Академик Б. А. Рыбаков

Только после Октября археология превратилась из вспомогательной исторической дисциплины в неотъемлемую и полноправную часть исторической науки, изучающую все докапиталистические формации.

Марксистско-ленинское учение о социально-экономических формациях, связывающее все фазы человеческой истории в единый исторический процесс, подчиненный определенной закономерности, само было в известной своей части основано на изучении археологии. Создатели

исторического материализма прекрасно знали современную им археологическую литературу; для создания некоторых своих работ Ф. Энгельс изучал в музеях Германии археологические коллекции.

То обстоятельство, что основоположники марксизма в самый разгар революционной борьбы, стоя во главе интернационального рабочего движения, уделяли время археологии и создавали заново контуры древнейшей истории человечества, показывало важность изучения всех звеньев исторического процесса для философского осмысления истории и поднимало ценность археологических данных в глазах последователей марксизма.

Советская власть с первых дней взяла под защиту революционной законности все археологические ценности страны.

В суровейших условиях 1919 г. в республике, окруженной врагами и испытывавшей тяжелый голод, В. И. Ленин подписывает декрет об организации нового научного археологического учреждения - Российской академии истории материальной культуры (РАИМК), для которой в Петрограде целиком отводится знаменитый Мраморный дворец. Во главе РАИМК (потом - ГАИМК, а затем - Институт археологии АН СССР) встал известный кавказовед Н. Я. Марр. В Москве при Российской ассоциации научно- исследовательских институтов (РАНИОН) была организована археологическая секция. Эти два учреждения стали научными центрами советской археологии.

В 20-е годы широко развилось краеведческое движение по всей стране, открылись сотни периферийных музеев, и археология перестала быть занятием узкого круга столичных любителей древности. Расходы по производству раскопок стали предусматриваться государственным бюджетом республики, а в последующее время вышел специальный указ, в силу которого всем новостройкам должно было предшествовать широкое археологическое изучение застраиваемого или затопляемого района. На исторических факультетах высших учебных заведений ввели преподавание археологии.

Так с первых же лет Советской власти археология обрела новые организационные формы и стала полноправной наукой. Трудно переоценить те внутренние сдвиги, которые произошли в археологии в эти годы.

Талантливая молодежь, влившаяся в науку в 20-е годы, рассматривала археологию не как бегство от современности, а как средство познания ранней истории человечества, как сферу приложения марксизма к конкретному изучению докапиталистических социально- экономических формаций.

Дореволюционная наука оставила в наследство огромное количество археологических коллекций по всем эпохам человеческой истории. Материал этот был богатым, но не всегда научно паспортизованным (были спутаны места археологических находок, не расчленены ранние и поздние слои и т.п.) и далеко не всегда отвечавшим новым задачам археологии как части исторической науки. Новый взгляд на археологию привел к крутому перелому в выборе раскопочных объектов: наряду с изучением курганов и античных городов археологи занялись исследованием стоянок, городищ, селищ, больших городов, замков, одним словом, поселений, позволяющих раскрыть хозяйственно-социальную историю данного общества.

Раскопки поселений с тысячелетними напластованиями и перекопами заставляли вырабатывать особую, изощренную методику раскопок и фиксации процесса исследований.

Сопоставляя советскую раскопочную методику с зарубежной, можно смело сказать, что, несмотря на хорошую техническую оснащенность западноевропейских археологических экспедиций, у советских археологов значительно выше развито "чувство земли".

Накопленный старой наукой обильный материал и новые открытия (тоже достаточно обильные благодаря массовым усилиям краеведов) требовали исторического осмысления. Первый обобщающий труд по археологии Восточной Европы от палеолита до Киевской Руси был написан известным историком Ю. В. Готье.

Уже в 20-е годы началась интереснейшая работа по воссозданию древней истории народов нашей страны на основе археологических данных, обобщаемых с позиций марксизма. Археологи легче, чем многие историки, воспринимали материалистический взгляд на прошлое, так как их направляли к этому сами археологические источники: остатки древних поселений, орудия труда, мастерские, кладовые хозяйственных запасов.

