М. Изд-во АН СССР. 1963. 288 стр. Тираж 1000. Цена 94 коп.

За последнее десятилетие определенные сдвиги произошли в изучении истории коллективизации сельского хозяйства СССР. Издано несколько монографий, сборников статей и документов; появились работы о победе колхозного строя в союзных и автономных республиках. К сожалению, история коллективизации отдельных областей и краев Российской Федерации до сих пор (за небольшим исключением) остается еще не освещенной. В частности, очень мало написано по истории коллективизации сельского хозяйства бывшей Центрально-черноземной области¹ . Книга П. Н. Шаровой - первый обобщающий историко-экономический труд по этой проблеме.

Отличительной чертой монографии является широкая источниковедческая база: автор изучил и впервые ввел в научный оборот много документов и материалов, извлеченных из ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС, Архива Министерства сельского хозяйства СССР, ЦГАНХ СССР, ЦГАОР СССР, а также партийного и государственного архивов Воронежа - бывшего центра ЦЧО. Жаль лишь, что, собрав богатый фактический материал, П. Н. Шарова не везде глубоко смогла проанализировать его и сделать соответствующие теоретические выводы. На наш взгляд, это несколько снижает научный уровень книги.

Около трети работы посвящено выяснению исторических предпосылок социалистического переустройства сельского хозяйства и подготовки массового колхозного движения в районах, позднее вошедших в ЦЧО. Эта проблема имеет большое научное значение. Характеризуя поземельные отношения накануне Октябрьской революции, автор показывает остроту аграрного вопроса в губерниях черноземного центра. В книге дан анализ социально-экономических отношений в соответствующих районах до начала массового колхозного движения. Удачно показан процесс развития сельскохозяйственной кооперации.

К сожалению, П. Н. Шарова не осветила специфику отдельных округов области и степень их подготовленности к сплошной коллективизации. Недостаточно аргументирован и тот вывод, что в ЦЧО были созданы "все необходимые условия" для перехода к массовой коллективизации (стр. 109). На стр. 51 П. Н. Шарова пишет: "Концентрация значительной части рабочего скота и сельскохозяйственного инвентаря в руках кулачества давала ему возможность закабалять бедноту и маломощных середняков". Однако это заключение не вытекает из приводимых в книге материалов, так как автор не показывает, какое количество (или процент) сельскохозяйственного инвентаря и рабочего скота приходилось на кулацкие хозяйства и какое - на хозяйства остальных категорий крестьянства.

Один из главных вопросов, поднятых автором, - переход в ЦЧО к сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса. Прослеживая ход колхозного движения в области в конце 1929 г., П. Н. Шарова одной из первых среди историков, изучавших эту проблему, использовала материалы комиссии Политбюро по колхозному строительству, готовившей материалы для постановления ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. "О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству". В исторической литературе работа этой комиссии освещена пока еще недостаточно² . По темпам коллективизации ЦЧО была отнесена ко второй группе, для которой завершение коллективизации намечалось на осень 1931 - весну 1932 года. Но уже к концу января 1930 г. процент коллективизации в области достиг 43,5, на основании чего пленум обкома партии (в

¹ Г. К. Плющев. Борьба за коллективизацию сельского хозяйства в Курском округе (1928 - 1930 гг.). "Ученые записки" Курского педагогического института, 1949, N 2; М. Н. Черноморский. Начало сплошной коллективизации в Тамбовском округе ЦЧО (1929 - 1930 гг.). М. 1947 (кандидатская диссертация); И. С. Лутовинов. Подготовка и проведение сплошной коллективизации в Россошанском округе ЦЧО (1928 - 1931 гг.). М. 1954 (кандидатская диссертация); Н. В. Гусев. Год великого перелома в сельском хозяйстве Орловской губернии. "Ученые записки" Елецкого педагогического института. Вып. I. 1955.

² Из новых работ на эту тему см.: Б. А. Абрамов. О работе комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по вопросам сплошной коллективизации. "Вопросы истории КПСС", 1964, N 1, стр. 32 - 43.

конце января 1930 г.) принял решение о ликвидации кулачества как класса. Отметим, что П. Н. Шарова рассматривает, как решался вопрос об отношении к кулаку в масштабе всей страны (стр. 120 - 122). Однако она недостаточно раскрывает этот процесс в конкретных условиях самой ЦЧО. В книге не показано непосредственное участие крестьянских масс в раскулачивании, равно как и деятельность в этом направлении отдельных сельсоветов и районных штабов.

