Одной из важнейших характерных особенностей наших дней, которая определяет всю расстановку сил на международной арене, является необычайный размах национально-освободительного движения народов Азии и Африки, як крепнущая солидарность и сплоченность, ставшая могучим оружием в борьбе против колониализма. Вступление народов Востока на путь самостоятельного развития влечет за собой изменения в их духовной жизни. Вызванный освобождением от колониального рабства, национальный подъем на Востоке сопровождается активизацией всей общественно-политической жизни, стремительным развитием культуры и науки. Миллионы людей ныне проявляют самый живой интерес к своей национальной культуре, стремятся сами по достоинству оценить тот вклад, который они внесли в сокровищницу мировой цивилизации. Вполне понятны и закономерны поэтому те коренные сдвиги, которые происходят сейчас в мировой науке о Востоке - востоковедении, являвшемся некогда почти безраздельной монополией ученых западных стран. В ориенталистику сейчас вливается новая свежая струя, все громче звучит голос многочисленных ученых стран Азии и Африки. Центр востоковедения, таким образом, перемещается с Запада на Восток, в свези с чем меняются и задачи науки. Ученые-востоковеды всего мира сейчас своими исследованиями должны опровергать лженаучные теории, призванные служить целям колонизаторов о "неполноценности" народов Востока, выявлять громадную роль народов Азии и Африки в развитии мировой цивилизации. Все это определило характер и направление работы XXV Международного конгресса востоковедов, собравшегося в Москве в августе этого года. У ученых-востоковедов всего мира стало традицией собираться на свои съезды каждые три-четыре года. Один из первых конгрессов востоковедов состоялся в Петербурге в 1876 году, в работе которого участвовал всего 41 делегат. С тех пор в нашей стране подобные конгрессы не собирались. Нужно сказать, что еще ни один конгресс востоковедов не собрал такого большого числа участников (более 2000 человек), как Московский конгресс, одной из важнейших особенностей которого было широкое участие в его ра- стр. 54 -------------------------------------------------------------------------------- боте ученых восточных стран. Но не только число участников определило большое значение Московского конгресса в развитии мирового востоковедения. Следует заметить, что на всех предыдущих - конгрессах главное внимание уделялось, проблемам и темам традиционного классического востоковедения, связанного лишь с изучением древней восточной филологии, истории и философии. Московский конгресс явился яркой демонстрацией наметившихся за последние годы перемен в мировой востоковедной науке. Большая часть докладов была посвящена" проблемам современности. Следует отметить, что не только в СССР " социалистических странах Европы и Азии, но и в некоторых странах Западной Европы и в США, а также - что очень важно - во многих странах Востока происходит процесс своеобразного "омолаживания" востоковедения. В докладах советских ученых, а также многих ориенталистов социалистических стран Европы проявилось стремление исследовать объективные закономерности развития современных литератур народов Востока в неразрывной связи с историческим процессом развития этих народов, а также по-новому осмыслить классическое наследие, понять и определить его место и значение в процессе развития современной культуры. Интерес восточных ученых к изучению живых языков и литератур как современных, так и прошлых эпох объясняется прежде всего стремлением народов Востока к национальной независимости, культурному и общественному прогрессу. В то же время интерес буржуазных ученых Европы и Америки к проблемам современной восточной филологии продиктован главным образом утилитарными политическими соображениями, что нашло подтверждение во многих докладах и выступлениях, сделанных этими учеными на конгрессе. Всего на конгрессе было заслушано около 70 докладов по литературоведению, одну треть из которых представили работы советских ученых. Большинство докладчиков отошло от традиционной в буржуазном востоковедении узкой "филологичности" и посвятило свои выступления актуальным идейно-эстетическим проблемам. Это можно рассматривать как серьезный прогресс в мировой ориенталистике, решающую роль в котором сыграли советские ученые. Трудно в небольшой статье дать сколько-нибудь полное представление о работе такого мирового форума, каким явился XXV конгресс востоковедов, поэтому мы остановимся лишь на некоторых наиболее характерных его чертах. Прежде всего хочется отметить, что на съезде была опровергнута реакционная точка зрения некоторых буржуазных востоковедов Запада, согласно которой современность, в том числе и современная литература народов Востока, не может являться предметом серьезных научных исследований. Во многих докладах раскрывались основные закономерности, пути и направления развития современной литературы стран Востока. Большим изменениям, происходящим в арабской литературе в наши дни, посвятили свой доклад В. Соловьев и Д. Юсупов - "Некоторые черты развития арабской новеллы в послевоенный период"; о коренных сдвигах в современной афганской поэзии говорил в своем докладе Н. Дворянков. На конкретном материале докладчик показал, каким важным источником в развитии современной афганской поэзии является устное народное