Венский славист Гюнтер Вытженс, автор известной монографии о П. А. Вяземском (см. рецензию В. Нечаевой - "Вопросы литературы", 1962, N 7), недавно опубликовал новую работу о Д. В. Веневитинове. По справедливому суждению автора книги, творчество рано умершего поэта, отмеченное сочувственными отзывами Белинского, Чернышевского, Герцена, снискавшее восторженную любовь читающей молодежи начала века, изучено еще недостаточно и заслуживает большего внимания. Указывая на противоречивость критических оценок творчества Веневитинова, Г. Вытженс склонен занять в этом споре среднюю позицию. По его мнению, Веневитинов не был из числа романтиков, которые отгораживались от окружающей жизни, но он не может быть причислен и к поэтам декабристского лагеря: его отрицательное отношение к абсолютизму - всего лишь умонастроение, характерное для молодежи 20-х годов. Неверно мнение, будто Веневитинов поблек в свете творчества Пушкина, но преувеличено утверждение, что, проживи он дольше, ему было бы уготовлено место рядом с величайшим гением русской литературы. Анализ творческого наследия Веневитинова как поэта, переводчика, философа и критика исследователь начинает с общей картины русского романтизма, выдвигая, вслед за работами своих предшественников, три основные проблемы: индивидуализм, национальное чувство и универсализм. Заключают работу небольшие отдельные экскурсы: о Гёте и Байроне в творчестве Веневитинова, о Веневитинове и современной ему русской литературе, о теме музыки в произведениях поэта. Романтический индивидуализм, по словам исследователя, приобретает два резко противоположных оттенка: отрицание всех обязанностей по отношению к государству, обществу, морали, семье - или, как в творчестве Веневитинова, требование к себе самому - действовать плодотворно на пользу общества и родины. Таким характером индивидуализма Веневитинова обусловлены его раздумья о роли поэта в обществе. Как бы судьба ни преследовала поэта, все же его участь является высшим благом, ибо истинный поэт всегда провидец и пророк. Поэту-избраннику противопоставлена холодная и грубая толпа, безразличная к науке, искусству, пустая и лживая. Исследователь правильно полагает, что Веневитинов в своей критике светской черни разоблачает свой собственный социальный круг. Следует добавить, что обуслов- -------------------------------------------------------------------------------- Gunther Wytrzens, Dmitrij Vladlmirovic Venevitinov als Dichter der russischen Romantik, "Wiener slavistisches Jahrbuch", Er. IV, 1862, Graz - KoIn, 119 SS. стр. 233 -------------------------------------------------------------------------------- лено это не только традициями романтизма, но и передовыми воззрениями Веневитинова, его критическим отношением к окружающей среде. Второй круг тем, связанных с проблемой национального чувства, в сущности, весьма мало отразился в творческом наследии Веневитинова. Г. Вытжене не без преувеличения утверждает, будто поэт-романтик "беспощадно" разоблачает современный ему строй. Историческому прошлому страны Веневитинов посвятил, в сущности, только два произведения: поэму "Евпраксия", оставшуюся незаконченной, и стихотворение "Новгород", принадлежащее к числу его лучших созданий, но почему-то не привлекшее достаточного внимания автора книги. В этом отношении Веневитинов, следует добавить, резко отличается от многих поэтов своей эпохи и в особенности от поэтов-декабристов, у которых историческая тема была широко развита. В разделе, посвященном универсализму, Г. Вытжене анализирует философские работы Веневитинова, впрочем весьма немногочисленные, и его письма философского содержания. Автор раскрывает глубину понимания молодым поэтом-мыслителем великих философов разных эпох, свойственный ему дар ясного, четкого и вместе с тем поэтического изложения. Несмотря на ряд стихотворений, в которых ощутима печать мировой скорби, мировоззрение Веневитинова в целом устремлено в будущее. Поэт-философ верит не только в "золотой век" прошлого, но и в грядущее всечеловеческое счастье. Содержательная книга Г. Вытженса вызывает и некоторые возражения. Автор счел для себя необязательным входить в сложные текстологические споры, возникшие в связи с выходом полного собрания сочинений поэта в 1934 году. Он пользовался этим изданием в своей работе, но ему, очевидно, осталась неизвестной рецензия М. Аронсона ("Звезда", 1934, N 8); это небольшое упущение привело к тому, что Г. Вытжене без всяких колебаний цитирует отрывок из водевиля, хотя принадлежность его Веневитинову справедливо оспаривается. Общая характеристика романтизма основана у Г. Вытженса на исследованиях И. Замотияа и П. Сакулина, но нельзя не пожалеть, что автор оставил без внимания суждения А. Луначарского и ряда других авторов, которые ввели в научный обиход понятия активного и пассивного романтизма. Исследователь уделил немало места и внимания сопоставлениям Веневитинова с Шеллингом. Однако было бы неверным рассматривать взгляды поэта, в частности, на искусство, как простое изложение шеллингианской эстетики. В ряде вопросов Веневитинов занимал вполне самостоятельную позицию. Вызывает возражение и общее утверждение, будто русский романтизм возник под влиянием немецкого. Из западно-европейских романтиков наибольшее влияние на русскую литературу оказал, несомненно, Байрон. Нельзя согласиться и с мнением ученых, сочувственно цитируемых венским славистом, что романтизм вообще характерен для славянских литератур. Хорошо известно, что русская литература характеризуется широким развитием реализма, как творческого метода, который позволяет с наибольшей глубиной познать действительность и способствовать изменению ее. Несомненный интерес представляют страницы книги, посвященные вопросам поэтики Веневитинова. Но сомнительна мысль, что такие особенности, как единоначатие, повторение начальной строфы в конце ("кольцо"), повторение основного слова-идеи и другие общие поэтические приемы, были свойственны именно Веневитинову. Более убедительны страницы, где речь идет о склонности поэта-философа к иносказаниям. Думается, что следовало бы добавить экскурсы о метафоричности стиля Веневитинова, о проникновении философских терминов в его словарь, об афористическом мастерстве поэта и т. д. Это позволило бы выделить черты, характерные для поэтического мастерства Веневитинова и перейти от анализа романтических мотивов к раскрытию стилистических особенностей романтизма поэта. Книга Г. Вытженса представляет несомненный интерес, прежде всего, своим обстоятельным анализом тематики стихотворений Веневитинова и углубленной трактовкой его философских взглядов. стр. 234