Верными помощниками партии назвал советских писателей Н. С. Хрущев. На всех этапах нашей истории солдатам революции, творцам коммунизма помогали строить, жить и сражаться лучшие произведения художников, ставших певцами социалистической нови. Строки Маяковского полюбились красногвардейцам, штурмовавшим Зимний дворец, с песнями Демьяна Бедного шли в бой красноармейцы и партизаны, отстоявшие нашу Родину в борьбе с белогвардейцами и интервентами. Образ Павла Корчагина вдохновлял молодых строителей Комсомольска. Не одно поколение колхозных активистов видело для себя образец в Семене Давыдове. Василий Тёркин служил примером жизнелюбия и стойкости, верности Родине и мужества защитникам Волжской твердыни и освободителям Европы. Подвиг молодогвардейцев, воспетый А. Фадеевым, рождал трудовой энтузиазм у послевоенной молодежи, восстанавливавшей разрушенные фашистами города и села. Современные советские поэты горды тем, что сочиненные ими песни явились для первых космонавтов выражением переполнявших их чувств - гордости, счастья, радости жизни. Активное участие принимают советские писатели в осуществлении того грандиозного плана коммунистических работ, который намечен Программой КПСС. Служение народу и партии - высшее призвание литературы, единственно верный критерий плодотворности работы каждого художника социалистического реализма. "Высота требований, которые предъявляются к художественной литературе, быстро обновляемой действительностью и культурно-революционной работой партии Ленина, - говорил Горький почти тридцать лет назад, но слова эти сохранили свое значение и се- стр. 3 -------------------------------------------------------------------------------- годня, - высота этих требований объясняется высотою оценки значения, которое придается партией искусству живописи словом. Не было и нет в мире государства, в котором наука и литература пользовались бы такой товарищеской помощью, такими заботами о повышении профессиональной квалификации работников искусства и науки". Наших литераторов не могут не радовать слова Н. С. Хрущева, заявившего от имени партии и ее Центрального Комитета, что советская литература и искусство развиваются успешно и в основном хорошо выполняют свои задачи. Встреча руководителей партии и правительства с деятелями литературы и искусства, на которой были произнесены эти слова, явилась своеобразным смотром творческой активности и революционной боевитости литературы. Речь Н. С. Хрущева, ставшая событием большой важности в духовной жизни советского общества, продемонстрировала, как следует на практике применять ленинские методы идеологической работы. Литература социалистического реализма получила глубокую и ясную программу деятельности в период развернутого строительства коммунизма, обогатилось наше понимание идейной позиции художника, его роли в народной жизни и в борьбе двух лагерей - социалистического и империалистического, - борьбе, которая определяет ход современной истории. С ленинской прямотой и страстностью Н. С. Хрущев подверг резкой и принципиальной критике ошибки и существенные недостатки в работе деятелей литературы и искусства. Эти ошибки и недостатки объясняются проникновением в литературную среду чуждой нам идеи мирного сосуществования буржуазной и социалистической идеологии, "добрососедских" взаимоотношений в искусстве различных идейных направлений. Суть этих ошибок - в отступлении от принципа коммунистической партийности, классовости, в забвении классовых интересов, стойко защищать которые - гражданский и нравственный долг каждого советского писателя. Декадентское искусство, абстракционизм, формализм порождены разложением капиталистического общества. Они выражают ту крайнюю разобщенность, разъединенность людей в буржуазном мире, которые служат господствующим классам эксплуататорского общества одним из мощных заслонов для защиты их социальных позиций. Крайний индивидуализм, субъективистский произвол, отрешенность от реальной Действительности, от социальных проблем, пренебрежение красотой - таковы характерные черты модернистского искусства. Все это принципы, прямо противоположные и враждебные идейно-эстетической основе социалистического реализма. Коммунистическая партия, на которой лежит ответственность перед народом за судьбы искусства и литературы, никогда не допустит, чтобы духовное оружие умирающего класса было подброшено советским художникам. Критикуя молодых живописцев, ставших на бесплодный путь абстракционизма и "левацких" экспериментов, молодых поэтов, увлеченных формалистическими выкрутасами и заумью, композиторов, которые увидели "новый путь" стр. 4 -------------------------------------------------------------------------------- в "додекафонии", музыке шумов, кинорежиссеров, стремящихся во что бы то ни стало угодить снобам, партия напоминает им, что идейные противники коммунизма используют все эти заблуждения и ошибки во враждебных советскому народу целях. Эта партийная критика помогает ошибающимся встать на правильный путь. Только идейной беспечностью некоторых теоретиков искусства, закрывающих глаза на непримиримо острую борьбу двух идеологий в современном мире, можно объяснить тот факт, что формалистические теории в последнее время получили у нас