творчество; "Влияние народно-поэтических форм, - говорил Н. Дворянков, - проявляется не только в использовании поэтических образов и выразительных средств, присущих фоль- стр. 55 -------------------------------------------------------------------------------- клору, но и в заимствовании ритмики и мелодики народного стиха, в обогащении рифмы, созвучий строк и внутренних ассонансов, которыми так богата народная поэзия". Этот доклад вызвал большой интерес у ученых Афганистана, так как в нем впервые сделана попытка подойти с марксистских позиций к оценке сложного и противоречивого развития современной поэзии на языке пушту в Афганистане. В докладе автора этих строк "К вопросу об эволюции идейно-эстетических идеалов в современной поэзии хинди" показано, как под влиянием изменений в экономической и общественно-политической жизни Индии в творчестве современных поэтов меняется их идеал прекрасного, их представление о высшем совершенстве жизни. Следует упомянуть доклады Юргена Берндта (ГДР) "К проблематике развития современной японской литературы", Бозорга Алави (ГДР) "Основные черты современной персидской поэзии", доклад Иржи Бечки (Прага) "Заметки о таджикской литературе XVI-XX веков", доклад индийского профессора Сарура "Литература урду после достижения независимости", доклад польского востоковеда Ф. Махальского "Основные жанры и виды современной персидской прозы" и др. Эти доклады носили главным образом обзорный характер и были интересны прежде всего с точки зрения освещения новых научных фактов. Выступления буржуазных ученых стран Запада по общим проблемам развития современных литератур Востока были иногда методологически ошибочными, примером чего может служить доклад известного американского исламоведа Г. Е. Грунебаума "Приобщение к культуре, как тема в современной арабской литературе", в котором докладчик пытался обосновать отставание развития современной арабской литературы причинами медленного прогресса - общественной мысли народов арабских стран. Важнейшей причиной, определившей весь процесс развития современных восточных литератур, явилось развертывание национально-освободительной борьбы народов Востока, влияние на восточных писателей передовых идей новой эпохи. Этой проблемы в какой-то степени касались почти все докладчики. Некоторые доклады были специально посвящены этому вопросу. В докладе индийского литературоведа Виджаи Чаухан "Влияние марксизма на современную литературу хинди" убедительно показано, какое положительное влияние оказывают идеи марксизма на творчество таких мастеров слова, как Премчанд и Сумитранандан Пант, и многих других известных писателей Индии, как постепенно их творчество наполняется призывом к классовой борьбе и освобождению от колониального и социального рабства, что способствует формированию и распространению в литературе хинди реалистического Метода изображения действительности. В докладе "Патриотические идеи в бенгальской поэзии во второй половине XIX века" В. Новикова пыталась показать, какую роль играли патриотические мотивы в подъеме бенгальской литературы и как "ни определяли прогрессивный характер творчества ведущих бенгальских писателей. Проблеме связи литературы с национально-освободительной борьбой был посвящен также интересный доклад Ирмы Петере (ГДР) "Взгляды Лу Синя на взаимоотношения литературы и революции в 1927 - 1930 годы". Некоторые доклады советских востоковедов и ученых социалистических стран были посвящены отдельным литературным проблемам, имеющим важное значение в понимании основных закономерностей в развитии современной ли- стр. 56 -------------------------------------------------------------------------------- тературы стран Востока. К таким докладам можно, например, отнести интересное выступление Л. У. Алькаевой "Эволюция образа главного героя турецкой литературы конца XIX - начала XX веков". Появление нового героя на страницах произведений писателей народов Востока - простого человека-труженика со всеми его заботами и невзгодами, со всем его сложным внутренним миром - произвело поистине революционный переворот во всей литературе, способствовало развитию и укреплению в ней реализма. С ростом национального самосознания, с изменениями во всех сферах жизни общества постепенно меняется образ положительного героя. Он все больше начинает осознавать и правильно оценивать события, происходящие в мире, активно включается в борьбу за свои права на лучшую жизнь. Исследованию проблемы изменения образа главного героя был также посвящен доклад монгольского ученого П. Хорло "Герой современной монгольской литературы". Важное значение для понимания общего процесса развития каждой литературы Востока имеет всестороннее объективное раскрытие характера творчества ведущих современных писателей. Следует иметь в виду, что их творчество развивалось в трудную эпоху коренной ломки мировоззрений, крушения старых идеалов и ценностей, мучительных поисков новых путей и средств развития национальной литературы. Трудно было порой разобраться во всей этой" сложной обстановке, в массе новых идей, представлений и понятий, возникающих в странах Востока и нахлынувших туда из стран Запада. Поэтому творчество и мировоззрение многих современных писателей Востока развивались в преодолении сложных противоречий. Мы, к сожалению, не раз являлись свидетелями недостаточно полной, односторонней либо