Л. САКСОНОВ, ответственный секретарь многотиражки Московского орденов Ленина и Трудового Красного Знамена завода "Красный пролетарий" После семичасового рабочего дня через проходные завода идут тысячи краснопролетарцев, и почти каждый забегает в библиотеку, книжный ларек. Сколько же у нас, на "Красном пролетарии", читателей? Вряд ли мы можем дать точный ответ на этот вопрос. Можно только утверждать, что библиотеки давно уже стали тем "цехом культуры", без которого немыслима заводская жизнь. В самом деле, на заводе работают три библиотеки. В основной - библиотеке завкома - насчитывается около 46 тысяч томов. В библиотеке парткома - 10 тысяч, в технической библиотеке - 35 тысяч. По абонементам в них регулярно получают книги 5300 человек. В цехах функционируют библиотечные передвижки. Ежедневно в часы обеденных перерывов в красные уголки, на веранду клуба, на участки культработники приносят сотни журналов и брошюр. ...С 4 до 6 вечера в заводской библиотеке - часы "пик". Именно в это время, после работы, приходят рабочие за книгами, журналами. Есть немало и таких, которые заглядывают сюда просто для того, чтобы посидеть в читальне, узнать, что нового в мире книг. Но следует помнить, что рабочий пришел сюда после напряженного семичасового труда, ему хочется поскорее получить хорошую книгу, получить и уйти. Но какую книгу взять? Как бы не ошибиться, чтобы не пропало зря дорогое время, предназначенное для чтения? Если это опытный читатель, книголюб, человек, следящий за литературой, то для него такой вопрос чаще всего "не стоит. Но как быть, если человек пришел в библиотеку впервые? В этом случае решающее значение имеет слово библиотекаря, его совет. Если он порекомендует читателю книгу, которая его увлечет, многому научит, заставит думать, то этот начинающий наверняка станет активным читателем. Но может случиться и обратное. Первая плохая неудачная книга оттолкнет начинающего читателя. В часы "пик" я наблюдаю за тремя работниками основной библиотеки - Наталией Шершневой, Зинаидой Громовой и Верой Смирновой. Большинство читателей они хорошо знают, называют по имени и отчеству. Слесарь Яков Илларионович Абеков, просматривая новую книгу, рассказывает: "Судьбу человека" читал три раза, несколько раз слушал передачу по радио, два раза фильм посмотрел. А сейчас, два месяца спустя, снова прочел бы". - "Все на руках. Мы вам отложим", - отвечают ему работники библиотеки. Рядом, в библиотеке парткома, Рахиль Григорьевна Бутовская беседует с читателем. Речь идет о "Чудотворной" В. Тендрякова. Ей хочется узнать, почему юноше понравилась эта повесть. Он, немного смущаясь, отвечает: - Не знаю чем, трудно сказать. Наверно всем. Язык хорош, убедителен, ярок. Событие само по себе интересное. Люди настоящие, живые. Я ее прочел в один присест, как говорят, "запоем" и думаю, это лучшая рецензия. Она предлагает ему роман Д. Олдриджа "Герои пустынных горизонтов", Когда он уходит, - я спрашиваю, почему именно эту книгу она предложила. Рахиль Григорьевна отвечает: - Потому, что знаю и писателя и читателя, - оба они любят и умеют мечтать. У меня в руках абонемент одного читателя. Это длинный перечень книг, стр. 234 -------------------------------------------------------------------------------- которые он "освоил" за сравнительно короткий срок. Здесь можно увидеть и "Военные повести" Т. Журавлева, и "В поисках героев Брестской крепости" С. Смирнова, и "Морской орел" Д. Олдриджа, и "Молодые годы Генриха IV" Т. Манна, и двухтомник Э. Хемингуэя, и "Туманность Андромеды" И. Ефремова, и "Сильнее бури" Ш, Рашидова, и "Судьбу человека" М. Шолохова, и "Битву в пути" Г. Николаевой, и "Лисы в винограднике" Л. Фейхтвангера, и "Путешествие на "Кон-Тики" Т. Хейердала, и многие, многие другие произведения. Читатель этот - слесарь-сборщик Виктор Ермилов, Герой Социалистического Труда, член участка коммунистического труда, на редкость скромный, скупой на слова и жадный на дела человек. Но он не просто читатель, он еще и критик. Не случайно же В. Ермилов является членом Комитета по Ленинским премиям в области литературы и