известное распространение и поддержку. Как ни странно, защита формализма в теории нередко ведется под флагом освоения литературоведением новейших достижений естественных наук. Многие предложения применить кибернетику для исследования художественного строя произведений искусства продиктованы мыслью о том, что идейно-эстетический анализ в принципе якобы "не научен", так как критерии и результаты исследования здесь иного рода, чем в точных науках. Поэтому намечается следующий путь "перестройки" эстетики: "Современная эстетика весьма далека от того, чтобы изучать произведения искусства как звено цепи "событие - сигнал - реакция", и подобное предложение большинству искусствоведов показалось бы с непривычки совершенно неприемлемым. Однако, идя по этому пути, можно постепенно поставить эстетику в ряд точных наук, оперирующих количественной мерой и точными критериями". Можно подумать, что иные наши филологи и отправились по этому пути, который в последние годы довольно широко пропагандируется на Западе, отправились в поисках "количественных мер", якобы способных поставить эстетику в ряд точных наук. Но эти "количественные меры" при анализе произведений искусства ведут не к научности и точности, а к формализму, который в лучшем случае является мертвой классификацией чисто внешних признаков, наглухо закрывающей дорогу к подлинно содержательному идейно-эстетическому анализу. Это со всей очевидностью показали тезисы докладов "Симпозиума по структурному изучению знаковых систем" в Институте славяноведения, некоторые работы филологов, занимающихся математической лингвистикой, которые опубликованы в сборниках "Кибернетику на службу коммунизму", "Структурно-типологические исследования", "Машинный перевод". Стремление перейти в анализе явлений литературы к математическим подсчетам, к "количественным мерам" привело к отказу от идейно-эстетических критериев. В результате искусство не рассматривается как особая форма отражения действительности, оно изымается из сферы идеологии. "Фонетика рождает мысль", "некоторый набор знаков внушает художнику содержание", - вот один из выдвигаемых в работах представителей "структурального литературоведения" тезисов. Обсуждается вопрос об "эстетической ценности "зауми", о "ценности" абстрактного искусства. стр. 5 -------------------------------------------------------------------------------- При внимательном рассмотрении теоретических положений и некоторых работ представителей "структуральной поэтики и стилистики" (во многом перекликающихся с тем, что делает сейчас в США Р. Якобсон) и книги В. Турбина "Товарищ время и товарищ искусство" - при рассмотрении этих положений становится ясно, что многие из них восходят к формалистическим концепциям 20-х годов. Показательно, например, что "структуралисты" говорят о необходимости переиздания работ деятелей "ОПОЯЗа", считают, что и сегодня они не утратили научного значения. Все это тем более удивительно, что сами творцы формалистических концепций давным-давно от них отказались, поняв их несостоятельность. Вскоре после Октября В. Шкловский писал - и это характеризует идейную основу формализма: "Искусство всегда было вольно от жизни, и на цвете его никогда не отражался цвет флага над крепостью города". Этот своеобразный политический дальтонизм был последовательным выражением искусства, замкнутого в себе самом, отрешенного от нужд и потрясений века, чуждого правде жизни. Теперь В. Шкловский убежден, что такого рода подход глубоко ошибочен, потому что, как он пишет в работе "Художественная проза", "цвет знамени в поэзии значит все. Цвет знамени - это цвет души, а так называемая душа имеет и второе свое воплощение - искусство". О "цвете знамени" необходимо напомнить не только представителям "структуральной поэтики", которые выдвигают "количественную меру" как единственно научный критерий исследования литературы, отказываясь от идейно-эстетического анализа, но и поклонникам единого "современного стиля" в искусстве. Логика рассуждений последних примерно такова: достижения физики, атомная бомба, кибернетика, реактивные самолеты и т. п. - все это вызвало серьезные и всеобщие изменения в мышлении людей нашего времени, что в свою очередь определило своеобразие стиля всего искусства XX века вне зависимости от мировоззрения художника, его национальности, традиций, на которые он опирается. Эта схема несостоятельна прежде всего потому, что современные научные и технические открытия служат прямо противоположным целям, находятся в железной зависимости от "цвета знамени" - за человека или против него, за коммунизм или против него. Кстати, интересный свет проливает на эту проблему писательская анкета "Искусство принадлежит народу" ("Вопросы литературы", 1963, NN 1, 2). Отвечая на вопрос: "Как развитие жизни (социальные изменения, научный и технический прогресс и т. д.) влияет на характер художественного творчества?" - писатели по-разному определяют степень воздействия научно-технического прогресса на искусство. Одни считают, что он не вносит в искусство ничего принципиально нового, другие убеждены, что в той мере, в какой развитие науки и техники влияет на человеческую личность, стр. 6 -------------------------------------------------------------------------------- оно