Ключевые слова: Франция - Тунис, поэзия, Тахар Бекри, радикальный исламизм, терроризм

Тахар Бекри прислал мне эти стихи в марте прошлого года, в день, когда в его родном Тунисе исламисты устроили побоище в стенах Национального музея. Хотя написаны эти стихи по случаю другого кровавого злодеяния -расправы над журналистами редакции Charlie Hebdo и полицейскими, совершенной в январе 2015 г. в центре Парижа. Там поэт живет в эмиграции уже много лет, продолжая считать себя сыном своей Родины, которой посвятил всё свое творчество.

Теракт в Париже заставил народ выйти на улицу, собраться на площади, плакать от боли, вызванной несправедливостью. Парижские события - неоднозначны, насмешки над религией не вызывают сочувствия, и люди, участвовавшие в марше к площади Наций, не были однородной "толпой". У каждого были свои представления о причинах произошедшего теракта, но все были едины в стремлении не стать заложниками Зла, не обречь себя на возможность продления цепи убийств.

Тахар Бекри, написавший замечательные книги стихов*, переведенные на десятки языков, - поэт в основном лирический, увлеченный поисками "открытых горизонтов". Он, ищущий счастья обретения "душевной гавани", тоскует об "осколках сердца", оставшихся в "океане странствий", о возможности доплыть до "берега надежды". Он жаждет увидеть ее всходы и на той земле, которую оставил (после тюремного заключения из-за его несогласия с режимом, установившимся в Тунисе после Бургибы), и на той, которую обрел, мечтая о Свободе...

Тахар Бекри сегодня на стороне тех, кому нужна "весна" новых революций как расцвет надежды на возможность увидеть в жизни свершение лозунга "Свободы, Равенства и Братства", обрести челове-

* О творчестве Тахара Бекри см.: Прожогина С. В. Поэзия Тахара Бекри. Французско-русская антология. М., 2002; а также статью: "И на чужбине вырастают цветы надежды" // Азия и Африка сегодня, 2013, N 8. (Prozhogina S.V. 2002. Frantsuzsko-russkaya antologiya. М.; Prozhogina S.V. 2013. I na chuzhbine vyrastayut tsvety nadezhdy // Aziya i Afrika segodnya, N 8) (in Russian)

ческое достоинство и избавиться от осознания своей "чуждости", "второсортности", "маргинальности".

В "Площади Республики" слышны отзвуки горя. Но и отзвуки гнева, усталость и неуверенность в том, что демократия и республика могут защитить, а не раздавить человека, сломленного грузом несправедливости, подавленного царящими в мире беспорядками, насилием и угрозами... Но главное, поэт не утратил надежду на могущество Слова, которое, как и прежде, может стать "началом всех начал" и избавить мир от зла, даровав ему радость жизни. Взывая к сердцам людей и настраивая их на волну "Священного Гимна Жизни", поэт вселяет надежду на торжество справедливого человеческого сообщества, на избавление человека от одиночества и страха, на очищение Земли от "хищных" следов насилия и бессмысленных попыток превратить человека в раба, который смирится с разгулом терроризма и торжеством Смерти.

Конечно, читатель будет прав, если скажет: стихи, как и музыку, "рассказывать" не надо. Их надо услышать.

ТАХАР БЕКРИ

(Франция - Тунис)

Площадь Республики

  
  
 Я иду бесконечной зимой,  
 Но на лбу у меня капли пота,  
 Словно сок, текущий по древу,  
 С которого содрана кожа. 
  
 Но, быть может, это - 
              мрак ночи,  
 От которого слиплись веки  
 И который волною стекает,  
 Ко мне липнет, вяжет 
              мой шаг... 
  
 А быть может, бежит 
              дрожь по телу,  
 Когда толпа меня давит,  
 Я, словно странник 
              в пустыне,  
 Пылью прибит тяжелой 
              к дюне холодной. 
  
 А может, это асфальт 
              сбегает, 
 Течет по мне черной рекою, 
 Раздавлен он тяжестью 
              танков, 
 Весну убить захотевших 
  
 Иль заглушить все молитвы,  
 Все мавзолеи разрушить,  
 Заклевать все святыни  
 Хищными клювами пушек... 
  
 А я все иду, безликий,  
 Средь жалких улыбок 
              застывших,  
 Иль за их исчезающим следом - 
 Иду, и глаза мои слепнут.  
  
 О, сколько же надо снарядов,  
 Чтобы слезы заставить 
              засохнуть, 
 Чтобы высохли все чернила,  
 Чтоб заглушить голос сердца. 
  
 Чтоб любовь навсегда 
              зарыть в землю,  
 Превратить городские огни 
              в саван,  
 Окутать сиянием смерти  
 Парад площадей старинных. 
  
 Траур объял и реку,  
 В темноте ее вод не видно,  
 Ни песчаного ее ложа,  
 Ни каменистых порогов. 
  
 А я идти продолжаю  
 В бессоннице ночи мглистой,  
 Борюсь с ядовитой гадюкой,  
 Сдавившей горечью горло. 
  
 И раны чужие пылают,  
 Болью адских костров 
              отзываясь,  
 Не утихая от выбросов гнева,  
 Их раскаленного пепла. 
  
 Братья мои и сестры, 
        иду среди вас и плачу.  
 Тих по земле мой шаг - 
 Заглушен он воем вампиров,  
 Что сегодня питаются 
              кровью убитых. 
  
 Но знаем мы: всё в руках 
              наших.  
 И перья свои возьмем мы,  
 Как штыки поднимем их выше,  
 Сольем их с лучами солнца. 
  
 И споем мы при ярком 
              рассвете,  
 Что зальет своей радостью 
              Землю,  
 Песнь Священную Новой 
              Весны,  
 Гимн наконец обретенной 
              Свободе. 
  
 

Перевод с французского С. В. ПРОЖОГИНОЙ, доктора филологических наук ИВ РАН