Главная → ЛИНГВИСТИКА → Племя чангитов в исторических преданиях эвенков
Дата публикации: 16 октября 2009
Автор(ы): Варламов А.Н. →
Публикатор: ataki
Рубрика: ЛИНГВИСТИКА ВОСТОЧНЫЕ ЯЗЫКИ →
Источник: (c) http://portalus.ru →
Номер публикации: №1255662394
Варламов А.Н., (c)
Во времена, описываемые историческими преданиями, эвенки не имели много внешних контактов. Помимо контактов с якутами и русскими исторические предания эвенков повествуют о вражде с неизвестным ныне племенем чангитов. Контакты эвенков с чангитами представляют наибольшую сложность в исследовании преданий в историческом плане. Перед исследователями, в первую очередь, встает вопрос об этноплеменной принадлежности чангитов – являлись ли они представителями совершенно другой этнической формации или относились к группе тунгусо-маньчжуров? В преданиях эвенков встречаются тексты, где чангиты предстают и как иное племя, и как люди, владеющие эвенкийским языком. Постараемся осветить этот вопрос подробнее.
По всей видимости, изначально чангиты были представителями совершенно иного племени, существовавшего на северо-западе Сибири до прихода эвенков или по какой-то причине проникавшего в места, где жили эвенки. Г.М. Василевич соотносит чангитов с древним неизвестным племенем чан: «Предания, в которых говорится о чангитах, распространены у эвенков, живущих от западной границы на восток до линии Алдан-Зея. Чангит (эвенк. чан + гит), по-видимому, название какого-то очень древнего племени чан, которое постоянно нападало на эвенков; поэтому слово стало синонимом врага» [ИФЭ, с. 366].
Происхождение этнонима «чангит» довольно сложно однозначно трактовать. Вероятной, видится зависимость этнонима от корня чанг, означающего на эвенкийском и маньчжурском языках – жертвоприношение [ССТМЯ 1977, с. 383]. Это подтверждается тем, что для чангитов действительно было характерно принесение людей в жертву и соответственно такая специфическая традиция как каннибализм. В наиболее ранних преданиях чангиты почти всегда предстают людоедами (в оригинале текста звук «э» обозначен буквой «e»): «Teyemi-nen hujatte. Iletil heyencelle, umukenme nulgive nulgikenimil. Tar ahiwa waptitamulla. Ahi tagran nungandin waptintamudariwatin. Ahi gullen: «mine tinkallu, tuliski judew». Nunganman tine tuliski. Ahi tuktiraen naengirile, taktikandula. Hamangitin gullen: «Waptinmar wakalle»».
– «На утро разделились. Людоеды стали шаманить, прокочевавши один переход. Ту женщину захотели принести в жертву. Женщина сказала: «Меня пустите вон (на улицу) выйти». Ее пустили во двор. Женщина влезла на наклоненное дерево, на старый пень. Шаманы сказали: «Жертву убейте»» [МЭТФ, С. 83-84].
В эвенкийских преданиях есть целый цикл повествований, который объединяется общим названием – дептыгирил (повествования о людоедах, от эвенкийского глагола депми – есть, съесть). В современном эвенкийском языке слово «депнаде» является ругательным и оскорбительным и имеет значение «черт, чертовка» – дословно: пришедший с целью съесть. Слово «съесть» подразумевает съесть именно человека. В улгурах именно тексты о каннибализме называют словом дептыгирил – людоеды.
Судя по текстам улгуров, эвенки относили чангитов-дептыгиров к людям чужого племени. На первичную чужеродность чангитов-дептыгиров указывают многие сведения преданий. В улгурах подчеркиваются отличия в образе жизни, хозяйстве и питании. По сведениям, записанным Г.И. Варламовой от Ильиновой А.А., эвенкийки с реки Олекмы, чангиты являются чужаками:
«Чангиты – это наши предшественники. Те, что перед эвенками тут жили. Они до проживания эвенков тут жили, так говорили в старину. Чангиты в горах жили. Голубицу и другую ягоду ели, кедровые орехи ели, стланиковые. Черемуху ели. Олени у них были, луками охотились и сражались, лосей добывали. Давным-давно, в древности, убив человека, кожу его сдирали и брали себе. Лося убив, прямо так ели, не варили, рыбу тоже. Растения почти все ели» [Варламова 1996, с. 94].