предвзятой оценки творчества-некоторых литературных деятелей Востока. Как это ни прискорбно, подобные оценки встречались и у нас. Иногда это результат недостаточной осведомленности. Иногда же односторонние оценки возникают из-за недостаточно объективного и всестороннего анализа творчества и мировоззрения писателя. Не желая представить того или иного писателя в "невыгодном" для него свете, некоторые авторы как бы закрывают глаза на те стороны в его творчестве и мировоззрении, которые выходят за рамки заранее задуманных схем. Если говорить. Об индийской литературе, то в качестве примера можно привести некоторые статьи, посвященные творчеству классика литературы хинди и урду Премчанда, в которых иногда недооценивается влияние на автора идей реформизма и гандизма. В большинстве докладов советских и зарубежных ученых, посвященных творчеству отдельных восточных писателей, наблюдалось стремление объективно и всесторонне оценить их творчество и найти место этих писателей в общем литературном процессе. Назовем доклады Мирзы Ибрагимова о творчестве Самеда Вургуна, В. Ивановой "Ли Ги Ен - один из основоположников современной корейской литературы", сообщение известного афганского ученого Гуль Пача Ульфата о творчестве афганских поэтов Хушхаль-Хана Хаттака и Рахмана, доклад Ирмы Петере о Лу Сине и т. д. Однако этого никак нельзя было сказать о докладе американского востоковеда из Чикагского университета Стивена Н. Хея "Рабиндранат Тагор. Возникновение современного пророка". Буржуазно-объективистская оценка Тагора, сочетающаяся с тенденциозной интерпретацией противоречивого характера его стр. 57 -------------------------------------------------------------------------------- творчества и мировоззрения, в настоящее время широко распространилась в США, где поднята пропагандистская шумиха в связи с подготовкой к столетнему юбилею со дня рождения Тагора. В оценке С. Хея исчезла вся огромная общественно-политическая значимость творчества Тагора, его неразрывная связь с борьбой индийского народа против колониализма, весь тот ценнейший вклад, который внес великий сын Индии в дело пробуждения национального самосознания своего народа, сплочения его на борьбу за свободу и независимость. Именно за это высоко чтут Тагора его соотечественники и все прогрессивное человечество. За туманными формулировками доклада С. Хея подчас ясно звучало европоцентристское колонизаторское отношение к творчеству одного из - "создателей современной Индии", как часто называют Тагора у него на родине. С. Хей пытался оттенить мистический аспект в произведениях Тагора, который, как известно, никогда не играл доминирующей роли в его творчестве. Игнорируя национальное своеобразие культур народов Востока, С. Хей пытался доказать существование "единого азиатского духа") существующего якобы на базе "единства образа жизни и мысли народов Азии", который Тагор сблизил с Западом. Хей всячески превозносил значение Тагора в сближении Индии с Западом, умалчивая о том факте, что Тагор не только способствовал перенесению в Индию лучших достижений культур многих стран, но и восстановил нарушенные колониальным порабощением некогда широкие традиционные связи Индии со многими странами Востока и Запада. С. Хей пытался доказать также, что не экономические, - общественно-политические и культурные условия Индии прежде всего породили Тагора, а влияние семьи и религиозных течений, в частности неохиндуизма. Весьма характерно, что советских индологов, выступивших с критическими замечаниями во методологически ошибочному докладу С. Хея, решительно поддержали члены индийской делегации Гопал Халдар и Калидас Наг, который долгие годы жил и работал в тесном контакте с Рабиндрацатом Тагором. Калидас Наг сам прочитал на конгрессе интересный доклад "Тагор и Юго-Восточная Азия", в котором показал, какое плодотворное влияние оказывали творчество и идеи Тагора на культурное развитие сопредельных с Индией стран. Как бы отражая те бурно развивающиеся процессы, которые в настоящее время происходят в жизни народов Востока, некоторые ученые восточных стран выступили на конгрессе с критикой европоцентристской концепции, свойственной многим буржуазным ученым-востоковедам Запада. В своем докладе "Классическая индийская поэзия, ее происхождение, развитие и место в современности" прогрессивный индийский литературовед Шивдансингх Чаухан говорил о значении эстетических принципов, выработанных еще в глубокой древности в Индии и сформулированных в классическом трактате о поэтике "Натьяшастре", в развитии индийской литературы на протяжении многих веков. Однако, как правило, говорил докладчик, западноевропейские литературоведы, разрабатывая различные теории эстетики, учитывают лишь развитие эстетической мысли на Западе, игнорируя оригинальную эстетическую систему, созданную в Индии, и поэтому подходят к оценке различных явлений в индийской литературе со своих позиций, без учета своеобразных эстетических закономерностей ее развития, почему в их исследованиях зачастую исчезает все национальное своеобразие индийской литературы. Теории "раса", "дхавави" и "аланкара", являю- стр. 58 -------------------------------------------------------------------------------- щиеся краеугольными принципами эстетической мысли в Индии, по мнению докладчика, очень часто интерпретируются в работах западноевропейских востоковедов как нечто