(К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ)

Российские промышленные монополии - традиционное направление советских исследований в области социально-экономических предпосылок Октября.

Для анализа монополии мало исследовать ее организационные формы и достигнутый уровень концентрации. Количественные оценки степени концентрации производства в отрасли, давая представление о позициях крупного бизнеса, сами по себе недостаточны для суждения о монополистической власти как таковой и тем более о сущности монополии. Точная количественная оценка того уровня концентрации, откуда берет начало собственно монополистическая власть одних предприятий над другими, невозможна¹ . В свое время А. Л. Сидоров подчеркнул, что обоснование монополистического характера выявленных промышленных объединений России еще ждет строгого доказательства. Без этого, считал он, ряд высказанных в работах советских историков положений о монополиях не вышел "за рамки гипотез"² .

Для периода становления монополии, когда ее существование носит неявный характер (хотя организационно она может быть уже оформлена и концентрирует значительный процент производственных мощностей и продукции отрасли), изучение прибылей приобретает весьма важное значение, поскольку позволяет полнее охарактеризовать процесс становления монополии, оценить степень ее зрелости. О завершившемся переходе к монополии есть основания говорить, когда нарождающаяся монополия оказывается в состоянии на деле использовать преимущества своего положения и организационных форм для извлечения монопольно высоких прибылей.

Проблема монопольной прибыли еще не стала предметом специального исследования применительно к российским монополистическим объединениям. В дореволюционной литературе она вообще не была поставлена, хотя некоторые авторы, пытаясь установить зависимость получаемой предприятием прибыли от его размеров или совокупности комбинативных признаков, вплотную подошли к этому вопросу³ . В

СОРОКИН Андрей Константинович - старший научный сотрудник Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.

¹ См. напр., Рудакова И. Е. Капиталистическая монополия: ее политико- экономическая природа и формы экономической реализации. М. 1976, с. 43 - 47.

² Сидоров А. Л. Исторические предпосылки Великой Октябрьской социалистической революции. М. 1970, с. 175.

³ См. напр., Афанасьев Г. Положение сахарной промышленности. - Вестник финансов промышленности и торговли. 1908, N 46; его же. Хозяйственные результаты деятельности русских сахарных заводов за 1908/9 г. - Там же, 1911, N 36; Бович Л. Доходность и капиталы нефтедобывающих фирм в Баку в 1907 г. - Там же, 1909, N 40; его же. Доходы и капиталы бакинских нефтедобывающих фирм в 1910 г. - Там же, 1912, N 18; Иоксимович Ч. М. Прибыли и дивиденды ману-

стр. 54

исследованиях советских ученых 20 - 40-х годов о российской промышленности эта тема не нашла удовлетворительного освещения. Не был исследован и вопрос о динамике показателей прибыльности. Лишь С. Г. Струмилин в ранней своей работе "Проблема промышленного капитала в СССР" (М. 1925) рассмотрел его в самом общем виде.

Первые шаги в разработке вопроса о монопольной прибыли были сделаны в 50-е годы. В работах П. В. Волобуева, М. Я. Гефтера, А. Л. Цукерника были представлены данные, характеризующие высокий уровень прибыли ряда акционерных предприятий - участников монополистических объединений в металлургической, угольной, нефтяной промышленности России за годы предвоенного промышленного подъема⁴ . Важный вклад в разработку проблемы внес И. Ф. Гиндин, обратившийся к изучению сущности балансов акционерных предприятий - основного источника об их капиталах и прибылях. Ему принадлежит и ряд экспертных оценок прибылей капиталистических предприятий и монополистических объединений. Он считал, что решение проблемы монопольной прибыли позволило бы сделать выводы, "существенные для характеристики не только промышленных монополий, но и монополистического капитализма в России в целом"⁵ . В 80-е годы И. А. Дьяконова привела условно рассчитанные данные о движении нормы прибыли общества "Братьев Нобель" в сравнении с динамикой отраслевого показателя в 1897 - 1914 гг.; А. М. Соловьева рассмотрела вопрос о прибылях крупных акционерных обществ в обрабатывающей промышленности с середины 80-х годов XIX в. до 1904 года⁶ .