Археологические сведения Якутии косвенно могут подтвердить присутствие традиции людоедства у древних обитателей Якутии. А.П. Окладников, исследуя стоянки на Средней Лене, обнаружил присутствие признаков каннибализма у обитателей древних стоянок, относимых к эпохе неолита [Окладников 1949, с. 79]. Отметим, что упомянутая традиция сыроедения у чангитов не является характерной для эвенков, что отмечалось исследователями: «Эвенки не признавали мяса и рыбы в сыром, квашенном или соленом видах и даже отбрасывали слегка обгорелые при жарении на вертелах куски. Исключение составляли группы, связанные взаимобрачными отношениями с энцами, нганасанами, селькупами, хантами» [Василевич 1969, с. 122].
Хотя чангиты (по содержанию преданий) знали оленей, но при этом не знали вьючного оленеводства, что показано во многих текстах о дептыгирах. Распространен такой сюжет: Эвенки договариваются с чангитами – отдают своего парня чангитам в качестве жениха, у чангитов берут себе невестку. При первой же самостоятельной кочевке оказывается, что невестка не имеет представления о том, как вьючить оленей, как организовать караван и т. д. Она навьючивает седло задом наперед, сажает ребенка лицом назад, совершает самое запретное действие – навьючивает священного табуированного оленя и т.д. [АЯНЦ. Ф. 5. Оп. 14. Ед. хр. 177].
Язык чангитов также был другим, его не понимали эвенки, что особо подчеркивается в ранних преданиях. Так, в тексте, записанном Г.И. Варламовой от А.А. Ильиновой, эвенки убивают старуху-людоедку. Умирая, дептыгирка произносит фразу: «О, биягу сологоик». Эту прямую речь рассказчик обычно обязательно комментирует, чтобы подчеркнуть, что эвенкам была непонятна речь дептыгиров: «Би тэлки мэнми букэкучим, гуктэн тар. Мэнми би hуларгакакучим! – турэhиндэнмэк бучэ». Г.И. Варламова переводит смысл сказанного дептыгиркой следующим образом: «О, я сама кровью покрылась» – от слова hуларин (красный), т.е. кровь людоедки выпустил кто-то другой, что ранее делала это она сама [Варламова 1996, с. 94]. Отметим, что эта фраза в эвенкийских преданиях почти всегда характерна для предсмертной речи дептыгиров: «Чангит эмэрэнгиркивэн – матакпан варэн. Тадук гела д`ула сурурэн. Д`улан ирэн, тоговон хувуллан. Асива эчэн ичэттэ. Аси д`элум чангитпа токтосинан. Чангит йэкэллэн: «Хулангайик! Хулангайик!». Тадук ачин одан».
– «Чангит пришел, соседку-свойственницу убил. Потом пошел в другой чум. Вошел в чум, загасил огонь. Женщину не видит. Женщина незаметно ударила топором чангита. Чангит закричал: «Хулангаик! Хулангаик!». Потом он умер» [ИФЭ, С. 162, 321].
Г.М. Василевич предположила, что вскрик «Хулангаик!» – это древнее слово, не переводимое из современного языка и выражающее досаду, возмущение и гнев [Там же, с. 370]. В отношении фразы дептыгиров можно так же предположить, что смысл сказанного происходит от монгольского sula (hула), одним из значений которого является – «ослабеть, обессилеть» [ССТМЯ 1977, С. 107-108].
