Рейтинг
Порталус

КАК Я НАЧАЛ ПЕЧАТАТЬСЯ

Дата публикации: 28 января 2011
Публикатор: genderrr
Рубрика: ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ →
Номер публикации: №1296219409


Публикуемая ниже статья (в оригинале она называется "Getting into print") была написана Джеком Лондоном в начале 1903 года, вскоре после того, как он стал профессиональным писателем, и напечатана в том же году в мартовском номере журнала "Эдитор" ("The Editor"). Лондон рассказывает в ней о своих первых шагах в литературе. Нужно иметь в виду, что опыт Лондона в значительной мере отразил американские условия. Писатели-реалисты США конца XIX - начала XX века вынуждены были вступать в борьбу с литературными "традициями утонченности", или, как их еще называют, традициями "нежного реализма", эстетика которого требовала счастливого конца, настойчиво предлагала избегать "вульгарного", "грубого". Давая в своей статье совет избегать несчастливого конца, Лондон напоминал о некоторых канонах, которым вынужден был следовать сам в начальный период своего творческого пути. На русском языке статья появляется впервые. Стоит лишь человеку пристроить две-три вещи в журнал или подбить какого-нибудь издателя на опубликование книги, и все друзья начинают расспрашивать, как ему это удалось. Вполне естественно поэтому сделать вывод, что опубликование книги или рассказа в журнале - дело весьма интересное. Лично для меня оно представляло большой интерес, я бы даже сказал, жизненно важный интерес. Просматривая бесконечные журналы и газеты, я не раз задавался вопросом, каким образом авторы ухитряются напечатать все эти вещи. Чтобы вы поняли, насколько жизненно необходимы были мне эти сведения, следует сообщить, что финансы мои состояли из одного пассива, никаких доходов я не получал, что я должен был кормить несколько душ и что квартирная хозяйка моя была бедной вдовой, остро нуждавшейся в том, чтобы я платил за квартиру более или менее регулярно. Вот каково было мое экономическое положение, когда я облекся в боевые доспехи и приступил к осаде журналов. Надо вам сказать, что я совершенно не знал, как это делается. стр. 149 -------------------------------------------------------------------------------- Жил я в Калифорнии, вдали от крупных издательств. Я понятия даже не имел, как выглядит издатель. Я не знал ни одного человека, которому удалось напечататься, да и вообще никого, за исключением собственной персоны, кто бы предпринял попытку писать, а тем более публиковать написанное. Мне не к кому было обратиться за советом, я не мог воспользоваться чужим опытом. Поэтому я просто сел и принялся писать, чтобы набраться опыта самому. Я писал все - рассказы, статьи, анекдоты, шутки, очерки, сонеты, баллады, песни, припевки; писал легкие пьески ямбическим тетраметром и тяжелые трагедии белым стихом. Я запихивал все эти разнообразные творения в конверт, прикладывая марку на ответ, и опускал конверт в почтовый ящик. О, я был плодовит! День ото дня росла гора моих рукописей, пока проблема добывания марок не стала столь же трудной, как и проблема обеспечения сносной жизни для моей вдовствующей квартирной хозяйки. Все мои рукописи возвращались назад. Они возвращались снова и снова. Казалось, что процесс этот осуществляет бездушная машина. Я опускал рукопись в почтовый ящик. По истечении более или менее определенного срока почтальон доставлял ее обратно. Рукопись сопровождалась стереотипным бланком отказа. Какая-то часть хитрой машины, состоящей из шестеренок и кривошипов (не могло это быть живым существом из плоти и крови), находящаяся где-то на другом конце, перекладывала рукопись в другой конверт, извлекала из моего конверта вложенную марку, наклеивала ее и прилагала бланк отказа. Так продолжалось несколько месяцев. А я все еще блуждал в потемках. У меня все еще не накопилось ни крупицы опыта. О том, что находит лучший сбыт на литературном рынке - поэзия или проза, шутки или сонеты, рассказы или очерки, - я мог сказать не более, чем поначалу. Правда, у меня уже появились некоторые - весьма туманные и неясные - представления о том, что минимальная оплата за тысячу слов - десять долларов, что стоит только мне опубликовать две-три вещи, как издатели немедленно набросятся на мои изделия, и что задержка рукописи издателем на такой пустяковый срок, как четыре-пять месяцев, вовсе не означает ее опубликования. Про минимальную оплату в десять долларов за тысячу слов, - во что я, должен признаться, несколько опрометчиво поверил, - я вычитал в каком-то воскресном приложении. Вместе с тем мне следует признаться и в необыкновенной, трогательной скромности моих притязаний. Пусть другие, думал я, получают по максимальной ставке, как бы заманчиво это ни было. Что до меня, я согласен всю жизнь получать по минимальной ставке. И с самого начала я буду писать не более трех тысяч слов в день, только пять дней в неделю. Таким образом, у меня останется достаточно времени для отдыха и я буду зарабатывать шестьсот долларов в месяц, не перегружая книжного рынка. стр. 150 -------------------------------------------------------------------------------- Как я уже говорил, машина работала несколько месяцев, а затем однажды утром почтальон вручил мне письмо; заметьте - не длинный, толстый конверт, а маленькое тоненькое письмо из журнала. Марочная проблема и проблема платы квартирной хозяйке к этому времени давили на меня жестоко, и это письмо, конечно же, должно