Предстоит проработка темы монопольной прибыли на материалах важнейших отраслей промышленности за весь период становления и развития российского монополистического капитализма. Требует внимания и вопрос об источниках формирования монопольно высоких прибылей, важный для уточнения представлений об уровне монополизации, степени зрелости монополистических образований. При этом на первый план выступает методическая сторона работы с источниками и расчетов показателей прибыльности, чему до сих пор уделялось недостаточное внимание. Особенно важны такие исследования в отношении отраслей тяжелой промышленности, где процессы монополизации получили наибольшее развитие. Поэтому объектом моего изучения стали металлургическая и угольная промышленность, где действовали крупнейшие монополистические объединения дореволюционной России - синдикаты "Продамет" и "Продуголь".

Основным источником сведений о капиталах и прибылях служат балансы акционерно- паевых предприятий, публиковавшиеся в приложении к журналу Министерства финансов "Вестник финансов, промышленности и торговли" и послужившие основой для ряда изданий балансовой

фактурных предприятий за 1902 - 1911 г. М. 1912; его же. Забастовки, налоги и доходность мануфактуристов и нефтепромышленников. М. 1915; Лебедь-Юрчик Х. М. Сахарная промышленность в России. Киев. 1909; его же. Распределение дохода и оплата труда в сахарной промышленности. Ямполь. 1912; Расинский Ф. А. Статистика доходности русских акционерных горных, горнозаводских и механических предприятий. - Русское экономическое обозрение, 1904, т. 2; его же. Доходность прядильно-ткацких акционерных предприятий в России за 1906 г. - Вестник А. Л. Синдикат "Продамет". М. 1959.

⁴ Гефтер М. Я. Царизм и монополистический капитал в металлургии Юга России до первой мировой войны, - Исторические записки. Т. 43; Волобуев П. В. Политика производства угольных и нефтяных монополий в России накануне первой мировой войны, - Вестник МГУ, серия историко-филологическая, 1956, N 1; Цукерник А. Л. Синдикат "Продамет". М. 1959.

⁵ Гиндин И. Ф. Балансы акционерных предприятий как исторический источник, В кн.: Малоисследованные источники по истории СССР XIX - XX вв. М. 1964, с. 147.

⁶ Дьяконова И. А. Нобелевская корпорация в России. М. 1980; Соловьева А. М. Прибыли крупной промышленной буржуазии в акционерных обществах России в конце XIX- начале XX века, - История СССР, 1984, ,N 3.

стр. 55

статистики⁷ . Эти материалы до сих пор недооцениваются главным образом из-за распространенного среди исследователей мнения об их узкофинансовом значении и из-за общеизвестной зашифрованности балансов, что порождает у многих скептическое отношение к ним как источнику. Гиндин в свое время пришел, однако, к выводу, что, изучая балансовые данные (как и все стоимостные показатели экономической статистики) "ради широких выводов в обобщенном виде и в движении во времени", можно "с достаточной приближенностью улавливать те основные процессы, которые отражают балансовые показатели"⁸ . Использование балансов в целом обеспечивает представительность получаемых данных, поскольку акционерная форма предпринимательства в период империализма становится ведущей⁹ .

Основой проделанной работы явилось исследование динамики нормы прибыли в различных группировках капиталистических предприятий¹⁰ . Проведенный анализ показывает, что в начале XX в. отраслевые показатели нормы прибыли в металлургической и угольной промышленности оставались ниже средних по промышленности России в целом. Лишь в годы предвоенного промышленного подъема картина меняется.

