Книга под этим заглавием, выпущенная Всесоюзной государственной библиотекой иностранной литературы, представляет собой первый опыт советской библиографии художественной литературы Латинской Америки. Однако она вовсе не нуждается в тех скидках, которые обычно предполагаются словами "первый опыт". Перед нами - солидный библиографический труд, полнота и обстоятельность которого спо- -------------------------------------------------------------------------------- "Художественная литература Латинской Америки в русской печати. Аннотированная библиография русских переводов и критической литературы на русском языке. 1765 - 1959", составитель, автор вступительной статьи и приложений Л. А. Шур, ответственный редактор З. И. Плавскин, предисловие М. П. Алексеева, Изд. Всесоюзной книжной палаты, М. 1960, 288 стр. стр. 236 -------------------------------------------------------------------------------- собны удовлетворить самого взыскательного критика. Составитель библиографии Л. Шур использовал множество разнообразных источников: огромное количество русских периодических изданий, каталоги и картотеки библиотек Москвы и Ленинграда, архивные материалы, иные из которых - как, например, материалы Н. Бахтина или коллекция вырезок М. Хмырова - потребовали большой исследовательской работы. В указателе названы и в необходимых случаях снабжены краткими аннотациями все переводы произведений латиноамериканских писателей на русский язык, а также все сколько-нибудь значительные материалы о литературах стран Латинской Америки, появлявшиеся в русской журналистике, критике и литературоведении, начиная с XVIII века и до 1959 года включительно. Многие из этих материалов до сих пор оставались неизвестными даже специалистам и лишь теперь благодаря разысканиям Л. Шура введены в научный оборот. Такова, например, статья Э. Реклю об испаноамериканской литературе, опубликованная (в переводе с французского) П. Лавровым в журнале "Заграничный вестник" в 1864 году. Как не утратившая своего значения до сих пор, эта статья помещена в книге в качестве приложения. Указатель прост по своей структуре, удобен для пользования. Составителем найдено верное соотношение между алфавитным и хронологическим принципами размещения материалов. Разделы, посвященные отдельным странам Латинской Америки, а внутри них - разделы, охватывающие произведения отдельных писателей и литературу о них, располагаются в алфавитном порядке. В то же время литературно-критические работы и статьи общего характера, а также переводы произведений каждого писателя и критическая литература о нем размещаются в хронологии их появления в русской печати. Это, с одной стороны, облегчает работу над указателем, а с другой - наглядно показывает, как совершалось знакомство русского читателя с литературой каждой страны. Тщательность работы составителя достаточно характеризует такой пример: переводы, включенные в указатель (за исключением лишь переводов с рукописи, а также некоторых произведений, оригиналы которых оказались недоступными), сверены с оригиналом. Благодаря этому в аннотациях оговорены и такие сокращения в переводе, которые далеко не всегда оговорены в самом издании. Надо ли говорить о том, насколько это повышает научную ценность указателя. Книга, без сомнения, окажет громадную помощь переводчикам, критикам, представителям одной из самых молодых отраслей советского литературоведения - латиноамериканистам и, наконец, просто читателям, интересующимся художественной литературой Латинской Америки (а число таких читателей растет с каждым годом). Но этим ее значение не ограничивается. Богатство собранных материалов, незаурядная эрудиция автора, который выступает здесь не только как библиограф, но и как литературовед, делают эту работу своего рода зеркалом нашей латиноамериканистики, позволяют кое в чем по-новому взглянуть на историю русско-латиноамериканских связей. "Собранные в этой книге материалы, - указывает в предисловии стр. 237 -------------------------------------------------------------------------------- М. Алексеев, - вносят весьма существенные коррективы в наши представления об истории русского знакомства с Латинской Америкой на протяжении двух последних столетий и позволяют признать, что на деле знакомство это было и более длительным, и более широким, внимательным и заинтересованным, чем принято было предполагать до сих пор" (стр. 6). Материалы эти убедительно свидетельствуют о том, что борьба за национальное освобождение, развернувшаяся в Испанской и Португальской Америке в начале XIX века, привлекла сочувственное внимание перодевой русской общественности и пробудила большой интерес к литературе молодых латиноамериканских государств. Совсем