В сборнике "Из истории связей славянских литератур" проблема сравнительного изучения славянских литератур рассматривается в различных аспектах. Здесь и вопрос об использовании литературы и фольклора одного народа литературой другого, и оценка тех или иных литературных явлений критикой другой славянской страны, и отражение в литературе фактов истории славянских стран, и личные контакты между деятелями культуры и литературы славянских народов. Особняком стоит в сборнике статья о венгерском революционном поэте Эндре Ади. Впрочем, и ее включение в книгу по-своему мотивировано: в статье освещается проблема связей славянской культуры, общественной мысли, литературы с литературой неславянских народов. Открывается сборник статей С. Никольского об "Отзвуке русских песен" Ф. Л. Челаковского. Это третья по счету работа исследователя о чешском поэте. Опираясь на достигнутые ранее результаты и кое в чем дополняя и уточняя их, С. Никольский говорит о том, в каких исторических условиях был создан "Отзвук русских песен" (1829). Исследователь приходит к выводу, что создание этого цикла было подготовлено всем предшествующим -------------------------------------------------------------------------------- "Из истории связей славянских литератур", сб. статей, Изд. АН СССР, М. 1959, 158 стр. стр. 223 -------------------------------------------------------------------------------- развитием поэта. В этой книге Челаковский выразил свои симпатии к русскому народу, воспел его борьбу за свободу родины. Значительная часть статьи посвящена идейно-художественному анализу "Отзвука". Это самые интересные страницы! работы. Хорошо показано, как стихи на исторические темы связаны с живой современностью, как в них отразились мысли Челаковского о народе - носителе патриотизма, высокой нравственности. Автор статьи отмечает, что "Отзвук" создан не на основе механического подражания фольклорным образцам, а в результате большой творческой работы. Можно полагать, что статья С. Никольского была задумана как попытка полной, монографической характеристики "Отзвука русских песен". Однако некоторые важные вопросы! не получили в ней детального освещения. Это прежде всего вопрос об источниках ознакомления чешского поэта с произведениями русского народного творчества. Какими сборниками он пользовался? Как и когда они проникли в Чехию? Важную роль в ознакомлении Челаковского с русскими фольклорными произведениями сыграла декабристская фольклористика, как убедительно доказал С. Никольский. Но ведь имелись и другие источники, и об этом стоило сказать, более детально сопоставив с ними "Отзвук". Думается, книгу Челаковского необходимо было рассмотреть на широком общеславянском фоне, изучить, какой отклик нашла русская песня в славянских литературах эпохи романтизма. Что же касается литературы чешской, то у Челаковского были предшественники, и его "Отзвук русских песен" связан с укреплением и расширением русско-чешских литературных взаимосвязей в конце XVIII - в начале XIX столетия. Надо сказать и о, том, что "Отзвук" способствовал дальнейшему распространению русского фольклора в славянских странах; это один из моментов, определяющих его значение, что также должно быть учтено исследователем. Чешская тема представлена в сборнике также статьей И. Бернштейн "Чешская литература в русской критике второй половины XIX в.". Автору этой работы удалось собрать и систематизировать богатый фактический материал, анализ которого позволяет сделать вывод о том, что "и в оценке чешской литературы в России, как и в оценке русской литературы в Чехии, существовала острая борьба общественных лагерей" (стр. 69). И. Бернштейн характеризует, правда очень кратко, взгляды Герцена, Чернышевского и Добролюбова на чешскую литературу. К сожалению, отдельные замечания по этому вопросу разбросаны по всей статье, а не собраны в одном месте. В статье показана борьба между демократическим и славянофильским направлением в оценке чешской литературы. Что внесла русская наука в изучение чешской литературы? Какие результаты добыты ею? На этот вопрос в статье дается подробный ответ, причем основное внимание уделяется узловым проблемам истории чешской литературы. Многие страницы работы посвящены А. Пыпину. Давно назрела потребность сказать о деятельности этого ученого, немало сделавшего в свое время для нашей науки. И. Бернштейн подробно рассматривает деятельность Пыпина-слависта, его работы! по истории