Вскоре после создания Института всеобщей истории (1968 г.) встал вопрос о включении африканистики в тематику его исследований. Дело в том, что Африка оказалась единственным континентом, которым не занимались институты Отделения истории Академии наук.

С возникновением Института Африки (1959 г.) считалось, что это - его прерогатива. Но, возникнув в Отделении истории, этот институт уже вскоре, в 1962 г., был переведен в Отделение экономики, и, естественно, направления его деятельности изменились. Сектор культуры был вообще упразднен. Исторические исследования не вычеркивались из направлений работы, но их удельный вес в институте сократился за счет увеличения роли экономических, социальных, политических и идеологических тем. К тому же в 1960-х ушли из жизни несколько ведущих историков Института Африки: СР. Смирнов, В. Б. Луцкий, А. З. Зусманович, да и сам создатель и директор института И. И. Потехин, который придавал историческим исследованиям очень большое значение.

Вопрос о создании сектора Африки в Институте всеобщей истории обсуждался довольно долго, с 1968 г. А образован он был 1 декабря 1971 г. Поручая мне организацию этого нового направления, тогдашний директор института академик Е. М. Жуков говорил о новой и новейшей истории Африки и сперва хотел в приказе подробно сформулировать конкретные задачи его создания, но потом отказался от этого, понимая, очевидно, что сами эти задачи придется уточнять в ходе работы. И в приказе было сказано просто: создать сектор. С тех пор прошло 35 лет. Можно попытаться подвести итоги.

О ТРАДИЦИЯХ В ИНСТИТУТЕ ИСТОРИИ

Эта статья - не обо всей отечественной африканистике, а лишь о ее развитии в Институте всеобщей истории¹. Поэтому закономерно поставить вопрос: а какие традиции в Институте всеобщей истории (и в Институте истории, из которого он выделился в 1968 г.) могли больше всего помочь нам, африканистам? Конечно те, которые опирались на лучшие традиции мировой исторической науки. Например, книги А. Я. Гуревича о средневековой европейской культуре - они вроде бы не имели прямого отношения к новой и новейшей истории Африки, а все-таки многому нас научили. Но были и труды, имевшие к нам отношение прямо по своей тематике - работы о колониальной политике.

Давидсон Аполлон Борисович - доктор исторических наук, профессор, руководитель Центра африканских исследований Института всеобщей истории РАН, Заслуженный деятель науки РФ.

¹ Многое уже было сказано в статьях А. С. Балезина, опубликованных в журнале "Восток" (1997, N 3) "25 лет Центру африканских исследований Института всеобщей истории РАН" и в журнале "Новая и новейшая история" (2001, N 4) "30 лет Центру африканских исследований Института всеобщей истории". Надеюсь, что появятся обобщающие труды о том, что сделано в других центрах африканистики, в первую очередь в Институте Африки, в Институте этнографии и на кафедрах африканистики Московского и Санкт-Петербургского университетов.

стр. 57

А. С. Ерусалимский еще в 1948 г. издал большой очерк о Трансваальском кризисе 1896 г.² Продолжая эту тему, написал статью "Германский империализм и возникновение англо-бурской войны"³. В его книге "Бисмарк. Дипломатия и империализм" (М., 1968) есть раздел "Нужны ли Германии колонии?". В последние годы жизни он хотел написать "Историю Южной Африки" (до начала XX в.). Несколько рукописных глав издали после его смерти⁴.

Если Ерусалимский изучал германский империализм, то Н. А. Ерофеев - британский, и очень тщательно⁵.

Академик Ф. А. Ротштейн задолго до своей многолетней работы в Институте истории, еще в 1910 г., выпустил в Лондоне книгу о британском завоевании Египта⁶. Русское издание этой книги потом выходило в Москве дважды - в 1925 и 1959 гг. - под заглавием "Захват и закабаление Египта". В дальнейшем Ротштейн не раз возвращался к теме колониальной политики⁷.

Г. Г. Дилигенский тоже занимался Африкой, но Северной и древней. В 1955 г. он защитил кандидатскую диссертацию: "Социально-экономическое развитие и классовая борьба в Северной Африке (IV - V вв. н.э.)". Но вскоре перешел на современные международные проблемы, стал главным редактором журнала "Мировая экономика и международные отношения".

В Институте истории на рубеже 30 - 40-х годов существовал сектор истории колониальных и зависимых стран. Там работали известные историки. Ими был написан объемистый учебник "Новая история колониальных и зависимых стран"⁸. Главы об Индокитае, Индонезии и Филиппинах писал А. А. Губер, о Китае - Г. С. Кара-Мурза, об Османской империи и Северной Африке - В. Б. Луцкий, об Индии и Афганистане - И. М. Рейснер, о Латинской Америке и Вест-Индии - В. М. Мирошевский... "Литературную работу" - редактирование - выполнял индолог Н. М. Гольдберг. Учебник обсуждался в Институте востоковедения и на кафедрах новой истории колониальных и зависимых стран исторических факультетов Московского и Ленинградского университетов. В этом учебнике охвачено время с великих географических открытий до конца первой мировой войны. Это был один из лучших учебников по истории, изданных в СССР накануне войны. Разумеется, авторы не могли выйти за рамки господствовавшей тогда идеологии. Но они собрали богатейший фактический материал. Книгу отличал хороший, яркий язык, поражало множество отличных иллюстраций. Одним словом, в учебник был вложен большой труд высокопрофессиональных ученых.

В архиве Института российской истории сохранились многочисленные материалы подготовки этого издания, различные варианты глав, их доработок и переработок, стенограммы обсуждений - как первого тома, изданного в 1940 г., так и второго, который охватывал период после 1918 г.

² Ерусалимский А. С. Трансваальский кризис 1896 г. и германские планы "Континентальной лиги". - Труды по новой и новейшей истории, т. 1. М. -Л, 1948. Эту статью он включил потом второй главой в свою книгу "Внешняя политика и дипломатия германского империализма в конце XIX в." М., 1948, 2-е изд. М, 1951.

³ Ерусалимский А. С. Германский империализм: история и современность. М., 1964.