Развитие добывающей и металлургической промышленности подчиняется закономерностям, определяющим более быстрый рост ее доходности сравнительно с обрабатывающей в восходящей фазе цикла капиталистического воспроизводства. Норма прибыли в этих отраслях растет опережающими темпами по сравнению с промышленностью в целом. В металлургии рост нормы прибыли в 1912/13 г. относительно 1909/10 г. составил 227% (с 7,1 до 16,1%), в угольной - 224% (с 3,4 до 7,6%) при росте среднероссийского показателя на 119% (с 11,8 до 14,1%). Выявленный процесс не расходится с теоретическим обобщением Р. Гильфердинга, который писал, что "в период высокой конъюнктуры спрос отраслей, производящих готовые продукты, возрастает быстрее, чём производство добывающих отраслей промышленности. Поэтому цены на сырой материал растут быстрее, чем цены на готовые изделия. Таким образом, в добывающей промышленности норма прибыли повышается за счет обрабатывающей"¹¹ .

Процессы монополизации, происходившие в этой сфере народного хозяйства, оказывали прямое влияние на величину и динамику доходности. Повышенный темп роста нормы прибыли в синдицированных отраслях (в сравнении со средними показателями по промышленности) свидетельствует о происходившем перераспределении национального дохода в пользу монополизируемых сырьевых отраслей. Методы, которыми

⁷ Характеристику изданий российской балансовой статистики см.: Шепелев Л. Е. Акционерная статистика в России. В кн.: Монополии и иностранный капитал в России. М. - Л. 1962; Голиков А. Г., Наумова Г. Р. Источники по истории акционирования промышленности. В кн.: Массовые источники по социально-экономической истории СССР периода капитализма. М. 1979.

⁸ Гиндин И. Ф. Ук. соч., с. 131.

⁹ Соответствующие данные применительно к различным отраслям промышленности России приведены в кн: Бовыкин В. И. Формирование финансового капитала в России. М. 1984, с. 116, 118.

¹⁰ Показатель прибыли, который может быть исчислен по материалам публичной отчетности, представляет собой следующее. Прежде всего, это лишь часть прибавочной стоимости, произведенной в рамках конкретного предприятия или отрасли, за вычетом из нее ренты в виде различного рода арендных платежей, ссудного процента. Таким образом, в основе исчисляемого показателя лежит собственно промышленная прибыль. При этом следует иметь в виду и некоторые его искажения. В этот показатель не входят накладные расходы, жалованье высшей администрации (члены правления и ревизионных комиссий). Зато к прибыли компаний причислены их доходы непромышленного характера. Как составная часть прибыли рассматриваются амортизационные отчисления.

Показатель нормы прибыли исчисляется через отношение рассчитанной вышеуказанным способом массы прибыли к сумме собственных капиталов предприятия, то есть основной (акционерный) капитал плюс все виды запасных (резервных).

¹¹ Гильфердинг Р. Финансовый капитал. М, 1959, с. 259.

стр. 56

достигались эти результаты, хорошо освещены в историографии: проводимая монополиями политика ограничения производства давала им возможность повышать цены, а значит, и прибыли. Чем сильнее была монополия, чем большую часть производства данной отрасли она охватывала, тем легче ей давалось установление монопольных цен, тем выше были прибыли данной отрасли по отношению к другим. Таким образом, происходило подчинение интересов народного хозяйства интересам монополистического капитала.

Однако в эту верную в целом картину следует внести коррективы. Представляется, что все-таки роль "Продамета" и "Продугля" в создании металлического и угольного "голода", характерного для последних предвоенных лет, до некоторой степени преувеличивалась. Говорилось об ограничении и даже сокращении производства. Практически не принимались во внимание закономерности цикла капиталистического воспроизводства. Лишь Гефтер более осторожно поставил вопрос об ограничении роста производства¹² . В этой связи уместно напомнить вывод, сделанный в свое время П. А. Хромовым. По его мнению, в отличие от кризисно-депрессивного периода 1900 - 1908 годов предвоенный промышленный подъем характеризовался более быстрыми темпами роста отраслей промышленности, производивших средства производства: черной металлургии, угольной промышленности, машиностроения, химии и др. Так, по его расчетам, угольная промышленность развивалась быстрее прочих, хотя не это являлось целью "Продугля".