чешской литературы. Весьма удачен анализ чешских глав стр. 224 -------------------------------------------------------------------------------- "Истории славянских литератур". В начале своей работы И. Бернштейн говорит о том, что литературные взаимосвязи - сложный двухсторонний процесс. Однако это верное положение раскрыто в статье далеко не полностью. Можно и нужно было сказать о том, какой же отклик находили статьи и книги русских ученых в Чехии. Скажем, "История славянских литератур" А. Пыпина и В. Спасовича была издана в 80-х годах в Праге на чешском языке. Интересно проследить за чешскими откликами на это издание. Работы; многих из тех русских критиков, о которых идет речь в статье, имели влияние на развитие чешской литературы. Думается, что этой стороне вопроса следовало уделить больше внимания. Третья статья рецензируемого сборника посвящена отражению освободительной борьбы польского народа в произведениях Алоиза Ирасека. Кратко охарактеризовав отношение Ирасека к польской культуре и литературе, показав, что на протяжении всей своей жизни чешский писатель был поборником чешско-польской дружбы, Р. Филипчикова анализирует рассказ "Гость", историческую повесть "Тчевская граница" и посвященную событиям 1863 года "Соботу". "В обращении Ирасека к темам из жизни польского народа отразилось все своеобразие исторической концепции Ирасека, в которой главное место он отводит народу, как подлинному творцу истории, носителю подлинного прогресса", - пишет автор (стр. 77). Р. Филипчикова правильно отмечает, что обращение писателя к истории было продиктовано стремлением не только глубже понять и объяснить настоящее, но и воздействовать на национальное я политическое самосознание народа. В свое время Зденек Неедлы писал, что история служит для Ирасека главным оружием борьбы. Именно это определяет своеобразие подхода писателя к историческому материалу, своеобразие его историзма. К сожалению, говоря об исторической концепции Ирасека, Р. Филипчикова характеризует ее лишь в самых общих чертах, не показывая те выводы эстетического порядка, какие из нее вытекают. В работе А. Пиотровской "Мари" Конопницкая и русская литература" приводится несколько ценных фактов, впервые вводимых в научный оборот. Использованы материалы из архивов Москвы, Ленинграда, Варшавы и Кракова. Может быть, имело смысл провести еще разыскания в архивах Львова, где, вероятно, есть немало материалов о Конопницкой. В сокращенном виде статья была напечатана в "Вопросах литературы" (1959, N 6), и мы позволим себе остановиться лишь на некоторых ее положениях. А. Пиотровская обратила внимание на сходство поэзии Некрасова и Конопницкой и в связи с этим привела высказывание И. Франко о Конопницкой, относящееся к 1902 году, добавив, что Франко вел оживленную переписку с Ожешко и Конопницкой (стр. 94). Франко действительно переписывался с Элизой Ожешко. Известно, что материалы этой переписки опубликовал в свое время М. Возняк1. Что же касается Конопницкой, то до сих пор не было> известно даже о том, знала ли она лично Ивана Франко. Можно высказывать лишь предположение по данному вопросу, но для категорических утверждений нет, во всяком случае до сих пор не было, никаких данных2. -------------------------------------------------------------------------------- 1 См. М. Возняк, З життя і творчості Івана Франка, Київ, 1955. 2 Ср. Г. Вервес, Іван Франко і питання українсько-польських літературно-громадських взаємин, Київ, 1957, стр. 300. стр. 225 -------------------------------------------------------------------------------- И если А. Пиотровская нашла такие данные, то нужно было сделать соответствующее указание на источник. Впрочем - да простят нам этот скептицизм! - мы думаем, что здесь перед нами только ничем не подтвержденная гипотеза, не совсем продуманная формулировка - не больше. А. Пиотровская приводит цитату из Франко как бы в подтверждение своих взглядов, забывая о том, каким сложным было его отношение к польской поэтессе, как изменялись взгляды Франко на ее творчество. А. Пиотровская, перечисляя переводы произведений Конопницкой на русский язык, ничего не сказала о великолепных переводах, сделанных Лесей Украинкой ("В Вероне", "Я тоскую...", "Цветы", "Ах, зачем!.."). Количество переводов говорит о степени популярности данного писателя. Сам выбор автора или произведения как объекта для перевода является фактом знаменательным, свидетельством определенных исторических