⁴ Ерусалимский А. С. Колониальная экспансия капиталистических держав и освободительное движение народов Южной Африки и Китая в XVII - XIX вв. М., 1974.

⁵ Ерофеев Н. А. Империя создавалась так... М., 1964; его же. Закат Британской империи. М., 1967; его же. Английский колониализм XIX в. М., 1977.

⁶ Rothstein Th. Egypt's Ruin. London, 1910.

⁷ Ротштейн Ф. А. Начало германской колониальной политики. 70 - 90-е годы XIX в. - Военно-исторический журнал. М., 1939, N 1; его же. Международные отношения в конце XIX века. М. -Л., 1960. Была и рукопись второго тома этого труда, но она, по непонятным причинам, утеряна.

⁸ Новая история колониальных и зависимых стран, т. 1. Под ред. С. Н. Ростовского, И. М. Рейснера, Г. С. Кара-Мурзы, Б. К. Рубцова. М., 1940, 784 с.

стр. 58

Со многими авторами и редакторами этого издания мне посчастливилось встречаться уже в 1950-х годах и позднее. А. А. Губер, Н. М. Гольдберг, В. Б. Луцкий, И. М. Рейснер, С. Н. Ростовский говорили, что к лету 1941 г. была завершена работа и над вторым томом. А Е. И. Данциг, готовившая оба тома к печати, подтвердила, что в июне 1941 г., в последнюю субботу накануне войны, она сама отвезла в "Соцэкгиз" второй том, полностью подготовленный к издательскому редактированию. Но на следующий день - война...

И следов этого тома мне обнаружить не удалось.

В этом издании впервые в нашей стране были даны развернутые главы "Тропическая и Южная Африка"⁹. Написаны они Эндре Шиком, а отредактированы Н. М. Гольдбергом (русский язык у Шика все же не был идеальным). Шик жил в России 30 лет, со времени первой мировой войны, когда попал в плен, как и Я. Гашек, И. Тито и многие другие солдаты и офицеры австро-венгерской армии. В СССР его называли Андреем Александровичем Шийком. Он стал одним из первых советских африканистов. Начал с социально-экономических проблем, а потом, первым в нашей стране, стал скрупулезно заниматься историей всей Черной Африки, будучи сотрудником Института истории Академии наук СССР.

Конечно, и в этих главах основное место занимала колониальная политика, но она все же была увязана с характеристикой жизни африканцев - во всяком случае, на уровне знаний того времени.

История Африки настолько увлекла Шика, что он решил посвятить ей свою докторскую диссертацию. Начал еще в 30-х, продолжал во время войны, работая уже в Институте этнографии. Написал два тома, довел изложение до конца второй мировой войны. Защита была назначена на 17 сентября 1945 г., но 1 сентября Шик был отозван в Венгрию, послан на дипломатическую работу, был послом в США, затем - министром иностранных дел. Только уйдя на пенсию в 1961 г., уже на восьмом десятке, вернулся к своей "Истории Черной Африки". Он хотел ее издать на нескольких языках, но прежде всего на том, на котором она была написана - на русском.

Вопрос о ее издании в Москве поставил перед Н. С. Хрущевым тогдашний лидер Венгрии Я. Кадар. Хрущев дал соответствующее указание издательству "Прогресс".

Шик приехал в Москву в начале октября 1964 г. До этого мне передали из "Прогресса" оба его тома на рецензию, подчеркнув, что издавать будут обязательно.

Это была увесистая рукопись, написанная 20 - 25 лет назад. Пожелтевшая бумага. Некоторые страницы заклеены или перечеркнуты - Шик хотел их изъять. Но новых вставок - мало. Я написал семь страниц замечаний. Их смысл: для того времени, когда Шик писал, это было, безусловно, интересно, но за прошедшую с тех пор четверть века в мире появилось много новой литературы - хорошо бы ее учесть. Мы обсуждали это с Шиком несколько вечеров¹⁰. Но итог оказался неожиданным и никак не зависел от наших обсуждений: через несколько дней, в середине октября, Хрущева отстранили от власти и его указание издательству "Прогресс", как, очевидно, и многие другие его указания, утратило силу. На русском языке труд Шика так и не вышел. Но Шик (он всегда был очень трудоспособен и трудолюбив), написав еще два тома, издал весь четырехтомник не только на венгерском, но и на английском, и на французском.

Вот, в сущности, основное наследие, накопленное ко времени создания нашего сектора в Институте истории (а затем - в Институте всеобщей истории).

Конечно, к концу 1960-х годов отечественная африканистика достигла успехов и в Ленинграде, и в Москве, главным образом под руководством Д. А. Ольдерогге и И. И. Потехина. Была издана, например, даже тремя изданиями, "Новейшая история

⁹ Там же, гл. XVII, с. 346 - 363; гл. XXIII, с. 489 - 523.

¹⁰ Подробнее см.: Давидсон А. Автор первой многотомной "Истории Черной Африки" (Эндре Шик). - Становление отечественной африканистики, 1920-е - начало 1960-х. М., 2003, с. 74 - 93.

стр. 59

Африки" (в ее подготовке принимал участие и я как один из редакторов и авторов). Вышел двухтомный энциклопедический справочник "Африка".

Но в целом во всей мировой африканистике историческое направление все же заметно отставало прежде всего от лингвистического и этнологического. Ведь изучение Черной Африки историками вообще началось не так давно. Конечно, трудно давать определенную точку отсчета. Но, за редкими исключениями, историки стали заниматься Африкой не раньше середины XX в., на памяти живущих сейчас старших поколений.

А как же раньше? Изучались языки, фольклор, обычаи. Разумеется, в связи с фольклором и с обычаями как-то затрагивалась и история. Но она долго не была самостоятельным направлением. В течение нескольких веков среди европейцев бытовало мнение, что у Тропической и Южной Африки нет истории, что эти общества статичны, неспособны к развитию, если нет вмешательства извне. Типичное отношение к Африке было высказано, например, в "Истории человечества", фундаментальном многотомном труде немецких ученых, который был незадолго до первой мировой войны переведен и на русский язык:

"Громадная и неуклюжая по своему виду, с негостеприимными берегами, выжженными большею частью лучами тропического солнца, Африка... угрюма и загадочна, как сфинкс в египетской пустыне. И какова земля, таков и народ. Едва известный подвижным расам Азии и Европы в течение тысячелетий, своим цветом кожи уже как бы отверженный от ряда благородных народов, прожил он, замкнувшись, неисчислимые годы, не выходя из естественных границ своей территории для дружеского сношения или неприятельского нападения".