Настоящее марксистско-ленинское, научное мировоззрение проникало в археологию быстро и очень широко, создавая совершенно новую науку с беспредельными горизонтами и почти неограниченными возможностями. Конечно, поначалу нередко наблюдалось упрощение, механистическое толкование явлений, исследователи еще слишком крепко держались за цитаты из произведений Энгельса и Маркса как за единственную путеводную нить и боялись отойти от них, так как самостоятельное материалистическое мышление еще не успело созреть за эти короткие сроки не только у археологов, но и у работников всех общественных наук в целом.

Двадцатые годы были эпохой создания первых эскизов мирового исторического процесса на основе археологических материалов. Эскизы были смелыми, нередко противоречивыми, не всегда обоснованными, но они будили мысль, приобщали археологию к истории и поднимали ее на философскую высоту.

Коллективы археологов всей страны как бы сплотились в большую творческую лабораторию, где кипели дискуссии, обсуждались новые методы, соединялись в единую цепь разрозненные звенья многообразной истории народов СССР.

В этой лаборатории происходило слияние воедино всех видов исторических источников; антропология и этнография, лингвистика и изучение эпоса, письменные источники и история искусства - все синтезировалось для наиболее полного и многогранного восстановления облика трех докапиталистических формаций (первобытнообщинной, рабовладельческой и феодальной).

Хотя археологическая академия называлась Академией истории материальной культуры, в ее стенах работали историки, искусствоведы, этнографы, историки техники, социологи, историки религии и языковеды.

Оглядываясь теперь на первые 10 - 12 лет советской археологии, мы видим, что восприятие ею марксистско-ленинского, научного мировоззрения и развитие в условиях социалистического государства создали, по существу, совершенно новую науку, занявшую почетное место в ряду других разделов исторического знания и сильно воздействовавшую на характер мировой археологии, которая тоже стала заниматься изучением хозяйства и общественных форм.

Несмотря на все минусы тогдашних исследований (поспешность обобщений, недостаточную глубину источниковедческого анализа, увлечение непроверенными концепциями историков и лингвистов), эти годы остаются в нашей памяти неповторимым временем создания новой науки, приобщения ко всему богатству прошлого и напряженных творческих поисков, импульсы которых ощущаются до сих пор.

*

К концу 30-х годов советская археология окрепла, преодолела временное увлечение социологическим схематизмом начала 30-х годов и развернула широкие работы по всем эпохам во всей стране: на Кавказе,

в Средней Азии, в Сибири, на Дальнем Востоке, не говоря уже о Европейской части Союза.

Особого размаха разведки и раскопки достигли в послевоенные десятилетия, когда сеть археологических учреждений выросла во много раз за счет союзных республик, университетов, музеев, школьных кружков, добровольных археологических обществ. Большие и напряженные работы велись на всех новостройках страны, явившихся своего рода "археологической службой СССР", для несения которой использовались и используются наличные силы археологов всех республик. Помимо работ на территории СССР, советские археологи вели и ведут работы за рубежом - в Афганистане, Болгарии, Египте и Монголии.

Начиная с 1945 г. все археологи Советского Союза ежегодно собираются в Москве (в Институте археологии Академии наук СССР) или в других городах (Ленинграде, где есть отделение института, Киеве, Баку, Минске, Кишиневе) на специальные сессии, посвященные итогам истекшего экспедиционного сезона. Широкая и быстрая информация о новейших открытиях, обмен теоретическими изысканиями, дискуссии на исторические темы и деловая координация всех работ при личных контактах - вот в чем преимущества этих ежегодных встреч.

