Книга М. Шорера "Синклер Льюис. Жизнь одного американца" вызывает интерес уже тем, что это первая большая американская монография о крупнейшем реалисте XX века, ушедшем из жизни более десяти лет тому назад. Ряду других видных американских писателей нашего времени повезло больше, чем Синклеру Льюису. Об Уильямс Фолкнере, Эрнесте Хемингуэе и Джоне Стейнбеке, например, уже опубликовано немало обширных исследований. Хотя в обзорных работах по истории романа XX века заокеанские литературоведы вниманием Льюиса не обходят (как-никак он был первым американским писателем, получившим Нобелевскую премию), хотя вскоре после смерти романиста были опубликованы сборник его писем, том неопубликованных статей и книга воспоминаний о нем, все же едва ли можно сказать, что творчество Льюиса пользуется ныне у буржуазных критиков США особенно большой популярностью. В статье "Синклер Льюис - позабытый герой", опубликованной в 1960 году, трезвый и хорошо информированный американский литературовед Максуэлл Гайсмар писал: -------------------------------------------------------------------------------- Mark Shorer, Sinclair Lewis. An American Lile. Mc Graw-Hill Book Co, New York, Toronto, London, 1961, 814 p. стр. 209 -------------------------------------------------------------------------------- "Когда-то его (Льюиса. - М. М.) называли Дурным мальчиком американской литературы; ныне его можно было бы, пожалуй, назвать "позабытым человеком"1. Шорер ссылается на оставшуюся неизданной диссертацию одного американского исследователя, озаглавленную "Подъем, расцвет и упадок литературной репутации Синклера Льюиса", и отнюдь не оспаривает вывода автора насчет "упадка" репутации Льюиса в современной Америке. Объемистую работу Шорера открываешь с надеждой, что она поможет восстановить "репутацию" писателя, который при всех своих противоречиях и срывах был одним из самых смелых и сильных сатириков в истории американской литературы, великолепным обличителем пошлости, бескультурья, паразитизма, бесчеловечности американской буржуазии, беспощадным критиком фашистских тенденций в жизни страны. Что же представляет собою книга "Синклер Льюис, Жизнь одного американца"? Перед нами обширное исследование, потребовавшее почти десятилетнего труда. В распоряжение Шорера был передан богатейший архив писателя, и в книге мы находим горы ценного материала, почерпнутого из неопубликованных дневников Льюиса, его записных книжек и писем. Автор беседовал с десятками людей, близко знавших романиста, просмотрел много газет и журналов, в которых тот сотрудничал; он щедро цитирует воспоминания о нем, разбросанные по труднодоступным изданиям, с заслуживающей уважения деловитостью уточняет взаимоотношения Льюиса с рядом издательств, фиксирует сроки создания и выхода в свет разных его произведений и т. д. В книге мы находим множество малоизвестных или вовсе не известных ранее сведений о Синклере Льюисе. Любопытны, например, свидетельства некоторых людей, учившихся вместе с будущим писателем, о том, что в колледже он пользовался репутацией "неконформиста" И "воинствующего атеиста". Шорер сообщает, что незадолго до первой мировой войны Льюис стал официальным членом Социалистической партии США и оставался им более года. Есть важные данные в цитируемых в книге письмах Льюиса Элтону Синклеру. Обращает на себя внимание настойчивость, с которой писатель подчеркивал близость ему "радикализма" в период создания романа "Бзббит". С гордостью Льюие писал тому же Синклеру, что он "осмелился" создать роман "Элмер Гентри", хотя и понимал, что книга вызовет "ярость, угрозы линчевания". Мы узнаем, что из всех созданных им образов романист ценил выше всего образ Эрроусмита, что он порою тепло отзывался о Майкле Голде, что в период создания романа "Кингсблад, потомок королей" Льюис много общался с неграми, несмотря на неодобрительное отношение к этому его знакомых, и т. д. Впрочем, заслуга Шорера заключается не только в том, что он собрал сотни и сотни интересных фактов о Льюисе. В некоторых главах книги перед нами встает образ писателя, как бы терзаемого неким внутренним недугом. Этот недуг лишает его возможности долго жить на одном месте, среди одних и тех же людей, заставляет без конца переезжать из Америки в Европу и обратно, менять привязанности, вступать в конфликты. Шорер обоснованно заставляет -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Saturday Review", June 25. 1960. стр. 210 -------------------------------------------------------------------------------- читателя ощутить наличие трагического начала в духовном облике Синклера Льюиса. Довольно большое внимание уделил Шорер - и это тоже одна из ценных сторон работы - материалам, говорящим о попытках Льюиса создать роман о рабочем движении в США. Об интересе писателя к теме рабочего класса известно было и раньше. Но теперь становится очевидным огромное место, которое "роман о рабочих" занимал в планах Льюиса. Из данных, собранных автором книги "Синклер Льюис. Жизнь одного американца", видно, что мысль о создании такого произведения не покидала романиста на протяжении нескольких десятилетий. Еще в 20-х годах он посвятил немало времени подготовительной работе к этому роману. Тогда Льюис собирался сделать его героем Юджина Дебса, одного из самых честных и самоотверженных деятелей американского социалистического движения. Работа над книгой "о рабочих" продолжалась в 30-х и 40-х годах. Льюис посещал собрания профсоюзных организаций, ездил в районы забастовок, испещрял заметками записные книжки и, по-видимому, сделал немало набросков для этого произведения. Однако "роман о рабочих" так и не был завершен. В книге Шорера можно найти и другие материалы, представляющие интерес, наталкивающие на размышления. А все же очень многое в ней вызывает недоумение, если не протест. Дело не только в том, что в книге полным-полно "информации" пустой, а то и сенсационной - в самом дурном смысле этого слова Шорер тщательно запечатлевает, например, на каких обедах и вечеринках присутствовал Льюис, снова и снова скрупулезно подсчитывает его доходы, чрезвычайно подробно описывает скандалы, учиненные писателем в нетрезвом виде, и т. д., и т. п.). Важнее то обстоятельство, что, приводя без конца документированные свидетельства душевной неустойчивости писателя, Шорер не дает убедительного объяснения причин этого. Вместе с тем он то и дело критикует автора "Бэббита" с совершенно мещанских позиций. Ему невдомек, как это Льюис не стремился обзавестись собственным особняком, он довольно раздраженно пишет о неспособности писателя находить удовлетворение в светской жизни и т. д. Явная буржуазность лишила Шорера возможности осознать, что в бесконечных метаниях Льюиса нашла отражение глубокая противоречивость положения и чувств писателя, который почти всегда жил в мирке представителей "среднего класса", но ненавидел этот круг людей. Свое отношение к "респектабельным" знакомым Льюис однажды достаточно ясно выразил в письме к первой своей жене. "...Ты жаждешь оседлой жизни, - писал он ей, - в кругу интеллигентных, но безусловно респектабельных соседей, между тем как я хочу неоседлой жизни с нереспектабельными соседями". Характерно, что о влечении Льюиса к "нереспектабельным" американцам и, в частности, об его тяготении к "радикализму" в книге Шорера говорится если не с плохо скрываемым неодобрением, то, во всяком случае, мимоходом, вскользь. Из этого толстого тома читатель мало что узнает о пребывании Льюиса в социалистической колонии Геликон Холл (между тем сохранился его интереснейший очерк на эту тему1. Лишь в несколь- -------------------------------------------------------------------------------- 1 См. книгу. "A Sinclair Lewis Reader. The Man from Main Street". Selected Essays and Writings, 1904 - 1950. Random House, New York, 1953. стр. 211 -------------------------------------------------------------------------------- ких строках упоминается замечательная, имеющая принципиальнейшее значение статья Льюиса "Закат капитализма" (1914), в которой мы находим многозначительное утверждение, что писатель, "который искренне стремится создать роман о подлинной современной жизни, должен волей-неволей показывать капитализм как нечто вызывающее ненависть и отжившее". Шорер проходит мимо интереснейших свидетельств первой жены Льюиса насчет симпатий, которые вызывала у него Октябрьская революция в России. Автор книги не только плохо понимает Льюиса как человека, но и явно недооценивает его как художника слова. В заключительной части книги мы читаем, что Льюис "был одним из самых плохих писателей, каких только знала новейшая американская литература...". Хотя дальше следует добавление; "...