Переход от мануфактуры к фабрике имеет особенно важное значение в развитии капитализма.

С этой точки зрения большой интерес представляет Александровская мануфактура. Ее истории посвящены две работы: небольшой очерк Е. Цейтлина по истории льнопрядильного отделения мануфактуры, в котором рассматриваются главным образом проблемы, связанные с техническим переворотом в льнопрядении1 , и статья В. Яцунского о роли Александровской мануфактуры в снабжении первых бумагопрядильных фабрик машинами2 . Мы хотим осветить вопрос об изменениях в социальном составе работников мануфактуры и показать формирование кадров рабочих.

Александровская мануфактура была учреждена аббатом Оссовским в 1798 г. с разрешения мануфактур-коллегии, а в 1799 г., после смерти ее владельца, перешла в казенное ведомство, находясь при Петербургском воспитательном доме.

Название мануфактуры говорит о целях этого предприятия: "Императорская мануфактура для чесания и прядения на машинах хлопчатой бумаги и тканья из оной разных материй и для делания и составления чесальных и прядильных машин"3 . Если ситценабивное производство и хлопчатобумажное ткачество развивались в России с XVIII в., то Александровская мануфактура явилась первым крупным бумагопрядильным предприятием. При мануфактуре имелись ткацкое, чулочное, белильное и красильное отделения, механическая мастерская. С 1805 г. началось строительство льнопрядильного отделения, которое было завершено в 1820 г., и с 1821 г. на мануфактуре развернулось впервые в России машинное льнопрядение. В 1819 г. мануфактуре была передана фабрика по производству игральных карт4 . Но ведущее место как по удельному весу на самой мануфактуре, так и по экономической значимости для хлопчатобумажной промышленности России принадлежало бумагопрядильному отделению. Большую роль сыграла механическая мастерская в оборудовании самой мануфактуры и в производстве машин по частным заказам.

Уже в первое десятилетие существования мануфактуры там начался процесс превращения в фабрику. В 20-х годах благодаря внедрению льнопрядильных и бумагопрядильных машин и ткацких станков новейшей конструкции мануфактура вышла в ряды передовых предприятий. 30-е годы были годами ее расцвета как в области технического оснащения, так и в области производства продукции высокого качества ее прядильным отделением и механической мастерской. Машиностроение на мануфактуре, особенно усилившееся в 30 - 40-х годах, сыграло значительную роль в период начавшегося промышленного переворота в России, когда осуществлялся переход от мануфактуры к фабрике в области хлопчатобумажной промышленности.

Переход от мануфактуры к фабрике влечет за собой вслед за внедрением системы машин и развитием производительных сил соответствующее изменение производственных отношений. Этот переход "знаменует полный технический переворот..., а за этим техническим переворотом неизбежно идет самая крутая ломка общественных отношений производства, окончательный раскол между различными группами участвующих в производстве лиц, полный разрыв с традицией, обострение и расширение всех мрачных сторон капитализма, а вместе с тем и массовое обобществление труда капитализмом"5 .

1 Е. А. Цейтлин. Технический переворот в льнопрядении и начало машинного производства льняной пряжи в России. М. -Л. 1936.

2 В. К. Яцунский. Роль отечественного машиностроения в снабжении прядильным оборудованием русских фабрик в первой половине XIX в. "Исторические записки" АН СССР. 1953, N 42.

3 Центральный государственный исторический архив в Ленинграде (ЦГИАЛ), ф. 759 оп. 8, д. XLIII, 1898 г., л. 165. Полное собрание законов (П. С. З.) II Собрание. Т. XXVII. N 19613.

4 ЦГИАЛ, ф. 758, оп. 24, д. 252, 1811 г., лл. 86 - 87.

5 В. И. Ленин. Соч. Т. 3, стр. 397.

стр. 76
Особенностью мануфактурного периода в России по сравнению с западноевропейскими странами являлось применение крепостного труда в промышленности, которое В. И. Ленин называл примером "самобытного явления в русской истории"6 . Но по мере развертывания промышленного переворота, внедрения машинной индустрии возрастал удельный вес вольнонаемных рабочих в производстве.

Объективная необходимость в переходе к вольнонаемному труду должна была, в частности, проявиться в бумагопрядении, возникшем сразу же на основе механизации производства. Состав работавших на Александровской мануфактуре был чрезвычайно пестрым. Здесь насчитывалось несколько групп работников: 1. Несовершеннолетние питомцы Воспитательного дома. 2. Совершеннолетние питомцы, получившие вечноувольнительные свидетельства и работавшие на мануфактуре по контрактам. 3. Казенные и приписные к мануфактуре мастеровые. 4. Инвалиды. 5. Вольнонаемные7 .

Всех работавших можно разделить на две основные группы работников: находившихся в крепостной зависимости и вольнонаемных. К первой группе принадлежали несовершеннолетние питомцы, казенные и приписные мастеровые, крестьяне приписанных к мануфактуре селений и инвалиды. Ко второй группе относились совершеннолетние воспитанники, получившие увольнительные свидетельства, и вольнонаемные, хотя последние вне мануфактуры и могли находиться в крепостнических отношениях к помещикам.

Проблему обеспечения Александровской мануфактуры рабочей силой вначале пытались разрешить чисто по-крепостнически. В 1799 г. предполагалось учредить мануфактуру "при деревне, в которой бы не менее 3000 душ обоего пола разного возраста было". Из прикрепленных к ней 3 тыс. крестьян намечалось использовать в значительном количестве труд малолетних. По мнению автора проекта, достаточным стимулом должна была послужить оплата труда мужчины - 60 рублей в год, женщины - 50 рублей, а малолетнего - 24 рубля8 . В 1801 г. к мануфактуре были приписаны село Усть-Ижора, слобода Рыбацкая, деревни Лесная и Заводская; всего здесь числилось 1076 человек с 10 до 50-летнего возраста. Четвертая часть из них, или 269 человек, начиная с 10-летних, " была намечена на работу в разные отделения мануфактуры.

В проекте учреждения мануфактуры, принадлежавшем перу князя Вяземского, было подсчитано, что мануфактура получит в год на 10 тыс. рублей больше доходов, если вместо вольнонаемных на ней станут работать крестьяне приписанных селений. Но в том же 1801 г. "в связи с неудобствами этой системы" крестьяне были освобождены от работы на мануфактуре с условием уплаты оброка в 15 тыс. рублей в год9 .

Своего освобождения крестьяне добились упорной и настойчивой борьбой. Они отказывались выходить на работу, не выполняли заданий по щипанию хлопчатой бумаги, которую раздавали им на дом, производили "нерадиво" накалывание кард. Как отмечало правление, крестьяне "даже кожи портят и зубья ломают..., так что по сию пору ни одной карды в работу не сделано..., что ставит под угрозу производство кардмашин".

Крестьяне неоднократно посылали прошения, в которых отстаивали свои права как государственных крестьян, протестовали против закрепощения их мануфактурой. Приписка к мануфактуре, как они указывали, несла им разорение, так как лишала возможности заниматься их постоянными промыслами - рыболовством, строительными работами, наймом на речные суда и другими "сторонними заработками".

Уклоняясь от подневольного труда, приписные крестьяне нанимали взамен себя людей для работы на мануфактуре. В первой половине 1801 г. был нанят 101 человек. Заработная плата этих вольнонаемных в среднем составляла 12 рублей в месяц, в то время как приписным крестьянам платили 5 рублей в месяц10 .

В 1801 г. правление мануфактуры отказалось от труда приписных крестьян, отмечая "упорство и непривычку и неохотливость к работам крестьян этих (приписанных к мануфактуре) слобод и дабы избежать скучных частых приносимых от них неосновательных жалоб". После освобождения приписных крестьян на мануфактуре продолжали работать лишь 12 приписных мужчин и 16 женщин (после 1823 г. не осталось и их).

6 Там же, стр.. 411.

7 ЦГИАЛ, ф. 758, оп. 24, д. 252. 1811 г., л. 87.

8 Там же, ф. 759, оп 8, д. XLIII, 1798 г., л. 32 об.

9 Там же, ф. 758, оп. 24, д. 170, 1826 г., лл. 6, 9 об., 10. 13.

10 Государственный исторический архив Ленинградской области (ГИАЛО), ф. 1163, оп. 1, св. 4, д. 15, 1801 г., лл. 11, 38, 44 - 47, 67 - 74.

стр. 77
Взамен работы на мануфактуре па крестьян был наложен денежный оброк. Сумма его была крайне высока: вместо 3 рублей с ревизской души с крестьян взималось по 18 рублей с ревизской души, или в 6 раз больше обычного оброка, бравшегося с окрестных казенных крестьян. Даже после снижения оброка в 1804 г., вследствие протеста крестьян, он оставался очень высоким.

Приписные крестьяне были заменены другой группой зависимых - инвалидами, присланными военным ведомством. Правление надеялось, что "таковой переменой работников будет она (мануфактура. - Ч. В. ) иметь людей, в работе послушных и способных и которые приохотятся и, получив нужный навык, укоренят изделье мануфактуры"11 . Намечалось использовать на работе 250 инвалидов. На содержание их отводилось 15 тыс. рублей в год (по 60 рублей на каждого). Этим и определялась сумма оброка, взимавшегося с крестьян. Как видим, на последних легла вся тяжесть содержания инвалидов. Правление мануфактуры использовало также рекрутов. Содержание рекрутов обходилось мануфактуре дешевле, чем содержание инвалидов, так как рекрутам она платила 51 р. 47 к. в год12 .

Александровская мануфактура нуждалась в квалифицированных рабочих, которые занимались бы производством оборудования как для самой мануфактуры, так и по частным заказам. И эту проблему правление пыталось решить, используя привилегии казенного предприятия. В 1799 г. на мануфактуру было направлено 12 слесарей и токарей с семьями с казенных Сестрорецких заводов, в 1800 г. - 38 мастеровых с Тульских заводов и позднее еще 15 человек оттуда же. Почти все эти мастеровые работали в механической мастерской. В ткацкое отделение были переведены в 1806 г. 27 чулочных мастеровых с семьями с казенной Екатеринославской суконной мануфактуры, приписные работные люди с миткалевой мануфактуры Капустова, 14 мастеровых с Новороссийской мануфактуры. Такие переводы продолжались и в последующие годы, причем работных прикрепляли вместе с семьями к мануфактуре навсегда. Только в 1825 г. было дано разрешение на увольнение достигших 55-летнего возраста мастеровых, переведенных с Тульских и Сестрорецких заводов, если они пожелают отправиться в родные места13 . Казенные мастеровые, несколько поколений которых являлось кадровыми работными людьми, не были связаны с землей, с сельским хозяйством. Они-то и являлись основной группой квалифицированных рабочих мануфактуры.

На мануфактуре широко применялся детский труд. Рост эксплуатации детского труда характерен для капиталистической фабрики, где машинная индустрия делает излишней мускульную силу рабочих. Правление Александровской мануфактуры эксплуатировало труд сотен несовершеннолетних воспитанников, детей мастеровых, инвалидов и женатых воспитанников, обращаясь к правительственному аппарату за содействием в этом. Еще в 1798 г. Воспитательный дом должен был выделить 300 питомцев для работы на мануфактуре, причем лишь 5 воспитанников 17-летнего возраста, подавляющую же массу - 166 человек - в возрасте 14 - 16 лет, 106 питомцев - 10 - 13 лет и 33 воспитанника даже 9-летнего возраста. После перехода мануфактуры в казенное ведомство в 1799 г. количество нужных ей работников исчислялось в 426 человек, из них лишь 76 взрослых (40 мужчин и 36 женщин) и 350 мальчиков и девочек.

