Проблема дономинативного строя в раннеиндоевропейский период являлась предметом усиленного внимания советских языковедов в 30-40-е годы [1]. Это было связано со стадиально-синтаксической схемой, выдвинутой акад. И.И. Мещаниновым. Эргативный строй рассматривался в качестве предшественника номинативного, и этим определялись поиски следов эргативности в языках номинативного строя. Критика, которой подверглась теория стадиальности в 50-е годы, направила интересы исследователей в другую сторону, но не устранила самой проблемы следов дономинативного строя индоевропейских языков. Постановка этого вопроса на нынешней конференции представляется вполне своевременной, и в этой связи естественно вернуться к некоторым старым мыслям. Настоящая статья воспроизводит ряд положений, высказанных в неопубликованном докладе "Проблемы стадиальности и сравнительная грамматика индоевропейских языков", прочитанном в Институте языка и мышления в феврале 1947 г. [2]. Мы можеи установить с большой степенью вероятности такое состояние в доистории индоевропейских языков, при котором были два класса имен: активный и, как я называю его, инертный (многие исследователи употребляют здесь термин "пассивный") [3].

Полная версия публикации

Сравнительно-историческое языкознание - область языкознания, объектом которой являются родственные, т.е. генетически связанные языки. Кокретно в сравнительно-историческом языкознании речь идет об установлении соотношений между родственными языками и описании их эволюции во времени и пространстве; сравнительно-историческое языкознание пользуется как основным инструментом исследования сравнительно-историческим методом; наиболее общая форма исследований - сравнительно-исторические грамматики (включающие в себя прежде всего фонетику) и этимологические словари (лексика).

Полная версия публикации

Этимология в наибольшей степени оправдывает себя в среднем диапазоне, и наиболее ценные и надежные результаты достигаются в той же "средней" зоне, когда не ставятся крайние вопросы, связанные с сутью этимологии, понимаемой как логический предел становления этого понятия. Практика сравнительно-исторической этимологии, как правило, не нуждается в обращении к предельным случаям ни в плане ориентации на максимально обширный языковой материал, ни в плане "абсолютно" исходного состояния (предельная хронологическая глубина), ни в плане выявления "последней" бытийственной сути этимологизируемого слова. Поэтому этимология сравнительно-исторического типа заинтересована, как правило, в совершенствовании своих собственных методов при сохранении имеющейся системы постулатов и принципов. Этой установкой объясняется недостаточное внимание к иным типам этимологизирования, которые, если и попадают в сферу внимания сравнительно-исторической этимологии, то обычно в связи со случаями, рассматривающимися как второстепенные, периферийные, составляющие исключение.

Полная версия публикации

Предпосылки создания теории праязыка. Сравнительно-историческое изучение языков является одним из наиболее продвинутых лингвистических разделов как по глубине проникновения в механизм исторического развития языков, так и по разработанности его методических приемов, понятийного аппарата и терминологии, установлению законов, обладающих достаточной объяснительной силой. В настоящее время можно с уверенностью констатировать, что на основе метода исторического сравнения (межъязыкового и внутриязыкового) в рамках лингвистической компаративистики сформировалась фундаментальная лингвоисторическая теоретическая дисциплина - диахроническая лингвистическая компаративистика [Нерознак, 1986].

Полная версия публикации

Как и многие понятия, сложившиеся исторически, понятие "мёртвые языки" соотносится с достаточно большим множеством совершенно разнородных объектов. В их число входит и латинский язык, который и ныне остаётся значимым компонентом европейской культуры, и языки тасманийских аборигенов, носители которых были вырезаны британскими колонизаторами. Кроме того, мёртвыми языками часто называют архаичные формы живых, активно употребляемых языков. Так, например, в популярном учебнике А. А. Реформатского, в разделе посвящённом генеалогической классификации языков, мы обнаруживаем в составе индоевропейской семьи греческую группу, в состав которой входят: 1) новогреческий; 2) древнегреческий; 3) среднегреческий или византийский [1, с. 420-421]. Между тем, совершенно очевидно, что новогреческий, древнегреческий и среднегреческий - это не три различные языка, а три этапа развития одного языка - греческого.

Полная версия публикации

(Ломтев Т. П. Общее и русское языкознание. - М., 1976. - С. 60-62)


--------------------------------------------------------------------------------


Нет сомнений в необходимости различать действие субстрата и заимствований. Мне хотелось бы подчеркнуть другую сторону этой проблемы: влияние языка субстратного населения входит в общую проблему воздействия внешних условий на развитие языковой системы. В этом философское значение рассматриваемой нами проблемы.
Язык этнического субстрата для развития победившего языка есть внешнее условие развития, внешнее условия развертывания его языковой системы. Действие внешних факторов на развитие языковой системы осуществляется в большинстве случаев, по моему мнению, не путем разрыва системы языка и внедрения, внесения в нее готовых элементов чуждой системы, а путем воздействия на внутреннее развитие языковой системы. Об этом свидетельствуют факты восточнославянских языков.
Вполне возможно, что система открытого слога в славянских языках развилась не без воздействия какого-либо субстрата, но возникло это явление не путем привнесения его из языка-субстрата, а путем самобытного развития общеславянского языка-основы.

Полная версия публикации

Как известно, еще ранние компаративисты самокритично признавали, что они не всегда отдают себе отчет в сущности производимых ими операций. Позднее, характеризуя теоретическое наследие представителей предмладограмматической парадигмы в лингвистике, широко внедривших в генетическое языкознание практику сравнительной реконструкции, Ф. де Соссюр предъявил им аналогичный упрек, подчеркнув, может быть, в излишне категоричной форме, что они никогда не задавались вопросом, чему же соответствовали производимые ими сопоставления и что же означали открываемые ими соотношения. Не очень заметно прогрессировала теория метода компаративистики и в период господства младограмматической доктрины. Несмотря на существование к настоящему времени множества эмпирических исследований, демонстрирующих методические возможности различных разновидностей реконструктивной процедуры, а также некоторых специальных работ, посвященных конкретным приемам лингвистической реконструкции (ср. статьи Э. Германа, Дж. Бонфанте, Е. Куриловича, М. Корхонена и др.), общее состояние разработки этой ключевой для генетического языкознания проблематики и поныне трудно считать вполне удовлетворительным, что побуждает вновь обращаться к самым основаниям лингвистической реконструкции.

Полная версия публикации