воздействует и на искусство. Но и те и другие подчеркивают, что пути искусства определяются социальными изменениями. Только не считаясь с этим решающим обстоятельством, не принимая во внимание остроты и непримиримости идейных боев наших дней, можно выдвигать идею единого "современного стиля". Этот тезис - тоже своего рода дань настроениям мирного сосуществования идеологий. Он опасен еще и тем, что служит теоретическим оправданием для тех художников; которые подлаживаются к зарубежной моде, следуют в своих произведениях поэтике западных модернистов и декадентов. Отчетливо высказываясь на этот счет, говоря о новом в жизни - как первооснове художественного новаторства, большинство участников анкеты "Искусство принадлежит народу" тем самым отвечает и некоторым молодым писателям, которые неуважительно отзывались о традициях, неверно трактовали задачи литературы (см., например, ответы А. Вознесенского на анкету "Молодые о себе", "Вопросы литературы", 1962, N 9). К слову говоря, писательские анкеты несомненно дают ценный материал для понимания творческих устремлений тех или иных художников, особенностей их творчества, для анализа и положительных и отрицательных тенденций в литературном процессе. Вот почему и журнал "Вопросы литературы" и некоторые другие органы печати стали их широко практиковать. Но это только первая половина дела. Задача заключается в том, чтобы материал писательских анкет был своевременно осмыслен, чтобы положительные тенденции были поддержаны, а отрицательные - подвергнуты критике, - только в этом случае анкеты принесут пользу. Наши представления о характере социалистического гуманизма стали более зрелыми и широкими после того, как была отброшена неверная формула Сталина: человек - "винтик", за которой скрывалось пренебрежение к личности, внутреннему миру простого советского человека. Но забота о простом человеке, доброжелательное внимание к каждому вовсе не означают всепрощения, примиренческого отношения ко злу, пережиткам индивидуалистического мировосприятия, к влияниям чуждой нам среды. Мы защищаем общечеловеческое, потому что в наши дни подлинно общечеловеческое и есть коммунистическое. Но никакими гуманными соображениями нельзя оправдать позицию "над схваткой", невозможно добру и злу внимать равнодушно - такого рода гуманизм мы не принимаем. Это созерцательный, а не социалистический гуманизм. Стать на путь созерцательного гуманизма - значит отказаться от революционного переустройства мира, от борьбы против эксплуататоров. Вот почему вызывают серьезные возражения некоторые статьи и выступления, посвященные проблемам гуманизма, как и некоторые художественные произведения, содержащие внеклассовую трактовку общечеловеческого. Из социалистического гуманизма выхолащивается его коммунистическая партийность, его революционная страстность, его социальный пафос. стр. 7 -------------------------------------------------------------------------------- Почему в последнее время так много внимания уделяется проблеме гуманизма? Не только потому, что литература - это человековедение, она исследует внутренний мир человека и воспитывает его, не только потому, что те благотворные перемены в жизни советского общества, которые рождены XX и XXII съездами КПСС, заставили нас по-новому взглянуть и на эту проблему, но и потому, что ныне, когда капитализм грозит человечеству истребительной атомной войной, мы, поднимая знамя истинного гуманизма, объединяющее все прогрессивное человечество, спасаем мир от ядерного безумия. Вместе с буржуазными свободами капиталисты отбросили прочь и последние остатки гуманности. Гуманизм строителей коммунизма стал могучим оружием в борьбе с человеконенавистнической идеологией империалистической реакции. Нельзя притуплять это оружие. Литература социалистического реализма, сражаясь за умы и сердца людей, должна умело его использовать. Революционная борьба составляет главное содержание эпохи, в которой мы живем. И если перспективы этой борьбы ясны художнику, если он участвует в ней на стороне рабочих " крестьян, а не наблюдает за ходом событий из "чердачного окна", жалуясь на бытовые невзгоды, если он в полную меру осознает свою ответственность за наш сегодняшний день и будущее страны и народа, - за какой бы сложный и драматический материал он ни взялся, его произведение будет нести людям самое прекрасное - правду жизни, оно никогда не утратит жизнеутверждающего пафоса. Пример тому - поэма А. Твардовского "За далью - даль", повесть А. Солженицына "Один день Ивана Денисовича", кинофильм Г. Чухрая "Чистое небо" и некоторые другие произведения. Идейная и художественная зрелость объясняет популярность этих произведений у читателей и зрителей. Когда же к трагической теме обращается художник, которому такая тема явно не по силам, - если он не вооружен в достаточной степени идейно, не владеет высоким мастерством, - ему грозит опасность поверхностного, однобокого, а то и очернительского изображения действительности. На вопрос: "Ваше представление о счастье", - Маркс ответил: "Борьба". Вряд ли возможно более лаконичное и точное определение самой сути нового, пролетарского гуманизма. И было бы ошибкой эту мысль Маркса ограничивать периодом революционного