Управляющий мануфактурой англичанин Вильсон просил, чтобы детей инвалидов оставляли на мануфактуре, как на военной службе. Оставление детей при родителях-инвалидах послужит, по его мнению, стимулом для вступления мастеровых в брак, для умножения семейств, а мануфактура получит полезных работников, так как малолетние на машинах, как это доказано иностранными фабриками, дадут вдвое большую производительность труда, чем ручные прядильщики. Так Вильсон хотел сочетать труд малолетних крепостных с усиленно внедряемыми в производство машинами.

Привлечение к работе на мануфактуре питомцев Петербургского и Московского воспитательных домов обеспечивало предприятие более покорными рабочими и позволяло применять на мануфактуре дешевый детский труд. В 1800 г. здесь работал 101 воспитанник в возрасте от 9 до 19 лет. В 1804 г. их было уже 75614 .

11 ЦГИАЛ, ф. 758, оп. 24, д. 170, 1826 г., лл. 6, 7, 17.

12 Там же, д. 252, 1811 г., л. 5; д. 13, 1815 г., л. 103 об.

13 Там же, д. 380, 1861 г., л. 39.

14 Там же, ф. 40, оп. 1, д. 2, 1764 г., л. 69; ф. 759, оп. 8, д. XLIII, 1798 г., л. 32; ф. 758, оп. 24, д. 3, 1799 г., л. 5.

стр. 78
Воспитанники, достигшие 21 года, получали свободу; их могли оставить на работе только с их согласия. Воспитанники, жившие у крестьян, в отличие от штатных воспитанников, навсегда оставались при мануфактуре. Но правление имело право переводить их в штатные и предоставлять им по достижении 21 года свободу. Мануфактура использовала эту возможность.

Подавляющее большинство воспитанников, достигнув 21 года, оставалось работать на мануфактуре по контрактам, получая сдельную оплату.

В 1842 г. на мануфактуре работало 156 вольных воспитанников, в том числе 42 - подмастерьями.

В условиях внедрения машинной техники правление мануфактуры, считало целесообразным переход к эксплуатации вольнонаемного труда.

Для строительства сложных машин и управления ими нужны были кадры квалифицированных рабочих, обладающие специальными техническими знаниями. Иностранные мастера обходились очень дорого. Вот почему на мануфактуре в довольно широких масштабах было организовано обучение воспитанников. В 1806 г. обучалось письму 48 и чтению - 220 человек.

С 1808 г. с восемью наиболее способными питомцами были организованы занятия по черчению. В последующие годы некоторые воспитанники стали обучаться алгебре, геометрии, тригонометрии и физике. По мере механизации производства расширялось число изучавшихся дисциплин и количество обучавшихся. В 1819 г. в "нижних" классах (в них шло обучение общеобразовательным предметам) занималось 573 воспитанника. Наибольшее число учащихся насчитывалось в конце 30-х годов, когда мануфактура достигла высшего подъема по всем производственным показателям и усиленно занималась машиностроением для частных бумагопрядилен. В 1837 г. обучалось 809 воспитанников, причем особенно возросло число учащихся в высших классах. Математические науки изучали 249 человек, 51 - черчение и рисование, 27 - механику и физику. Для подготовки русских механиков и мастеров правление мануфактуры направляло воспитанников и за границу. В 1803 г. 2 воспитанника были посланы в Англию "для усовершенствования в механике". На обучение в Париже воспитанников Герасимова и Владимирова в 1808 г. было отпущено 3437 рублей.

