В связи с расширением международных связей и ростом интереса советских читателей к политической и культурной жизни за рубежом на эти темы в последние годы выходит все больше книг. Писатель - поэт, прозаик или драматург, - выехав за границу в качестве туриста или по какому-нибудь официальному поводу, пишет корреспонденции, издает путевые очерки. Публицист-международник, знаток экономики и политики зарубежных стран, рассказывает читателю о противоречиях в лагере капиталистических держав или об очередной биржевой афере, в которой оказались замешаны депутаты и министры. Филолог, специалист в области той или иной иностранной литературы, пишет в фундаментально-академической или изящно-эссеистической манере статьи и книги о явлениях литературы. Обычно эти три литературных профессия и соответственно три жанра - путевые очерки писателя, статьи международника-публициста, работы литературоведа или критика - существуют независимо и даже изолированно друг от друга, - словно несообщающиеся сосуды; и в этом, конечно, есть свои невыгоды. Ведь случается, что писатель совершает свой вояж без необходимой внутренней подготовки, то есть без знания языка, истории, особенностей культуры данной страны, и тогда никакие красоты стиля не могут скрыть в его очерках легковесность и наивность суждений. Бывает и так, что журналист-международник пишет отвращающим читателя казенным, штампованным языком, что он лишен художнической наблюдательности, дара образного видения и воплощения. А трудам критика, наконец, недостает иной раз некнижного, живого, так сказать "визуального" здания страны или осведомленности в нефилологических вопросах - в, политике, экономике и т. д. Главное достоинство книги Льва Гинзбурга "Цена пепла", пожалуй, прежде всего в том, что на ней нет пагубного отпечатка подобной односторонности, этого "разделения труда". Л. Гинзбург - известный поэт-переводчик. Советский читатель обязан ему превосходными переводами из немецкой поэзии - народных баллад и поэтов эпохи 30-летней войны, произведений Гёте и Шиллера, Шамиссо и Гейне, Бехера и Вайнерта, Кубы и Хермлина. Он хорошо знает Германию, в последние годы неоднократно ездил в ГДР и ФРГ. Он одинаково уверенно владеет пером поэта-переводчика и очеркиста, публициста и критика. Но нас в данном случае интересуют главным образом разделы книги, посвященные различным вопросам классической и современной немецкой литературы. Они выдер- -------------------------------------------------------------------------------- Лев Гинзбург, Цена пепла. Немецкие заметки, "Советская писатель", М. 1962, 404 стр. стр. 236 -------------------------------------------------------------------------------- жаны в иной манере, чем обычно пишутся литературоведческие и критические работы: автор свободно переходит от изложения фактов биографии писателя к воспоминаниям о личных встречах с ним, от характеристики литературных произведений к рассказу о стране и ее людях. Литературе посвящена по меньшей мере половина книги. Читатель встретится здесь с Арнольдом Цвейгом и Анной Франк, со Стефаном Хермлином и Гюнтером Грассом и др. Тематический диапазон этих глав широк " многообразен. Здесь эссе о Фридрихе Шиллере, поэте-тираноборце, чей истинный облик в течение многих десятилетий фальсифицировался реакционными биографами и толкователями. Далее следует очерк истории русско-немецких литературных связей: Карамзин в Веймаре и его знакомство с Виландом, Кюхельбекер у Гёте, Гейне в переводах Лермонтова, Тютчева, Михайлова, Блока, русская тема у Шамиссо, Варнгаген как пропагандист русского языка и русской литературы и т. д. вплоть до того времени, когда после воцарения фашизма в Германии Бехер, Вайнерт, Бредель, Вольф обрели в СССР свою вторую родину. Фашизм и антифашистское Сопротивление - эта тема объединяет ряд очерков и фрагментов. Здесь прежде всего останавливает на себе внимание очерк о литературе человеческих документов, о письмах, стихах, дневниках бесчисленных жертв гитлеровского террора и второй мировой войны - солдат и антифашистов-подпольщиков, заложников и партизан... Показывая продолжение антифашистской борьбы в послевоенные годы, Л. Гинзбург разоблачает антисоветскую, реваншистскую писанину всяческих бауэров и гонзаликов и с глубоким уважением рассказывает о писателях-гуманистах Леонгарде Франке, Зигфриде Эйнштейне и других, которые продолжали мужественно выступать против неофашистской нечисти в ФРГ. Литература ГДР представлена в книге несколькими очерками, удачно передающими ее наиболее характерные тенденции. Таков очерк о романе Анны Зегерс "Решение", в котором воплощены актуальные и острые проблемы, стоящие сегодня перед германским народом. Очерк об исторической драме Кубы "Клаус Штертебекер" показывает, как органически вплетаются в жизнь трудящихся ГДР народные революционные традиции прошлого. В рассказе о жизненном пути писателя Вальтера Горриша индивидуальная биография воспринимается как биография немецкого революционного пролетариата. К книге Л. Гинзбурга не следует, разумеется, предъявлять претензий строго научного, академического характера. В ней встречаются отдельные (правда, немногие) фактические неточности. Теодор Фонтане "открыл для себя русскую поэзию" вовсе не в берлинском кружке "Туннель через Шпрее" (где она никем не культивировалась и не пропагандировалась), а несколькими годами раньше, при посредничестве Вильгельма Вольфзона, члена лейпцигского "Клуба Гервега", знатока и переводчика русской поэзии. Ошибочные данные сообщаются в книге о "батальоне 999". Это была особая испытательная часть, сформированная из антифашистов, бывших политических заключенных гитлеровских концлагерей и тюрем. Книга Л. Гинзбурга, обращенная к широким кругам читателей-неспециалистов, нашла у них признание. стр. 237