Академия наук СССР. Институт истории. Изд-во АН СССР. М. 1953. 536 стр.

Проблема генезиса капиталистического производства в России до сих пор не получила должного разрешения. Одной из причин этого является недостаток конкретно-экономических исследований. Наиболее слабо изучена экономика России XVII - XVIII вв. - периода, когда создавались предпосылки для вызревания капиталистических отношений.

За последние полтора-два десятилетия вышло немало работ по истории одной из важнейших отраслей русской промышленности-металлургии¹ . Рецензируемая книга рассматривает вопросы промышленной политики царского правительства и организации управления металлургии в первой половине XVIII века. Она с правильных методологических позиций, на конкретном историческом материале показывает разнообразные средства воздействия русского абсолютизма на развитие металлургической промышленности, прослеживает изменения в его промышленной политике. Не ограничиваясь анализом основных законодательных актов Берг-коллегии, автор раскрывает историю Берг-коллегии и ее местных органов в действии, на практике. Все это дало Н. И. Павленко возможность сделать ряд ценных наблюдений, характеризующих процесс возникновения капиталистических отношений в России.

Главным источником для исследования послужили архивные материалы фондов Берг-коллегии. Кроме того, автором использованы документы фондов сената, кабинета Петра Великого, а также частично материалы Свердловского областного государственного архива. Однако приходится пожалеть, что фонды Уральского горного правления, а также некоторые другие фонды Свердловского областного архива использованы автором недостаточно. Например, содержательная рукопись Н. К. Чупина "О местах и лицах главного горного управления на Урале со времени Петра Великого" не нашла, к сожалению, отражения в книге.

Большую часть книги, естественно, занимает история уральской металлургической промышленности, которая на протяжении многих десятилетий XVIII в. играла основную роль в русской металлургии. Покоясь на крепостной основе, она представляла оригинальный строй промышленности. В. И. Ленин указывал, что "во времена оны крепостное право служило основой высшего процветания Урала и господства его не только в России, но отчасти и в Европе"² .

Первая глава, "Развитие металлургической промышленности в XVII - первой половине XVIII в.", носит вводный характер: она в основном обобщает известный материал по истории русской металлургии. Вместе с тем в этой главе автор приводит новые данные о выплавке чугуна в России в 20 - 30-х годах XVIII века. По вполне обоснованным подсчетам Н. И. Павленко, в 1725 г. выплавка чугуна всеми вододействующими заводами России определяется в 800 тыс.

¹ Д. Н. Кашинцев. История металлургии Урала. М. 1939; П. П. Любомиров. Очерки по истории русской промышленности. М. 1947; М. Н. Мартынов. Горнозаводская промышленность на Урале при Петре I. Свердловск. 1948; Б. Б. Кафенгауз. История хозяйства Демидовых в XVIII - XIX вв. М. 1949 и др.

² В. И. Ленин. Соч. Т. 3, стр. 424.

пудов, а в 1733 г. - около миллиона пудов (стр. 83, 85).

Во второй главе автор разбирает систему управления металлургической промышленности России первой половины XVIII века. Он показывает, что история центрального учреждения по управлению горной промышленностью - Берг-коллегии, являвшейся частью истории государственного аппарата абсолютной монархии, - отражает особенности формирования русской промышленности.

По мнению автора, различные условия развития металлургической промышленности в разных районах страны определяли характер местных учреждений по управлению металлургией. Будучи органами абсолютистского государства, все эти учреждения осуществляли политику, выгодную господствующему классу, обеспечивали промышленникам право на эксплуатацию рудных и лесных богатств, на использование крепостного труда в промышленности. Анализ важнейших законодательных актов - Берг-привилегии 1719 г. и Берг-регламента 1739 г. - дает основание автору считать, что вопреки установившемуся в литературе мнению промышленная политика русского правительства во второй четверти XVIII в. соответствовала основному направлению политики, проводившейся в петровское время (стр. 162 - 163).

Центральную часть книги составляют третья и четвертая главы, посвященные характеристике казенной и частной металлургической промышленности, вопросам управления казенными и частными предприятиями, налоговой политике правительства, обеспечению сбыта готовой продукции. Автор убедительно показывает, как казенная промышленность содействовала развитию частной. Наибольший интерес представляют разделы, в которых анализируется состав рабочих казенных и частных металлургических предприятий, а также формы их эксплуатации. Автор правильно определяет социально-экономическую природу казенной мануфактуры в металлургической промышленности России первой половины XVIII в, как мануфактуры, основанной преимущественно на принудительном труде как неквалифицированных, так и квалифицированных рабочих (стр. 244).

