В. М. ЛАВРОВСКИЙ. Проблемы исследования земельной собственности в Англии XVII-XVIII вв. Изд-во АН СССР. М. 1958. 178 стр.

В. М. ЛАВРОВСКИЙ. Проблемы исследования земельной собственности в Англии XVII-XVIII вв. Изд-во АН СССР. М. 1958. 178 стр. Тираж 1500. Цена 7 руб. 80 коп.

Вряд ли в социальной истории Англии можно указать научную проблему столь огромной важности и вместе с тем так мало изученную, несмотря на неисчерпаемые архивные возможности, как проблема, затронутая в специальном исследовании В. М. Лавровского. Эта работа ценна прежде всего тем, что она приковывает внимание советской историографии к проблематике, успешная разработка которой, несомненно, окажет плодотворное влияние на изучение аграрной истории Англии XV-XVIII вв. и особенно на воссоздание подлинно народной истории Англии XVII-XVIII веков. Многолетние исследования В. М. Лавровским чрезвычайно трудных, но необычайно богатых по своим познавательным возможностям манориальных документов и глубокое осмысление им теоретического наследия в данной области основоположников марксизма-ленинизма позволили ему создать труд, в котором разрешается ряд основных вопросов аграрной истории Англии XVII-XVIII веков.

Книга В. М. Лавровского представляет собой, как указано в предисловии, сборник статей, которые освещают различные стороны проблемы земельной собственности и закономерности ее эволюции в стране классического развития капитализма в земледелии. Именно это придает книге ту органическую цельность, которая свойственна научной монографии. Большое внимание уделено автором выяснению методологических вопросов. К ним относится анализ взглядов К. Маркса на происхождение земельной собственности английского йоменри и на так называемое первоначальное накопление.

Только решив вопрос о происхождении земельной собственности, можно теоретически осмыслить и конкретно-исторически осветить существо аграрного переворота в Англии XVI-XVIII веков.

Основной порок буржуазной историографии этого вопроса в том, что она абсолютно не в состоянии осознать качественно новый, в корне отличный от средневековых огораживаний характер процесса обезземеливания английского йоменри, который начался в Англии в конце XV века. Буржуазная историография не отразила факт зарождения земельной собственности у английского йоменри, ставший возможным вследствие разложения феодальных отношений и знаменующий собой расцвет крестьянского хозяйства и мелкотоварной агрикультуры в Англии XV в., и процесс экспроприации этой собственности в XVI-XVIII веках. Между тем, лишь уяснив до конца природу земельной собственности английского йоменри, можно вскрыть масштабы той катастрофы, которую принес XVI в. английской деревне, и, таким образом, на прочном фундаменте исторических фактов еще раз подтвердить справедливость марксистской теории буржуазной аграрной революции как процесса насильственного отделения, отрыва непосредственных производителей от средств производства, являвшихся их собственностью, независимо от того, под каким юридическим титулом эта собственность выступала в конкретных условиях в каждой данной стране.

Решение методологических вопросов подводит автора к успешному исследованию центральной проблемы монографии - земельных и рентных отношений в Англии XVII-XVIII веков.

В основу разработки этой проблемы положены архивные источники - манориальные описи, рентали и приговоры об огораживании, собранные А. Н. Савиным в Лондонском публичном архиве для трех маноров: Брамптон (Гентингдоншир), Барроу (Линконшир) и Бартон на Гамбере (Линконшир), - обработать которые он не успел. Разновременные и вместе с тем однотипные источники позволяют статистически проследить социальную динамику держательской массы в каждом из указанных маноров.

В чем же заключаются основные наблюдения и выводы автора?

В маноре Брамптон к концу XVIII в. в процессе социальной эволюции произошло почти полное исчезновение крестьянства, которому принадлежало всего 5,7% общей площади землевладения.

Манор Барроу представляет собой иной вариант развития. Здесь с 1580 по 1803 г. крестьянская земельная площадь возросла с 22,1% до 39,7%. Автору удалось также вскрыть закономерность сосредоточения в руках дворянства крестьянского копигольда. Если в 1649 г. в Барроу было лишь двое дворян-копигольдеров, имевших ничтожные по размеру держания (3 акра и огородный участок), то в 1803 г. шестеро дворян-копигольдеров владели уже 324 акрами копигольда. Факт поистине знаменательный, так

как в нем находит частичное отражение процесс экспроприации мелкокрестьянского землевладения и постепенная замена его земельной монополией лендлордов. К 1803 г. крестьяне-копигольдеры в Барроу потеряли 371 акр земли, которая перешла во владение шестерых дворян и купцов.