Итоги исторического осмысления археологических открытий в разных областях дважды подводились в изданиях, рассчитанных на широкого читателя. В 1956 и 1958 гг. вышли два тома "Очерков истории СССР" общим объемом свыше 100 печ. листов (том I - "Первобытнообщинный строй и рабовладение"; том II - "Кризис рабовладения и зарождение феодализма в III-X вв. н. э."). В 1966 г. вышел в свет подготовленный Институтом археологии Академии наук СССР первый том двенадцатитомной "Истории СССР с древнейших времен до наших дней", доводящий изложение до начала XIII века. В этих работах использованы все виды источников - урартийская и ассирийская клинопись, сведения греческих и арабских географов, армянские, грузинские, русские хроники и т. п., но для большинства периодов основным является археологический материал. Начиная с 1965 г. ежегодно публикуются общие обзоры всех новых исследований археологов (сборники "Археологические открытия"). Краткий их обзор (с основной библиографией) сделан в статье Б. А. Рыбакова и Г. Ф. Соловьевой "Советская археология сегодня"¹ . Обзоры по союзным республикам сделаны в журнале "Советская археология" за 1967 год. Археологическая литература за годы Советской власти так обильна, что только для изданий на русском языке с 1918 по 1957 г. понадобилось два тома библиографического указателя общим объемом 100 печ. листов.

*

Приводимые ниже данные об археологическом изучении разных эпох лишь в самой незначительной части раскрывают успехи советских археологов.

Палеолит, почти совсем не изученный до революции, в настоящее время представлен сотнями стоянок. В области палеолита археологи решают вопрос о происхождении человека, его древнейшей ойкумене, о становлении человеческого общества.

П. П. Ефименко впервые в Европе поставил вопрос о существовании родового матриархального строя в эпоху позднего палеолита, доказательства чему он видел в широком распространении так называемых "палеолитических Венер" - статуэток женских божеств плодовитости.

¹ Б. А. Рыбаков, Г. Ф. Соловьева. Советская археология сегодня. "Вопросы истории", 1965, N 1.

В. А. Городцов впервые открыл искусственные, вырытые в земле жилища палеолитических охотников. С. Н. Замятины, С. Н. Бибиков и А. П. Окладников решали очень важные проблемы расселения человечества в ледниковый период, определив время появления человека в Америке. О. Н. Бадер изучил в Каповой пещере на Урале великолепные образцы палеолитической живописи, впервые открытой в Восточной Европе.

За последние годы советские археологи занялись изучением мезолитических культур времени таяния последнего ледника. Установлено резкое изменение системы хозяйства, форм поселения, количественной стороны человеческих коллективов того периода. Наша наука установила, что мезолит - это эпоха бродячих охотников, преодолевавших в своих переходах большие пространства полуобсохших после ледника равнин и болот.

Изучение неолита привело к выявлению отдельных культурных областей, наметились территории племен, выяснился процесс заселения севера Евразии и процесс выделения из единой охотничьей системы хозяйства земледельческих и скотоводческих областей.

Большой интерес представляют работы советских археологов по изучению многообразных наскальных изображений ("писаниц", петроглифов) на севере, в Сибири и на Кавказе. Эти изображения раскрывают интереснейший мир религиозных представлений и бытовых сцен вроде охоты на китов, бега на лыжах, весеннего праздника скотоводов и др. В связи с этими работами заслуживают упоминания археологи М. Е. Фосс, А. Я. Брюсов, А. А. Формозов, Д. Я. Телегин, В. И. Равдоникас, В. Н. Чернецов.

Большие и важные открытия сделаны в изучении древнейшего земледелия эпохи неолита и энеолита. Изучались обе формы земледелия: ирригационное и неполивное.

Совершенно исключительный интерес представляют результаты исследования трипольской культуры на Украине (работы Т. С. Пассек). Открыты поселки IV-III тысячелетия до н. э., насчитывавшие до 5 тысяч жителей, определены хронология поселений и эволюция земледельческого хозяйства.

В Средней Азии В. М. Массоном изучены древние поселения, связанные с ирригационным земледелием. Палеоботаниками установлена древность каналов - IV тысячелетие до н. э.

Искусство первых земледельческих племен раскрыло их мировоззрение, близкое к мировоззрению древних индоевропейцев, создавших священные книги Ригведы и Авесты.