И дальше: "Если мы можем сравнить историю рас Европы с деятельностью в ясный солнечный день, то история Африки только тяжелый ночной сон: спящего он успокаивает или тревожит, так что он с беспокойством поворачивается на своем ложе; но другие его не знают, а проснувшийся скоро забывает о нем"¹¹.

Если историки и изучали Африку, то в связи с европейской колониальной политикой, причем упор делался именно на колониальную политику: на деятельность белого человека на Черном континенте.

Это не могло не сказаться и на отечественной африканистике, к тому же зародилась она значительно позднее, чем на Западе. Возможностей вести полевые исследования и вообще бывать в Тропической и Южной Африке не было (первая поездка состоялась в последние месяцы 1957 г., когда И. И. Потехин побывал в Гане). О работе в зарубежных архивах и говорить не приходится (да и отечественные, как правило, были закрыты для ученых). Так что источником для изучения Африки в СССР была западная литература. При этом, исходя из марксистско-ленинской методологии, разумеется, менялся подход.

НАШИ ПЕРВЫЕ ГОДЫ

С чего мы начали работу? Программа, конечно, вырабатывалась постепенно, в результате многих консультаций с Д. А. Ольдерогге, Н. А. Ерофеевым, В. М. Туроком, В. В. Мавродиным, английскими историками Р. Оливером, Д. Фейджем, М. Кроудером, Б. Дэвидсоном, Т. Ходжкиным, К. Файфом и другими учеными, проявившими к нам интерес.

Все единодушно пришли к выводу, что ни одна отрасль исторической науки не может плодотворно развиваться, пока не будет определена источниковая база, пока не будет проведена инвентаризация типов источников¹². Пока не будут хотя бы в основных чер-

¹¹ История человечества. Всемирная история, т. 3. Пер. с нем. СПб., 1909, с. 377.

¹² Надо отдать должное Д. А. Ольдерогге и И. И. Потехину. Д. А. Ольдерогге вместе со своими сотрудниками начал работу по сбору и анализу арабских и китайских источников. Но - только средневековых. И, разумеется, не архивных. А И. И. Потехин хотел создать в Институте Африки группу сотрудников, занимающихся источниковедением. Это был один из последних проектов, которые он обдумывал незадолго до кончины. Не успел.

стр. 60

тах уяснены историографические течения. И дальше - шаг за шагом, попытаться представить, каковы реальные возможности использования архивных и других уникальных материалов. А затем - начать изучение архивов. И строить свои работы уже не только на исследованиях, проведенных зарубежными учеными, а и на неопубликованных источниках, и прежде всего архивных.

Мы сошлись во мнении, что с этого надо начать. Но решили, что в сферу наших интересов обязательно должны входить и такие темы, как синтез традиционного и привнесенного колониализмом в жизнь Африки. Сочли важным не уходить и от современности: пытаться понять, как прошлое Африки сказывается в ее сегодняшней жизни. И, наконец, но далеко не в последнюю очередь, нас интересовали исторические связи Африки с нашей страной. Важно также было знать опыт отечественной африканистики.

Но для всего этого нам надо было еще самим многому научиться, повысить свой профессионализм. И мы решили более или менее регулярно, обычно по средам, приглашать к себе самого разного рода интересных для нас людей: и тех, кто много путешествовал по Африке - журналистов, дипломатов - и тех, чья жизнь не была связана с Африкой. Так у нас дважды побывал журналист Эрнст Генри, разумеется - историки: А. Я. Гуревич выступал у нас трижды, Н. А. Ерофеев - постоянно. Бывали М. А. Коростовцев, С. Л. Утченко, А. П. Каждан. Д. А. Ольдерогге мы старались заполучить к себе чуть ли не в каждый его приезд в Москву.

Первое, что мы решили сделать - это подготовить книгу "Источниковедение африканской истории". Мы понимали, что наш только что созданный сектор не может сделать это только своими силами. Но нам сразу же пришли на помощь другие африканисты Москвы и Ленинграда. Д. А. Ольдерогге написал статью "Язык как исторический источник"; С. Я. Берзина - "Археологические памятники как источник по истории Африки"; В. А. Бейлис и Э. С. Львова - статьи об использовании устной исторической традиции; Л. О. Голден - об автобиографиях африканцев; Н. А. Ерофеев - о свидетельствах английских путешественников. Нам удалось подготовить и включить в эту книгу статьи об ахмарских, суахилийских, хаусанских источниках, и об арабоязычных источниках по истории Африки. Не обошли мы и прессу, и документы политических партий¹³.

Пожалуй, еще более сложным для нас оказался анализ состояния исторической науки в самой Африке. Она еще только зарождалась, и сколько-то ясно представить себе характер ее становления было трудно. Но и тут наш призыв о помощи не остался без ответа. Л. Е. Куббель и Н. Б. Кочакова дали нам отличные статьи об исторической науке в Западной Африке. И. И. Филатова вместе с нашими сотрудниками подготовила раздел "Становление исторической науки в странах Восточной Африки". В раздел о Южной Африке прислали свои статьи не только Н. Ф. Прончатов - из Нижнего Новгорода, но и известный немецкий историк Г. Штеккер - из Берлина. Для анализа исторической науки в Эфиопии нам не понадобилась помощь - Г. В. Цыпкин, один из первых сотрудников и основателей сектора, взял это на себя¹⁴.

Эти два коллективных труда легли в основу всей нашей работы в 1970-х годах. Но выходили и монографии. Р. Р. Вяткина, наш бессменный ученый секретарь, выпустила книгу об истории создания Южно-Африканского Союза¹⁵. И. Е. Синицына - об обычае и обычном праве в современной Африке¹⁶. А. М. Пегушев - об антиколониальном восстании Мау Мау в Кении¹⁷. Автор этих строк издал две книги об истории российских

¹³ Источниковедение африканской истории. М., 1977.