В монографии приводится интересный материал, освещающий многостороннюю деятельность двадцатипятитысячников, в том числе их роль в перестройке и улучшении партийной и советской работы в деревне (стр. 143 - 148, 262 - 264). Автор касается здесь и чистки областной партийной организации, проводившейся по решению XVI партконференции. Он приводит данные о чистке в целом по области. В связи с этим нам хотелось бы высказать два замечания. Во-первых, следовало дать сведения о чистке в сельских парторганизациях, где процент исключенных из партии был, как нам кажется, выше, нежели по области в целом, а также проанализировать причины исключений. Во- вторых, освещение этого вопроса лучше было бы включить в тот раздел книги, где речь идет о борьбе с ошибками и перегибами в колхозном движении. Этому сложному вопросу автор справедливо отводит много места в своей работе. Встречавшиеся в практике колхозного строительства грубейшие ошибки и перегибы П. Н. Шарова рассматривает всесторонне - с объективной и субъективной точек зрения. Несомненно, что целый ряд местных партийных и советских организаций, а также отдельные коммунисты под влиянием достигнутых в коллективизации успехов (подчас ложных) и под нажимом сверху допускали в практической деятельности серьезные перегибы и ошибки. Но главная вина за искривления линии партии в колхозном строительстве лежит на Сталине, Молотове и Кагановиче, которые не реагировали своевременно на многочисленные сигналы с мест, говорившие о неблагополучии в колхозном движении, не принимали необходимых мер, выступали за форсирование темпов коллективизации³ (стр. 152, 157). Под влиянием ошибочных установок сверху допускались перегибы на местах. Еще в конце 1929 г. "наметилась нездоровая тенденция форсирования темпов коллективизации", - пишет П. Н. Шарова (стр. 126). Январский пленум обкома партии взял необоснованный курс на завершение коллективизации и ликвидацию кулачества как класса в ЦЧО уже в первой половине 1930 г. (стр. 137). Сделаем лишь один упрек автору: при объяснении причин перегибов и ошибок П. Н. Шарова не акцентирует внимания на том, что эти перегибы и ошибки носили в своей основе антисередняцкий характер. В монографии правильно отмечаются и те огромные трудности, которые приходилось преодолевать партии и советскому народу, впервые в истории человечества осуществлявшим грандиозный план социалистического переустройства общественных отношений в деревне.

В своей работе П. Н. Шарова критикует (стр. 7, 157, 158) точку зрения С. П. Трапезникова, считающего, что одной из важнейших причин извращений в колхозном движении являлась недостаточная теоретическая подготовка руководящих работников, внезапное провозглашение новой политики по отношению к кулачеству⁴ . По нашему мнению, этот вопрос нельзя решить без глубокого анализа состояния руководящих кадров (партийных, советских и сельскохозяйственных), без учета таких показателей, как общеобразовательный и идейно-политический уровень их подготовки, партийный стаж. П. Н. Шарова не ставила перед собой такой задачи, поэтому ее мнение остается неаргументированным.

Достойна быть отмеченной разработка автором на большом архивном материале вопроса о создании инициативных групп и вербовочных бригад. Впервые по истории коллективизации ЦЧО дана довольно полная картина активного участия передовых колхозников и единоличников в борьбе за новый прилив в колхозы (стр. 210 - 220). Прослеживая ход коллективизации в обла-

³ Следует отметить, что этот вопрос уже получил освещение в литературе. См. "История Коммунистической партии Советского Союза", М. 1962, стр. 442 - 444; В. П. Данилов, Н. А. Ивницкий. Ленинский кооперативный план и его осуществление в СССР. "Очерки истории коллективизации сельского хозяйства в союзных республиках". М. 1963; М. Л. Богденко. К истории начального этапа сплошной коллективизации сельского хозяйства СССР. "Вопросы истории", 1963, N 5.

⁴ С. П. Трапезников. Исторический опыт КПСС в социалистическом преобразовании сельского хозяйства. М. 1959, стр. 175.

сти в 1931 и первой половине 1932 г., автор касается и другого важного вопроса - об отливе из колхозов в первой половине 1932 года. Во всесоюзном масштабе этот сюжет рассмотрен И. Е. Зелениным⁵ , показавшим, что уменьшение процента коллективизации произошло в указанное время во всех важнейших зерновых районах СССР. В ЦЧО сокращение достигло почти 5%. П. Н. Шарова считает, что такая цифра появилась вследствие "главным образом уточнения цифр учета" (стр. 231). То, что учет коллективизации в то время велся неудовлетворительно, не вызывает сомнений. Однако главное, по нашему мнению, заключается не в этом, а в слабости организационно- хозяйственного состояния колхозов. К тому же в рассматриваемый период в колхозном движении снова получили широкое распространение факты администрирования (особенно при обобществлении скота), активизировались и классово враждебные элементы. Отметим также то обстоятельство, значительно осложнившее экономическое состояние колхозов и колхозников, что 1931 год оказался сильно недородным в основных зерновых районах страны. Все это, вместе взятое, и вызвало некоторый отлив из колхозов к лету 1932 года. При всем богатстве книги цифровыми данными в ней все же следовало привести сведения об урожайности и товарности отдельных секторов сельского хозяйства, о финансовом состоянии колхозов за годы первой пятилетки. Интересно было бы также сопоставление данных о доходности колхозников и единоличников. Это позволило бы нарисовать более полную картину результатов социалистического переустройства сельского хозяйства ЦЧО в период первой пятилетки.

⁵ И. Е. Зеленин. Колхозное строительство в СССР в 1931 - 1932 гг. (к итогам сплошной коллективизации сельского хозяйства). "История СССР", 1960, N 6.