отжившее, потерявшее в настоящее время свое значение, в то время как большинство современных поэтов Индии в своем творчестве опирается именно на эти принципы. Важной и актуальной проблемой развития современной литературы народов Востока является преодоление писателями восточных стран вредного влияния модернистской литературы Европы и Америки. Американские империалисты и потерявшие свои позиции на Востоке европейские колонизаторы, пользуясь поддержкой реакционных сил в странах Востока, стремятся наводнить книжный рынок восточных стран антиреалистической реакционной литературой, выдавая этот мутный поток порнографии, дешевых детективов, психологических извращений за лучшие достижения мировой литературы. Они всячески поддерживают и стимулируют через такие, например, реакционные организации, как "Конгресс за свободу культуры" и т. п., развитие в литературах стран Востока реакционных течений и направлений, призванных отравлять сознание народных масс, отвлекать их от борьбы за свои права. Поэтому одной из важнейших задач литературоведов-востоковедов является разоблачение всех этих попыток, научно обоснованная критика не имеющих перспектив развития в странах Востока модернистских течений, существующих лишь благодаря поддержке империалистических кругов. В ряде докладов советских востоковедов, а также прогрессивных ученых других стран прозвучала на конгрессе подобная критика. Д. Комиссаров критиковал попытки перенесения западноевропейского модернизма на персидскую почву; автор данной статьи в своем докладе критиковал модернистские ухищрения индийских поэтов-эксперименталистов, возглавляемых реакционным писателем Агьейем, и утверждал, что, утратив свой демократический гуманистический характер и общественную значимость, поэзия хинди эксперименталистского направления (прайогвад) теряет также и свою художественную ценность. Тесно связана со многими вышеизложенными вопросами проблема развития реализма в литературах народов Востока. Советские востоковеды рассматривают эту проблему в качестве узловой, без постановки и исследования которой не могут быть правильно поняты многие другие стороны литературного процесса в странах Востока. Во многих докладах, зачитанных на конгрессе, уделялось большое внимание проблеме развития реализма в восточных литературах. Напомним, что на дискуссии в 1957, году в Москве, посвященной вопросам реализма, востоковеды не пришли к единому мнению по некоторым аспектам этой проблемы, в частности - можно ли считать зарождением реализма стремление к правдивому изображению действительности, свойственное многим литературам стран Востока в прошлые эпохи? Некоторые наши ученые, выступившие с докладами по различным проблемам древних литератур Востока, отмечали в разбираемых ими произведениях черты реализма, в частности В. Беляев в докладе об аббасидской поэзии VIII-IX веков, Л. Эйдлин в докладе о поэзии Тао Юань-мина (IV-V вв.). О складывании реализма как художественного метода в современной литературе говорили многие докладчики. Для углубления принципа историзма и внедрения сравнительно-историче- стр. 59 -------------------------------------------------------------------------------- ского изучения литератур народов Востока приобретает огромное значение проблема исторической периодизации литературного процесса, Нужно сказать, что в советском востоковедении этой важной проблеме пока что уделялось недостаточное внимание. Существующие системы и принципы, разработанные зарубежными востоковедами, зачастую вызывают, существенные возражения в методологическом отношении. В этой связи представляет большой интерес доклад И. Брагинского "О проблеме периодизации истории персидской и таджикской литератур". Утверждая, что династический, а также жанровый принципы периодизации, широко распространенные среди иранистов, не отвечают уровню развития современной науки, докладчик обосновывал необходимость принятия новой исторической системы периодизации, которая может способствовать раскрытию сущности литературного процесса, правильной оценке творчества отдельных писателей, выявлению их места в развитии литератур. Предложенная и обоснованная Брагинским новая система периодизации истории развития персидской и таджикской литератур вызвала большой интерес и оживленную дискуссию на конгрессе. Не все были согласны с положениями докладчика. Так, например, известный востоковед В. Минорский говорил о том, что смена династий влечет за собой многие радикальные перемены в жизни народов, которые затем сказываются и на литературном процессе, поэтому нельзя совсем отказаться от династического принципа периодизации. Учитывая большой интерес и важность этой проблемы, участники заседания секции иранской филологии в целях ее дальнейшего изучения и обсуждения решили создать специальную комиссию, которая должна подготовить международный симпозиум иранистов на тему о проблеме периодизации истории персидской и таджикской литератур. В условиях развития национально-освободительной борьбы, поисков новых путей в экономическом, общественно-политическом и культурном развитии стран Азии и Африки одной из важнейших становится проблема научного овладения культурным наследием. Установление правильных отношений наследства и современности, использование лучших достижений культурной традиции в развитии современной литературы, то есть, иными словами, проблема