¹⁴ Историческая наука в странах Африки. М., 1979.

¹⁵ Вяткина Р. Р. Создание Южно-Африканского Союза (1902 - 1910). М., 1976.

¹⁶ Синицына И. Е. Обычай и обычное право в современной Африке. История изучения. Кодексы обычного права. М., 1978.

¹⁷ Пегушев А. М. Повстанцы Мау Мау (история антиколониального вооруженного восстания 1952- 1956 гг. в Кении). М., 1978.

стр. 61

представлений об Африке и путешествиях в Африку в XVIII - XIX вв.¹⁸ Две книги, написанные еще до прихода авторов в Институт всеобщей истории, вышли в 1972 г.¹⁹

Этими книгами работа сектора отнюдь не исчерпывалась. Мы принимали участие в ряде коллективных трудов Института Африки. Таких, как "История национально-освободительной борьбы народов Африки в новое время" (М, 1978), "Тропическая Африка. Проблемы истории" (М., 1973). В учебнике МГУ "История стран Азии и Африки в новейшее время" (ч. 1. М., 1976; ч. 2. М., 1979). В XI - XIII томах "Всемирной истории", главы об Африке подготовлены в нашем секторе. Был написан раздел для "Всеобщей истории Африки", издававшейся под эгидой ЮНЕСКО²⁰.

Сотрудники сектора преподавали в МГУ и Университете дружбы народов.

Важное место в работе сектора занимала деятельность по ознакомлению российского читателя с зарубежной, прежде всего африканской, литературой об Африке - публицистической, художественной, научной. Консультации издательствам о литературе, заслуживающей внимания российского читателя, рецензирование, подготовка предисловий, послесловий, комментариев. Знание этой литературы в России было еще очень скудным, и издательства нуждались в квалифицированных рекомендациях.

Но главным стремлением всего сектора было тогда - получить доступ к архивам. Сперва - как можно более широкий доступ к отечественным архивам, а впоследствии и к зарубежным. Мечтой нашей было издать сборники документов о связях России с Африкой, а затем в нескольких томах - "Историю Африки в документах".

Эти идеи мы не раз обсуждали с директором Издательства восточной литературы О. К. Дрейером, который сам читал курс истории Африки в Университете дружбы народов, с Н. А. Ерофеевым, с известными африканистами Г. А. Нерсесовым и Л. Е. Куббелем. И, разумеется, с Д. А. Ольдерогге. Составляли планы, наметки.

Так что за восемь лет сектор, хотя и небольшой по численности и состоявший из еще сравнительно молодых людей, был явно на подъеме. Сильной стороной сектора было то, что почти все сотрудники имели профессиональное образование - прошли учебу на кафедре африканистики МГУ, знали африканские языки.

Но 1979 г. оказался для нас трагическим. Начался он со смерти Геры Ивановны Потехиной, прекрасного специалиста по Западной Африке. До перехода в наш сектор она много лет преподавала на кафедре африканистики в МГУ, и молодые сотрудники сектора были когда-то ее учениками. Мы все ее любили. В этом году мы отметили бы ее 80-летие.

А осенью 1979 г. произошло непредвиденное: дирекция и партбюро института решили закрыть сектор, заменив его сектором истории колониализма. Нам казалось, что причины этого решения объяснялись не научными интересами, а какими-то иными соображениями.

ПОСЛЕ ВОЗРОЖДЕНИЯ

Должно быть, не одни мы сочли это решение ошибкой. Потому что новое руководство Отделения истории и Института всеобщей истории все же восстановили наш сектор. И даже сделали его отделом, а затем Центром африканских исследований. К сожалению, для нового решения потребовалось несколько лет.

Хотя судьба нас и разбросала (что касается меня, то я ушел в Институт востоковедения, где тогдашний директор Е. М. Примаков предложил мне стать руководителем группы по изучению национальных проблем), но мы все продолжали встречаться, оста-

¹⁸ Давидсон А. Б., Макрушин В. А. Облик далекой страны. М., 1975; Давидсон А. Б., Макрушин В. А. Зов дальних морей. М., 1979.

¹⁹ Давидсон А. Б. Южная Африка. Становление сил протеста. 1870 - 1924. М., 1972; Синицына И. Е. Танзания. Партия и государство. М., 1972.

²⁰ Davidson A. B., Isaacman A., Pelissier R. Politics and Nationalism in Central and Southern Africa, 1919 - 1935. -General History of Africa, v. VII, UNESCO, 1985.

стр. 62

ваться африканистами, согласовывать взаимные планы, помогать друг другу. В. П. Городнов, выпуская свою книгу в начале 80-х годов²¹, даже выбрал меня своим ответственным редактором, хотя я был еще "в опале".

Мы почему-то были уверены, что объединимся снова. Это произошло в начале 1984 г. И поговорка "за битого двух небитых дают" у нас оправдалась. Собралось снова большинство из тех, кто был в секторе раньше. И если в 70-х мы не вполне могли избежать внутренних разногласий и неполадок, то в дальнейшем - уже никогда. За несколько лет те, кто помоложе, повзрослели, да и старшие набрались опыта.

Ситуация в стране быстро менялась. Что-то - к лучшему, что-то - не очень. Перестройка, затем распад Советского Союза. Резко изменялись и отношение к историческому прошлому, и характер связей нашей страны с внешним миром. С концом "холодной войны" прекратилась та схватка за Африку, которая с 1950-х велась двумя противоборствующими лагерями. Все это сказывалось на нашей профессиональной работе.

Запреты на поездки за рубеж отпали. Но денег на командировки не стало больше. Тем не менее почти всем сотрудникам отдела удалось побывать и в европейских центрах африканистики, и в Африке: Г. В. Цыпкину - в Эфиопии и в Англии, А. С. Балезину в ряде стран и Европы и Африки; СВ. Мазову - в США. А. Б. Давидсон организовал Центр российских исследований в Кейптаунском университете, в 1994 - 1998 гг. был его директором и членом Сената этого университета.

