Генеалогия как наука занимает уникальное место в системе человеческого знания: с одной стороны, является частью источниковедения, входящего в свою очередь в комплекс дисциплин, составляющих историческую науку, с другой - она междисциплинарна, способна существовать вне сферы истории и именно там, где предметом или одним из предметов изучения является человек в его родственном окружении (юриспруденция, генетика, медицина, антропология и др.) или же используются генеалогические методы исследования (демография, социология, фольклористика, лингвистика, биология и т. д.). Кроме того генеалогия может существовать вообще вне сферы науки как факт общественного и индивидуального самосознания, как часть повседневного практического опыта. Подобный статус генеалогии актуализирует проблему трансляции родоведческого знания, особенно в современном обществе, в котором роль и значение родственных связей, хотя и значительно ниже, чем в обществе традиционном, однако связи эти сохраняют свой базисный характер.

Интерес к преподаванию генеалогии возник в России во второй половине XIX в., однако первый опыт введения в программы вузов отдельного курса генеалогии оказался неудачным. В начале 1879 г. популяризатор генеалогии Н. П. Петров прочитал в стенах Санкт-Петербургского Археологического института две пробные лекции по генеалогии, после чего, несмотря на то, что в Петербурге работали такие видные генеалоги и источниковеды, как Н. П. Лихачев, АЯ Барсуков, Д. Ф. Кобеко, подобные попытки в столице больше не возобновлялись ¹ . Значительно более успешно развивалось преподавание генеалогии в Московском Археологическом институте и его филиале в Нижнем Новгороде. Здесь курс лекций по генеалогии с 1908 по 1913 гг. читал крупнейший русский генеалог Л. М. Савелов, оставивший первый учебник по этой дисциплине: "Лекции по русской генеалогии, читанные в Московском Археологическом институте" ² . Учебник содержал две основные части: методическую и источниковедческую, причем предпочтение явно отдавалось второй. Курс лекций имел четко выраженную практическую направленность и ставил своей целью научить самостоятельно заниматься генеалогическими исследованиями ³ . Под руководством Савелова также были защищены шесть магистерских диссертаций по генеалогии, его лекции слушали многие будущие генеалоги.

После ухода Савелова из Московского Археологического института, лекции по геналогии в нем продолжал в 1914 - 1919 гг. читать Ю. В. Арсеньев, чей курс лекций до сих пор не опубликован. Он строился на иных методических основаниях, нежели у Савелова. Арсеньев не замыкался на чисто практических потребностях генеалогического исследования; используя западноевропейский методический опыт, он не делал из своего курса прикладное пособие по генеалогическому источниковедению, а включал российскую генеалогию в более широкий европейский контекст. Как справедливо заметил О. Н. Наумов, курс лекций Савелова систематизировал и подводил итоги развития русской генеалогии на начало XX в., а курс Арсеньева открывал ее перспективы ⁴ . Генеалогия преподава-

Свищев Павел Александрович- кандидат исторических наук, доцент Курганского государственного университета.

стр. 158

лась в Московском Археологическом институте разными лицами до 1922 г., вплоть до включения его в Московский университет.

После революции начавшийся было в России расцвет генеалогии и ее преподавания был надолго прерван; точнее, ее развитие было искривлено внешними обстоятельствами. Скомпрометировав себя обслуживанием практических интересов уничтоженного сословия дворянства, лишившись таким образом социального заказа и своей роли в системе организации собственного знания, генеалогия как научная дисциплина довольно быстро деградировала. Кроме этого фактора, на деградации системы преподавания генеалогии сказалось также изменение интересов исторической науки: от политической истории, связанной так или иначе с уникальными историческими фактами, историческим микроуровнем (в рамках такой парадигмы генеалогические методы были наиболее востребованы) к масштабным историческим полотнам, где субъектами выступали крупные социальные группы - классы, этносы, государства. Отдельный человек и его ближайшее социальное окружение - главный объект генеалогического исследования перестали интересовать историков. Кроме того, крупные социальные катаклизмы 1920 - 1940-х годов разорвали родственные связи, разметали представителей отдельных родов и семей по стране и миру, нанесли огромный удар по всей демографической системе России.