На наш взгляд, более реальным, видится палеоазиатское или урало-алтайское происхождение слова. Например, в юкагирском языке имеется достаточно много слов с корнем «сол». Некоторые из них вполне подходят по смыслу к рассматриваемой нами фразе: солнэ, солнэгэ, солгэгэй и др. Эти слова созвучны с фразой в эвенкийских преданиях. «Солонгоик! (Хулангайик)» могло быть отражением чужого для эвенкийского уха звучания слова.
Принадлежность чангитов к палеоазиатским или урало-алтайским корням видится нам наиболее реальной. Свидетельства информантов указывают на то, что чангиты в сравнении с эвенками представляли собой аборигенное население, что соответствует научным сведениям ряда исследователей, выделявших палеоазиатов и уральцев в качестве аборигенного населения значительной части Сибири, преимущественно в северной части [Алексеев В.П. 1989, Рычков 1973, 1974].
Не затрагивая общую схему заселения Севера Сибири, для большей точности рассмотрим локальные места распространения эвенкийских преданий о чангитах. Как отмечалось ранее, основное распространение родовые предания о чангитах получили в Северо-Западной части ареала эвенков. В.А. Туголуков подробно рассмотрел этнические взаимосвязи тунгусов Северо-Запада с местными аборигенами и в целом этническое происхождение аборигенов Западной Сибири, указывая на их «уральское» происхождение [Туголуков 1985; 1979]. В.А. Туголуков обозначил ареал распространения этнических контактов тунгусов с аборигенным населением, предположительно наметив его от низовьев Алдана на Северо-Запад. Этот ареал в точности соответствует распространению эвенкийских преданий о чангитах-дептыгирах – эти предания сохранились от границ севера Амурской области и юга Якутии к Северо-Западу. Нигде южнее или восточнее, предания о чангитах распространения не получили. Не вдаваясь более подробно в рамках данной главы в вопрос об этнических процессах названного региона, можем предположить возможную этноплеменную принадлежность чангитов. По всей видимости – это были аборигенные племена древних уральцев, влившиеся в той или иной степени в различные этносы.
По зафиксированным В.В. Никифоровым фольклорным источникам, схожие с чангитами традиции людоедства имели туматы, жившие на территории современной западной Якутии [Туголуков 1985, с. 215]. Традиция откармливать жертву встречается и в эвенкийских преданиях. Эти предания так же относятся к циклу преданий о дептыгирах: «Д`эптiл далиллэ хунад`илватiн. Эвенкил бурэ, далиллэ нунгарниватiн. Далирэ. Д`эптiл нулгишинэ хэрэкэт. Хунад`иватiн айамамат д`авучилла: эвкил хаваливканэ, улид`эвкил айаткун д`эптiлэт. Хунат эвки тiлд`эрэ, еда нунганман туг айат д`авучилла, гунд`эвки: «Таргачир айал!». Эвэнкилдук бэйэ матамарэн Д`эптiлдулэ. Эвенки нэкунми гунэн:
– Би айамамат бид`эм, эвкил минэ хаваливканэ, айаткула д`эптiлэйэ уливкил минду.
Эниндулэйи нэлйэн унгрэн. Нэкунин мучушинан.
Эвенки хунад`итiн, Д`эптiлдулэ бид`энэ, тiлиллэн нунганман сэвэнчэптiнэвэр вамуд`эривэтiн.
– «Эвенки отдали [девушку], стали сватать их девушку [для себя]. Посватали. Дептылы откочевали отдельно. Они берегут девушку: не заставляют работать, кормят хорошим мясом. Девушка не может понять, почему за ней так ухаживают, говорит: «Такие хорошие!». Эвенк пришел в гости к Дептылам. Эвенкийка, [жена Дептыла] сказала брату:
– Мне хорошо жить. Меня не заставляют работать, кормят меня лучшим мясом.
Она послала матери [подарок] – нагрудник. Он ушел домой. Девушка эвенкийка, живя у Дептылов, узнала, что ее хотят принести в жертву» [ИФЭ, С. 176-177, 335-336].