Г. М. Дерлугьян получил приглашение работать в США и стал профессором Северо-Западного университета (Чикаго). А. Г. Пондопуло уехала в Париж и продолжает там изучать проблемы истории и культуры Западной Африки. Заведующая кафедрой африканистики МГУ И. И. Филатова, работавшая одно время в нашем отделе, уехала в ЮАР, стала заведовать кафедрой всеобщей истории одного из крупных южноафриканских университетов. Нам было очень жаль расставаться с ними. Но вместе с тем разве это не высокая оценка нашему отделу, что его сотрудники получили такое признание в зарубежной африканистике. К тому же, например, И. И. Филатова постоянно и очень активно участвует в наших проектах. В большинстве наших коллективных монографий есть ее главы.

Изменилась ли тематика и характер нашей работы?

С начала 90-х годов открылось несколько архивных фондов, приоткрывался архив МИД РФ, открылся фонд Коминтерна. А он для нас очень много значил, ведь африканистика в Москве начиналась именно в системе учреждений Коминтерна.

Как было прежде? Сошлюсь на свой опыт.

В 1955 г. обнадежило заявление В. М. Молотова, что доступ к архивам будет облегчен. Я сразу же пошел в архив МИД - не в ту его часть, где хранились документы советского периода, о доступе к ним все равно не могло быть и речи, - а в ту, где собраны дореволюционные материалы. Но и там описей читателям не показывали, документы по вашей теме подбирали работники архива.

Потом, мне кажется, стало еще хуже. В начале 60-х годов в ЦГАОР (ныне - ГАРФ) я просил документы 1920-х - начала 1930-х годов, связанные только с Южной Африкой. Сколько-то важной политической значимости они не имели. Но не дали мне ничего, хотя я предоставил и письмо от Института Африки, и даже разрешение пользоваться секретными бумагами.

В 1970-х в Ленинграде в Военно-морском архиве мне сказали, что на документы, хоть как-то связанные с внешней политикой, надо двойное разрешение: и этого архива, и архива МИД. А речь-то шла о таких документах, например, как акт о продаже русских лошадей Великобритании во время англо-бурской войны 1899 - 1902 гг.

Конечно, если требовались материалы о более отдаленных временах, картина была не столь беспросветна. В архиве внешней политики России МИД СССР удалось полу-

²¹ Городнов В. П. Черные жители "белого" города. Жизнь и борьба африканского гетто. М., 1983. В 1988 г. она вышла в издательстве "Прогресс" на английском языке.

стр. 63

чить дело с таким названием: "Сношения России с Мадагаскаром, 1723 г.", где было письмо Петра I "Королю Мадагаскарскому" и подробности подготовки экспедиции русских кораблей вокруг Африки. Удалось получить и письмо верховного вождя южноафриканского народа пондо от 10 ноября 1886 г. с таким адресом: "Царю, Санкт-Петербург, Россия" и с просьбой защитить от англичан и буров.

Но по XX столетию - почти безнадежно.

В середине 60-х я получил по какой-то невероятной случайности доступ в фонд Коминтерна, который хранился в Партархиве, на улице Горького (ныне - Тверской), напротив Моссовета. Просил дела компартии Южной Африки, относившиеся к началу 1920-х. Дали мне, конечно, не все. Но, главное, - категорически запрещали давать ссылки на архив.

Все равно, конечно, документы оказались полезны - я получил представление о том, чего больше нигде не узнаешь. И сами сведения широко использовал в своей книге²². Но поскольку ссылаться было нельзя, как же объяснять интереснейшие находки? Ведь в издательстве обязательно спросят - откуда, где сноска, ссылка? По совету более опытных людей я писал: "Как известно..." - и затем рассказывал о том, что на самом деле никому известно не было.

Разве в таких условиях можно было строить наши работы по XX и даже концу XIX в. на серьезной архивной базе?

Так что в начале 1990-х, когда архивы приоткрылись, это для нас, впервые, дало реальную возможность писать на архивных материалах. Но памятуя свой опыт и опыт старших поколений историков, я боялся, что, приоткрыв архивы, чиновники доступ к ним ограничат. Поделился этим прогнозом со своими сотрудниками и просил не упускать возможности - сделать работу в архивах на долгое время своим главным делом.

Результаты оказались противоречивыми. С радостями ожидаемых и неожиданных находок. И разочарованиями, когда выяснялось, что очень многое все равно недоступно.

Нам обещали давать документы, датированные не позже 1960 г. (хотя даже из архива Чичерина - а это 1920-е - дали нам далеко не все). Но и это казалось великим благом.

Разумеется, мы не сумели охватить все архивы. Множество провинциальных хранилищ, личных архивов, отделы рукописных фондов библиотек, куда время от времени и сейчас поступают новые материалы иногда очень давнего происхождения. Архив Всероссийского географического общества, архив Военно-медицинской академии, куда сдавали свои заметки врачи, побывавшие в Африке. Мы пытались искать и эти материалы, но всерьез охватить их у нас возможности не было. Так что больше всего мы работали в крупнейших московских и петербургских хранилищах.

По периоду до 1917 г. большинство найденных нами материалов касалось тех областей Африки, с которыми императорская Россия имела больше всего контактов и связей - Эфиопия и Южная Африка. Хотя об Эфиопии у нас писали многие, Г. В. Цыпкину удалось воссоздать картину взаимоотношений, особенно по периоду наибольшего сближения России с Эфиопией - конец XIX - начало XX в. Это и письмо Николая II императору Мене лику II 1895 г., и вся богатая переписка о создании первого российского посольства в Африке, и посылка российских боеприпасов в Эфиопию, и предложение России об оказании военной помощи Эфиопии, и деятельность Российского Красного Креста в Эфиопии (с 1896 г.), и интересные донесения российских дипломатов и военных о внутреннем положении в этой стране, и об эфиопах, обучавшихся в российских военно-учебных заведениях и находившихся на военной службе в России.

Не менее интересны документы о Южной Африке, начиная с дневников Ю. Ф. Лисянского и Г. С. Лебедева, побывавших в Капской колонии в конце XVIII в. Больше всего документов относится к двум темам. Первая связана с тем, что в XIX в., вплоть до открытия Суэцкого канала, морской путь вокруг Африки был главной возможностью перевозки тяжелых грузов между Петербургом и Дальним Востоком и Русской Амери-

²² Давидсон А. Б. Южная Африка. Становление сил протеста. 1870 - 1924. М., 1972.