было немедленно разрешить их. Не сразу решился я вскрыть письмо. Оно казалось мне священным. Ведь его написал сам редактор. А журнал, пославший его, по моим представлениям, принадлежал к числу первоклассных. Я направил туда рассказ в четыре тысячи слов. "Сколько же они заплатят?" - спрашивал я себя. "Разумеется, по минимальной ставке, - отвечал я себе со свойственной мне скромностью, - сорок долларов". Застраховав себя таким образом от любых разочарований, я вскрыл письмо, дабы прочесть слова, которые, мне думалось, на всю жизнь огненными буквами врежутся в память. Увы! Прошло всего несколько лет, а я уже забыл, что там было написано. В общем, холодная суть этого холодного письма сводилась к тому, что мой рассказ подходит, будет напечатан в следующем номере и мне заплатят за него... пять долларов. Пять долларов! Доллар с четвертью за тысячу слов! Тот факт, что я тогда же не умер на месте, убеждает, что я обладаю незаурядной душевной стойкостью, которая, вне всякого сомнения, поможет мне прожить долгие годы и в конце концов утвердит в числе старейших обитателей планеты! Пять долларов! Когда? Об этом редактор не писал. А у меня даже марки не было, чтобы сообщить свой положительный или отрицательный ответ на это предложение. Как раз в эту минуту хозяйкина дочурка постучала в дверь. Никогда еще мои проблемы не требовали разрешения с такой настойчивостью. Было ясно как день, что минимальной ставки просто не существует. Мне ничего не оставалось, как идти сгребать уголь. Я занимался этим прежде и зарабатывал больше. И я решил заняться этим снова и, конечно, так бы и поступил, если бы не "Черный кот". Да, "Черный кот". Почтальон принес мне предложение этого журнала: сорок долларов за рассказ в четыре тысячи слов, который был скорее длинен, чем силён, при условии, если я разрешу сократить его наполовину. Это равнялось ставке в двадцать долларов. Разрешу сократить? Я написал им, что они могут сокращать обе половины, если только вышлют деньги (что они и сделали обратной почтой). Что же касается вышеупомянутых пяти долларов, то я их в конце концов получил после публикации рассказа, изрядных волнений и неприятных хлопот. Я позабыл о своем решении сгребать уголь и стал стучать вовсю на пишущей машинке, так что, по образному выражению одной молодой женщины, "прилагательные капали у меня с кончиков пальцев". Прежде чем закончить этот короткий рассказ о своем опыте, разрешите дать несколько выстраданных советов. Не оставляйте работы, чтобы писать, пока кто-нибудь зависит от вас материаль- стр. 151 -------------------------------------------------------------------------------- но. За беллетристику платят лучше всего и, если вещь хорошего качества, приобретают ее охотнее всего. Хорошая шутка сбывается легче, чем хорошее стихотворение, и, в переводе на пот и кровь автора, оплачивается куда выше. Избегайте несчастливых концов, всего грубого, трагического, страшного, если, конечно, вы хотите увидать свои писания напечатанными. (Поэтому поступайте не так, как я поступаю, а так, как я говорю.) Юмор труднее всего сочиняется, легче всего находит сбыт и выше всего оплачивается. Писать юмор могут лишь немногие. Если вы способны на это, очень советую заняться юмором. Он станет для вас Клондайком, золотой жилой. Пример - Марк Твен. Не спешите еще до завтрака сочинить рассказ в шесть тысяч слов. Не пишите слишком много. Лучше как следует попотеть над одним рассказом, чем распыляться на десяток. Не ждите попусту, пока вас посетит вдохновение. Бегите за ним с дубинкой, и если даже не удастся его схватить, все равно вам достанется нечто поразительно на него похожее. Установите себе "норму" и следите, чтобы она выполнялась ежедневно, - и к концу года в вашем активе окажется больше написанных слов. Изучайте приемы писателей, завоевавших известность. Они уже овладели инструментами, о которые вы режете пальцы. Они уже стали мастерами, и, внимательно рассматривая сделанные ими вещи, можно увидеть, как они сделаны. Не ожидайте, что вас научит какой-либо добрый самаритянин, раскапывайте сами эти секреты мастерства. Следите, чтобы тело ваше дышало всеми порами, а желудок варил исправно. Это, по моему глубокому убеждению, самое важное правило. И, пожалуйста, не тычьте мне в глаза вашим Карлейлем. Заведите записную книжку. Путешествуйте с ней, ешьте с ней, спите с ней. Бросайте в нее каждую мысль, ненароком завернувшую в вашу голову. Дешевая бумага все же попрочнее серого мозгового вещества, и карандашные заметки хранят мысль лучше памяти. И работайте. Я пишу это заглавными буквами - РАБОТАЙТЕ. РАБОТАЙТЕ постоянно. Старайтесь познать тайны земли, вселенной, материи и духа, мерцающего в этой материи, во всем - от ничтожной личинки до божества. Под всем этим я подразумеваю РАБОТУ над созданием своей философии жизни. Пусть даже она окажется и ошибочной, главное - иметь эту философию и верить в нее. Словом, вот три великие заповеди: ХОРОШЕЕ ЗДОРОВЬЕ, РАБОТА и ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ. К ним я могу, нет, должен добавить четвертую - ИСКРЕННОСТЬ. Без нее первые три ничего не стоят, с ней же вы, быть может, достигнете вершин и займете свое место среди великанов. Перевел с английского В. Быков. стр. 152

Опубликовано на Порталусе 28 января 2011 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?



Искали что-то другое? Поиск по Порталусу:


О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама