Как известно, Чичиков любил быструю езду, что дало основание Гоголю воскликнуть: "И какой же русский не любит быстрой езды?" Как известно также, этой фразой начинается знаменитое лирическое отступление, завершающее первый том "Мертвых душ". О том, что размышления Гоголя о "птице-тройке" именно лирическое отступление, все мы знаем еще со школьной скамьи. Однако наука идет вперед. Ныне сделано новое открытие и в истолковании гоголевских лирических отступлений. Совершила это открытие Т. Наполова в статье "Заметки о критике" ("Звезда", 1961, N 10) Полемизируя с Е. Стариковой о праве писателя вкладывать свои мысли в уста героев, Т. Наполова восклицает: "Разве, к примеру, Чичиков не выражает самые заветные мысли Гоголя о "птице-тройке"?" Нет, ответим мы, не выражает. Самые заветные свои мысли о характере русского человека и о будущности России Гоголь не передоверил бы "милейшему" Павлу Ивановичу. Слишком низок этот герой для возвышенных поэтических мечтаний, слишком далек он всем душевным складом своим от мыслей и чувств своего создателя. Уж не это ли поистине смелое отождествление великого писателя с его ничтожным героем должно подтверждать слова той же Т. Наполовой, что "критическая мысль последнего времени заметно повзрослела"? стр. 243