В последние годы вышли в свет сочинения Луначарского, Воровского, Махарадзе, Ольминского, Спандаряна, Шаумяна и других видных марксистов. Появился ряд монографий и множество статей, отражающих борьбу нашей партии за передовую художественную культуру и ее теорию. Работа А. Воскерчяна "Основоположники армянской марксистской критики" не во всем нова. Ядро ее первой части (вторая посвящена С. Спандаряну) - книга о литературно-критической деятельности С. Шаумяна, вышедшая несколько лет назад и теперь кое в чем дополненная и переработанная. Но перед нами не две монографии, а части единого исследования, с обстоятельными введением и заключением. Автор прослеживает зарождение и развитие армянской марксистской критики и эстетической мысли, зачинателями которой были С. Шаумян и С. Спандарян. Деятельность первых армянских марксистов он рассматривает не как только "местное" явление, а в связи с распространением марксизма в России и его слиянием с общероссийским революционным рабочим движением. Это обеспечивает не только широту авторского взгляда (что, разумеется, очень важно), но помогает объяснить некоторые общие закономерности развития социалистической эстетики и показать, что она, возникая на базе марксистской философии, на любой национальной почве развивается в преемственной связи с демократическими художественными традициями данного народа и в органическом единстве с зарождением элементов новой социалистической литературы. Однако именно в анализе этих общих закономерностей обнаруживается серьезная слабость книги А. Воскерчяна. В ней чересчур уж много описательности, повторений. Книга богата материалом. Но широта охвата явлений обернулась недостатком работы. Автор, одержимый желанием говорить обо всем, увлекся описанием подробностей, не имеющих прямого отношения к теме книги. Общая оценка роли Шаумяна и Спандаряна в развитии марксистской эстетики и особенно художественной критики, даваемая автором монографии, верна. Шаумян и Спандарян принадлежали к ленинской гвардии, важные проблемы литературы и искусства они разрабатывали в органической связи с задачами назревавшей пролетарской революции, на основе глубокого анализа конкретных явлений художественной культуры. Они выступали поборниками реализма и принципиальными противниками реакционного романтизма, дека- -------------------------------------------------------------------------------- А. Воскерчян, Основоположники армянской марксистской критики. Степан Шаумян и Сурен Спандарян, Армгиз Ереван, 1962, 532 стр. (на армянском языке). стр. 200 -------------------------------------------------------------------------------- детства в искусстве. А. Воскерчян многими страницами своего труда подчеркивает, какое огромное значение придавали армянские критики познавательной и общественно-воспитательной роли искусства, в особенности театра, призванного в условиях массовой неграмотности стать своеобразным народным университетом. Шаумян и Спандарян призывали деятелей театра к простоте и правдивости выражения чувств, выступали против "представленческого" сценического искусства, ратуя за театр "внутреннего переживания". Многие театральные рецензии Спандаряна не утратили своего интереса и по сей день. Театр и зритель, лицо театра, его репертуар - все эти вопросы были предметом пристального внимания критика. Разрабатывая общую теорию национального вопроса, Шаумян ставил и решал вопросы национального языка, литературы, театра и т. д. При этом он, как правильно отмечает А. Воскерчян, говорил о двух способах решения национального вопроса - о буржуазном и пролетарском. Борясь против армянских бундовцев, Шаумян считал, что национальная культура может и должна развиваться в революционно-пролетарской борьбе, а затем в ходе социалистического строительства. Шаумян и Спандарян, как показывает автор, не сразу стали на путь верного понимания сложных явлений искусства и его роли в общественной жизни. А. Воскерчяну чуждо стремление искусственно "приподымать" Шаумяна и Спандаряна, автор местами даже спорит с ними, делает верные замечания. Но в ряде случаев от него требовались не замечания, а серьезный, обстоятельный разговор. Так, например, необходимо было сказать, что в 1913 - 1914 годах Шаумян ошибался в вопросах, связанных с идеей национальной автономии и перспективами развития национальных языков. Он, в частности, полагал, что в будущей социалистической Россия будет один обязательный