Сами воспитанники жадно тянулись к знаниям. В отчетах правления мануфактуры указывалось на отличные успехи обучавшихся по черчению, физике, геометрии. С 1819 г. был введен метод взаимного обучения, при котором старшие ученики обучали учащихся низших классов.

Воспитанники вместе с казенными мастеровыми составляли основную массу квалифицированных кадров мануфактуры. В 1808 г. все подмастерья были из воспитанников. Воспитанники Соколов и Хмелев, награжденные серебряными медалями за отличное учение, были старшими подмастерьями по устройству прядильных машин. Воспитанник Добров был назначен мастером чулочной мастерской. В помощь белильному мастеру, применявшему новый метод беления, в 1806 г. был выделен воспитанник, "оказавший великую наклонность к сему искусству"15 . Мастер в ткацкой мастерской по рисованию рисунков тканей был из вольных воспитанников. Так создавались кадры русских механиков и мастеров.

Правление мануфактуры организовало также обучение детей мастеров. С 1828 г. для них была создана специальная школа. К началу 1830 г. в ней обучались 91 мальчик и 60 девочек чтению, письму, арифметике, закону божьему (девочек обучали еще и шитью). В 1837 г. в этой школе обучалось 125 детей16 .

Применение машин при отсутствии техники безопасности приводило к многочисленным несчастным случаям. Работа на мануфактуре изнуряла детей, подрывала их здоровье.

При учреждении мануфактуры рабочий день превышал 12 часов в сутки. В 1804 г. был установлен 111 /2 -часовой рабочий день. Этот рабочий день распространялся и на детей.

15 Там же, д. 20, 1804 г., л. 11 об.; ф. 40, оп. 1, д. 4, 1764 - 1807 гг., л. 69; ф. 758, оп. 24, д. 4, 1806 г., л. 1; д. 86, 1843 г., л. И; ф. 758, оп. 24, д. 6, 1808 г., л. 73; д. 35, 1837 г., л. 58; д. 19, 1803 г., л. 9; д. 6, 1808 г., л. 95; д. 6, 1808 г., л. 73; д. 4, 1806 г, л. 2 об.

16 Там же, оп. 4, д. 158, 1841 г, л. 176; оп. 24, д. 27, 1829 г., л. 11; д. 35, 1837 г., л. 58.

стр. 79
Подготовив механиков, мастеров и подмастерьев из числа воспитанников, мануфактура получила большие выгоды. Если иностранным мастерам платили по 6 - 8 тыс. рублей в год, то мастер из воспитанников получал не более 600 рублей в год, а подмастерье - 200. Мануфактура выплачивала пенсии престарелым и больным мастеровым из воспитанников в размере 5 - 6 рублей в месяц, причем "пенсионный капитал образовался, - писали рабочие, - посредством вычетов из нашего же и других лиц жалованья и задельной платы во все продолжение нашей службы". На 1 января 1858 года мануфактура накопила пенсионный капитал в 111686 рублей, из процентов с которого и вычетов с рабочих выплачивалось всего 6191 рубль пенсии.

По мере механизации производства мануфактура все больше была вынуждена прибегать к применению вольнонаемного труда. Кадры вольнонаемных формировались за счет воспитанников, получивших свободу, за счет помещичьих и казенных крестьян, нанимавшихся на работу. Значительную часть вольнонаемных составляли женщины, в том числе жены мастеровых.

Как видно из отчета правления мануфактуры за 1811 г., в первой половине года сократилось число работниц по наборке кард; это объяснялось тем, что женщины "охотней нанимаются на посторонние работы, а зимой возвращаются на мануфактуру". Это были, видимо, жены мастеровых или крестьян приписанных к мануфактуре селений, нанимавшиеся на мануфактуру добровольно. В отчете правления мануфактуры за первую половину 1806 г. говорится, что прибыло вольнонаемных женщин 57 человек, "кои употребляются на разбивке бумаги с изделья". Женский труд особенно широко применялся в льнопрядильне. Здесь в 1841 г. работали 342 женщины, или 69% всех занятых в этом отделении.