штурма эксплуататорского общества. Она верна и для нашего времени, когда, осуществляя Программу КПСС, мы приступили к развернутому строительству коммунизма. "За революцию, - говорил Н. С. Хрущев, - надо бороться не только в ходе ее свершения, но и в период укрепления ее завоеваний вплоть до построения коммунизма. Здесь мало одних рефератов, лекций, докладов, необходимо участие и в перестрелке, когда этого требуют обстоятельства". Эта мысль определяет пафос литературы социалистического реализма, которая всегда была искусством революционного действия. Эта мысль особенно важна для литературной критики и теории, которые должны активно наступать на буржуазную идеологию. стр. 8 -------------------------------------------------------------------------------- Рассказывая в воспоминаниях о Ленине о том, что "Владимир Ильич читал беллетристику, изучал ее, любил", Н. К. Крупская тут же раскрывает существо ленинского отношения к художественной литературе: "...у него сливался воедино общественный подход с художественным отображением действительности. Эти две вещи он как-то не разделял одну от другой...". Эта неотделимость идейности от художественности - одно из основополагающих условий марксистско-ленинского подхода к литературе. Вновь его значение подчеркивает Н. С. Хрущев в речи на встрече руководителей партии и правительства с деятелями литературы и искусства 8 марта 1963 года. Мысль о единстве идейности и художественности красной нитью проходит через всю речь и вынесена в ее название: "Высокая идейность и художественное мастерство - великая сила советской литературы и искусства". Трудно переоценить актуальное значение этого положения. Один из ощутимых изъянов современной литературной критики - разнобой и необъективность оценок, возникающие как следствие однобокого анализа, - вот откуда и вульгарный социологизм, и распространившееся в последнее время в критике эстетство. Именно поэтому не получают своевременной и объективной оценки идейные слабости тех или иных произведений. Именно поэтому амнистируется порой очевидное художественное несовершенство. Именно поэтому незаслуженно большое внимание иной раз уделяется критикой книгам проходным, не ставящим серьезные проблемы современности. Все это, конечно, отрицательно сказывается и на художественной практике, прежде всего на работе творческой молодежи. Воспитание молодых писателей - один из самых важных вопросов нынешнего литературного развития. В последние годы сами собой прекратились сетования на то, что Союз писателей слабо пополняется молодежью, - в литературу вошло немало одаренных художников. Говоря в речи на заседании Идеологической комиссии при ЦК КПСС 26 декабря 1962 года о "художественной зрелости, умении, мастерстве молодой творческой смены", Л. Ф. Ильичев раскрыл истоки этих успехов: "Они - результат замечательных изменений в нашей жизни, открывших широкий простор творческим силам народа, результат ленинского курса партии. И мы с удовлетворением отмечаем, что самая главная черта молодого искусства - активная поддержка политики партии в ее борьбе со старым, за утверждение новых, подлинно коммунистических отношений между людьми". Вместе с тем эти, действительные достижения, помноженные на непомерно восторженные критические отзывы, вызвали у некоторых молодых литераторов головокружение и зазнайство, сознание своей непогрешимости. И дело не только в том, что им не хватает скромности - с легкостью необыкновенной они сами себя зачисляют в Маяковских, а своим друзьям, не скупясь, отводят в поэзии место Лермонтова или Блока. Главное в том, что их идейно-художественная позиция не отличается необходимой ясностью и зрелостью, мно- стр. 9 -------------------------------------------------------------------------------- гим их произведениям недостает гражданского пафоса. При этом они претендуют на полную самостоятельность, и даже на авангардную роль в литературе. Эти настроения в той или иной форме выразились в тех произведениях литературы и искусства, где было выдвинуто надуманное, лишенное реальной жизненной основы противопоставление "отцов и детей". Проблема "отцов" и "детей" может быть верно решена только в том случае, если художник покажет, что современная молодежь в массе своей осознает себя наследниками и продолжателями того революционного дела, которому посвятили себя старшие поколения. К сожалению, не все писатели - и не только молодые - понимают это. В пьесе К. Икрамова и В. Тендрякова "Белый флаг" лоботрясничающие "сыновья" выступают судьями запутавшихся "отцов". Нездоровая нравственная атмосфера этой пьесы, душевные вывихи героев, центральная идея рождены искаженным представлением о современной действительности. Наша замечательная молодежь вместе со старшими поколениями, закалившимися в гражданской и Отечественной войне, вынесшими на своих плечах все трудности первых лет социалистического строительства, под руководством Коммунистической партии успешно осуществляет замечательный план развернутого строительства коммунизма. Это единственно правильный и единственно плодотворный путь и для писательской молодежи - вместе со старшими, более опытными и зрелыми художниками, под руководством партии беззаветно служить народу, созидающему