Средний геометрический процент добычи каменного угля в 1885 - 1913 гг. равнялся 8, а всей промышленности - 5,8. Особенно большой процент роста был в конце XIX в. (1895 - 1900 гг.) - 12,4 и 13 в предвоенные годы (1910 - 1913 гг.)¹³ . О незначительной регулирующей роли "Продугля" свидетельствует и степень загрузки производственных мощностей в угольной промышленности: в течение всего периода именно крупные фирмы использовали больший процент мощностей. В 1913 г. чисто угольные фирмы - контрагенты "Продугля" использовали свои мощности на 77%, аутсайдерские - лишь на 66,7%¹⁴ .

Аналогичных цифр, характеризующих развитие металлургии, Хромов не привел. Такой расчет можно произвести, пользуясь данными Струмилина. Продукция черной металлургии в 1913 г. относительно 1908 г. выросла на 170,1%, в то время как по всей российской промышленности - на 162,4%. При этом происходило замедление темпов роста металлургии по сравнению с последним пятилетием XIX в. (185,4%) и относительно всей промышленности в целом. Это новое соотношение объясняется тем, что последняя увеличивала темпы роста (по сравнению со 138,1%¹⁵ в конце XIX в.).

Поэтому правильнее говорить, видимо, не столько об умышленном создании монополистами чугунного и угольного "голода", сколько об использовании ими в своих интересах закономерностей процесса капиталистического воспроизводства.

Заслуживают внимания весьма значительные различия как в динамике, так и в размерах нормы прибыли между металлургией и угольной промышленностью. В металлургии исходный уровень и темпы увеличе-

¹² Гефтер М. Я. Топливно-нефтяной голод в России и экономическая политика третьеиюньской монархии. - Исторические записки. Т. 83, с. 87 - 88; см. также: Корелин А. П. Социально-экономическая проблематика российского империализма в новейшей советской историографии. В кн.: Новейшие исследования по истории России периода империализма в советской и зарубежной историографии. М. 1985, с. 54.

¹³ Хромов П. А. Очерки экономики России периода монополистического капитализма. М. 1960, с. 40.

¹⁴ Рассчитано по: Каменноугольная промышленность в России в 1913 г. Вып. 2. Харьков. 1915, с. XI, табл. 1.

¹⁵ Струмилин С. Г. Промышленные кризисы в России (1873 - 1907). - Проблемы экономики, 1940, N 2, с. 131, 135 (таблицы).

стр. 57

ния нормы прибыли (вследствие роста цен на металл в условиях повышенной конъюнктуры и установления в конечном счете единой монопольной цены¹⁶ ) были настолько высоки, что в предвоенные годы средние показатели по российской промышленности в целом значительно отставали, причем налицо была тенденция и к дальнейшему увеличению разрыва. В 1911/12 г. это превышение составило 1,2% (14,6 против 13,4%), в 1912/13 г. - 2% (16,1 против 14,1%). В еще большей степени эта тенденция свойственна динамике самовозрастания совокупного монополистического капитала - норме прибыли синдиката "Продамет". Превышение среднего показателя нормы прибыли соответственно по годам составило 2,1 и 3,7%. Столь высокий уровень прибыли подтверждает монопольное положение металлургии в системе народного хозяйства России.

В угольной промышленности Донбасса норма прибыли, напоминая динамику в металлургии в последние предвоенные годы, однако, наоборот, не достигала даже средних российских показателей, оставаясь существенно ниже (в 1912/13 г. 7,6% против 14,1%). Точно так же и норма прибыли контрагентов "Продугля" (8,7%), незначительно превышая отраслевой показатель (на 1,1%), существенно отставала от среднероссийского уровня. Одним из важнейших факторов, определивших такое положение, явился низкий уровень производительности труда в угольной промышленности (ниже среднего российского)¹⁷ . Кроме того, наличие конкуренции со стороны других видов топлива, прежде всего нефти, не могло не сдерживать роста цен на уголь.

Таким образом, налицо различия в масштабах перераспределения национального дохода в пользу угледобывающей и металлургической отраслей, разная роль указанного процесса в формировании того или иного уровня доходов. Продолжая исследование факторов, определявших уровень доходности, удалось установить существенные отличия в процессах, протекавших внутри этих отраслей.

