьбе с этими антинациональными элементами развивается подлинно французская историография. Стремясь правдиво осветить историческое прошлое, сохраняя живую связь со своим народом, со здоровыми силами французской нации, она продолжает лучшие традиции передовой французской культуры.

⁴² Albert Soboul. La revolution francaise. Paris. 1951.

⁴³ Albert Bayet. Histoire de France. Paris. 1947.

⁴⁴ A. Ribar. Histoire de France. Paris. 1947.

⁴⁵ Roger Garaudy. Les sources francaises du socialise scientifique. 2-me edition corrigee. Paris s. d.

⁴⁶ J. Godechot. Histoire de l'Atlantique. Lyon. 1947.

⁴⁷ Там же, стр. 331.