Именно этим объясняется то обстоятельство, что в 1920 - 1930-е годы преподавание генеалогии в вузах велось эпизодически, нерегулярно, главным образом в Московском университете, Историко-архивном институте, на архивных курсах В. С. Арсеньевым, Н. П. Чулковым, СБ. Веселовским и немногими другими ⁵ . Уже в самом начале 1920-х годов в первом советском учебнике вспомогательных исторических дисциплин А. М. Большаков, отмечая большую роль генеалогии, указывал, что курс этой дисциплины не читается ни в одном вузе страны ⁶ .

Самосохраниться генеалогии в это нелегкое для нее время позволил отмеченный выше особый ее статус: она либо ушла в неисторические научные области - генетику, медицину, биологию, евгенику, литературоведение, .музееведение, либо - на периферию исторической науки. За исключением Историко-архивного института, генеалогия если и преподавалась, то не в качестве отдельного курса, а в составе вспомогательных исторических дисциплин.

Между тем, общее повышение в послевоенный период интереса к отечественной истории, и в частности - к политической и экономической истории русского средневековья, с неизбежностью требовало использования генеалогических методов для наиболее эффективного решения поставленных задач. Крупнейшие отечественные историки-медиевисты, прославившиеся как создатели классических в советской историографии историко-генеалогических трудов, такие как М. Е. Бычкова, СБ. Веселовский, А. А. Зимин, В. Б. Кобрин, А. Л. Станиславский, В. Л. Янин, в условиях отсутствия системы преподавания генеалогии как научной дисциплины приобрели систематические генеалогические знания по сути дела путем самообразования и на основе огромного личною исследовательского опыта ⁷ .

Начиная с 1970-х годов постепенно возрождается общественный интерес к вопросам генеалогии ⁸ , возникает потребность в создании эффективной системы трансляции генеалогического знания, системы подготовки специалистов и смены парадигм исторической науки. Между тем даже в 1980-е годы исследователи отмечали отсутствие системы преподавания генеалогии, в том числе и архивным работникам ⁹ . Эта потребность смогла быть удовлетворена только на рубеже 1980- 1990-х годов на пике перестройки, получив широкое развитие в последующий период. Нестабильность состояния общества, неуверенность в будущем заставляют его членов искать опору и духовные ориентиры в прошлом. Гласность, появление независимой печати и общественных организаций, ослабление цензуры стали дополнительными факторами, способствовавшими интенсификации генеалогических изысканий.

Начала структурироваться система хранения и передачи генеалогического знания. Пожалуй "первой ласточкой" в этом поступательном процессе можно назвать образование в декабре 1987 г. при Государственной публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде общественного семинара "Генеалогия и история семьи". В1990 - 1991 гг. на основе уже существовавших родоведческих кружков воссоздаются образованные еще до революции Русское генеалогическое общество в С. -Петербурге и Историко- родословное общество в Москве, которые начинают вести широкую генеалого- просветительскую работу. Широкая потребность в родоведческой информации нашла свое выражение и в том, что центры преподавания генеалогии появились в провинции, практически не имевшей подобных традиций.

Первопроходцем здесь стала Пермь, где в 1991 г. была образована Ассоциация генеалогов-любителей (АГЛ), под эгидой которой была создана соответствующая школа ¹⁰ . Кроме того, Президент АГЛ А. Н. Онучин начал преподавать спецкурс "Историческая генеалогия" на историческом

стр. 159

факультете Пермского университета ¹¹ . Практически одновременно, в 1991 г., генеалогия стала преподаваться в виде отдельных спецкурсов, либо вводиться в курс вспомогательных исторических дисциплин в ряде других вузов, например, в Казанском университете, в Курганском педагогическом институте, Московском государственном педагогическом университете и др. ¹² . Появляются методические материалы в виде программ и методических рекомендаций ¹³ , справочников ¹⁴ , учебных пособий. Пожалуй, первым после Л. М. Савелова вузовским учебником по генеалогии стало пособие С. В. Белецкого "Введение в генеалогию" для студентов Санкт-Петербургской академии культуры. Хотя и несовершенное, оно все же дает необходимые базовые методические рекомендации, будучи ориентированным прежде всего на изучение собственного родословия ¹⁵ . Более разработанным представляется вышедшее в Кемерово учебное пособие для студентов "Отечественная генеалогия" И. Ю. Ускова ¹⁶ , включающее как теоретический, так и методический и источниковедческий разделы.