традиции и новаторства в настоящее время приобретает живой практический интерес во многих странах Востока. В декабре 1959 года мне довелось принять участие в работе 3-й Всеиндийской конференции писателей в Мадрасе. Нужно сказать, что наиболее Оживленная и острая дискуссия среди индийских писателей и ученых разгорелась на этой конференции при обсуждении проблемы "Традиция и современная литература". Так, индийский литературовед Маргабандху Шарма сказал: "Я могу утверждать без всякого преувеличения, что сейчас больше, чем когда-либо - раньше за всю длительную историю индийской литературы, вопрос об отношении к нашей традиции стал важнейшим в жизни и творчестве каждого современного писателя. Что является основой национальной традиции? В какой степени традиция может способствовать развитию современной литературы? Все эти вопросы ставили многие писатели Индии - представители различных национальных литератур. И нередко между ними возникали жаркие споры. Одни пытались ограничить национальную традицию классической санскритской литературой, другие были склонны рассматривать в качестве традиции лишь религиозно-философскую, мистическую сторону древнеиндийской литературы. Одни стр. 60 -------------------------------------------------------------------------------- настаивали на необходимости безоговорочного следования традиции, видя в ней единственную защиту от вредного влияния западноевропейского модернизма; другие считали необходимым вообще отказаться от всяких традиций, видя в них лишь тормоз для общественного и культурного развития современной Индии. Такие противоречивые суждения имеют свои глубокие корни. Еще в начале 30-х годов XX века основоположник научного литературоведения хинди Рамчандра Шукла, критикуя новаторское творчество поэтов-романтиков Ниралы, Панта, Прасада и др., считал невежеством всякую попытку придать современное звучание традиционным сюжетам и образам древнеиндийского эпоса. В настоящее время в Индии еще значительная группа писателей, особенно поэтов, пишет на современных языках, следуя законам и нормам лишь санскритской поэтики, что делает их произведения малопонятными для народа. Существенным тормозом в развитии литературы Тамилнада является позиция некоторых шовинистически настроенных тамильских писателей, создающих произведения лишь по образцам и канонам древнетамильской литературы. Понимая всю бесплодность такой метафизической оценки роли традиции, другие литературные деятели заявляют: "Мы должны быть очень осторожными в отношении к традиции, которая в основном сейчас утратила свое значение" (Д. Л. Кауль). Высказывается и крайняя точка зрения. "Новаторство в области литературы, - заявляет Гаури Кумар Брахма, - заключается в отвергании прошлого и усвоении веяний и тенденций из окружающей писателей среды". Не только в Индии, во многих других странах Востока в настоящее время эти вопросы волнуют большинство писателей и литературоведов, так как все они теснейшим образом связаны с коренными изменениями в жизни народов Востока и являются лишь частью идеологической борьбы, которая ведется в этих странах. Нужно признать, что в советском восточном литературоведении эти проблемы пока что освещались очень слабо (см., например, статьи З. Османовой "К проблеме традиции и новаторства в таджикской поэзии" - "Вопросы литературы", 1958, N 7; некоторые работы И. Брагинского). Проблеме традиции и новаторства на конгрессе было посвящено несколько Докладов; кроме того, отдельные аспекты этой темы затрагивали многие докладчики, выступавшие по другим вопросам. Мухтар Ауэзов в своем интересном докладе "О традиционном и новаторском в казахской советской литературе" показал, каким неиссякаемым источником в творчестве современных казахских писателей является богатейшее наследие прошлого - фольклорная литература, созданная гением народа, впитавшая в себя народную мудрость, лучшие мечты и чаяния многих поколений. Говоря о небывалом расцвете советской казахской литературы после Октябрьской Социалистической революции, М. Ауэзов констатирует: "Происходит сложный, исторически обусловленный процесс взаимодействия устной и письменной поэзии. Фольклор служит не только источником многих традиций для письменной литературы, но и в свою очередь начинает воспринимать традиции письменной поэзии". Во многих странах Востока зарождение и развитие современной литературы сопровождались поисками новых путей, форм и средств выражения. Но новаторство писателя только тогда может иметь успех, когда оно продиктовано требованиями жизни, когда в результате его возникают новые литературные стр. 61 -------------------------------------------------------------------------------- ценности. Такое новаторство, как правило, находит живой отклик у прогрессивно настроенной общественности, что нельзя сказать, например, о "лженоваторстве" некоторых современных писателей стран Востока, слепо следующих за модернистскими ухищрениями реакционных писателей Запада, экспериментирующих не с целью поисков путей и средств для выражения нового содержания, а лишь ради погони за новыми необычными формами. В этой связи доклад М. Ауэзова представляет большой интерес, так как в нем на конкретном материале показана сущность новаторства в советский казахской литературе, в которой "расширяется арсенал новаторских изобразительных средств, так как неизменно расширялся и углублялся