коммунистическую новь. Умение чутко уловить тенденции литературного развития - как положительные, так и отрицательные - для того, чтобы быть не "регистратором" уже случившегося, а направляющей силой процесса, - это умение обязательно для литературной критики. К сожалению, сплошь и рядом этого умения не хватает. Как важно, например, своевременно указать на то, что, увлекаясь изображением явлений одного и того же жизненного ряда - скажем, нарушений социалистической законности во времена культа личности, литература может создать искаженное представление о жизни, о происходящем. Если бы такого рода неверные тенденции были раскритикованы при их возникновении, сколько было бы предотвращено писательских просчетов и неудач, насколько меньше было бы так называемых "издержек", к которым иногда относятся как к фатальной неизбежности. Не менее важно в самом начале поддержать многообещающую художественную тенденцию - такое внимание окупится затем сторицей. Но для этого необходимо постоянно держать в поле зрения широкий круг литературных явлений, покончить с пресловутыми "обоймами", сводящими литературный процесс к нескольким примелькавшимся именам. Чтобы направлять литературный процесс, критике надо в большей мере осознать ответственность за него - таков один из выводов, которые сейчас должны быть сделаны! Большой и принципиальный разговор о состоянии литератур- стр. 10 -------------------------------------------------------------------------------- ных дел, состоявшийся на последних встречах руководителей партии и правительства с представителями творческой интеллигенции, выступления Н. С. Хрущева по вопросам литературы и искусства побуждают советских литераторов внимательнейшим образом оглядеть теоретическое и критическое "хозяйство", выяснить, в чем мы продвинулись за последние годы вперед, какие проблемы встают сегодня как первоочередные, где были допущены промахи и ошибки, что должно быть решительно отброшено. Борьба с догматизмом, преодоление ревизионистских шатаний некоторых литераторов создали все условия для подъема критики и литературоведения, для углубленного, подлинно научного исследования и кардинальных теоретических проблем, и сложных вопросов истории литературы - отечественной и мировой. "Бытом" литературоведческой науки стали дискуссии, более содержательны споры в критике, а самое главное - эти коллективные обсуждения реже стали походить на ни к чему не обязывающий и ни к чему не приводящий обмен мнениями. И надо добиваться такого положения, чтобы в итоге дискуссии или обсуждения утверждалась верная точка зрения. Появилось немало интересных критических работ и основательных историко-литературных исследований, свидетельствующих о том, что критики и литературоведы живо откликаются на требования времени, заняты разработкой по-настоящему актуальных проблем. Идет работа над фундаментальными трудами по теории литературы, по истории и теории жанров, по истории литератур народов СССР. Запланировано создание истории всемирной литературы. Такого масштаба работы явно не по силам буржуазному литературоведению - только марксистско-ленинская методология дает возможность освоить и теоретически обобщить столь обширный материал. Однако те возможности для плодотворной работы, которые созданы XX и XXII съездами КПСС, используются далеко не в полную меру. Больше того, целый ряд участков литературоведческого и критического фронта находится в запущенном состоянии. Все еще далеки от практических задач коммунистического воспитания наши эстетики. Идут многолетние, часто "приправленные" схоластикой дебаты вокруг тех или иных формулировок, умозрительных положений, а вопросы злободневные, имеющие непосредственное отношение к формированию духовного облика человека коммунистического общества, к сегодняшнему дню искусства социалистического реализма отодвигаются на второй план. Дело ведь не в том, чтобы в качестве иллюстраций для оторванных от действительности рассуждений привлечь современный материал, - это путь простой, но малоплодотворный. Нужны исследования, в которых теоретические выводы были бы итогом анализа современного состояния литературы, проверки ее реальным опытом действительности. Оторванность от жизни сказывается и в том, что иные наши теоретики искусства излишне "застенчивы", когда речь идет о разоблачении буржуазных эстетических концепций, являющихся тео- стр. 11 -------------------------------------------------------------------------------- ретической базой для всякого рода декадентских школ, об отстаивании и пропаганде искусства социалистического реализма, принципов партийности и народности. Развитие советского искусства показало, что метод социалистического реализма раскрывает перед художником безграничные возможности для проникновения в жизнь, для раскрытия внутреннего мира человека, для поисков новых средств художественной выразительности. Но в полной ли мере обобщен этот драгоценный опыт искусства социалистического реализма? Многие теоретики в своих работах все еще исходят из представлений о творческом методе, как о чем-то застывшем, раз и навсегда сложившемся. Современные черты социалистического реализма, который стал сейчас самым влиятельным творческим методом в мировом искусстве, исследуются