Многочисленные культуры бронзового века широко изучаются археологами всех наших республик.

Археологические данные изучены с такой подробностью, что можно говорить не только о системе хозяйства в той или иной области, но и о конкретных племенах, об их передвижениях, войнах, ассимиляции. К этой эпохе восходит целый ряд этногенетических проблем: происхождение славян, балтийских племен, колонизационные потоки угро- финнов, расселение иранских племен и многое другое. Широко известны имена таких исследователей, как С. В. Киселев, Е. И. Крупнов, М. П. Грязнов, Н. Я. Мерперт и многие другие.

Советские археологи открыли для науки две крупные цивилизации древнего мира: Урарту в Закавказье и Хорезм в Средней Азии.

И. А. Орбели, Б. Б. Пиотровский изучали на протяжении нескольких десятилетий города и дворцы первого на территории нашей страны государства - Урарту. Раскопки вскрыли богатую культуру этой державы, соперничавшей с Ассирией: храмы, дворцы, крепости, каналы, прорубленные в камне, ремесленные мастерские, дома, кладовые с запасами, парадные доспехи урартских царей и их личную утварь с надписями

и гербами. Интересны пространные клинописные надписи. Одна из них определяет время основания города Еревана; оказывается, современная столица Армении является ровесницей "вечного города" - Рима.

Хорезмская цивилизация была открыта в 1937 г. А. И. Тереножкиным, обследовавшим известные лишь топографам древние крепости в пустынях Туркмении и Узбекистана. Значки на старых картах с обозначением "древние развалины" оказались интереснейшими городами и замками древнего Хорезма. Многолетние успешные раскопки хорезмских памятников провел С. П. Толстов. Научное значение этих работ для мировой археологии превышает даже успехи урартских исследований.

Раскопки более поздних памятников Средней Азии проводили А. Ю. Якубовский, В. А. Шишкин, М. Е. Массой, А. М. Беленицкий, Я. Г. Гулямов и другие археологи.

Совершенно исключительное значение для истории культуры народов Азии имеет открытие полихромной дворцовой и храмовой живописи в Пенджикенте и Афросиабе - изображения царей, придворного быта, царских охот со слонами, похорон и свадебных празднеств, битв и интереснейших мифологических и эпических сюжетов.

Третьей областью больших археологических открытий (кроме Кавказа и Средней Азии) является евразийская степь от Карпат до Алтая. Главное место здесь в древности принадлежало скифо-сарматским и родственным им племенам. В этой области работают М. И. Артамонов, Б. Н. Граков, А. П. Смирнов, С. И. Руденко, К. Ф. Смирнов, А. И. Тереножкин, Б. А. Шрамко, П. Д. Либеров, В. И. Шилов и многие другие.

Наиболее интересны раскопки "ледяных" курганов с погребальными камерами, прорытыми в толще вечной мерзлоты (Сибирь, Пазырык), где сохранились трупы погребенных, останки захороненных с ними коней, ковры, деревянная утварь с художественной резьбой и многие иные предметы из органических веществ.

Скифологи составили карту археологических ареалов, которая может быть сопоставлена с картой скифских племен по Геродоту.

Научно важными являются раскопки по обе стороны обширного скифского мира - на юг от него, где расположены десятки древнегреческих городов Причерноморья с окружающими их рабовладельческими усадьбами (В. Д. Блаватский, В. Ф. Гайдукевич, Д. Б. Шелов, И. Т. Кругликова, Л. М. Славин, П. Н. Шульц, М. М. Кобылина, Е. И. Леви и др.), и на север от него, где были расположены оседлые племена лесной зоны, жившие в маленьких поселках-городищах.

Важной проблемой, вызывающей ряд оживленных дискуссий, является происхождение славян. Установлена значительная неоднородность уровня развития древнеславянских племен лесостепи и лесной зоны, что соответствует свидетельствам русской летописи о культурных контрастах внутри славянского мира. Исследователями выдвинуто несколько гипотез о местоположении славянской "прародины" (П. Н. Третьяков и др.). Выявляется высокая культура среднеднепровских славян II - IV вв. н. э. (антов), знавших пахотное земледелие, развитые ремесла, ведших оживленную торговлю (очевидно, зерном) с Римской империей и даже имевших точно разработанный календарь.