тематический охват жизни народа, его творческий гений". Не только в области изобразительно-художественных средств, языка и стиля проявляется новаторство в казахской литературе в период ее бурного расцвета в годы советской власти. Казахская литература "обогатилась новыми жанрами - прозой, драматургией и литературной критикой. Они рождались на национальной почве и приобретали черты, отражающие национальный характер народа, насыщались новыми образами, созданными на основе народной поэтической культуры". Приблизительно той же проблеме, что и доклад М. Ауэзова, был посвящен доклад Д. Комиссарова "О некоторых особенностях развития основных жанров современной персидской литературы". При сопоставлении этих двух докладов становится ясно, сколь велико различие условий и характера развития литературы освобожденного народа, ставшего хозяином и творцом своей судьбы, и литературы народа, до сих пор живущего в условиях капиталистического, феодального гнета и шахской тирании. Однако, несмотря на все препятствия и преграды, прогрессивные иранские писатели создают произведения, проникнутые демократическими идеями. "Освоив и полюбив богатое наследие замечательной персидской поэзии, они проявили новый подход к ее традиционным жанровым формам. Сохраняя в основном старые классические формы, прогрессивные поэты умело использовали их для выражения нового содержания. Касыда перестает у них быть панегирической одой, восхваляющей шахов, и становится вдохновенным образцом гражданской поэзии, призывающей к демократизации страны и осуждающей деспотические порядки..." Однако если в условиях социализма бережное отношение к лучшим национальным традициям, обогащение и дальнейшее развитие их и в то же время смелое новаторство, обусловленное экономическими, социальными и культурными изменениями в жизни народа, являются важнейшими условиями гармонического, плодотворного развития литературы, то в условиях капитализма этот процесс "сопровождается столкновением, борьбой различных противоречивых течений и направлений. Так, под видом обновления персидской поэзии происходит перенесение западноевропейского модернизма на иранскую почву. Показательны в этом отношении нашумевшие в последние годы в Иране декадентские стихи поэтессы Форуг Фаррох-зад (в частности ее сборник стихов "Пленница"), которые объявляются некоторыми иранскими литературоведами новаторством". Проблема выявления правильного соотношения традиций и новаторства в творчестве писателя возникает не только при изучении современной литературы, но и литературы прошлых эпох. В этом плане интересное сообщение на кон- стр. 62 -------------------------------------------------------------------------------- грессе сделал Л. Эйдлин "К вопросу о традиции и новаторстве в китайской поэзии" (творчество Тао Юань-мина). Сравнивая творчество двух выдающихся китайских поэтов Цюй Юаня (II-I вв. до н. э.) и Тао Юань-мина (IV-V вв.), Л. Эйдлин показывает, как изменения в экономической и социальной жизни Древнего Китая ведут к изменениям в области художественной литературы, лучшим представителем которой был в то время поэт Тао Юань-мин. О проявлении новаторских тенденций в современной татарской поэзии, создании новых стихотворных форм и размеров в результате соединения народного и классического стиха говорил в своем докладе "Основные вопросы татарского стихосложения" Х. У. Усманов. Стремление подойти к оценке великих поэтов Древнего Востока с точки зрения выявления традиционного и новаторского в их творчестве наблюдалось в ряде докладов зарубежных ученых прежде всего восточных стран, для которых, как я указывал выше, эта проблема имеет самый живой интерес. Так, например, член Общества Калидасы в Уджаине индийская делегатка Камала Ратнам прочла на конгрессе интересный доклад на тему "Калидаса о женском вопросе своего времени". Анализируя женские образы, встречающиеся в драмах Калидасы, докладчица утверждала, что тонкое знание и понимание женского характера, правдивость и искренность в изображении переживаний своих героинь являются одной из главных причин огромной популярности Калидасы вот уже в течение полутора тысячелетий во всех странах мира. Отметим, что подобная интерпретация Калидасы как новатора в изображении человеческих чувств вызвала возражения на конгрессе со стороны консервативно настроенных индийских ученых-ортодоксов Чаттопадхайя и Шастри, вступивших в полемику с докладчицей и пытавшихся рассматривать творчество Калидасы с традиционно консервативных религиозно-брахманских позиций. Следует заметить, что передовые ученые, писатели и поэты, используя свое классическое литературное наследие в патриотической деятельности, направленной на подъем национального самосознания своего народа, нередко идеализировали это наследие. В подавляющем большинстве работ буржуазных ученых-востоковедов, посвященных классическому наследию народов Востока, основное внимание уделяется религиозно-философским вопросам, а не социально-историческому и эстетическому анализу произведений. Подобная тенденция проявилась и на конгрессе, примером чему может служить доклад профессора Мадрасского университета А. Чидамбаранатха Четтиара "Мировое значение Тируваллувара" или цейлонского ученого доктора Ратнам "Тамильская культура". Большой научный интерес представили сообщения некоторых зарубежных ученых об обнаруженных ими неизвестных до сих