Никитин еще не оценен в достаточной мере, - писал в 1899 году Л. Н. Толстой. - Оценка его в будущем, и с течением времени его будут ценить все более и более". С тех пор прошло много времени, менялись оценки творчества поэта, но слова Толстого в какой-то мере сохранили свою актуальность и до наших дней. Наследие Никитина, своеобразие его творческой манеры, особенности реализма его поэзии все еще остаются мало разработанными, многие вопросы мировоззрения поэта до сих пор ждут своего исследователя. К 100-летию со дня смерти поэта на его родине, в Воронеже, вышел второй сборник статей, посвященных творчеству Никитина (первый сборник был издан десять лет назад, в 1952 году). Сборник отмечен стремлением воронежских литературоведов объективно разобраться в сложных вопросах литературного наследия своего знаменитого земляка, дать широкую оценку многим фактам биографии и творческого пути Никитина. Задаче всестороннего освещения жизни и творчества поэта подчинена сама композиция сборника. Двадцать девять статей составляют четыре отчетливо намеченные группы. Сборник открывается статьями общего харак- -------------------------------------------------------------------------------- И. С. Никитин. Статьи в материалы. К 100-летию со дня смерти. Изд. Воронежского университета, Воронеж, 1962, 308 стр. стр. 231 -------------------------------------------------------------------------------- тера - здесь и "Вступительное слово" М. Исаковского, произнесенное на юбилейном вечере в Центральном доме литераторов 16 ноября 1961 года, и живо написанная статья Н. Рыленкова "Подвиг поэта", и статья В. Малкина, ставящая важный вопрос о месте Никитина в истории русской литературы. Затем следует цикл статей, освещающий революционные связи Никитина и отношение к его творчеству современников, в частности революционно-демократической критики. Привлекая неизвестные архивные материалы, авторы статей (В. Недосекин, А. Колесникова, В. Тонков, Г. Костин) открывают новые стороны во взаимоотношениях поэта с Второвским кружком, отмечают распространение "Колокола" в радикальных кругах Воронежа, влияние нелегальной литературы и, в особенности, "Колокола" на формирование мировоззрения Никитина. Самая большая группа статей сборника освещает вопросы творческого метода поэта, художественного своеобразия его произведений, поэтического мастерства. Работы, посвященные вопросам художественного метода (Б. Трубецкой), а также конкретному рассмотрению идейно-художественной проблематики творчества Никитина и отдельных его произведений (В. Сидельников, С. Лазутин, Я. Гудошников, О. Самочатова, Б. Удодов, С. Кудряшов), дают достаточно полное представление о поставленных в них вопросах. Однако при чтении статей А. Чижик-Полейко "Заметки о языке И. С. Никитина" и Е. Назиковой "Синтаксические особенности стихотворений И. С. Никитина" возникают недоуменные вопросы: для чего, с какой целью проведено столь детальное исследование языка и синтаксических форм? Ведь анализ языковых средств может принести исследователю успех лишь в том случае, если этот анализ будет органически связан с характеристикой идейно-художественного содержания произведения. Приветствуя попытки авторов сборника внести свой посильный вклад в область стилистики поэтического наследия Никитина, необходимо отметить, что они еще не достигли органического единства рассмотрения содержания и формы произведений, дающего читателям глубокое и яркое представление о художественном своеобразии творчества поэта. Заключается сборник рядом статей, авторы которых (А. Аленчев, Б. Двинянинов, В. Масик, О. Мельниченко) прослеживают традиции Никитина в русской классической и советской поэзии; к циклу этих работ примыкает статья И. Шибанова "Поэзия Никитина за рубежом". Пафос сборника состоит в горячем стремлении показать истинное значение Никитина для истории русской литературы. Однако авторы статей порою допускают при этом односторонние оценки и суждения. В связи с этим хочется снова обратиться к интересной и содержательной статье В. Малкина, в известной мере задающей тон всему сборнику. "Разумеется, между Никитиным и Некрасовым знака равенства ставить нельзя", - справедливо замечает автор статьи, а затем неожиданно добавляет: "Но их различие не в социальной позиции и не в характере мировоззрения. Талант автора "Кулака" скромнее поэтического гения Некрасова. Короче был и его жизненный путь" (стр. 26). Но это неточная формулировка. Различие между Некрасовым и Никитиным лежит именно в том, что демократ Никитин не мог - в силу скромности ли таланта, краткости жизнен- стр. 232 -------------------------------------------------------------------------------- ного пути или других причин - подняться до мировоззрения революционного демократа Некрасова. И это утверждение отнюдь не мешает ставить Никитина в ряд поэтов некрасовского направления. Говоря об оригинальности художественного таланта Никитина, нельзя игнорировать поэтическую школу Кольцова, в которой он формировался. Между тем такая тенденция чувствуется в статье Б. Трубецкого "Некоторые особенности реализма лирики И. С. Никитина". Подлинное своеобразие поэтики Никитина можно полнее и глубже понять лишь с учетом традиций его предшественников. Именно такие сопоставления дают исследователям возможность вскрыть различия в поэтическом восприятии реальной действительности и определить своеобразие поэта. стр. 233