плохо. Случается, что разработка теории социалистического реализма подменяется расплывчатыми рассуждениями о реализме "без приставок", то есть без каких-либо определяющих эпитетов. Задача наших теоретиков и критиков - показать необоснованность претензий декадентов и формалистов на новаторство. Социалистический реализм по самой своей природе - творческий метод подлинных новаторов, законно наследующих величайшие художественные достижения мировой культуры. И вызывает удивление, что некоторые западные теории, столь же широко, сколь и безосновательно рекламирующиеся у себя на родине как "последнее слово" современного искусства, встречают у нас снисходительное, а то и одобрительное отношение. Такова, например, модная нынче за рубежом теория "потока жизни", "неподвижного объектива" в кино. Но, кроме названия, в ней нет ничего нового, - это еще одна разновидность натурализма. "Бестенденциозность", "объективность" художественных приемов этого направления не должны никого обмануть; они - выражение весьма определенной тенденции, только скрытой. Почему же некоторые критики и художники не разглядели под новой вывеской старый натурализм? Путеводную линию в разработке всех проблем теории социалистического реализма дает ленинский принцип коммунистической партийности литературы. Он получил новое развитие в нынешних исторических условиях. В речах Н. С. Хрущева, в партийных документах подчеркнуто, что партийность и народность - единое целое, что партийность соответствует внутренним стремлениям художника и не только не ограничивает, но определяет расцвет его индивидуальности. Здесь же дана четкая оценка беспартийности в творчестве. Нельзя пройти мимо того ошибочного истолкования беспартийности, которое получило распространение в некоторых специальных и популярных работах. Суть его сводится к тому, что партийность объясняется как сознательное выражение художником взглядов определенного класса, а беспартийность - как мирный нейтра- стр. 12 -------------------------------------------------------------------------------- литет художника, не сознающего, что происходит вокруг него, как отказ от тенденциозности, от участия в общественной и эстетической борьбе. На самом деле это не так. В статье "Социалистическая партия и беспартийная революционность" В. И. Ленин писал: "Беспартийность в буржуазном обществе есть лишь лицемерное, прикрытое, пассивное выражение принадлежности к партии сытых, партии господствующих, к партии эксплуататоров. Беспартийность есть идея буржуазная". Конечно, беспартийность не всегда и не обязательно осознанно лицемерная, намеренно скрытая, чтобы обмануть читателей, защита интересов эксплуататорских классов, но объективный смысл ее именно в этом. И тем опаснее это явление, что даже субъективно честные художники, встав на позиции беспартийности, могут подыграть, а сплошь и рядом и подыгрывают чуждым и враждебным народу взглядам. Надо судить художника не только и не столько по его субъективным намерениям, а по объективным результатам его творчества, по тому, на чью мельницу оно льет воду. О том, что примиренческое отношение к беспартийности нетерпимо, своевременно напомнил Н. С. Хрущев: "Если говорить строго, беспартийности, собственно, и нет в обществе. И тот, кто афиширует свою беспартийность, делает это для того, чтобы прикрыть свое несогласие со взглядами и идеями партии, чтобы вербовать себе сторонников. В истории не раз бывало, когда самые отъявленные реакционеры и контрреволюционеры выступали под лозунгом беспартийности и только потом вскрывалась их буржуазная партийность". Развенчать беспартийность во всех ее видах и проявлениях, сорвать прикрывающий ее покров либеральной фразеологии, обнажить классовую суть, - это одна из актуальнейших задач нашей идеологической борьбы. Идейная "всеядность" и расплывчатость отрицательно сказываются на решении многих проблем истории литературы, в особенности советской эпохи. Восстановление доброго гражданского имени ряда крупных советских писателей, без основания подвергнутых репрессиям в период культа личности Сталина, расширило наши представления об истории становления и развития советской литературы, уточнило картину идейно-эстетической борьбы, в которой утверждался метод социалистического реализма. Да, многие оценки потребовали пересмотра, уточнений. Но значит ли это, что есть основание для того, чтобы взять под сомнение основную концепцию литературного процесса, для того чтобы определять главные вехи развития советской литературы, как это делает И. Эренбург в своих мемуарах "Люди, годы, жизнь", отбрасывая идейно-эстетические критерии? Конечно, нет, - это было бы отступлением от исторической правды, нарушением принципа партийности. Воспоминания И. Эренбурга не могут дать истинную картину литературного развития не только потому, что "действующие лица" выбираются автором произвольно, что "главные герои" истории советской литературы, как правило, в мемуарах отсутствуют, но и потому, что место и значение писателей в литературном процессе автор опреде- стр. 13 -------------------------------------------------------------------------------- ляет лишь в зависимости от таланта, не учитывая ни направления таланта, ни политической позиции художника, его