Однако это не снимает с повестки дня создание полноценного, детально проработанного прежде всего в методической части учебника по генеалогии для высшей школы. При его разработке необходимо учесть два противоположных подхода, выявившихся в преподавании генеалогии. С одной стороны, это теоретизация курса, что в крайних формах разрывает связь с историческим и источниковым материалом и затрудняет впоследствии применение полученных знаний на практике. С другой - излишняя "практицизация" преподавания дисциплины, что чревато сужением поля зрения будущего исследователя. При огромном разнообразии источниковой базы генеалогического исследования и бесчисленном количестве конфетных проблемных ситуаций, подобного рода "натаскивание" может заранее обеднить исследовательский кругозор генеалога и лишить его труд перспективы. Серьезная задача, которая, судя по всему, до сих пор не разрешена, это поиск некоей "золотой середины" между преподаванием теории и практикой. Думается, этого можно достичь только на путях постоянного и поэтапного преподавания генеалогии, когда, во-первых, ее элементы актуализируются в рамках различных учебных дисциплин, во-вторых, связаны с самой научной практикой подготовки курсовых и дипломных работ, в-третьих, ориентированы на подготовку новых исторических источников (родословные, устные источники и т. д.).

Новым явлением в сфере трансляции генеалогического знания стала организация кабинетов генеалогии в музеях и библиотеках (пример тому - деятельность О. В. Рыковой, И. В. Сахарова) ¹⁷ и, главным образом, преподавание родоведения в общеобразовательных школах. Общая тенденция к гуманизации образования и потребность в повышении эффективности учебного процесса сделали генеалогию актуальной и востребованной педагогическим сообществом ¹⁸ . Работа по трансляции генеалогического знания проводится в различных формах в общеобразовательной школе - в виде кружков родоведения, факультативов, спецкурсов по генеалогии, истории семьи, краеведению, вспомогательным историческим дисциплинам и т. д. ¹⁹ .

Первоначально школьная генеалогия, зародившаяся как заметное явление в самом начале 1990-х годов ²⁰ , выросла из краеведческих конкурсов среди школьников, которые начали регулярно проводиться с 1990 г. в С. - Петербурге, затем - в рамках международной программы "Древо жизни" (с 1991 г.) и Всероссийской программы "Моя родословная" (с 1992 г.) ²¹ распространились на столицу и на провинцию. Так, в Кабардино-Балкарской республике в конце 2002 - начале 2003 гг. под эгидой большого количества государственных и общественных организаций был успешно проведен республиканский конкурс "Моя родословная", итогом чего, в частности, стали не только общественный резонанс и повышение интереса к собственному родословию, но и публикация лучших работ учеников ²² . Жанр конкурса не ограничивает школьников в выборе темы исследования. Чаще всего объектами становятся в первую очередь род или семья самого ученика, во- вторую - род какого-либо известного деятеля.

Постепенно, благодаря успешной работе крупнейших и наиболее авторитетных генеалогических обществ - Русского генеалогического общества в С. - Петербурге и Историко-родословного общества в Москве, появлению генеалогических обществ, клубов, кружков во многих других городах страны, развитию краеведческого движения, инициативе школьных учителей периодические конкурсы, сохраняясь как важная сфера родоведческой работы, отходят на второй план, уступая место постоянным факультативам и спецкурсам для учеников как старших и средних (5 - 11 кл.), так и младших классов ²³ . Систематическое проведение занятий по генеалогии позволяет решить широкий круг педагогических задач как образовательного, так и воспитательного характера: удовлетворение интеллектуальных и художественных творческих потребностей, организация культурного досуга, накопление опыта самостоятельного поиска информации и самообразования, тренировка личностных качеств, вырабатываемых родословными исследованиями: терпеливость, аккуратность, целеустремленность и т. д. Наконец, подобного рода исследования позволяют восстановить связь

стр. 160

поколений, так как без активного участия родственного окружения школьнику создать родословие своей семьи в принципе невозможно ²⁴ .