Когда в середине 40-х годов началось сокращение числа вольнонаемных, несовершеннолетние воспитанники были заменены детьми мастеровых, так как содержание последних обходилось мануфактуре дешевле содержания несовершеннолетних воспитанников.

В бумагопрядильном отделении в 1843 г. при сокращении числа несовершеннолетних воспитанников на 51% число детей мастеровых увеличилось на 150%. С начала 20-х годов в годовых ведомостях была введена специальная графа о числе "малолетних детей мастеровых, находящихся при отцах" и еще не работающих. Тогда же была введена графа о количестве детей мастеровых, занятых на производстве. К 1845 г. их насчитывалось на мануфактуре более 10017 .

Для характеристики производственных отношений большое значение имеет вопрос о задельной плате. Можно в целом согласиться с мнением Н. М. Дружинина, что заработная плата посессионных, как и других групп крепостных рабочих, еще не является показателем разложения старого, крепостнического строя и установления капиталистических производственных отношений. Но введение задельной оплаты явилось стимулом повышения производительности труда. Для отдельных групп крепостных рабочих заработная плата становилась единственным источником их существования. На Александровской мануфактуре еще в 1799 г. предполагалось ввести задельную оплату труда. В одном из своих отчетов правление жаловалось на невыгодность содержания инвалидов, которых мануфактура обеспечивала казенной квартирой и питанием. Однако прикрепленные к мануфактуре инвалиды не были заинтересованы в результатах своего труда и предпочитали получать поденную, а не задельную плату. Поэтому правление использовало их не на производственной работе, а на полицейской и караульной службе.

Введение сдельной заработной платы для казенных мастеровых, инвалидов, рекрутов не означало, что они превращались в вольнонаемных; они продолжали оставаться зависимыми, крепостными работными людьми. Тем не менее заработная плата, которую получали мастеровые и вольные воспитанники, не имевшие ни земли, ни жилищ, являлась выражением новых, капиталистических производственных отношений. По мере внедрения машин, механизации производства, применения более дешевого женского и детского труда происходило снижение уровня заработной платы. В 1843 г. ревизионная комиссия упрекала правление Александровской мануфактуры

17 Там же, ф. 759, д. 31, 1833 г., л. 55 об.; д. 370, ч. 1, 1858 г., л. 142; д. 380, 1861 г., лл. 6, 7; д. 8, 1810 г., л. 112; д. 4, 1806 г., л. 1 об.; д. 58, 1841 г., л. 4 об.; д. 86, 1843 г., л. 207; д. 209, 1845 г., л. 6 об.

стр. 80
в повышении задельной платы с 9 р. 52 к. с пуда пряжи в 1837 г. до 11 р. 89 к. в 1839 г., то есть на 25%, отчего мануфактура потеряла в 1839 г. 60 тыс. рублей. Вильсон отвечал, что рост заработной платы объяснялся выработкой более тонкой пряжи. В целом же, указывал он, усовершенствование машин привело к снижению заработной платы: если в 1810 г. работа и материалы по уткопрядильной стоили (кроме сырья) 24 р. 81 к. за 1 пуд пряжи N 26, то в 1824 г. - 8 р. 89 к. за 1 пуд пряжи N 38,9. Таким образом, за 32 года развития Александровской мануфактуры, в период ее наибольшего подъема, заработная плата снизилась на 15 р. 92 к. на пуд, или на 65%, и это при повышении номера пряжи почти на 50%. Такое снижение платы было результатом введения машин, интенсификации труда, замены взрослой рабочей силы детским трудом, то есть средствами, применяемыми в капиталистической промышленности.