В последние годы изучена область распространения славянской культуры в VI-VII вв. н. э. Важное место в изысканиях славистов занимает проблема славянских летописных племен. Так же, как скифологи выявили археологическую конкретность племен Геродота, археологи-слависты составили археологическую карту племен Нестора-летописца (А. В. Арциховский, Б. А. Рыбаков, И. П. Русанова, В. В. Седов, Г. Б. Федоров, Г. Ф. Соловьева и др.).

Особенно существенным для науки было изучение археологами истории хозяйства Киевской Руси, так как в этом вопросе старая, до-

революционная наука зашла в тупик. Основой хозяйства признавалась охота, а города считались только административно-торговыми точками с культурой скандинавского, варяжского происхождения.

Широкие планомерные раскопки древнерусских городов (Киева, Чернигова, Новгорода, Пскова, Смоленска, Полоцка, Минска, Владимира, Москвы, Галича, Рязани и нескольких десятков мелких городов вроде Вщижа, Друцка, Городска, Пронска и т. п.) показали, что основой хозяйства было высокоразвитое земледелие (В. О. Довженок) и что города располагали сложным и разветвленным ремеслом (Б. А. Рыбаков, Б. А. Колчин). Теория норманистов о скандинавском влиянии отпала как несостоятельная.

Археологам удалось открыть десятки древнерусских произведений художественной архитектуры, благодаря чему история русского зодчества была написана практически заново (Н. Н. Воронин, М. К. Каргер).

Самым крупным успехом в изучении русских средневековых городов являются тридцатипятилетние раскопки в Новгороде Великом (А. В. Арциховский). Здесь хорошо сохранились все органические остатки - деревянные срубы домов, мостовые, утварь, обувь и т. п. Мировую известность получили берестяные грамоты XI-XV вв., которые представляют собой деловую и личную переписку древних новгородцев, изученную В. И. Яниным.

Археологические открытия в области изучения Древней Руси позволили совершенно по- новому поставить вопрос об уровне древнерусской культуры и о месте Древней Руси в средневековой Европе. Эти выводы обобщены в двухтомной "Истории культуры Древней Руси".

Аналогичные успехи сопутствовали археологам Армении, Грузии, Азербайджана, Средней Азии, Прибалтики (работы Х. А. Моора), выявлявшим культуру феодальных городов своих земель.

Рубежом археологического изучения прошлого можно считать XIII-XIV века. Последней крупной исторической темой здесь является татаро-монгольское нашествие, по поводу которого в старой науке к у некоторых советских историков были самые превратные представления. Иногда писали даже о благодетельном воздействии татар.

Археологические работы на территории Волжской Болгарии, в Хорезме, Закавказье и в городах Руси показали страшную, разрушительную силу нашествий Чингисхана и Батыя. Возводимая несколько тысячелетий оросительная система Средней Азии погибла, и цветущие долины превратились в пустыни (Каракумы, Бетпак-дала и др.). Сотни городов были сожжены, а население их зверски уничтожено. Археологи убедительно доказали, что нашествие было не только единовременной катастрофой, но повлияло и на все последующее развитие стран, испытавших этот не имеющий себе равного в истории разгром.

В отдельных случаях, особенно при несении археологической службы, во время наблюдений за строительными земляными работами археологи выходят за хронологические рамки XIV в. и изучают поздние слои - XV-XVII веков. Таковы, например, интереснейшие работы по изучению древней Москвы, внесшие много ярких страниц в историю нашей столицы.

В связи с тем, что через руки археологов проходят все виды остатков древней жизни - от костей носорога до многострунных гуслей, от тяжелых кованых лемехов до государственных декретов, высеченных на мраморе, - особое значение приобретает методика их изучения и получения наиболее полной и разносторонней информации.