стр. 64

кой, а Кейптаун - важнейшая стоянка на этом пути. Да и после открытия Суэцкого канала, уже в 1904 - 1905 гг., эскадра Рожественского шла кругом Африки и перед Цусимой задержалась на два с половиной месяца у берегов Мадагаскара.

Другой обширный блок документов относится к англо-бурской войне, которая привлекла живейшее внимание правительства и общественного мнения России.

Конечно, этими двумя регионами не исчерпывается богатство документов об Африке, появившихся в Российской империи. Интересны и документы о Мозамбике, Восточной Африке, Мадагаскаре. Это дало нам возможность опубликовать том документов времен императорской России²³.

В советский период к документам о Южной Африке и Эфиопии добавляются материалы уже почти о всех странах Африки, правда, зачастую только с конца 1950-х или даже прямо с Года Африки - 1960 г., когда 17 африканских стран провозгласили свою независимость. Это составило второй том²⁴. Там даны документы о первых шагах в отношениях Советского Союза с каждой из стран, добивавшихся независимости, об установлении дипломатических и экономических отношений. Большой интерес представляет раздел "Африканцы в СССР", где даны решения советских властей о жизни африканских студентов, обучающихся в нашей стране.

Мы очень хотели продолжить работу, подготовить хотя бы третий том - о 60-х годах, а, может быть, и 70-х. Г. В. Цыпкин начал эту работу, но встретилось столько трудностей, так много документов еще не рассекречено, что пришлось оставить эту идею до лучших времен.

Особняком стоят документы Коминтерна. До начала 1990-х, как уже говорилось выше, это была святая святых отечественной архивной документации. А сколько же неожиданных находок там таилось! (Хотя, конечно, и там нас допустили не до всего). В. П. Городнов, особенно тщательно работавший в этом архиве, обнаружил, например, что тайные эмиссары Коминтерна с 1920-х подолгу ездили по Африке, работали там, присылали оттуда донесения, которые ложились даже на стол Сталина. А мы, африканисты, думали, что первую поездку в Черную Африку совершил И. И. Потехин, осенью 1957 г.!

Документы Коминтерна оказались настолько важны, что мы издали их тремя томами. Два больших тома - в Англии²⁵, один - в Москве²⁶.

Естественно, в отечественных архивах больше всего документов так или иначе касалось связей России и Африки или представлений россиян об Африке²⁷. И двухтомник "Россия и Африка", и все три тома коминтерновских документов, и путевые заметки А. С. Балезина²⁸ - все это имеет прямое отношение к теме "Россия и Африка". Но и многие из документов, найденных нами в зарубежных архивах, тоже выходят на эту тему. Так, в книге о роли России в англо-бурской войне²⁹ использованы документы и центрального, и провинциальных архивов ЮАР.

Только завершив этот сбор архивных документов и издав их пятью томами, мы перешли к выполнению плана, задуманного еще в середине 70-х годов, - сделать "Историю Африки в документах". Поскольку сборник документов по древней и средневековой

²³ Россия и Африка. Документы и материалы. XVIII в. - 1960 г. Т. 1. XVIII в. - 1917 г. М., 1999.

²⁴ Россия и Африка. Документы и материалы. XVIII в. - 1960 г. Т. 2. 1917 г. - 1960 г. М., 1999. В подготовке этого тома большую роль сыграл С. В. Мазов.

²⁵ Davidson A., Filatova I., Gorodnov V., Johns S. South Africa and the Communist International: A Documentary History, v. I-II. London, 2003.

²⁶ Коминтерн и Африка. Документы. Сост. В. Городнов. Ред. А. Давидсон. СПб., 2003. Рецензию А. С. Балезина на эту книгу см. в журнале "Новая и новейшая история" в N 5 за 2004 г.

²⁷ В Институте Африки под руководством А. Б. Летнева параллельно велась работа над историей российской эмиграции в Африке.

²⁸ Балезин А. С. По Африке в поисках России. Путевые заметки историка. М., 2004. Рецензию Н. Г. Щербакова на эту книгу см. в "Новой и новейшей истории" в N 5 за 2005 г.

²⁹ Davidson A., Filatova I. The Anglo-Boer War 1899 - 1902. Cape Town-Pretoria-Johannesburg, 1998.

стр. 65

Африке уже издавался (даже дважды), мы сосредоточили внимание на колониальном и постколониальном периодах: с 1870 г. по 2000 г. Разделили на три тома: 1870 - 1918 гг., 1919 - 1960 гг. и 1961 - 2000 гг. Первый вышел в 2005 г.³⁰, второй - в издательстве, третий подготовлен к сдаче в издательство.

Цель всей публикации - дать как можно более полную и всестороннюю картину жизни Африки этих периодов. Поэтому наряду с уникальными документами мы включили и некоторые из уже известных - но без которых Африку представить невозможно. Конечно, мы не могли дать историю каждой из нескольких десятков стран. Мы старались показать читателю те тенденции в общественной, политической и культурной жизни, которые казались нам наиболее важными. Мы очень надеемся, что этот трехтомник будет полезен всем, кто изучает Африку, и в частности преподавателям и студентам.

Конечно, даже уделяя основное время работе в архивах и над документами, мы выпускали книги и статьи. Под руководством А. С. Балезина и И. И. Филатовой вышла коллективная монография о колониальном обществе и взаимодействии цивилизаций³¹. Вышел и учебник по новейшей истории Африки³².