Монополизация металлургической промышленности прошла два этапа, совпадающие с фазами цикла. В период кризиса и депрессии происходила концентрация капиталов и прибылей монополизированными предприятиями. К началу предвоенного подъема в этом отношении был достигнут пик (в 1908/9 г. "Продамет" сконцентрировал 85% прибылей, 91% дивиденда отрасли). В годы подъема налицо обратный процесс - происходит деконцентрация, хотя и незначительная, капиталов и прибылей в пользу аутсайдеров (за "Продаметом" остается до 83% прибыли и 85% дивидендов 1912/13 г.), что определенно противоречит представлению о полном господстве "Продамета" в российской металлургии. Следовательно, перераспределение дохода отрасли в пользу монополизированных фирм не играло существенной роли в достижении повышенной доходности отрасли - значительный рост последней совпал по времени с деконцентрацией прибыли и капиталов.

В ряду факторов, обеспечивших монополизированным предприятиям более высокий уровень доходности относительно аутсайдеров, следует назвать более высокое состояние производственно-технической базы южных и польских предприятий, составивших ядро "Продамета", что позволяло им извлекать добавочную прибыль¹⁸ _.

В период депрессии в угольной промышленности, так же как и в металлургии, наличие синдикатской организации обеспечило ее участникам в целом более высокие темпы концентрации прибыли в сравнении с аутсайдерами, однако далеко не в той степени, которая позволила бы

¹⁶ Цукерник А. Л. Ук. соч., с. 199.

¹⁷ См Струмилин С. Г. Заработная плата и производительность труда в русской промышленности в 1913 - 1922 гг. М. 1923, с. 86 - 87.

¹⁸ Данные по этому вопросу см.: Бакулев Г. Д. Черная металлургия южной России М. 1953, с. 119 - 127; Струмилин С. Г. История черной металлургии в СССР. М. 1967, с. 365 - 368, 389.

стр. 58

обеспечить полное господство монополизированных фирм, В 1909/10 г. индекс роста продугольских фирм относительно 1906/7 г. (первого года функционирования синдиката) составил: массы прибыли 143,5%, дивиденда 168,8%. Для аутсайдеров эти показатели составили соответственно 125,0 и 116,3%. И все же степень самовозрастания капитала аутсайдеров в 1908/9 - 1909/10 гг. выше, чем у синдикатских предприятий (4,8 - 3,6% у первых против 4,1 - 3,2% у вторых). Это обеспечило их выживание и подготовило почву для роста в годы предвоенного подъема, когда становится очевидным более быстрое развитие продугольских фирм сравнительно с аутсайдерами.

Масса прибыли участников синдиката в 1912/13 г. относительно 1909/10 г. выросла на 305%, аутсайдеров - лишь на 178%. Норма прибыли у первых составила 8,7% против 5,6% -у вторых. При этом, однако, норма прибыли монополистического капитала лишь незначительно превосходила средний аутсайдерский показатель, а ведущие аутсайдеры развивались темпами, не уступавшими синдикатским. Так, средняя норма прибыли 11 ведущих аутсайдерских фирм в 1913/14 г. составляла 17%. У нескольких обществ этой же группы и масса прибыли мало уступала ведущим продугольским фирмам.

Все это в общем подтверждает, что независимые углепромышленные общества не были разорены синдикатом, постоянно развивали свое производство и, добавим, увеличивали свои доходы и рентабельность¹⁹ . Причина такого положения заключалась в том, что условия производства контрагентов "Продугля" практически не отличались от среднеотраслевых и даже уступали некоторым средне-крупным аутсайдерам. Наиболее производительная группа фирм с добычей 5 - 10 млн, пуд. в год (участники синдиката входят в основном в группу с добычей свыше 10 млн. пуд.). У этих аутсайдеров норма выработки угля на одного рабочего в 1912 г. составила 9800 пуд. при 9 тыс. в среднем по Донбассу и 9600 на продугольских²⁰ . Именно первая группа фирм находилась в наиболее благоприятных горнотехнических условиях, что и позволяло им успешно противостоять наступлению "Продугля", обеспечивая более низкую себестоимость топлива по сравнению с предприятиями последнего²¹ .