искусства. Яков Абеков - слесарь ремонтного цеха - один из наиболее активных читателей заводской библиотеки. Угодить ему не так легко. Он читает все, что печатается в "толстых" журналах, берет все новое, что поступает из книжного коллектора, имеет домашнюю библиотеку, в которой насчитывается больше 200 томов. - Книга! Я не знаю, чем можно ее заменить, - говорит он. - Отнимите ее у меня, - и в жизни образуется страшная пустота. И потому обидно, порой до слез обидно, когда прочитываешь книгу и остаешься неудовлетворенным. Мы разговорились о роли рецензий, о важности своевременной информации, о новой литературе. - Конечно, необходимы и такого рода информации, - заявил Абеков, - яркие аннотации на новые книги, но у нас на заводе по-настоящему хорошая книга не останется незамеченной. Ее пропагандируют и сами читатели, и заводская газета. Дело за хорошими книгами! Известна истина: плохо оформленная книга, независимо от ее литературного качества, может оттолкнуть читателя. Почему же некоторые издатели разрешают себе "монтировать" в книгу бракованные "детали" - страницы? Контролер, прежде чем измерить готовую деталь, просто осматривает ее: хорошо ли она отшлифована, соответствует ли ее конфигурация чертежу, нет ли где задиров, заусениц и т. д. Но ведь и читатель так же поступает с книгой. Он любит ее полистать, просмотреть, а уж потом приступить к чтению. Но вот он замечает опечатки, ошибки; видит, что иллюстраций нет, или их очень мало, или они неудачны. В конце книги он находит вклейку - исправление ошибок в тексте. Он обращает внимание на качество бумаги, набора, шрифтов, - его интересует все. И он вправе задать вопрос: "Почему можно представить себе облик Наташи Ростовой по иллюстрации в старых изданиях, а полюбившихся героев советских авторов почти не увидишь "в лицо", за исключением разве Василия Теркина (художник О. Верейский)? Почему иллюстрация отступила на задний план?" Я далек от желания зачеркнуть все то хорошее, что сделано О. Верейским, Кукрыниксами и другими художниками. Но нельзя не признать, что книги большинства советских авторов иллюстрируются от случая к случаю. Серьезно следует поговорить о формах работы библиотекарей. У нас на заводе делается многое: созываются читательские конференции, вывешиваются рекомендательные" списки, организуются витрины-выставки новинок. Но все эти формы пропаганды литературы нуждаются в обновлении. На конференции при- стр. 235 -------------------------------------------------------------------------------- ходит мало читателей. Мимо рекомендательных списков многие проходят равнодушно. Очевидно, здесь нужно искать что-то новое. Прежде всего процесс выдачи книги, запись в абонемент должны отнимать как можно меньше времени. Главное - беседа с читателем, а для этого необходимо, чтобы во всех библиотеках читатели получили свободный доступ к книжным полкам, Вот здесь-то в процессе подбора книги и можно поговорить с читателем, дать ему совет, поспорить с ним. Следует подумать и о том, чтобы создать институт общественных библиотекарей. Сотни наших рабочих, техников, инженеров имеют свои личные библиотеки. Сотни активных читателей стали завсегдатаями библиотеки, - их бы и привлечь к пропаганде книги. Их беседы у книжных полок дали бы многое. К сожалению, даже на нашем заводе, где много книг и есть квалифицированные библиотекари, свободного доступа к книгам (из-за тесноты помещения) еще нет. Надо сблизить читателей с писателем. Приглашать его не только на конференции, которые созываются очень редко, а почаще в библиотеку. Если библиотека сообщит: "Сегодня у нас в гостях писатель такой-то", то можно не сомневаться, что приток читателей удвоится и утроится. Нужны, обязательно нужны короткие, высококвалифицированные аннотации. Их стоит печатать помимо журналов и отдельными изданиями-карточками, которые рассылались бы массовым тиражом в библиотеки, читальни, в красные уголки, в цеховые комитеты, в заводские клубы, общежития. Тогда о новой добротной таите узнают быстрее. Можно и должно подумать о целесообразности других форм пропаганды литературы. стр. 236