В этой связи чрезвычайно важным направлением развития школьной генеалогии стало бы появление учебника, прежде всего ориентированного на учителей, не имеющих порой кроме энтузиазма и горячего интереса к родоведческим исследованиям необходимой методической подготовки, а также на школьников. Довольно удачным примером такого пособия является недавно вышедшая книга учителя В. С. Мартышина ²⁵ , где сочетаются доступное изложение, широкий тематический охват и детально разработанный методический аппарат.

В школьной практике можно использовать также те пособия, которые соориентированы на широкие слои любителей генеалогов. Подобного рода пособия начинают выходить с 1991 г., особенно много их появилось в последнее время. Это пособия А. Н. Онучина, Э. А. Калистратовой, МБ. Петриченко и других авторов ²⁶ , не говоря уже о многочисленных кратких памятках, помещенных как в журналах, так и в Интернете ²⁷ .

Таким образом, главная проблема заключается в том, чтобы свести в единую систему процесс трансляции столь востребованного современным российским обществом генеалогического знания на всех уровнях - профессиональном, любительском и самом широком - популярном.

Примечания

1. ПАШКОВ А. М. Генеалогия в отечественном архивном образовании в конце XIX - начале XX вв. М. 1984 (рукопись депонирована в ИНИОН РАН), с. 4 - 5.

2. САВЕЛОВ Л. М. Лекции по русской генеалогии, читанные в Московском Археологическом институте. Первое и второе полугодие. М. 1908 - 1909 (репринт 1994).

3. ПАШКОВ А. М. Ук. соч., с. 15 - 16.

4. НАУМОВ О. Н. Московская генеалогическая школа конца XIX - первой половины XX вв. Автореф. канд. дис. М. 1995, с. 15; его же. Ю. В. Арсеньев и развитие вспомогательных исторических дисциплин в России в конце XIX- начале XX вв. - Историческая генеалогия. Екатеринбург - N.Y. 1995, N 6, с. 19.

5. НАУМОВ О. Н. Московская генеалогическая школа, с. 18.

6.. БОЛЬШАКОВ А. М. Вспомогательные исторические дисциплины. М. 1924, с. 181.

7. ЛИПАКОВ Е. В. Из опыта преподавания генеалогии в Казанском университете. - Вспомогательные исторические дисциплины: высшая школа, исследовательская деятельность, общественные организации. Тезисы, доклады и сообщения научной конференции. М. 1994, с. 93.

8. См.: РЫХЛЯКОВ В. Н. Опыт библиографии отечественной генеалогии. Ч. 3. СПб. 2000.

9. МЕДУШЕВСКАЯ О. М. О проблемах генеалогии. - Советские архивы. 1989, N 6, с. 33; ПЕТРОВА О. В. О развитии генеалогической методики. - Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. Сб. ст. М. 1988, с. 206.

10. Программа школы генеалогов-любителей. Пермь. 1991.

11. ОНУЧИН А. Н. Спецкурс "Историческая генеалогия" на историческом факультете Пермского госуниверситета. - Вспомогательные исторические дисциплины.., с. 115 - 116; его же. Программа спецкурса "Отечественная генеалогия" (рукопись, личный архив автора).

12. ЛИПАКОВ Е. В. Ук. соч., с. 94; НАУМОВ О. Н. Из опыта преподавания генеалогии в Московском педагогическом университете. - Генеалогические вести. Вып. 3. С. -Петербург. 2001, с. 24 - 27.

13. Например: МЕНЩИКОВ В. В. и др. Программы учебных дисциплин по кафедре истории России. Курган. 1996, с. 36 - 42; Вспомогательные исторические дисциплины. Методические рекомендации. Самара. 2000, с. 18; Вспомогательные исторические дисциплины. Программа курса. М. 1999, с. 19 - 20,36 - 38; Рабочая программа по спецкурсу "Отечественная генеалогия". Кемерово. 2001.