Однако и в этих условиях наличие синдикатской организации обеспечивало участникам синдиката более высокий уровень прибыли, чем в среднем по отрасли. Налицо, таким образом, значительная роль, которую играли в формировании совокупной прибыли монополистического объединения отношения по распределению совокупного дохода отрасли, складывавшиеся в отрасли в каждый данный момент.

Процессы, разворачивавшиеся внутри монополистических объединений, протекали аналогично охарактеризованным выше взаимоотношениям монополизированных и аутсайдерских предприятий. В металлургии в период депрессии крупные российские фирмы - участники синдиката (объем производства св. 10 млн. пуд. в год) сосредоточивают значительный процент капиталов и прибылей (79% собственных капиталов, 80% прибыли и 89% дивиденда в 1908/9 г. против соответственно 70, 69, 66 в 1903/4 г.). В период же оживления и подъема происходит деконцентрация. Крупные фирмы теперь располагали лишь 76% всех собственных капиталов, получили 74% всей прибыли и выплатили 73% совокупного дивиденда. При этом доля пяти крупнейших фирм в прибылях и

¹⁹ Шполянский Д. И. Монополии угольно-металлургической промышленности юга России в начале XX века. М. 1953, с. 89, 92 - 95; Кушнирук С. В. Синдикат "Продуголь" и рынки сбыта донецкого минерального топлива - История СССР, 1986, N 4, с. 167.

²⁰ Рассчитано по: Каменноугольная промышленность России в 1912 г. Вып. 2. Харьков 1914.

²¹ Кушнирук С. В. Ук. соч., с. 162, 164.

стр. 59

дивидендах как отрасли, так и синдиката последовательно уменьшался в течение всего периода.

В условиях экономического подъема и расширения спроса крупнейшие общества оказались не в состоянии играть роль монополистов на рынке железа, что могло удаваться им в той или иной мере при пониженной конъюнктуре и ограниченном спросе. В предвоенные годы происходит увеличение производства, рост капиталов и прибылей средних обществ, которые значительно усиливают свои позиции в отрасли в целом и в "Продамете". Эти же годы ознаменованы значительно возросшей устойчивостью иерархии производителей (в отличие от кризисно-депрессивного периода, когда ситуация в отрасли ежегодно менялась): большее число предприятий сохраняет свои позиции в этой иерархии. Все это позволяет сделать вывод о формировании в последние предвоенные годы устойчивой монополистической структуры отрасли. Прочность и продолжительность существования возникшей групповой монополии обусловливалась политикой "Продамета", направленной, как было показано еще П. И. Лященко, на обеспечение всем его участникам значительных прибылей²² .

В угольной промышленности в годы депрессии участие в синдикате приносило выгоды всем его контрагентам, независимо от их размеров, причем доходность средних и мелких обществ росла быстрее. Если в 1906 - 1909 гг. прибыли 6 крупнейших (по величине функционирующих капиталов) углепромышленных обществ выросли на 113%, то прибыли 5 средних и мелких обществ (вошедших в синдикат в 1906 г.) увеличились за тот же период на 152%. В 1909 - 1912 гг. соотношение обратное: для тех же 6 крупнейших фирм индекс роста прибылей составил 339%, тогда как у тех же 5 средних и мелких фирм темп сохранился практически прежний - 159%. В условиях промышленного подъема с постоянно увеличивавшимся спросом на уголь и ростом цен на него политика руководителей "Продугля", направленная на приоритетное развитие крупнейших фирм за счет более слабых и призванная компенсировать таким способом сравнительно невысокий уровень прибылей в отрасли, не могла не вызвать у более слабых стремление освободиться от ставших стеснительными условий синдиката и обеспечить себе тем самым большие прибыли²³ . Политика заправил "Продугля" порождала, таким образом, центробежные тенденции и послужила одной из главных причин развала синдиката.