Работа над созданием документальной базы не могла все же не замедлить выход некоторых наших исследовательских работ, поскольку мы стремились проверить документами и то, что казалось бы, известно по отечественной и зарубежной литературе. И документами не только из наших архивов, а и из зарубежных, когда удавалось получить к ним доступ. Но в результате качество стало выше. Так, используя и русские, и эфиопские архивы, Г. В. Цыпкин продолжил цикл своих монографий об Эфиопии³³. Ему посчастливилось первым работать с документами архива Аддис-Абебы, поскольку этот архив тогда только что начал функционировать. А. С. Балезину не только российские, но германские и намибийские архивы помогли завершить его монографии³⁴ и ряд интересных статей. Мне на основе как неопубликованных источников, так и бесед с А. А. Ахматовой, Н. Н. Берберовой, И. В. Одоевцевой, В. А. Рождественским и многими другими современниками Н. С. Гумилева, удалось написать две книги о нем и о его африканских путешествиях³⁵. А после сбора архивных материалов в ЮАР и Зимбабве я доработал свою книгу о Сесиле Родсе³⁶. С. В. Мазов, продолжая исследования Западной Африки³⁷, представил в 2006 г. для печати монографию по истории Западной Африки конца 1950-х - начала 1960-х годов, основанную на до сих пор неизвестных документах из отечественных и американских архивов³⁸.

³⁰ История Африки в документах, 1870 - 2000, в 3-х т. Т. 1. 1870 - 1918. М., 2005. Рецензию на этот том см. в "Новой и новейшей истории" в N 4 за 2006 г.

³¹ Колониальное общество Тропической Африки: взаимодействие цивилизаций. М., 1993.

³² История Тропической и Южной Африки. 1918 - 1988. М., 1989.

³³ Цыпкин Г. В. Эфиопия: от раздробленности к политической централизации (вторая половина XIX - начало XX в.). М., 1980; его же. Эфиопия в антиколониальных войнах. М., 1988; Цыпкин Г. В., Ягья В. С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М., 1989.

³⁴ Балезин А. С. Африканские правители и вожди в Уганде (эволюция традиционных властей в условиях колониализма, 1862 - 1962). М., 1986; его же. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989; его же. Цивилизаторы в стране дикарей. М., 1996; Балезин А. С, Притворов А. В., Слипченко С. А. История Намибии в новое и новейшее время. М., 1993.

³⁵ Давидсон А. Б. Муза странствий Николая Гумилева. М., 1992; Давидсон А. Б. Николай Гумилев. Поэт, путешественник, воин. М. - Смоленск, 2001.

³⁶ Первые издания: Давидсон А. Б. Сесиль Роде и его время. М., 1984; Davidson A. B. Cecil Rhodes and His Time. Moscow, 1988. После доработки: Давидсон А. Б. Сесил Роде - строитель империи. М. - Смоленск, 1998; Davidson A. B. Cecil Rhodes and His Time. Pretoria, 2003.

³⁷ Мазов С. В. Парадоксы "образцовой" колонии. Становление колониального общества Ганы. 1900 - 1957 гг. М., 1993; Мазов С. В. и др. История Ганы в новое и новейшее время. М., 1985.

³⁸ Мазов С. В. Политика СССР в Западной Африке, 1956 - 1964. Неизвестные страницы "холодной войны". Рукопись, утвержденная к печати Ученым советом Института всеобщей истории РАН в мае 2006.

стр. 66

На архивных материалах написана и коллективная монография "СССР и Африка. 1918 - 1960. Документированная история взаимоотношений³⁹. Значение документальных материалов подчеркивалось на всех международных конференциях, которые проводились отделом. А последняя даже называлась: "Архивы - ключ к истории Африки XX в."⁴⁰

ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ АФРИКАНИСТИКИ

Африканисты изучали опыт своего цеха неизмеримо меньше, чем востоковеды. Отчасти потому, что история эта намного короче, а отчасти из-за того, что вкус к своей истории как-то не очень был привит. Печатались некрологи, небольшие статьи. Исключение составляли, пожалуй, две фигуры: Д. А. Ольдерогге и И. И. Потехина. Были изданы сборники статей к их памятным датам, но состояли из статей на самые различные темы. Это не был анализ творчества тех, кому они были посвящены. О других африканистах писали лишь очень кратко. История центров африканистики не привлекала внимания⁴¹. Связи с африканистическими зарубежными центрами - тем более.

В результате долгих лет кропотливого сбора уникальных материалов наш отдел создал коллективный труд об истории становления отечественной африканистики⁴². Образы африканистов, расстрелянных в годы сталинского террора, пришлось заново восстанавливать. Так, Р. Р. Вяткина вернула в историю отечественной науки Г. Е. Гернгроса, который писал книги об Африке еще до Шика, Зусмановича, Ольдерогге и Потехина. Группа ученых дала очерк об эстонском африканисте П. Нормекунде. В. П. Городнов восстановил совершенно забытые, вычеркнутые во время массовых репрессий имена тех работников Коминтерна, которые подолгу бывали в Африке и изучали ее - хотя и с сугубо практически-политическими целями - еще в конце 20-х и в 30-х годах. Да и многие, кого мы знали только по нескольким диссертациям и опубликованным когда-то статьям, приобрели для нас живой, осязаемый облик - и как ученые, и как люди.

Воссоздавая образы этих людей, мы старались понять их в эпохе, где они жили, с трагедиями того времени, которых не могли избежать наши герои. Но вместе с тем - наука есть наука, и не всегда, и не во всем ученых можно оправдать тяготами эпохи. Поэтому в завершающих книгу статьях И. И. Филатовой и А. С. Балезина особенно строго, с чисто научной точки зрения, рассмотрены и заблуждения тех давних лет.

Хотелось бы думать, что выход этой книги оживит интерес к истории нашего цеха. И что в традиционных "Чтениях памяти Д. А. Ольдерогге", проводящихся в Кунсткамере в Петербурге, и в "Потехинских чтениях", которые решено проводить в Москве с осени 2006 г., большее место займет изучение традиций нашей африканистики: ее успехов и ее промахов. Чтобы снова, хоть и в новой обстановке, не наступать на те же грабли.

"НАВОДИТЬ МОСТЫ"

Обращаясь к российским африканистам, президент ЮАР Нельсон Мандела призвал "наводить мосты", "разрушать мифы и объяснять прошлое". Он сказал это на открытии Центра российских исследований Кейптаунского университета⁴³ в присутствии сотрудников нашего отдела, которые были инициаторами создания Российского центра, боль-

³⁹ Давидсон А., Мазов С, Цыпкин Г. СССР и Африка. 1918 - 1960. Документированная история взаимоотношений. М., 2002.