пор литературных памятниках. Так, например, иранский филолог Саид Нафиси сделал сообщение о подготовленном им на основе изучения многочисленных рукописей критическом тексте рубай Омара Хайяма, Саид Нафиси говорил также о тех трудностях, которые возникают перед исследователями при установлении подлинности старинных рукописей. Он, в частности, подверг сомнению подлинность текста рубай Омара Хайяма, изданного недавно советскими иранистами. Советские ученые-востоковеды, а также ориенталисты социалистических стран Европы и некоторые прогрессивные ученые буржуазных стран, опираясь на передовую марксистско-ленинскую методологию, стремились по-новому осмыс- стр. 63 -------------------------------------------------------------------------------- лить классическое литературное наследие народов Востока. В своем докладе "Основные черты арабской поэзии в начале аббасидского периода" (VIII в. - первая половина IX в.) В. Беляев показал, как изменения экономических и общественно-политических условий жизни арабского общества повлияли на характер и тематику, на идейно-эстетическое содержание арабской поэзии. Стремлением исследовать творчество великого китайского поэта древности Цюй Юаня в связи с социально-экономическим процессом развития древнекитайского общества был отмечен доклад венгерского ориенталиста Ф. Токей. Советские востоковеды при изучении классической литературы народов Востока, прежде всего эпоса, исходят из того, что она создавалась в обществе с антагонистическими классами; отсюда возникает проблема двуаспектности этой литературы. Наши ученые стремятся выделить народную основу эпоса, в которой отражается борьба передовых сил общества против отсталых форм жизни, и определить характер и причины позднейших напластований, в которых нередко выражаются отсталые, консервативные формы культуры и быта, реакционные идеи и взгляды, появившиеся в результате позднейших обработок народных преданий представителями господствующих классов общества. Интересен в этом отношении доклад молодого советского востоковеда Б. Парникеля "Опыт трактовки центральных образов малайской повести о ханг Туахе". Очень важна проблема влияния эпоса на творчество поэтов позднейших эпох. Этой теме, в частности, на конгрессе был посвящен доклад азербайджанского ученого Араслы Гамяда "Мотивы азербайджанского народного эпоса в "Деде Коркуд" и в творчестве Низами". В докладе прослеживаются общие мотивы, присущие классическим поэмам Низами "Хосров я Ширин", "Лейли и Меджиун" и эпосу "Деде Коркуд", изданному по спискам XV-XVI веков и отразившему ашугскую поэзию, развивавшуюся в Азербайджане в X-XI веках. Причину таких совпадений докладчик видит в том, что и на творчество Низами, и на "Деде Коркуд" в равной степени оказывал влияние азербайджанский народный эпос. Подобные же явления можно наблюдать в других литературах народов Востока; в частности, в древней индийской сказочной литературе и в буддийских джатаках встречаются сходные сюжеты и мотивы, возникшие там под влиянием единого источника - древнейшего, фольклора. Аналогичной проблеме был посвящен на конгрессе интересный доклад безвременно умершего крупного советского востоковеда Ю. Рериха "Сказание о Раме в Тибете". В докладе сообщается о том, как народные предания о любимом индийском национальном Герое Раме были из Индии занесены в Тибет, а оттуда затем в другие районы Китая и Монголию. Ю. Рерих установил, что тибетская версия сказания о Раме была заимствована древними тибетцами не из широкоизвестной "Рамаяны" Вальмики, а в более ранней народной форме, на основе которой уже позже возникла в Индии древнеэпическая поэма "Рамаяна". Попав в Тибет, сказание о Раме приобретает там местный колорит и уже воспринимается тибетцами как достояние их национальной культуры. Эта проблема приобретает особенно большой интерес в связи с вопросами влияния древнеиндийского эпоса на страны Юго-Восточной Азии. Сравнительное исследование многих сказаний о Раме, бытующих на Цейлоне, в Непале, в Тибете, Монголии, Бирме, Индонезии, странах Индо-Китая, может раскрыть интересные стороны развития древнейшей культуры всех этих стран. стр. 64 -------------------------------------------------------------------------------- Следует напомнить, что в нашем востоковедении в свое время уже велись подобные сравнительно-исторические исследования, например, академиком С. Ольденбургом, который еще в конце прошлого века опубликовал несколько статей, посвященных изучению миграции сюжетов древнеиндийской фольклорной литературы в других странах Востока. Конгресс показал, что советские ученые своими работами вносят серьезный вклад в сравнительно-историческое изучение классического литературного наследия народов Востока. Наряду с докладом Ю. Рериха этой проблеме был посвящен интересный доклад В. Жирмунского "Сравнительное изучение героического эпоса народов Средней Азии, доклад Акрема Джафара "Особенности азербайджанской поэтической метрики аруза", доклад С. Арешян и Г. Овнан "К вопросу об армяно-европейских литературных связях" и т. д. Зарубежные ученые приняли активное участие в обсуждении этой проблемы, некоторые из них сами выступили с докладами по указанным выше вопросам. Так, например, багдадский филолог С. А. Хулуси на заседаниях арабской секции сделал доклад "а тему "Предполагаемый автор "Тысяча и одной ночи". Сопоставляя и уравнивая поэтические