установок и художественных вкусов. Очень часто перевод связан с определенным новым осмыслением оригинала. Но все это обуславливает необходимость анализа переводов. Между тем такого анализа мы в статье А. Пиотровской не находим. Наряду с переводами важны факты использования литературой одного народа тем, образов, мотивов произведений литературы другого народа. Эта сторона дела нашла свое отражение в статье о Конопницкой. Мы имеем в виду рассмотрение глав из романов Н. Ляшко "Сладкая каторга" и "Крушение сладкой каторги", в которых рассказывается о том, Какую революционно-агитационную роль сыграли произведения Конопницкой "Как король шел на войну" и "Свободный батрак". В статье приведены также данные о публикации стихотворений Конопницкой в революционных сборниках, печатавшихся в начале XX века в России и за границей, в большевистской прессе. Хотелось бы, чтобы автор не ограничивался информацией. Ведь речь идет об очень важной теоретической проблеме - жизнь литературного образа, действенная сила литературы. В дополнение к фактам, приведенным А. Пиотровской, можно привести и такие. Во Львовском филиале Центрального исторического архива УССР в фондах "Наукового товариства ім. Т. Г. Шевченка" хранится прокламация Киевского комитета РСДРП, датированная 8 марта 1903 года и обращенная "Ко всем киевским извозчикам". В этой прокламации цитируется стихотворение Конопницкой "Вольный рабочий", которое органически входит в текст воззвания1. С другой стороны, можно упомянуть факт запрещения царской цензурой стихотворения М. Конопницкой в переводе П. Грабовского ("Годі вам, холодні роси, випадати")2. Заключительная часть статьи А. Пиотровской посвящена отзывам русской критики о Конопницкой. Одна за другой следуют цитаты из различных статей и рецензий. Получается своеобразная мозаика цитат. Между тем тот материал, которого коснулась Пиотровская, позволял сказать о многом. Попробуем показать это на двух-трех примерах. На стр. 108 Пиотровская цитирует статью Л. Н. "Две поэтессы народного горя (Ада Негри и Мария Конопницкая)". Из этой статьи ею выде- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Филиал ЦГИА УССР во Львове, ф. 309, сп., оп. 1, д. 2479, л. 63. 2 См. В. Курашова, Переслідування творів Лесі Українки царською цензурою, в кн.: Леся Українка, Публікації, статті, дослідження, II. Київ, 1956, стр. 483 - 485 стр. 226 -------------------------------------------------------------------------------- лена лишь одна мысль: поэзия Конопницкой по существу своему строю реалистична. Но ведь у Л. Н. есть и другие очень важные и существенные мысли. Так, Л. Н. подробно говорит об интернационализме творчества Конопницкой. Статья "Две поэтессы народного горя" была опубликована издательством "Свобода и христианство", и сам по себе факт этот очень интересен. Кто скрывался за подписью Л. Н.? Очевидно, автором статьи "Две поэтессы" мог быть только человек, который интересовался и следил за творчеством обеих писательниц и который совмещал в себе критика и поэта-переводчика. Анализ статьи "Две поэтессы", сопоставление ее с другими статьями о Конопницкой, написанными в то время, позволяют высказать предположение о том, что Л. Н. - псевдоним Леси Украинки. Здесь не место для развернутой аргументации в пользу этого предположения. Важно лишь подчеркнуть, что статья Л. Н. занимает особое место в обширной литературе о польской поэтессе. Многие страницы, статьи Л. Н. в идейном и стилистическом отношении близки к статье Леси Украинки "Два направления в новейшей итальянской литературе (Ада Негри и д'Аннунцио)". Как бы там ни было, об интересе Леси Украинки к творчеству Конопницкой стоило сказать подробно - даже и в том случае, если не считать статью "Две поэтессы" принадлежащей ей. В письме к сестре 29 декабря 1902 года Леся Украинка говорит о том, что она получила заказ от журнала "Мир божий" написать юбилейную статью о Конопницкой. "...вот я взялась за эту статью, а для нее пришлось перевести массу стихов (с польского очень трудно и неприятно переводить!), и работа заняла недели три и растянулась на 50 страниц большого формата..."1. Об этой же статье речь шла и в письме к сестре от 17 декабря 1902 года, в письма к Франко от 23 декабря 1902 года и к Ольге Кобылянской от 30 декабря 1902 года2. 