В результате научного переворота, наступившего в середине XX в., из всех гуманитарных наук, пожалуй, только археология и лингвистика коренным образом изменили свою методику. От естественных наук археология получает новое представление о развитии природы. Сами археологические источники, реальные остатки древней жизни могут быть

разносторонне изучены новейшими биологическими и физико-химическими методами. Благодаря им материальная культура прошлого, история человеческого хозяйства будут изучены заново и раскроют перед наукой точную и детальную картину быта и жизни людей в далеком прошлом² .

Новые методы геофизической разведки в сочетании с аэрофотосъемкой уже позволяют выявлять те археологические объекты, которые ранее были недоступны, и проникать в толщу культурного слоя без раскопок. Новые надежные данные для определения абсолютной хронологии археологических объектов дают такие методы, как радиоуглеродный (С¹⁴ ), термолюминесцентный (применим к керамике), археомагнитный (пригоден для силикатов), обещающий в будущем очень точные результаты.

Для областей, где хорошо сохраняется древнее дерево, поразительные результаты дает дендрохронологический метод определения дат. Так, например, в Новгороде в результате анализа годичных колец нескольких тысяч выкопанных археологами бревен при сопоставлении с бревнами из точно датированных зданий XIV-XV вв. удалось (Б. А. Колчин) построить дендрохронологическую шкалу для 600 лет (с IX по XV в.). С помощью этой шкалы каждую постройку можно датировать с точностью до одного года!

Своеобразным археологическим методом является метод экспериментального моделирования. С. А. Семенов после долголетнего тщательного изучения следов работы на орудиях каменного века выяснил как технологию их изготовления, так и способы работы ими.

Существовало долгое время мнение, что кремневые полированные топоры эпохи неолита делались очень долго. Предполагали, что, начав шлифовку камня, отец передавал его для завершения сыну. Эксперимент развеял эту легенду, - для изготовления топора способом первобытного человека требовалось всего 1 - 2 дня. Археологи-экспериментаторы изготовили каменные топоры и тесла, срубили ими большое дерево, выдолбили древними методами лодку, оснастили ее так, как это мог бы сделать неолитический человек, и поплыли в ней по Ангаре. Кинофильм об этой лабораторной работе как бы переносит нас в неолит.

Производилось моделирование железоделательных сыродутных горнов, гончарных печей и др.

На долю собственно археологических методов падает изучение таких важных сторон истории человечества, как эволюция социальной структуры общества, этногенез - происхождение народов, история борьбы и миграций и, наконец, одна из самых загадочных и увлекательных сторон древней культуры - искусство, религия и мировоззрение.

Одним из основных условий эволюции любой науки является рассмотрение материала во всей совокупности, четкая и ясная его систематизация.

Институт археологии АН СССР предпринял в 1960 г. издание большой серии "Свод археологических источников СССР". Издание это рассчитано на 300 томов, над созданием которых трудятся все археологи страны. В "Своде" будут обнародованы, приведены в систему, датированы и картографированы материалы тысяч экспедиций начиная с 1710 года. Для статистической обработки используются новейшие математические методы. В результате завершения работы над "Сводом источников" наука получит исчерпывающие археологические карты всего Советского Союза для каждой эпохи. Нам станут известны пустыни и заселенные места, плотность населения, группировка поселков, ареалы

² В качестве примера сборников работ по новой методике можно указать книгу "Археология и естественные науки (Хронология. Анатомия, Геофизика. Математика, Кибернетика)". М. 1965.

распространения всех типов вещей и сооружений, выявятся "белые пятна", требующие дальнейших экспедиционных исследований. Появится надежная канва, на основе которой можно рисовать широкие исторические картины. Кроме того, полный свод археологических источников позволит поставить ряд сквозных тем и написать историю развития разных разделов материальной культуры: охоты и рыболовства, земледельческих орудий, оружия, жилища, утвари, одежды и украшений всех эпох.