Годовые отчеты Александровской мануфактуры позволяют установить как состав работавших на Александровской мануфактуре, так и динамику применения труда разных групп рабочих18 . По данным на 1 января 1805 г., основную массу рабочих мануфактуры составляли несовершеннолетние воспитанники (837 чел.); инвалидов, казенных мастеровых, несовершеннолетних воспитанников, то есть всех зависимых, насчитывалось 1 432 человека. Вольнонаемных вместе с вольными воспитанниками (не считая иностранцев) числилось всего 24, или 1,5%. Чиновников и надзирателей было вдвое больше, чем вольнонаемных (3%). В это время Александровская мануфактура приспособляла крепостническую систему труда к быстро механизирующемуся производству. В середине 20-х годов, когда мануфактура уже являлась фабрикой, оснащенной системой машин и паровыми двигателями, вольнонаемные составляли там 23,6% общего числа работавших, то есть почти в 15 раз превышали число вольнонаемных 1805 года. В 30-х годах Александровская мануфактура стала фабрикой в полном смысле этого слова и по составу рабочих. На 1 января 1834 г. число зависимых составляло 43,3%, притом удельный вес воспитанников по сравнению с 1805 г. сократился в два, а инвалидов - в 21 / 2 раза.

Абсолютное число инвалидов уменьшилось не намного (на 79 человек). Это объяснялось тем, что правление не имело права уволить их или перевести в ряды вольнонаемных, но оно использовало инвалидов, как уже говорилось, почти исключительно в караульной службе. Число же вольнонаемных рабочих в 1834 г. составляло уже 45,9%, а вместе с вольными воспитанниками - 53,7% всех занятых на мануфактуре. К этому времени количество рабочих на мануфактуре достигло 3051 человека. В последующие годы при сокращении общего числа работавших количество вольнонаемных и абсолютно и по удельному весу продолжало расти. В 1843 г. они составили 58,5% всех работавших на мануфактуре, а вместе с вольными воспитанниками - 67,4%.

Внедрение машин не могло не отразиться на составе рабочих. В этом наглядно проявилась неразрывная связь производственных отношений с производительными силами и революционизирующая роль последних, заставивших даже на привилегированной казенной императорской мануфактуре резко сократить применение труда зависимых и во все больших масштабах привлекать к труду вольнонаемных рабочих. Неверно утверждение Е. Цейтлина, будто удельный вес крепостных рабочих на мануфактуре увеличивался19 . Его ошибка проистекает из того, что крестьян, как и женщин, автор относит к группам крепостных рабочих. Между тем в годовых отчетах правления имелась специальная графа о вольнонаемных рабочих; в ней иногда, например, в 1841- 1843 гг. по льнопрядильной, дается название "крестьяне", а в 1844 - 1845 гг. иногда - "вольнонаемные"20 . Работники, числившиеся по этой графе, были заняты главным образом на одной я той же операции - чесании льна. По другим отделениям в той же графе всегда упоминаются только "вольнонаемные". Название "крестьяне" указывает на сословную принадлежность работавших, а не на форму эксплуатации; женщин привлекали на мануфактуру, как указывалось выше, в качестве вольнонаемных.

В действительности, по мере внедрения машин на мануфактуре происходило как абсолютное, так и относительное увеличение числа вольнонаемных рабочих. В пер-

18 ЦГИАЛ, ф. 759, оп. 8, д. XI.III, 1798 г., лл. 30 об., 31; ф. 758, оп. 24, д. 20, 1804 г, л. 11; д. 87, 1843 г., л. 171; оп. 24, дд. 3, 13, 17, 23, 28, 31, 35, 86.

19 Е. Цейтлин. Указ. соч., стр. 165.

20 ЦГИАЛ, ф. 758, оп. 24, д. 86, 1843 г., л. 207.