участия в созидательных делах народа. В мемуарах И. Эренбурга роль "правофланговых" литературы, на которых следовало и следует равняться, отводится писателям, стоявшим вне политики, вне революционной битвы, а иной раз и находившимся по ту сторону баррикад. В книге почти не нашлось места писателям, действительно определившим развитие советского искусства, близким к народу, активно боровшимся за политику партии. Эти писатели иной раз оцениваются весьма скептически, в то время, как автор не жалеет высоких эпитетов при характеристике тех, чей творческий и жизненный путь сопровождался множеством шатаний - идейных и эстетических. И. Эренбург вполне благосклонно относится к "левому" искусству, к "школам", которые умерли быстрой и естественной смертью. Он пишет: "Было множество литературных школ: комфуты, имажинисты, пролеткультовцы, экспрессионисты, фуисты, беспредметники, презентисты, акцидентисты и даже ничевоки. Конечно, немало глупостей несли иные теоретики... Но мне хочется защитить то далекое время". Предложенная И. Эренбургом концепция истории советской литературы оказалась научно несостоятельной и политически ошибочной, потому что известный писатель попытался, возвращаясь к прошлому, стать "над схваткой", примирить непримиримое в идеологии, в культуре. Чем объяснить тот факт, что буржуазная пропаганда в последние годы так много "внимания" уделяет советской литературе? Не иссякает мутный поток статей и книг - то яростно и откровенно враждебных, то якобы заботящихся о "процветании" литературы в Советском Союзе (а потому отвергающих все лучшее, что создается советскими художниками!), но одинаково клеветнических, рожденных страхом перед притягательной силой идей, которые несет искусство социалистического реализма, идей, завоевывающих души честных людей во всем мире. Запутать или обмануть читателя, ослабить воздействие советской литературы - вот цель буржуазной пропаганды. Особенно упорные атаки предпринимают антисоветски настроенные "специалисты" по советской литературе на ее жизнеутверждающий пафос, на образ положительного героя - активного строителя коммунизма, человека новых нравственных качеств, самоотверженного и щедрого, целеустремленного и чистого, великого и простого. На эти атаки мы, к сожалению, далеко не всегда отвечаем сокрушительными контратаками, очень часто позиция наших литераторов выглядит скорее как оборонительная, чем наступательная. Больше того, иной раз профессиональные недоброжелатели советской литературы встречают, как это ни странно, весьма доброжелательное отношение со стороны советских писателей. Вот как, например, в очерках "По обе стороны океана" В. Некрасов описывает профессора Колумбийского университета Мэтьюсона: "Немо- стр. 14 -------------------------------------------------------------------------------- лодой уже, приветливый господин, превосходно говоривший по-русски, автор книги о положительном герое в советской литературе". Этот приветливый господин, превосходно говорящий по-русски, о котором В. Некрасов рассказывает с явной симпатией, - действительно автор книги о положительном герое (правда, не в советской, как пишет В. Некрасов, а в русской литературе), но это... злобно антисоветская книга. Быть может В. Некрасов не знал этого (хотя, собираясь в такую поездку, следовало бы к ней готовиться, тем более, что о книге Р. Мэтьюсона у нас писали), но надо же уметь отличать друзей от врагов. И вообще нужно четче определять свое отношение к буржуазной культуре, чтобы не умиляться чуждыми явлениями, а оценивать их с такой страстной принципиальностью, как это делали Горький или Маяковский. Об этом следует напомнить еще раз, потому что непродуманные высказывания о советской и зарубежной литературе содержались в выступлениях не одного только В. Некрасова. Посланцем партии, полпредом советской литературы, глашатаем бескомпромиссной большевистской правды чувствовал себя за рубежом Маяковский. Он был резок и непримирим к нашим идейным противникам. Он не поддавался на лесть и заигрыванье, он наступал на наших врагов, он был настоящим бойцом. И Маяковский заслужил право с законной гордостью сказать о своем творчестве - "все сто томов моих партийных книжек". К сожалению, некоторые молодые поэты не только не следуют этой благородной традиции великого поэта Октября, но и грубо попирают ее. Разве не плод крайнего политического легкомыслия и бесхребетности претенциозная "Автобиография" Е. Евтушенко, опубликованная во французском буржуазном еженедельнике "Экспресс"? Политическая безответственность и самореклама, "вольное" изложение фактов нашей истории и не менее "вольное" истолкование марксизма - вот что лежит в основе этого жизнеописания, вызывающего чувство возмущения и брезгливости. Е. Евтушенко попытался "самостоятельно" осмыслить свой творческий путь: его "Автобиография" и в самом деле показывает, что нездоровые тенденции в его поэзии, рожденные идейной незрелостью, куда глубже и серьезнее, чем об этом говорилось прежде во многих статьях, в том числе и опубликованных на страницах журнала "Вопросы литературы". Вегетариански беспартийный подход в идеологии совершенно нетерпим. Художественные произведения, литературоведческие исследования, критические работы