В результате археологического исследования история первобытного общества предстает перед нами во всей своей конкретности и во всем многообразии. Определяется процесс рождения новых видов хозяйства и историческая география отдельных хозяйственных областей: зона охотничье-рыболовческая, зона земледелия, зона пастушеского или кочевого скотоводства.

Большой интерес представляет изучение внутренних процессов первобытного общества. Для этого археологам потребуется не только сравнительный этнографический материал, но и создание новой, тонкой методики.

Яркая картина появится перед наукой, когда удастся раскрыть весь процесс развития родоплеменного строя: появление племенных дружин, возведение родовых и племенных укреплений, выделение вождей и жрецов, консолидация племен в племенные союзы, развитие имущественного неравенства и, наконец, накопление предпосылок для перехода к классовому обществу (расширение обмена, торговли и зарождение товарного производства).

В будущем удастся создать карту возникновения первых рабовладельческих и феодальных государств, совместив отрывочные и лаконичные сведения письменных источников с необъятным и достоверным археологическим материалом. Эта карта подтвердит тезис неравномерности развития исторического процесса.

В исторической и философской науке у нас недостаточно разработана (применительно к современному уровню знаний) теория перехода от доклассовой первобытнообщинной социально-экономической формации к двум первым классовым формациям - рабовладению и феодализму. Археология должна дать конкретную основу для теоретического изучения этой проблемы в масштабе всего человечества, со всеми локальными чертами, обусловленными особенностями исторического развития.

Уже сейчас археологи стремятся показать не только сумму статистических картин прошлого, но и дать динамику исторического процесса. В будущем, несомненно, удастся проследить крупные и мелкие миграции племен, пути заселения Севера Евразии и колонизации Америки после отступления ледника. Особый интерес представят карты переселений племен и народов в последний период первобытного строя, когда передвижения приводили к вытеснению аборигенов или к их завоеванию, после чего начинался процесс ассимиляции (иногда побежденных, иногда завоевателей).

Археологи, раскапывающие сожженные деревни и покинутые жителями дома, восстановят трагическую картину возникновения и характер войн. Много ярких страниц будет вписано и в так называемый исторический период жизни человечества, частично освещенный письменными источниками.

Исторические документы знакомят нас лишь с очень незначительной частью земного шара, а кроме того, они по природе своей крайне субъективны, дают далеко не всегда достоверные описания какой-то части древней жизни. Археология же изучает самую жизнь, и количество ее материалов возрастает ежегодно в результате новых раскопок.

Можно быть уверенным в том, что археология, раскрывшая тайны

происхождения земледелия и время овладения металлом, сумеет разгадать еще одну важную историческую загадку - время и пути создания городов.

Историческая археология вбирает в себя в какой-то мере нумизматику, эпиграфику, сфрагистику, историю искусства (особенно архитектуры) и в сочетании с письменными источниками и данными языка может дать очень яркую и детальную картину внутренней жизни рабовладельческих и феодальных государств, установить их связи с другими культурами, определить периоды подъема и упадка, установить размеры таких исторических катастроф, как, например, нашествие Чингисхана.

Одной из областей, которая требует совместных усилий лингвистики, истории, этнографии, археологии и антропологии, является этногенез, история происхождения народов. Для большой семьи советских народов эта проблема представляется очень важной и интересной. Рождение индоевропейской, тюркской, угро-финской, адыго- картвельской и других языковых семей восходит к далекой первобытности, куда может проникнуть только глаз археолога.

Особый интерес представят результаты археологического изучения истории мировоззрения, искусства и религии древнего человечества. Новых материалов так много и содержание их настолько богато и многообразно, что они уже сейчас не укладываются в прокрустово ложе готовых схем.

Следует сказать, что марксистско-ленинская, материалистическая методология в значительной мере воздействует на мировую археологическую науку. В настоящее время передовые археологи других стран мира считают необходимым изучать на своем материале хозяйство, социальный строй и обобщать археологические данные, идя по пути, по которому пошла советская археологическая наука.