но без его произведений нельзя себе представить современную американскую литературу" - слова эти воспринимаешь лишь как вынужденную любезность по отношению к романисту, которому исследователь посвятил целую книгу. Ведь выше было сказано: "Бессмысленное занятие, пожалуй, рассматривать какой-либо из романов Льюиса как произведение искусства". О том, какова подоплека отрицательного отношения многих современных американских критиков к творчеству Льюиса, сказал кое-что любопытное буржуазный историк литературы Ф. Карпентер в своей" книге "Американская литература и мечта" (1955). Он пишет: "По мере того как менялась литературная мода и реализму все больше начинали предпочитать символизм... критики все чаще стали задавать вопрос: "А действительно ли так уж хорош Синклер Льюис?"1 В конечном счете именно суровый реализм наиболее ценных книг Льюиса не по душе Шореру. Ему близка идея, которую развивают многие откровенные недруги сатирика, а именно, что Льюис якобы изображал Америку, которая не существует или, во всяком случае, полностью ушла в прошлое. Так, он пишет, что произведения Льюиса "являются, пожалуй, последними, заслуживающими внимания, американскими романами, которые посвящены главным образом характеристике социального класса". Шорер хочет подсказать читателю мысль, что показывать классовое расслоение в США - это дело "старомодное". Не удивительно, что, анализируя роман "Бэббит", в центре которого находится образ буржуа-тунеядца и духовно одичалого человека, автор, по сути дела, выражает уверенность в возможности "спасти" героя книги, а также и всю вотчину бэббитизма - город Зенит, при посредстве "любви и дружбы, доброты, терпимости, справедливости, достоинства, красоты, интеллекта". Не удивительно и то, что Шорер отвергает антифашистский роман Льюиса "У нас это невозможно" и его блистательную сатиру на американских расистов "Кингсблад, потомок королей". В обеих книгах автор исследования видит "меньше подлинного гнева", нежели "социологической схематизация", и, ссылаясь на высказывания других американских критиков, объявляет роман о Киягсбладе "совершенно неудачным как произведение искусства". Характерно, что американский журнал "Тайм" - орган известного -------------------------------------------------------------------------------- 1 F. Carpenter, American Literature and the Dream, New York, 1955, p. 116. стр. 212 -------------------------------------------------------------------------------- реакционного издателя Люса, - рецензируя работу Шорера (в номере от 13 октября 1961 года), подхватил приведенное в книге суждение Е. М. Форстера о том, что романист будто бы пользовался в своем творчестве "фотографическим методом"; рецензент присоединяется к Шореру в его стремлении свести нд нет значение Льюиса как художника и, в частности, осуждает полностью творчество писателя 30-х и 40-х годов (а ведь тогда были написаны не только книги "У нас это невозможно" и "Кингсблад, потомок королей", но и пронизанный антифашистскими мотивами талантливый сатирический роман "Гидеон Плениш"). Несмотря на пристрастие Льюиса к "документальности", в основе его творчества лежал вовсе не "фотометод". Наиболее удачные произведения писателя привлекают не "фотографической" верностью натуре, а остросатирическим раскрытием антигуманной сущности американского буржуазного общества и ярким изображением людей, которым это общество мешает развивать их дарования и жить по-человечески. Вот почему творчество Льюиса и сегодня не потеряло ни актуальности, ни художественной силы. Его сатира по-прежнему метко стреляет по американским мещанам кенникотам ("Главная улица"), дельцам бэббитам, попам гентри, а также фашистам уиндрипам ("У нас это невозможно") и расистам олдвикам ("Кингсблад, потомок королей"). Вместе с тем такие персонажи произведений Льюиса, как Эрроусмит, как Кингсблад и его друг - негр Райан Вулкейп, продолжают привлекать сердца своей человечностью, влечением к науке и верой в будущее рядовых людей. стр. 213