стр. 81
вое десятилетие существования мануфактуры (до 1820 г.) на ведущих производственных участках - в бумагопрядильном, ткацком, затем льнопрядильном - не было вольнонаемных рабочих, инвалиды же были заняты непосредственно на производстве. В 1812 г. 59,3% инвалидов работало в ведущих производственных отделениях и меньше половины (40,7%) - по хозяйственной части и на полицейской и караульной службе. Вольнонаемные женщины привлекались для изготовления проволоки, кардных лент и других работ, где в дальнейшем применялся детский труд. Вольнонаемные мужчины привлекались лишь на строительные работы.

С середины 20-х годов положение изменилось. В 1825 г. 88,7% вольнонаемных мужчин и 90,1% вольнонаемных женщин работали непосредственно на производстве. В 1824 г. лишь 36,3% инвалидов было занято на производстве.

Еще резче изменилось соотношение между вольнонаемными рабочими и инвалидами в 30-х годах. На 1 января 1838 г. лишь 25% инвалидов работало на производственных участках. Все вольнонаемные женщины, за исключением 3 прачек, были заняты на производстве, составляя 52,4% всех работавших в льнопрядильном отделении. Вольнонаемные мужчины составляли 25,4% в бумагопрядильной, 37,6% в карточной, 56% в механической мастерской и 74% - в ткацкой. Если учесть, что все мастера и подмастерья (без иностранцев) были из вольных воспитанников, а вольнонаемные рабочие вместе с вольными воспитанниками и воспитанницами составляли 58,2% всех работавших на мануфактуре, будет ясно, что на Александровскую мануфактуру, это особо опекаемое крепостническим правительством предприятие, все же проникали новые, капиталистические производственные отношения. Здесь мы находим подтверждение слов В. И. Ленина о том, что "там, где господствует товарное производство, и наемной труд употребляется не случайно, а систематически, налицо есть все признаки капитализма"21 .

Господство крепостнических отношений особенно отрицательно отразилось на деятельности Александровской мануфактуры в 40 - 50-х годах. С конца 20-х годов она занимала первое место в России в механическом бумаго- и льнопрядении22 . Но в середине 30-х годов в Петербурге были учреждены крупные бумагопрядильни: Л. Штиглица, Российская бумагопрядильная и Сампсовиевская мануфактуры, которые сразу были основаны как капиталистические предприятия. С началом промышленного переворота (в 30 - 40-х годах) Александровская мануфактура начала приходить в упадок. В 40-х годах сократилось производство в механической мастерской, что было связано с разрешением английским правительством в 1842 г. вывоза машин из Англии в Россию. Поскольку чугун и железо в России были дороги, Александровская мануфактура не могла конкурировать с английскими фабриками в производстве машин. Частные заказы на машины Александровской мануфактуры резко уменьшились. Это объяснялось тем, что мануфактура, опутанная крепостническими узами, не могла успешно конкурировать с крупнейшими бумагопрядильными фабриками, где эксплуатировался труд вольнонаемных рабочих. Если в 1828 г. на Александровской мануфактуре вырабатывалось 20 669 пудов бумажной пряжи, или значительно больше, чем на всех остальных бумагопрядильнях, вместе взятых, то к 1845 г. она производила менее 1 /30 годовой потребности России в бумажной пряже.

Интересно отметить, что в ткацкой мастерской при сокращении количества станков с 389 в 1841 г. до 239 в 1845 г., или на 39%, число ручных станков сократилось на 52%, а механических - только на 15%23 . Таким образом, новые производительные силы оказывались прочнее, нежели старые.

В таких условиях все настойчивее выдвигался вопрос о целесообразности дальнейшего существования Александровской мануфактуры как казенной фабрики. К 1861 г. мануфактура прекратила свое существование.

21 В. И. Ленин. Соч. Т. 2, стр. 340.

22 "Журнал мануфактур и торговли", 1829, N 6.

23 См. В. Яцунский. Указ. соч., стр. 279. ЦГИАЛ, ф. 758, оп. 24, д. 87, 1843 г., л. 56; д. 158, 1841 г., л. 178 об; д. 195, 1843 г., л. 5.