На днях пресс-секретарь Президента РФ Вячеслав Костиков сделал заявление, в котором изложил взгляд Верховного Главнокомандующего на проект налогообложения военнослужащих. Президент с таким вариантом пополнения казны не согласен. Не поддержал пока инициативу Минфина и Совет Министров. Из чего можно сделать предположение, что по крайней мере на ближайшую перспективу вопрос закрыт, или выразимся осторожнее - заморожен.

Попытки финансистов удешевить такую непроизводственную сферу, как оборона, в последние годы возникали неоднократно. Можно не сомневаться, будут возникать и впредь. Возражать против этого бессмысленно, видимо, соблазн сэкономить на денежном содержании военнослужащих, пользуясь случаем - военной реформой, для наших финансовых умов непреодолим. Хочу подчеркнуть, речь идет именно о денежном содержании. Удешевление за счет сворачивания оборонного производства, научно-исследовательских работ в этой области, сокращения численности армии и флота, закупок оружия и техники - все это идет давно, но, вероятно, не настолько успешно, насколько хотелось бы тому же Министерству финансов. Надо думать, специалисты нашли глубокий смысл в перекладывании денег из одного государственного кармана в другой, что, собственно, и представляет из себя задуманное в недрах солидного ведомства налогообложение.

И не только налогообложение имеется в виду. Не сбрасывается со счетов и такой вариант: упразднение перечня установленных льгот социального характера для военнослужащих. То есть плата за жилье, за коммунальные услуги, недавно дарованное право бесплатного приезда в общественном транспорте и пр. В обмен - увеличение денежного содержания.

Собственно, искать пути сбережения казенного рубля - прямая обязанность государственных мужей. И тут меньше всего уместны эмоции. Надо полагать, те, кто берется усовершенствовать систему социальной защиты военнослужащих, их финансовое обеспечение, исходят из государственных соображений, а не из своекорыстных интересов. Но почему-то делается это в добрых старых традициях - в глубоком подполье, под глухим пологом ведомственной секретности. Почему-то никто не спешит обратиться к заинтересованной аудитории (хотя бы и со страниц "Красной звезды") с цифрами в руках, с обезоруживающим набором аргументов - вот, мол, есть такая задумка, профессионально просчитанная, сочетающая государственную пользу с вашей личной.

Вместо этого штормовыми накатами будоражат армию слухи: этот там-то сказал, что льготы отменяют, а тот, в другом месте, заверил - не отменяют, но вот денежное содержание заморозят, а вот третий сказал... И трезвонят в редакции день-деньской телефоны, нервные голоса требуют объяснений, опровержений. В кают-компаниях, в офицерских столовых обсуждение "достоверных новостей" портит людям аппетит, наводит на невеселые мысли. И невольно возникает отнюдь не поэтический вопрос: если слухи распускают, значит, это кому-нибудь нужно? Тем паче в предвыборную пору.

Кому нужно, чтобы и без того переживающие нелегкие времена армия и флот пребывали в нервозном ожидании? Сегодня даровали льготы - завтра отобрали. Сегодня повысили денежное содержание - завтра с помощью инфляции и налогообложения низвели его до уровня прожиточного минимума... Кому выгодно, чтобы военный человек не чувствовал элементарной защищенности законом, не был уверен в том, что завтра он сможет прокормить свою семью? Ведь каждому понятно: правовая зыбкость толкает армию именно туда, где ей не место в нормальном государстве, - на арену политической борьбы.

Не хотелось бы быть превратно понятым - не из-за лишнего рубля шум (хотя, как и во всех российских трудовых семьях, в семье военнослужащего "лишних" рублей не водится). Если формируется государственная программа социальной защищенности военнослужащих, то делаться это должно гласно, при свете дня. Что, с одной стороны, лишит "капитала" политических интриганов, а с другой - докажет всем, и прежде всего человеку в погонах, что между государством и военнослужащим действительно устанавливаются достойные отношения.

Разговор, с моей точки зрения, тем более уместен, что на ныне действующий пакет военных законов в средствах массовой информации все чаще бросается тень ущербного законодательства, этакого неполноценного продукта неполноценного парламента. Право пересматривать, совершенствовать законы никто у обладающих законодательной инициативой не отбирал. Но и публично распинать никем не отмененные законы - опасное занятие. Тем более в среде, где закон, приказ всегда были понятиями святыми.

Итак, заявление пресс-секретаря Президента РФ несколько нивелировало энергию слухов. Но с уверенностью можно сказать, свою разрушающую работу эти слухи уже начали. Кто знает, сколько молодых людей, собравшихся было посвятить свою жизнь военной службе, задумались: а стоит ли? Не лучше ли дело социальной защиты взять в свои собственные руки, а не доверять его государственному чиновнику, у которого семь пятниц на неделе?

Я не сторонник идеализации чужого опыта, тут уж у нас точно - собственная стать. Военные в США, в Японии и ряде других "образцовых" для нас стран налоги платят наравне со всеми гражданами, а если и имеют ведомственные льготы, то в общей системе льгот для государственных служащих. Но помимо разного рода "подпорок" - частичной оплаты жилья, бесплатного медицинского обслуживания, льготного страхования и пр. - наши зарубежные коллеги имеют, пожалуй, самую главную гарантию своей социальной защиты - стабильное законодательство. Да и военный бюджет в тех же Соединенных Штатах не усекается произвольно в год по два-три раза. 261 миллиард долларов на 1994 год, надо думать, надежно "социально защитит" американских военнослужащих от любых экономических потрясений.

В стране, где за чертой бедности очутилась едва ли не четверть населения, не до жиру (какие уж там миллиарды долларов), но хочется надеяться, и у нас заведется такой порядок, при котором пакет военных законов обретет несколько большую неприкосновенность, чем отрывной календарь.