В обеих отраслях отчетливо проявилась тенденция к распределению прибылей пропорционально затраченным капиталам. В изучении этих процессов сделан только первый шаг. Но и имеющиеся данные неплохо иллюстрируют это положение. В 1900/1901 г. пять крупнейших обществ металлургии (Южно-Русское Днепровское, Новороссийское, Донецко-Юрьевское, Русско-Бельгийское, Брянского завода) сосредоточивали в своих руках 32% собственных капиталов. При этом на их долю приходился значительно больший процент прибылей (53%) и дивиденда (60%). Это рекордный для всего периода показатель - разрыв между индексами концентрации капиталов и прибылей составляет 21 пункт. В 1912/1913 г. эти показатели составили соответственно 35, 40 и 46. Деконцентрация прибыли и дивиденда разворачивалась на фоне все же значительного роста доходов крупнейших предприятий. Масса их прибыли в течение изучаемого периода выросла на 228%, дивиденда - на

²² Лященко П. И. История народного хозяйства СССР. Т. 2. М. 1952, с. 308; см. также: Выгодский С. Л. Современный капитализм (Опыт теоретического анализа). М. 1975, с. 81, 569; Правоторова Л. А. Монопольная прибыль: видимость и сущность. М. 1983, с. 72 - 74.

²³ Волобуев П. В. Из истории синдиката "Продуголь" - Исторические записки. Т. 58, с. 122.

стр. 60

204%. При этом рост прибыли обгонял рост собственных капиталов - средняя норма прибыли выросла с 15,2 до 18,8%.

Аналогичным образом выглядели и позиции пяти ведущих компаний внутри "Продамета". И в более широком разрезе не обнаруживается сосредоточения в руках крупных компаний непропорционально большого процента совокупного дохода сравнительно с концентрацией капиталов.

Еще сильнее выражена эта тенденция в угольной промышленности Донбасса. Если в 1900/1901 г. концентрация прибыли отрасли крупнейшими фирмами (с собственным капиталом свыше 3 млн. руб.) превышала концентрацию капитала на 17,3 пункта (соответственно 90,9% и 73,6%), то в 1912/1913 г. доля их в прибыли (68%) практически равнялась доле в капиталах (67,4%). Примерное соответствие в конце периода характерно и для двух других фирм.

Подобные процессы свидетельствуют о резервах монополизации: ведь пропорциональное распределение прибыли сообразно затраченному капиталу - это черта, присущая капитализму эпохи свободной конкуренции. Кроме того, известно, что на действительно монопольные сверхприбыли процесс выравнивания прибылей не распространяется.

Таким образом, обнаруживаются некоторые различия в механизмах формирования прибылей и их уровнях в угольной и металлургической отраслях промышленности России в 1900 - 1913 гг. в синдикатских организациях, действовавших в этой сфере народного хозяйства. В металлургии в конце исследуемого периода прибыль по своим размерам, абсолютным и относительным, может быть охарактеризована как монопольно высокая, а капитал, обеспечивший условия для подобного самовозрастания, как капитал монополистический. При этом основным источником формирования относительно высоких (сравнительно со среднероссийскими) прибылей явилось перераспределение национального дохода в пользу металлургической монополии. Монопольное владение источниками сырья и обладание в силу этого возможностью выкачивать доходы из карманов потребителей продукции ограничивало развитие процесса монополизации внутри отрасли, консервируя достигнутый довольно высокий уровень.

В угольной же промышленности процесс монополизации не привел к установлению господствующего положения "Продугля" и, соответственно, такой нормы прибыли, которая могла бы быть охарактеризована как монопольно высокая. Ограниченные в силу объективных обстоятельств возможности участия монополистического капитала в перераспределении национального дохода компенсировались здесь активизацией перераспределительных процессов внутри как отрасли, так и синдиката. Установлению его господства в отрасли и, соответственно, достижению относительно высокой нормы прибыли препятствовал низкий уровень производительности труда на предприятиях его участников.

Более глубокий анализ и интерпретация этих и некоторых других данных сделают еще более очевидной перспективность разработки проблемы монопольной прибыли. Она должна вестись на материале всех крупнейших монополистических объединений за весь период их существования в России.