Несколько иначе характеризует Н. И. Павленко социально-экономическую природу частных металлургических предприятий, указывая, что в них "в разных вариантах и соотношениях сочетались элементы феодальных и капиталистических отношений" (стр. 401). Отмечая, что частные предприятия использовали в большом количестве вольнонаемный труд, автор считает, что "в целом, однако, и "а частных предприятиях преобладал принудительный труд" (стр. 402). Чем больше льгот получали промышленники от феодального государства, тем больше крепостнических черт приобретали находившиеся в их руках предприятия.

В пятой главе книги приводится ряд новых фактов, показывающих положение приписных крестьян и работных людей в первой половине XVIII в. и их борьбу против угнетателей. Нельзя не согласиться с выводом" автора, что приписные крестьяне, вступая в борьбу с промышленниками, стремились вернуться к положению государственных или владельческих крестьян, предпочитая платить денежную ренту вместо заводских отработок.

Интересная и ценная монография Н. И. Павленко имеет, однако недостатки и содержит спорные положения.

Прежде всего вызывают возражение хронологические рамки работы. Н. И. Павленко признает, что "конечная грань исследования - 40-е годы - является в известной мере условной" (стр. 8). Но начальная и конечная грань того или иного исследования не может быть условной; эти грани должны определяться существенными социально-экономическими явлениями. Поскольку автор рассматривает русскую металлургию как металлургию, основанную преимущественно на принудительном труде, он должен был довести свое исследование до периода, когда наступает кризис в металлургической промышленности, опирающейся на принудительный труд.

Нельзя согласиться с автором, что единственной базой и прообразом уральской промышленности являлась промышленность Центральной России. "Заводы центрального металлургического района, - пишет Н. И. Павленко, - поставляли строившимся на Урале предприятиям не только оборудование, но и квалифицированную рабочую силу. В результате на Урале были как бы воспроизведены копии заводов центра, отличавшиеся от своих оригиналов большими размерами и техническим совершенством" (стр. 16). Несомненно, центральный промышленный район играл большую роль в развитии промышленности на окраинах и, в частности, на Урале. Однако истоки уральской промышленности нельзя видеть только в этом.

Во-первых, археологические данные говорят о наличии древней металлургии на Урале; во-вторых, уральские крестьяне издавна занимались обработкой металла, что позволило им накопить огромный производственный опыт я создать кадры квалифицированных мастеров, рудознатцев, землепроходцев и работных людей; в-третьих, еще в первой половине XVII в. на Урале возникли казенные заводы, которые были переданы промышленникам Тумашовым. Это свидетельствовало о зарождения уже в то время условной, посессионной формы промышленности. Следовательно, на развитие уральской промышленности оказал влияние весь процесс экономического развития страны.

К сожалению, Н. И. Павленко не показал роста внутренней потребности на металл, явившегося результатом происходивших изменений в социально-экономической жизни страны. Причины роста металлургии автор видит прежде всего во внешнем факторе, в Северной войне: "Мощный толчок ее дальнейшему развитию (имеется в виду развитие русской металлургии. - Авторы) дала Северная война" (стр. 4). Рассказывая о развитии заводов центра страны, автор указывает, что "..."лихорадочное" строительство заводов было предпринято в первые, наиболее напряженные годы Северной войны" (стр. 68). Касаясь развития уральских заводов, автор утверждает, что все эти "заводы носили военный характер" (стр. 79). Вопрос о внутренних причинах, вызвавших быстрый толчок развития русской металлургии, остался в работе Н. И. Павленко невыясненным.

Автор подвергает справедливой критике точку зрения М. Ф. Золотникова, М. Н. Мартынова, Е. И. Заозерской и других исследователей, которые считают, что правительство продолжительное время воздерживалось от передачи казенных заводов в частные руки, так как прибыль, получаемая от казенных заводов, превышала налоговые поступления с частных заводов. Автор находит эту точку зрения неправильной, ибо здесь "широкая проблема промышленной политики подменялась более узкой фискальной проблемой" (стр. 168). Н. И. Павленко показывает роль казны в освоении тульско-каширского и уральского районов. Он приводит интересный материал о помощи, которую оказывала казна частным заводчикам людьми, инструментами и т. п.

Однако этот вопрос разработан автором без учета исследования Н. К. Чупина, знатока уральской промышленности. Еще в 1861 г. Н. К. Чупин отмечал, что доход от казенных заводов "не может быть велик", "но независимо от фискальной цели" казенные заводы играли положительную роль и служили образцом по технической части, представляя собой "практическую горную школу, открытую для всех". Кроме того, он сообщал, что частные заводы брали с казенных заводов специалистов и администраторов, получали нужные инструменты и оборудование³ . Н. К. Чупин рассказывал о расхищении национальных богатств России иностранцами, а также крупными вельможами.

По вопросу о роли казенных заводов в развитии русской металлургии высказывался И. Полетика⁴ , полемизировавший с Н. К. Чупиным и М. Котляревским ⁵ . Этой проблемой занимались также В. П. Безобразов, А. Н. Митинский, Д. И. Менделеев и другие. Разумеется, советский историк должен был высказать свое мнение по этому вопросу, но ему следовало учесть и все то, что было сказано об этом в дореволюционной литературе.