14. Генеалогические таблицы западноевропейского средневековья. Магнитогорск. 1996.

15. БЕЛЕЦКИЙ СВ. Введение в генеалогию. СПб. 1997.

16. УСКОВ И. Ю. Отечественная генеалогия. Кемерово, 2002.

17. ШАХОВСКОЙ Д. М. Некоторые итоги и новые перспективы русской генеалогии. -Россия и зарубежье: генеалогические связи. Тезисы. М. 1999, с. 62; РЫКОВА О. В. Собрание Ю. Б. Шмарова в научно-справочном генеалогическом центре в Государственном музее им. А. С. Пушкина. - Летопись Историко-родословного общества (Москва). Вып. 3 (47). М. 1995. с. 101 - 102.

18. БОГОЯВЛЕНСКИЙ Б., МИТРОФАНОВ К. Конкурс "Прошлое России в истории моей семьи". Рекомендации для участников. http//www.vgd.ru.

19. КОЛМАКОВ АИ. История становится ближе. - Преподавание истории в школе (ПИШ). 1994, N 3, с. 45; КУДЕЛКО С. М., ПОСОХОВ С. И. Программы факультативных курсов. - ПИШ. 1991, N 4, с. 121; ПЕТРОВА Н. Г.

стр. 161

Курс "Введение в историю". - ПИШ. 1993, N 1, с. 44; БОРИСЕНКО М. В. Основы отечественного родословия и геральдики. Программа специального курса. СПб. 1996.

20. БЛАГОВО Н. В. Десятилетие генеалогических исследований школьников. - Родословные петербургских семей. Исследования по генеалогии учащихся Санкт-Петербурга. СПб. 1999, с. 4.

21. АЛЕКСАНДРОВА Н. А. Генеалогические исследования российских школьников. -Летопись Историко-родословного общества. Вып. 6 - 7 (50 - 51). М. 2002, с. 132; БЛАГОВО Н. В. Ук. соч., с4.

22. Документы Первого Республиканского конкурса "Моя родословная". - Генеалогия Северного Кавказа. Нальчик. 2002, N1, с. 8.

23. ЧЕРНОВА М. Рефераты старшеклассников. - История (Приложение к газете "Первое сентября"), 1995, N 8, с. 5; СКЛЯРОВ И. История и культура родного фая. - История (Приложение к газете "Первое сентября"), 1994, N 41, с. 5; МИХАЙЛОВ АА Генеалогия в псковских школах. - Известия Русского генеалогического общества. Выл. 4. СПб. 1995, с. 26; БОРИСЕНКО М. В. Первые уроки генеалогии в школе. - Там же, с. 23. РЫХЛЯКОВ В. Н. Метров посрамив... (о книге В. С. Мартышина "Твоя родословная"), - Генеалогические вести. Вып. 4. СПб. 2001, с. 57; Моя родословная. М. 1999.

24. РЫХЛЯКОВ В. Н. Генеалогия как средство воспитания и образования. - Известия Русского генеалогического общества. Вып. 4. СПб. 1995, с. 12,17 - 18.

25. МАРТЫШИН В. С. Твоя родословная: Учебное пособие по изучению истории семьи и составлению родословной. М. 2000.

26. ОНУЧИН А. Н. Твое родословное древо. Пермь. 1992; КАЛИСТРАТОВА Э. А. Основы науки о родстве. Екатеринбург. 2001; ее же. Начинающему генеалогу. Екатеринбург. 2001; ПЕТРИЧЕНКО М. Б. Практические рекомендации по составлению крестьянских родословных. СПб. 2001; ФЛЕЙМАН Е. А. Родословие - путь к истокам (Рекомендации и опыт по генеалогии и краеведению). Кострома. 1999.

27. См. подробнее: http://www.vgd.ru; http://www.mtu-net.ru; РЫХЛЯКОВ В. Н. Генеалогия как средство воспитания и образования, с. 18.