не случайным (что показал еще М. Алексеев) был факт перевода Пушкиным стихотворения знаменитого бразильского поэта Гонзаги, сосланного в Африку за участие в тайном обществе, как не случайным было и появление в 30 - 40-х годах статей о литературе Латинской Америки на страницах журналов "Телескоп" и "Современник". Мы видим, что и позднее, в 60-х годах, в России усиливается интерес к латиноамериканским литературам, появляется ряд переводов и значительных статей в демократических журналах "Дело" и "Заграничный вестник". Все это открывает путь для интересных наблюдений и выводов о наличии несомненной связи между вниманием русского общества к Латинской Америке и литературно-общественной борьбой в России, о той роли, которую играли "латиноамериканские темы" в революционно-демократической критике и журналистике. Некоторые из этих выводов делает сам Л. Шур - в своей вступительной статье "Литературы Латинской Америки в России" и в принадлежащих ему же историко-литературных и библиографических заметках, приложенных к книге. В одной из этих заметок автор, сопоставляя целый ряд фактических данных, выдвигает вполне обоснованное предположение, что именно Белинский отобрал и перевел с французского языка содержательную статью о бразильской литературе, опубликованную в 1834 году в журнале "Телескоп". Очень интересна и другая за метка, рассказывающая о том, как в 1868 году в России был опубликован перевод, классического произведения аргентинской литературы - проникнутого революционным духом романа Хосе Мармоля "Амалия", и устанавливающая связь этого факта с той борьбой, которую, преодолевая цензурные рогатки, вела демократическая печать. Приходится, однако, пожалеть о том, что по мере приближения к нашему времени исследовательский пафос автора несколько ослабевает и литературовед в его книге уступает место "чистому" библиографу. А между тем материалы, относящиеся к последним десятилетиям, позволяют сделать еще более интересные наблюдения и выводы. Сколь бы значительно ни было внимание дореволюционного русского общества к литературе Латинской Америки, оно не может идти ни в какое сравнение с тем огромным интересом к этой литературе, который вспыхнул в нашей стране в советское время и особенно после второй мировой войны. Красноречивое доказательство тому дает сама книга Л. Шура. Материалы за 1959 год, не успевшие войти в ее основной текст, подготовлен- стр. 238 -------------------------------------------------------------------------------- ный к печати еще в 1958 году, даны в ней отдельно, как дополнение. Так вот, это дополнение, охватывающее один только последний год, занимает в книге 13 страниц, что составляет около 7 % того количества страниц, которое занимает весь предыдущий период, то есть с 1765 года по 1958 год! Однако дело здесь не только в стремительном увеличении количества переводимой и рецензируемой литературы Латинской Америки, но и в новом, качественно ином отношении к этой литературе, установившемся у нас в самые последние годы. От издательской практики прежних лет, зачастую руководствовавшейся случайными соображениями, мы перешли к планомерному ознакомлению советских читателей с художественными богатствами, созданными и создающимися в странах Латинской Америки. От голой информационности и поверхностного рецензирования начинаем переходить к научной разработке основных вопросов теории и истории латиноамериканской литературы. Нельзя утверждать, что во вступительной статье Л. Шура об этом совсем ничего не сказано, - кое-что говорится, но как-то слишком уж кратко, вскользь... Автор, высказавший столько интересного и поучительного о прошлом русско-латиноамериканских литературных связей, словно уклоняется от оценки современных процессов и явлений, а жаль! Такая оценка, хотя бы отчасти компенсирующая неизбежную неполноту аннотаций, могла бы облегчить читателю ориентировку в современных материалах. По отношению к некоторым из этих материалов оказалась бы не лишней и критическая нота. Так, например, стоило бы указать на случайный и несерьезный подбор рассказов в сборнике "Скромные дороги" (1959). Быть может, наши упреки выходят за рамки тех требований, которые следует предъявлять к библиографическому указателю, но ведь и сама книга Л. Шура выходит за рамки вспомогательного пособия, приобретая самостоятельное научное значение. Бурный рост выпуска латиноамериканской литературы, все более широкое изучение ее в нашей стране, несомненно, заставят в ближайшие годы подумать о новом издании этой ценной книги. Естественно пожелать, чтобы в этом расширенном и дополненном издании современное состояние нашей латиноамериканистики было рассмотрено не менее глубоко, чем ее прошлое. стр. 239