должны быть пронизаны боевым духом марксизма-ленинизма. Здесь не место шатаниям и колебаниям, либеральной уклончивости и бесхребетности. Все лазейки для проникновения чуждых нам буржуазных влияний должны быть закрыты; с нотками идеологического умиротворения, терпимости, прозвучавшими в художественных произведениях и критических выступлениях некоторых литераторов, необходимо покончить. "Печать и радио, литература, живопись, музыка, кино, театр, - говорил стр. 15 -------------------------------------------------------------------------------- Н. С. Хрущев, - острое идейное оружие нашей партии. И она заботится о том, чтобы это ее оружие было всегда в боевой готовности, метко разило врагов. Партия никому не позволит притуплять его, ослаблять силу его воздействия". Руководство Коммунистической партии - залог успешного развития искусства социалистического реализма. Мудрую направляющую руку партии советские литераторы ощущают постоянно. Партия поддерживает тех, кто выступает разведчиками новых тем, кто стремится рассказать о герое наших дней так, чтобы он стал образцом для подражания, нравственным маяком. Партия строгой, но доброжелательной критикой помогает писателям, совершившим ошибки, заплутавшим где-то на боковых тропках, вернуться на главную линию развития литературы социалистического реализма, стать в ряды активных бойцов за народное дело. Поддерживать, но не захваливать, не прорабатывать, а воспитывать - этим методам партийной критики должна следовать и литературная критика, потому что именно таким образом обеспечивается все крепнущее идейное единство советской литературы. Необходимо извлечь все уроки из той критики, которой партия подвергла некоторые нездоровые явления нашей литературной жизни. И здесь нельзя не сказать о том, что многие слабости и недостатки литературной критики и теории, о которых шла речь, ощущались и в журнале "Вопросы литературы". Решительно преодолевая эти недостатки, журналу предстоит поднять свою работу на новый уровень. Во главу угла всей теоретической работы в литературоведении ныне встают проблемы социалистического реализма, необходимо глубоко анализировать литературный процесс, направлять его, обобщать его ход, поднимаясь до широких научных выводов. Настоятельно нужно глубоконаучное освещение таких актуальных вопросов, как партийность и народность, партийность и художественность, социалистический гуманизм на современном этапе, новаторство и традиции, проблема положительного героя и т. д. Всесторонним анализом нашего творческого метода, его генезиса и современных черт должны заняться теоретики литературы. Считая это и своей первоочередной и важнейшей задачей, редакция разработала план соответствующих статей и публикаций и решила в ближайшее время посвятить специальный номер проблемам социалистического реализма. Наша литературная мысль, несомненно, будет более активно и целенаправленно вести борьбу с идеологией буржуазного Запада, с врагами социалистического реализма. Внимательно следить за сегодняшним литературным процессом, не проходить мимо его существенных тенденций - как положительных, так и отрицательных, помогать литературе осваивать главные темы современности - и здесь "Вопросам литературы" предстоит еще многое сделать, чтобы стать боевым центром критической мысли. Немало сложных вопросов возникает в связи с осмыслением творческого стр. 16 -------------------------------------------------------------------------------- взаимодействия и взаимообогащения литератур народов СССР, развития прогрессивных национальных традиций на современном этапе. Здесь не обойтись без продолжения начатого в свое время разговора, тем более, что остались не оспоренными некоторые путаные утверждения, например, о взаимоотношениях языков, содержащиеся в опубликованной в порядке обсуждения статье Н. Джусойты "Единение народов, единение литератур" (1962, N 6). В ближайших номерах нашего журнала будут напечатаны материалы, анализирующие это и некоторые другие выступления, в которых рассматривались проблемы творческого взаимодействия литератур народов СССР. Перед литературной наукой и критикой стоят большие задачи, поле их деятельности поистине необозримо. Но они вооружены таким могучим оружием, как марксизм-ленинизм, их работу направляет Коммунистическая партия, - нет сомнений, эти задачи будут выполнены. Литературоведы и критики считают себя "мобилизованными и призванными" для борьбы на переднем крае идеологического фронта. * * * В первые годы после революции в беседе с К. Цеткин В. И. Ленин говорил: "Право, наши рабочие и крестьяне заслуживают чего-то большего, чем зрелищ. Они получили право на настоящее, великое искусство". Усилия партии направлены на то, чтобы осуществить этот ленинский завет, чтобы у нас развивалось искусство, которое помогает нашему народу возводить прекрасное здание коммунизма. Мы живем в замечательное время: идеи коммунизма победоносно шествуют по планете. Это великое счастье, но это накладывает и великую ответственность на каждого из нас, современников. Сегодня уже нельзя работать так, как вчера. Поднять все участки литературы - художественное творчество, теорию, критику - на новый уровень, - вот что заботит сегодня каждого советского литератора. стр. 17