Идея данной работы родилась на стыке двух родственных учений - психоанализа и учении об акцентуациях личности. Цель, скорее всего, - связать в сознании различные типы акцентированных характеров и собственно стадии формирования этих характеров в соответствии с принципами психоанализа. Пожалуй, такая цель самая первичная, ведь из нее могут вытекать и другие, более прикладные. Например, можно диагностировать психические заболевания, указывая на связь между определенной психопатией и стадией формирования эго в определенном возрасте; или же связать проблемы развития всего современного общества с "особыми" акцентуациями характера целых человеческих групп. Существует большое количество литературы по психоанализу, начиная со времен самого Фрейда, отражающей подобные прикладные задачи психоанализа в области мифотворчества, политики, экономики, права и пр.

Полная версия публикации

Шопенгауэр писал: "когда осел глядит в зеркало, он не может увидеть там ангела". Поэтому-то в наших мыслях не может быть ничего такого, чего нет вокруг нас. Даже в кривом зеркале, если стоять напротив, можно найти нечто похожее на себя.

Полная версия публикации

Эта актуализация внешне может выражаться в следующем: если средний возраст жителя, например, в Кемеровской области равен 36,5 годам, то статистическое лицо «молодого» учителя (с учетом двух критериев — возраста и педагогического стажа от 0 до 5 лет) приближается к 28-30 годам. Это происходит в тех условиях, когда преобладающим значением для выпускников вузов является возраст 23 года.

Полная версия публикации

При всем многообразии суждений и высказываний романтиков о мифе и мифологии обращает на себя внимание общность подхода к этой проблеме. Романтическую концепцию мифа, возникшую на основе философского идеализма, отличает внутреннее единство. В своих основных чертах она определилась уже в среде иенцев, формируясь под влиянием двух противоположных сил: отрицания и преемственности. С одной стороны, романтики выступили жесткими «оппонентами» рационалистов-просветителей, склонных видеть в мифологии порождение невежества, дикости, неразвитости интеллекта у человека более низкой в культурном отношении эпохи.

Полная версия публикации

В творчестве Иосифа Бродского возрождаются традиции философской поэзии. Его стихам присущ напряженный интеллектуализм, точность выражения. Логические построения становятся частью метафоры, составляющей, в свою очередь, звено логического развертывания текста. Для Бродского очень важное значение имеет смысл поэтического текста, то, о чем этот текст, его, если угодно, метафизическое измерение. Многие повторяющиеся мотивы поэзии Бродского близки идеям экзистенциалистов, он сам в прозаических текстах (например, «Песнь маятника») не раз высказывал симпатии к экзистенциальной философии. Однако у Бродского различные философские теории становятся элементами сложного комбинирования. Экзистенциалистские идеи часто соединяются с идеями, восходящими к античной философии, в частности, к Платону.

Полная версия публикации

В известном смысле положение дел в современной России является подобным тому, в каком находилась Германия периода «немецкой классической философии». Для преодоления социального кризиса лучшие философские умы нации обратились тогда к осмыслению опыта развития более передовых стран, чтобы предложить стратегию развития страны, отставшей от европейской цивилизации. Результатом этого осмысления явилась «алгебра революции» — диалектика, диалектическая концепция развития, обретшая характер европейской философской традиции. Сегодня России нужно осмысление опыта и особенностей мирового развития.

Полная версия публикации

Культурологическое знание предполагает формирование целостного подхода к конкретным фактам и явлениям культуры, дает возможность рассмотрения культуры как определенного смыслового единства. Теоретические основания такого подхода во многом разработаны в рамках семиотики культуры. Один из возможных методов конституирования культурологического знания может дать петербургский текст культуры.

Полная версия публикации

Анекдот — это жанровое обозначение, традиционно применяемое как к сфере устного творчества (жанр городского фольклора), так и к литературе (рассказ-анекдот). Но есть не собственно жанровое использование понятия «анекдот», анекдотическое»: анекдот как случай из жизни, происшествие. Все эти смыслы все-таки стягиваются в одно: это короткая и смешная (нелепая) история, то, что поддается соответствующему словесному выражению, что можно рассказать. Таким образом, анекдот оказывается областью промежуточной, местом встречи действия/происшествия и слова, вбирает в себя и пространство поступка, овладевая им через слово, рассказ.

Полная версия публикации

Для русской традиции особенно характерна напряженность в решении проблемы соотношения слова и дела, теории и практики жизни. Направление таких размышлений определялось характером современной художнику эпохи, социокультурной средой, собственной эстетической и мировоззренческой позицией. Но если попытаться определить генеральные линии в развитии культурологических концепций, то мы обнаружим две различные и даже противоборствующие позиции в размышлениях о функции литературы: признание, с одной стороны, дидактической функции литературы и искусства (а следовательно, социально и политически активной позиции художника), а с другой стороны, эстетической функции литературы и искусства (следовательно, социально и политически индифферентной позиции художника). Позже это оформляется как борьба «реальной критики» и представителей «чистого искусства», что хрестоматийно известно нам из курса школьной литературы.

Полная версия публикации

Цикл статей М. Хайдеггера, посвященный проблемам метафизики, открывается его лекцией "Что такое метафизика?", которую он прочитал в 1929 году при вступлении после Гуссерля в должность заведующего кафедрой философии во Фрейбургском университете. Лекция наделала много шума, ее автора обвинили в проповеди нигилизма, так как ее главной темой было понятие "ничто". Резонанс от лекции (и от ее многократных публикаций) был настолько сильным, что даже сам ее автор, как мне представляется, испугался и вынужден был, издавая ее, писать то "Послесловие к: "Что такое метафизика?" (1943 г.), то "Введение к: "Что такое метафизика?" (1949 г.), то снова обращаться к проблеме метафизики - "Преодоление метафизики" (1935-36 гг.).

Полная версия публикации