13 января 1903 года в письме к Франко Леся Украинка дает оценку его статьи о Конопницкой (как раз той, которая процитирована А. Пиотровской) и говорит о своей работе над той же темой3. "Мир божий" статью о Конопницкой не принял, и Леся Украинка в письме от 10 февраля 1903 года просит сестру передать эту работу в "Вестник Европы" или в другой журнал4. Статья Леси Украинки до сих пор не обнаружена, но ее переписка, посвященная этой статье, раскрывает интересный эпизод из истории творчества Конопницкой. Процесс ознакомления с творчеством Марии Конопницкой в России - сложный процесс. Поэтому нужно было дать более подробную характеристику как авторов, писавших о польской писательнице, так и тех журналов, в которых они помещали свои статьи и рецензии. Отдельные высказывания следовало обстоятельно прокомментировать. Это в особенности касается высказываний русской критики о так называемом "варшавском позитивизме". Следует обратить внимание на статью Леси Украинки "Заметки о новейшей польской литературе" (1901), в которой дан интересный анализ "варшавского позитивизма". Эта статья показывает, что передовая русская и украинская критика вела борьбу за польскую реалистическую литературу, за -------------------------------------------------------------------------------- 1 Леся Українка, Твори в п'яти томах, т. V, листи, 1881 - 1913, Київ, 1956, стр. 424. 2 Там же, стр. 423, 428. 3 Там же, стр. 431 - 432. 4 Там же, стр. 448. стр. 227 -------------------------------------------------------------------------------- единение прогрессивной и демократической русской, украинской и польской культуры. И еще один интересный факт. В статье А. Пиотровской речь идет об оценке творчества Марии Конопницкой в работе А. Яцимирского "Новейшая польская литература". Сохранились заметки Г. В. Плеханова на полях этой книги. Одна из них относится к творчеству Конопницкой1. Небольшое сообщение В. Витт посвящено взаимоотношениям А. Яцимирского с культурными деятелями славянских стран. Написанное на основе архивных материалов, оно очень убедительно показывает, что Александр Иванович Яцимирской пользовался чрезвычайным авторитетом и популярностью у ученых и литераторов славянских стран. В приложении к сообщению В.. Витт публикует письмо болгарского писателя А. Страшимирова к русскому ученому и запись Драгутина Домьянича в альбоме Яцимирского. Эти интересные материалы, как и само сообщение, раскрывают яркие страницы славянских связей. Как уже говорилось, особое место в сборнике занимает статья О. Россиянова об Эндре Ади. Исследуя вопрос об отражении революции 1905 года в творчестве венгерского поэта, О. Россиянов говорит об интересе его к русской литературе, о том, как воспринимал он русскую классическую литературу. События первой русской революции помогли Ади глубже понять величие русской литературы. Русская литература дала ему возможность почувствовать, какие огромные нравственные духовные силы зреют в русском народе. Все это показано в статье очень убедительно. Рассматривая отражение событий русской революции в поэзии Ади, показывая роль русской литературы, Горького в творческом развитии поэта, О. Россиянов исходит из того, что страстный и пытливый интерес к проблемам освободительной борьбы за рубежом, к жизни и культуре других народов был замечательным свойством поэтической натуры Ади, обусловленным глубокой тревогой за судьбу родины, патриотическими и революционными идеалами. Поэзия Ади предстает перед нами в своей неразрывной связи с освободительным движением венгерского народа, как явление самобытное, новаторское и вместе с тем продолжающее лучшие традиции предшествующей венгерской поэзии. ...Мы рассмотрели все шесть статей сборника. Почти все они в той или иной мере обогащают наши представления о славянских литературах, об их взаимосвязях и взаимодействии. Но думается, что пора от отдельных статей по частным вопросам переходить к обобщающим трудам. Совершенно очевидно, что некоторые из тех недостатков сборника, о которых шла речь, объясняются тем, что еще не решены важные вопросы организации научной работы в области славистики. До сих пор работа эта недостаточно координируется. Нужно учреждение, которое систематически занималось бы и библиографией работ по славяноведению и публиковало информационные бюллетени о выходящих работах. Думается, стоит продумать вопрос об издании общесоюзного славистического журнала. г. Дрогобыч -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Литературное наследие Г. В. Плеханова", сб. VI, Литература, критика и русская философия, М. 1938, стр. 382. стр. 228