размеры и формы стихосложения и языковые приемы, а также инкорпорированные в этом памятнике стихотворения великих поэтов Востока, проводя параллели между "Тысяча и одной ночью", "Калилой и Димной" и другими классическими произведениями, докладчик пытался обосновать, что автором "Тысяча и одной ночи" был Ибн Мукаффа, который в VIII-IX веках перевел "Калилу и Димну" с персидского языка на арабский. Некоторые из выступавших подвергли сомнению подобное утверждение, а также критиковали некоторые другие положения доклада. Изложенные выше вопросы являются частью общей проблемы роли взаимосвязей и взаимодействия литератур как важнейшего фактора в развитии литературного процесса. Эта проблема весьма интересует советских ученых-востоковедов (о чем, например, свидетельствует дискуссия, недавно состоявшаяся в Институте мировой литературы имени А. М. Горького, на которой выступили с докладами востоковеды Н. Конрад, И. Брагинский и Е. Челыщев); она живо интересует и волнует ученых многих других стран. Крупнейший ученый Индии профессор Сунити Кумар Чаттерджи выступил на конгрессе с докладом "Китайская культура в Индии", в котором привел много интересных фактов, свидетельствующих о плодотворном взаимодействии китайской и индийской литератур в глубокой древности, в частности о влиянии на творчество Калидасы древнекитайской классической поэзии. Японский филолог Тадаси Икэда выступил с докладом о китайском и индийском влияниях на японский стихотворный жанр рэнга, в котором рассказал о плодотворном взаимодействии индийских, китайских и японских поэтических принципов, в -результате чего развился в японской литературе новый поэтический жанр. О влиянии на современную китайскую литературу прогрессивной литературы других стран мира говорил в своем докладе известный чехословацкий востоковед Ярослав Прушек. Интересный доклад сделал индийский филолог и писатель-марксист Гопал Халдар "Революционный романтизм в бенгальской литературе XIX века". Вопреки широко распространенной на Западе, да и в некоторых странах Востока тенденции механического сопоставления иногда разнородных факторов в литературах различных стран, докладчик пытался прежде всего вскрыть внутренние процессы стр. 65 -------------------------------------------------------------------------------- развития бенгальской литературы, которые привели к зарождению и развитию в ней романтизма, а затем уже показать, какую роль сыграло творчество английских романтиков Вальтера Скотта, Байрона, Шелли и других в развитии романтизма в бенгальской литературе. Как показали доклады и дискуссии на конгрессе, изучение проблемы литературного взаимодействия в сравнительно-историческом плане может способствовать более глубокому и всестороннему раскрытию национальной специфики литературы отдельных стран Востока и, с другой стороны, дает возможность лучше понять исторически обусловленный процесс культурного развития стран Востока в тесной связи с развитием культуры всего человечестве. Плодотворное обсуждение многих важных проблем развития литератур народов Востока на Московском конгрессе востоковедов явилось важным шагом в дальнейшем развитии мирового востоковедения. Конгресс дал возможность лучше понять сильные и слабые стороны восточной филологии в нашей стране. Так, например, отстающим участком у нас является изучение литературы народов Африки и некоторых стран Юго-Восточной Азии, Мы еще раз почувствовали, что необходимым условием дальнейшего успешного развития восточного литературоведения в нашей стране является объединение усилий всех наших литературоведов-востоковедов в целях комплексной разработки основных проблем литературы народов Азии и Африки, в частности создания многотомной серии очерков литератур народов Востока, коллективной монографии в современной литературе народов Азии и Африки и т. д. Конгресс способствовал также расширению научных контактов между учеными многих стран, показал превосходство советской науки, опирающейся на марксистскую методологию. Многие крупные зарубежные ученые высоко оценивали значение и научный уровень конгресса. Важный итог конгресса состоит в том, что он привлек внимание ориенталистов многих стран к актуальным проблемам современности, создал предпосылки к тому, что ученые, и прежде всего ученые Востока, все яснее начали понимать, что марксистская методология является единственной подлинно научной методологией, способствующей глубокому исследованию литературного процесса. Отсюда вытекает огромная ответственность советских востоковедов, которые своими научными исследованиями могут оказать помощь народам Востока в их борьбе за национальное и социальное освобождение, за дальнейший прогресс культуры. Выступивший на открытии XXV Международного конгресса востоковедов А. И. Микоян обратился со следующим призывом к советским ученым-востоковедам, и ориенталистам других стран: "Долг ученых-востоковедов - в своих трудах объективно отражать важнейшие процессы, происходившие в прошлом и особенно происходящие ныне в странах Азии и Африки, способствовать и творчески разрабатывать коренные проблемы борьбы народов Востока за национальное и социальное освобождение, за преодоление их экономической отсталости. С полным правом можно сказать, что востоковедение только тогда может рассчитывать на широкое признание и успех, когда оно служит интересам народов Востока". стр. 66