В некоторых преданиях более позднего времени чангитами предстают сами тунгусы. Они имеют схожую с эвенками речь, но имеют традиции, свойственные чангитам-дептыгирам, прежде всего – каннибализм: «Bakaldira dur urilehel. Duktedu bicel dur hunil. Umuken urilen bice ileti, ge bicen ilemi. Duktedu bicel dur omolgi. Nungartin dugeldinel eknilber, ahilkal».
– «Встретились два стойбища. На обоих было две девушки. Одно стойбище было эвенков (людоедов), другое эвенков (не людоедов). На обоих было два парня. Они, обменявшись сестрами, поженились» [МЭТФ, с. 83].
По всей вероятности, встречающееся обозначение чангитов как тунгусов происходило в результате смешения части эвенков с аборигенами северо-западных территорий. Г.Ф. Миллер сообщал, что тунгусы Хандинской волости (на р. Киренга) называли себя чонгул [Туголуков 1985, с. 44]. Этническое самоназвание чонгул вероятно имеет общий корень с используемым в преданиях этнонимом чангит.
Таким образом, предположительную принадлежность чангитов можно определить корнями уральцев-аборигенов Западной Сибири, влившихся в различной степени в различные этносы. Отношения эвенков с племенем чангитов эволюционировали от беспощадного военного противостояния к взаимобрачным отношениям.
Список сокращений:
АЯНЦ – Архив якутского научного центра
ИФЭ – Исторический фольклор эвенков
МЭТФ – Материалы по эвенкийскому (тунгусскому) фольклору
ССТМЯ – Сравнительный словарь тунгусо-маньчжурских языков
Литература:
1. Алексеев В.П. Историческая антропология и этногенез. – М.: Наука, 1989. – 445 с.
2. Варламова Г.И. Эпические традиции в эвенкийском фольклоре. – Якутск: Изд-во Северовед, 1996. – 134 с.
3. Василевич Г.М. Исторический фольклор эвенков. Сказания и предания. – Л., 1966.
4. Василевич Г.М. Эвенки. Историко–этнографические очерки (XVIII–начало ХХ в.). – Л.: Наука, 1969. – 304 с.
5. Исторический фольклор эвенков. Сказания и предания / Сост. Василевич Г.М. – Л.: Наука, 1966. – 400 с.
6. Материалы по эвенкийскому (тунгусскому) фольклору / Сост. Г.М. Василевич. – Л.: Изд-во ин-та народов Севера ЦИК СССР им. П.Г. Смидовича, 1936. – 290 с.
7. Окладников А.П. История Якутии. Том 1. – Якутск: Якутское кн. изд-во, 1949. – 439 с.
8. Рычков Ю.Г. Система древних изолятов человека в Северной Азии в свете проблем стабильности и эволюции популяций. Поиски и решения на путях популяционной генетики // Вопросы антропологии. Вып. 44. 1973. – С. 3-22.
9. Рычков Ю.Г., Ящук Е.В. Генетика и этногенез. Историческая упорядоченность генетической дифференциации популяций человека (модель и реальность) // Вопросы антропологии. Вып. 75. 1985. – С. 97-116.
10. Сравнительный словарь тунгусо-маньчжурских языков / Отв. ред. В.И. Цинциус. Т. 2. – Л.: Наука, 1977. – 992 с.
11. Туголуков В.А. Кто вы, юкагиры? – М.: Наука, 1979. – 152 с.
12. Туголуков В.А. Тунгусы (эвенки и эвены) Средней и Западной Сибири. – М.: Наука, 1985. – 284 с.
Опубликовано на Порталусе 16 октября 2009 года
Новинки на Порталусе:
Сегодня в трендах top-5
Ваше мнение?
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): эвенки, история, фольклор, предания →
Искали что-то другое? Поиск по Порталусу:
Добавить публикацию • Разместить рекламу • О Порталусе • Рейтинг • Каталог • Авторам • Поиск
Главный редактор: Смогоржевский B.B.
Порталус в VK
Всероссийская научная библиотека