В монографии Н. И. Павленко не нашел полного освещения вопрос о частной металлургической промышленности. Нам представляется весьма спорным утверждение автора о "формировании класса русской буржуазии" в первой половине XVIII в. (стр. 320 - 321). Бесспорно, что процесс возникновения новых капиталистических отношений в какой-то мере происходил и в первой половине XVIII в. (или даже в конце первой половины). Однако в первой половине XVIII в. создавались лишь предпосылки для появления в будущем капиталистического уклада, а отнюдь не его формирование. Большинство исследователей правильно датирует время складывания капиталистического уклада последними десятилетиями XVIII в. и даже началом XIX века. Тем более это относится к Уралу, где крепостничество держалось особенно упорно.

Н. И. Павленко, выдвигая свою точку зрения по вопросу о возникновении капиталистических отношений, считает, что уже в

³ Н. К. Чупин. Отдача уральских казенных заводов в частные руки в прошлом столетии. "Горный журнал". 1861 г. Ч. 2, стр. 585 - 588.

⁴ И. Полетика. Об отдаче уральских казенных горных заводов в частные руки в прошлом столетии. "Горный журнал". 1861 г. Ч. 3.

⁵ М. Котляревский. Заметки об уральском горном хозяйстве. СПБ. 1878.

первой половине XVIII в. в русской металлургии, в том числе и в уральской, имело место "сочетание элементов буржуазной собственности с владельческим правом" (стр. 321). Думается, что подобный взгляд нужно аргументировать на основе всех видов феодальной формы собственности и особенно посессионной, игравшей ведущую роль в уральской частной металлургической промышленности. К сожалению, вопрос о посессионной собственности Н. И. Павленко в своей работе не затронул. Развитие посессий выражало стремление крепостнического государства содействовать укреплению феодальных производственных отношений и в промышленности. Не рассматривая вопрос о посессиях, нельзя глубоко раскрыть промышленную политику правительства в частной металлургии.

В книге не получил достаточно полного освещения вопрос о подготовке кадров для металлургической промышленности. Н. И. Павленко не отметил работ советских исследователей по истории горнозаводских школ на Урале, в частности работу В. Н. Будрина "Горнозаводские школы на Урале в XVIII и начале XIX веков"⁶ . Ошибочным является утверждение автора о времени появления первой горнозаводской школы на Урале.

Н. И. Павленко, ссылаясь на статью В. Верха, помещенную в "Горном журнале", пишет, что первая горная школа в России появилась в 1716 г. при канцелярии Олонецких заводов (стр. 200). Создание же первых горнозаводских школ на Урале Н. И. Павленко относит только к 20-м годам XVIII в., а инициативу в этом деле приписывает В. Н. Татищеву. В действительности первая горнозаводская школа возникла не на казенных, а на частных заводах Демидова.

Н. И. Павленко должен был учесть интересное сообщение по этому вопросу А. Виноградова, который указывает, что Петр I указом от 6 декабря 1702 г. предписал Никите Демидову открыть школу в Невьянском заводе. Школа была открыта в 1709 г. и явилась первой школой на Урале⁷ .

Демидовские заводы с самого начала своего существования были рассадником передовой технической культуры на Урале. Будучи выдающимися мастерами и организаторами, Демидовы заложили основу школы тагильских мастеров, создавших славу России.

К недостаткам книги следует отнести и то, что автор неполно использовал литературные источники по теме исследования. В частности, он не использовал работу П. А. Иванова⁸ , посвященную истории управления уральской промышленности. Вследствие этого автор ошибочно утверждает, что первым горным учреждением на Урале был Обер-берг-амт, созданный В. И. Гениным. В действительности же В. Н. Татищев создал в Кунгуре Горную Канцелярию, которая затем была переведена в Уктус и называлась "Сибирское Вышнее Горное Начальство".

Имеются в работе и фактические погрешности. Так, например, Н. И. Павленко указывает, что строителями Екатеринбургского завода были солдаты Томского полка (стр. 227 и др.), в то время как Екатеринбургский завод и крепость строили вместе с уральскими мастеровыми солдаты Тобольского полка.

Отмеченные недостатки не снижают ценность полезной и интересной монографии Н. И. Павленко. Эта монография вносит существенный вклад в разработку истории русской металлургии.

⁶ В. Н. Будрин. Горнозаводские школы на Урале в XVIII и начале XIX веков. "Материалы второй научной конференции по истории Екатеринбурга - Свердловска". Свердловск. 1950, стр. 45 - 99.

⁷ А. Виноградов. Первая школа. Сборник "Нижний Тагил". Свердловск. 1945, стр. 96 - 97.

⁸ П. А. Иванов. Краткая история управления горной частью на Урале. Екатеринбург. 1900.