В. М. Лавровский приводит интересную таблицу, озаглавленную "Анализ фамилий крестьян-держателей по описям, ренталям и приговору об огораживании манора Барроу", из которой следует, что к 1803 г. из списка землевладельцев данного манора исчезло 40 копигольдерских фамилий из 52, числившихся в описях 1565, 1580, 1649 и 1690 годов. Таков основной итог эволюции крестьянского землевладения в этом маноре, который автор относит к типу наиболее благополучных в отношении удельного веса наделов крестьянского типа в общем балансе, отраженном в приговорах об огораживании.

И, наконец, манор Бартон. Крестьянское землевладение сократилось здесь с 40,7% в 1633 г. до 23,8% в конце XVIII века. Свыше трех четвертей - 76,2% всей территории манора, упомянутой в приговоре об огораживании, оказалось в руках короны, дворян и духовенства. Это тип манора со средним процентом сохранившегося в момент огораживаний крестьянского землевладения.

В. М. Лавровский убедительно показывает процесс гибели крестьянства как класса в Англии в столетие, следовавшее за революцией 40-х годов. Так как в упомянутом сборнике анализируется положение лишь в трех манорах, сделанные автором выводы нуждаются в дальнейшей проверке. Однако сопоставление их с результатами анализа более полусотни приговоров об огораживании, суммированных В. М. Лавровским в монографии, посвященной парламентским огораживаниям ¹ , позволяет считать эти выводы достаточно убедительными.

В монографии разбираются вопросы дифференциации держателей крестьянского типа, роли коммутации церковной десятины в процессе обезземеливания крестьянства, удельного веса различных форм рент и т. д.

Значительный интерес представляет установление автором зависимости между удельным весом обычной, "улучшенной" и капиталистической рентами и распределением земельной собственности между различными классами и имущественными группами держателей в изучаемых манорах. Анализ данных показал, в частности на примере манора Брамптона, что развитие арендных отношений и торжество "улучшенных" рент привело к гибели класс мелких крестьян-собственников. При этом вскрывается важная закономерность: по мере сокращения общей площади крестьянского землевладения дифференциация крестьянских хозяйств стирается в связи с низведением основной массы крестьян до положения наемных рабочих с наделом. Отдельные разбогатевшие крестьянские хозяйства превращаются в хозяйства фермерского типа, основанные на эксплуатации сельских батраков.

Принципиально важное значение этих выводов заключается в том, что они проливают свет на исторические особенности процесса "раскрестьянивания" в Англии, заключавшиеся в том, что этот процесс определялся не столько стихией товарного производства, сколько закрепленной революцией XVII в. правовой победой сквайрской группы дворянства над крестьянской деревней.

Можно высказать в адрес данной книги и ряд критических замечаний. Главное из них заключается в том, что изложение не всегда отличается достаточной ясностью. Текст подчас загроможден цифрами, местами одни и те же данные приводятся несколько раз.

Автору следовало подчеркнуть недостаточность манориальных источников и то обстоятельство, что в них нередко деревня рассматривается не как единое целое, а изолированными частями, поэтому эти источники позволяют говорить не столько о дифференциации крестьянских хозяйств, сколько о дифференциации держателей крестьянского типа в пределах манора, а это далеко, не одно и то же.

Манориальные источники не позволяют также выяснить, как арендаторы использовали взятую ими в аренду землю, каков удельный вес субаренды и многие другие вопросы.

Однако специфика манориальных источников не должна скрыть от нас главного: что они являются наиболее достоверным зеркалом социальных процессов, протекавших в английской деревне указанного периода. Желательно, чтобы для воссоздания аграрной истории Англии XVII-XVIII вв.

¹ В. М. Лавровский. Парламентские огораживания общинных земель в Англии конца XVIII - начала XIX века. М. -Л. 1940.

автор привлек и такие источники, как арендные контракты, завещания, приходно-расходные книги (account books), протоколы манориальных курий, трактаты агрономов и протоколы судов общего права.

Ценной стороной рассматриваемой книги является то, что в ней намечается проблематика дальнейшего исследования в данной области. В полемике с авторами доклада на X Международном конгрессе историков в Риме 1955 г. (Мевре, Слихер-ван Бат, Хоскинс) В. М. Лавровский ставит очень важный для нашей историографии вопрос: история сельского хозяйства или аграрная история? И отвечает на него вполне определенно: "Марксистская теория земельной ренты является для советских историков, изучающих аграрные отношения, ключом к пониманию закономерностей аграрно-исторического развития" (стр. 163). В центре внимания советских историков находится поэтому вопрос о формах земельной собственности и закономерностях ее эволюции на различных этапах исторического развития народов.