Вече в Киеве. Измена Киевлян. Речь Изяслава. Корыстолюбие Черниговских

Князей. Предательство. Игорь взят в плен. Грабеж в Киеве.





Игорь, предав земле тело Всеволода, собрал Киевлян среди двора

Ярославова, требовал вторичного обета верности и распустил их. Но граждане

еще не были довольны, открыли Вече и звали Князя. Приехал один брат его,

Святослав, и спрашивал, чего они желают? "Правосудия, - ответствовал народ:

- Тиуны Всеволодовы угнетали слабых: Ратша опустошил Киев, Тудор Вышегород.

Святослав! дай клятву за себя и за брата, что вы сами будете нам судиями или

вместо себя изберете Вельмож достойнейших". Он сошел с коня и целованием

креста уверил граждан, что новый Князь исполнит все обязанности отца

Россиян; что хищники не останутся Тиунами; что лучшие Вельможи заступят их

место и будут довольствоваться одною уставленною пошлиною, не обременяя

судимых никакими иными налогами. "Мы благодарны, - сказали граждане: -

теперь не сомневайтесь в нашей верности". То же обещал их Послам сам Великий

Князь Игорь и, думая, что дело кончилось, сел спокойно за обед; но мятежная

чернь устремилась грабить дом ненавистного, богатого Ратши. Святослав с

дружиною едва мог восстановить порядок.

Такое начало не обещало хороших следствий. Игорь же, слушая злых

Вельмож, которые в народном угнетении видели собственную пользу, не исполнил

данного гражданам слова, и хищники остались Тиунами. Тогда Киевляне, думая,

что Государь-клятвопреступник уже не есть Государь законный, тайно

предложили Изяславу Мстиславичу быть Великим Князем. Любовь к Мономахову

роду не угасла в их сердце, и сей внук его отличался доблестию воинскою.

Взяв в церкви Св.

Михаила благословение у Епископа Евфимия, он с верною дружиною выступил

из Переяславля. На пути встретились ему Послы Черных Клобуков и городов

Киевской области. "Иди, Князь добрый! - говорили они: - мы все за тебя; не

хотим Ольговичей. Где увидим твои знамена, там и будем". Собрав на берегах

Днепра войско многочисленное, бодрый Изяслав стал посреди оного и сказал:

"Друзья и братья! Я не спорил о старейшинстве с достойным Всеволодом, моим

зятем, чтив его как второго отца. Но Игорь и Святослав должны ли повелевать

нами? Бог рассудит меня с ними. Или паду славно пред вашими глазами, или

сяду на престоле моего деда и родителя!" Он повел войско к Киеву.

Уже новый Великий Князь знал опасность: ибо Изяслав, уведомленный им о

восшествии его на престол, не только не ответствовал ему ни слова, но

удержал и Посла неволею в Переяславле. Игорь требовал вспоможения от Князей

Черниговских: они торговались; хотели многих городов; наконец,

удовлетворенные во всем, готовились идти к брату. Их медленность и коварная

измена знаменитейших чиновников погубили его.

Тысячский Улеб пользовался доверенностию Всеволода и был утвержден

Игорем в своем важном сане: также и первый Боярин, Иоанн Войтишич, верный

слуга Мономахов, завоеватель городов дунайских. Желая добра Изяславу, они не

устыдились предательства: изъявляли усердие Игорю и в то же время тайно

ссылались с его врагом, советуя ему спешить к Киеву. Изяслав приближился.

Ольговичи, готовые к битве, и сын Всеволодов, Святослав, стояли вне

города с своими дружинами; а Киевляне особенно, на могиле Олеговой. Вдруг

открылась измена: Игорь увидел, что хоругвь Изяслава развевается в полках

Киевских; что Тысячский сего Князя предводительствует ими; что Улеб, Иоанн

Войтишич и многие единомышленники их, повергнув свои знамена, бегут под

Изяславовы; что Берендеи пред самими Златыми вратами грабят обоз

Великокняжеский. Еще Игорь не терял бодрости. "Враг наш есть

клятвопреступник: Бог нам поможет", - говорил он и хотел ударить на

Изяслава, стоявшего за озером. Надлежало обойти оное, и когда многочисленная

дружина Игорева стеснилась между глубокими дебрями, Черные Клобуки заехали

ей в тыл. Изяслав напал спереди, смял неприятеля, разил бегущих - и

торжествуя вошел в Киев, где народ вместе с Иереями, облаченными в ризы,

проводил его в храм Софийский благодарить Небо за победу и престол

Великокняжеский.- Несчастного Игоря, слабого ногами, схватили [17 августа

1146 г.] в болоте, где увяз его конь; держали несколько дней в монастыре на

Выдобичах и заключили в темнице Иоанновской Обители, в Переяславле. Сей

Князь, за кратковременное удовольствие честолюбия наказанный неволею и

стыдом, не имел и последнего утешения злосчастных: никто не жалел об нем -

кроме верного брата, Святослава, который с малою дружиною ушел в Новгород

Северский. Племянник их, Святослав Всеволодович, хотел скрыться в Киевской

Обители Св. Ирины: представленный Изяславу, он был им обласкан как любимый

сын; но верные слуги отца его, в особенности же Игоревы, не имели причины

хвалиться великодушием победителя, дозволившего народу грабить их домы и

села. С пленных Бояр взяли окуп.