государственный язык. Известно, что В. И. Ленин в письме к С. Шаумяну подверг критике эти ошибки1. Время подтвердило ленинскую правоту и прозорливость. Явно переоценивал Шаумян влияние клерикалов на армянскую культуру, религиозные мотивы в ней. Более глубоко нужно было раскрыть полемическую направленность статей армянских марксистских критиков, их борьбу и на литературном фронте - с националистами-дашнаками, либералами и т. д. Это помогло бы читателю понять необходимость определенных акцентов в их работах. Вполне справедливо А. Воскерчян подчеркивает, что в борьбе с националистами и за развитие национальной культуры, в частности литературы и театра, Шаумян и Спандарян большое значение придавали русской литературе. И здесь особенно показательно их отношение к Л. Толстому: многие оценки и теоретические положения статей Шаумяна о Л. Толстом полностью совпадают с ленинскими высказываниями. Шаумян критиковал Толстого-проповедника, философа, но восхищался им как великим художником. Для Спандаряна, как и для Шаумяна, верность правде жизни - первостепенный критерий правильности эстетических суждений, подлинной художественности творений искусства. Особое место в литературно-критическом наследии Шаумяна и Спандаряна занимают статьи о Горьком. -------------------------------------------------------------------------------- 1 См. В. И. Ленин, Сочинения, т. 19, стр. 452 - 454. стр. 201 -------------------------------------------------------------------------------- Буревестник революции привлек внимание армянской общественности чуть ли не первыми своими произведениями. Статьи Шаумяна о Горьком - полемические, направленные против врагов зарождавшегося пролетарского искусства - правильно ориентировали армянских писателей в решении важных вопросов общественной жизни. Этой линии, как справедливо пишет автор монографии, придерживались все армянские марксистские газеты, единодушные в оценке огромной роли Горького. Горячо поддерживая первые успехи молодой армянской пролетарской поэзии, прозы и драматургии, марксистская критика добивалась того, чтобы именно Максим Горький стая для нее примером и маяком. Выступая за истинно народное, революционное искусство, постоянно имея в виду специфику художественного творчеству, Шаумян и Спандарян беспощадно боролись с безыдейностью, эстетством, за решающую роль передового мировоззрения художника. Социально классовая позиция писателя, партийная направленность его искусства - эти проблемы всегда находились в центре их внимания, как и связь нового, революционного искусства с лучшими национальными традициями. Большой заслугой Шаумяна, как справедливо отмечает А. Воскерчян, явилось то, что он первый разоблачил попытки националистов выдать за своих идеологов Х. Абовяна и М. Налбандяна, с именами которых связано все передовое и революционное в армянской культуре XIX столетия. Автору удалось в общем верно охарактеризовать месте? Шаумяна и Спандаряна в истории армянской марксистской эстетики и художественной критики. Но, как я уже отмечал, его монографии недостает глубины в разработке рассматриваемых вопросов. Почти не рассмотрен вопрос о традициях передовой критики предшествующего периода. Говоря о Раффи, например, автор забывает, что он был не только романистом, но немало сделал для развития и литературной критики. Трудно представить себе картину демократической эстетической мысли в Армении конца XIX - начала XX веков без статей Раффи, посвященных литературе, в частности, жанру исторического романа. Не всегда справедлив автор в своих оценках. О крупном писателе Левоне Шанте А. Воскерчян пишет только в "разоблачительном" духе: Шант - буржуазный националист, мистик, символист... Слов нет, в большом и многообразном творчестве писателя много такого, что заслуживает резкой критики. Замазывать буржуазно-националистическую деятельность Шанта, противоречия его мировоззрения и творчества, разумеется, никак нельзя, но нелепо и выбрасывать крупного писателя из истории армянской литературы. Еще одно замечание. Во введении к книге автор подробно пишет о собственных публикациях и планах по занимающей его теме, но не говорит о работах других авторов. Создается впечатление, что, кроме А. Воскерчяна, о Шаумяне и Спандаряне никогда никто не писал. Но ведь только о Шаумяне (и лишь в Ереване!) в последние годы издано свыше двух десятков книг. Подобный подход вряд ли соответствует интересам науки. стр. 202