⁴⁰ Архивы - ключ к истории Африки XX в. М., 2006.

⁴¹ Одно из отрадных исключений - книга Н. В. Громовой "Языкознание в России. 30-е годы" (М., 1992), но там речь идет о языкознании.

⁴² Становление отечественной африканистики. 1960-е - начало 1980-х. М., 2003.

⁴³ Speech by President Nelson Mandela at the Opening of the Centre for Russian Studies at the University of Cape Town Delivered by Cabinet Minister Pallo Jordan, Wednesday 17 August 1994. - Russia in the Contemporary World. Proceedings of the First Symposium in South Africa at the Centre for Russian Studies, University of Cape Town. 17 - 19 August 1994. Cape Town, 1995, p. 4.

стр. 67

шой делегации приглашенных российских ученых и сотен преподавателей Кейптаунского университета. К словам Манделы все внимательно прислушивались. Он был, да, наверно, и остался, самым уважаемым человеком в Африке. Не без чувства гордости мы услышали его слова, сказанные о нас: "Мы высоко оцениваем, что профессор Аполлон Давидсон и его коллеги хорошо понимают реальности взаимоотношений между нашими двумя странами"⁴⁴.

В течение всего срока существования Российского центра (1994 - 1998) он был тесно связан с нашим отделом. С лекционными курсами и докладами на конференциях выступали сотрудники отдела А. С. Балезин, Р. Р. Вяткина и автор этих строк, а также известные российские ученые, приглашенные Кейптаунским университетом по нашей просьбе: А. А. Фурсенко, Б. В. Ананьич, С. Л. Тихвинский, В. Г. Шубин, И. С. Кон, Н. П. Шмелев, М. С. Мейер, В. Л. Шейнис и ряд других.

Работа в университетах ЮАР и других странах Африки заставляла нас еще яснее, чем прежде, осознать значение тех видов работы, которые соприкасаются с исследовательской, но и выходят за ее рамки. Бывая в Африке (а не судя о ней по литературе, как было многие годы), мы куда четче осознали, насколько недостаточны, а то и просто скудны, знания африканцев о нашей стране. И, увы, в нашей стране - об Африке. Это заставило нас еще большее внимание уделять тем курсам лекций, которые мы читаем в МГУ (в ИСАА и на истфаке), в Государственном университете гуманитарных наук, Высшей школе экономики и Университете дружбы народов, Военном институте Министерства обороны. По инициативе А. С. Балезина мы организовали в Институте стран Азии и Африки межинститутский африканский семинар. Стали еще охотней откликаться на просьбы издательств рекомендовать к переводу на русский язык общественно-политическую и художественную литературу.

В сотрудничестве с кафедрой африканистики МГУ мы (по инициативе и под редакцией А. С. Балезина) издаем альманахи "Под небом Африки моей", в которых, наряду с научными статьями, печатаются очерки о путешествиях и личных впечатлениях (в том числе и студенческие), и даже небольшие художественные произведения.

Для ознакомления африканской общественности с нашей страной мы печатаем статьи и обзоры в периодических изданиях, выходящих как в Африке, так и на Западе.

Об итогах научной работы центра, во всяком случае до 2002 г., дает представление библиография изданных трудов. Она опубликована в сборнике материалов одной из международных конференций, проведенных центром⁴⁵.

Темп жизни во все мире ускоряется с каждым годом. Появляются и новые проблемы, связанные в нашей стране с Африкой. Еще совсем недавно не было такого вопроса, как адаптация африканцев в России - и адаптация россиян к присутствию африканцев. Теперь эта проблема есть. И она приводит подчас не просто к взаимному непониманию, а и к трагическим случаям, таким как избиения и даже убийства африканцев в Воронеже, Петербурге и других городах.

Так вопрос о толерантности в межрасовых отношениях вторгся и в проблематику нашего Центра африканских исследований. Дольше всех занимается этим Л. В. Иванова (этой теме была посвящена и ее кандидатская диссертация). Но, судя по тенденциям в российской да и всей мировой общественной жизни, вопрос о межрасовой толерантности неизбежно займет большее значение в работе всего нашего коллектива (тут нам помогает и проф. И. В. Кривушин). Необходимо все больше изучать и панафриканизм (это давняя тема Н. Г. Щербакова) и афроцентризм.

⁴⁴ Ibid., p. 6.

⁴⁵ Библиография трудов сотрудников Центра африканских исследований ИВИ РАН. - Африканистика XX века: время, люди, взгляды. Материалы международной научной конференции. М., 2002. Перечень работ А. Б. Давидсона см.: Аполлон Борисович Давидсон. Биобиблиографический указатель трудов, 1956 - 2004. М., 2004; Focus: Apollon Davidson. - South African Historical Journal, Pretoria, 2000, N 42.

стр. 68

Следовало бы, очевидно, сказать и о таком аспекте деятельности сотрудников нашего центра, как участие в советско-американских и российско-американских общественно-политических Дартмутских встречах (где отечественную делегацию возглавляли Г. А. Жуков и Г. А. Арбатов, а американскую - Д. Рокфеллер), которые регулярно продолжались в течение нескольких десятилетий⁴⁶, и где скрупулезно рассматривались и африканские проблемы. Но эта, как и некоторые другие темы, настолько специфичны и широки, что никак не вмещаются в рамки данной журнальной статьи.

Все же надеюсь, данная статья дает представление о том, что делает коллектив нашего отдела.

Африка - это миллиард жителей. Число африканцев вне Африки растет, и будет расти. И в нашей стране - тоже. Знают же ее в нашей стране еще очень мало. А африканцы о нас - и того меньше.

Изучать огромный Африканский континент, понимать традиции его жителей, их отношения с нами - все это для нас, россиян, жизненно необходимо. И то, что сделано до сих пор - еще только начало.

⁴⁶ История Дартмутских встреч, которые, хотя и не объявлялись секретными, но никогда особенно не рекламировались, теперь описана в книге: Voorhees O. Dialogue Sustained. The Multilevel Peace Process and the Dartmouth Conference. Washington (DC), 2001.