В 1960 году вышел первый выпуск "Бальзаковедческого ежегодника", подготовленный и опубликованный группой по изучению Бальзака, которая была основана в 1959 году при участии и под руководством А. Билли, М. Бутерона, Ж. Дюрона, Ж. Помье и В. Ройса. Как видно из обращения редакции "Ежегодника", издание будет носить периодический характер, подводя ежегодные итоги бальзаковедческих исследований, В первом разделе "Ежегодника" за 1960 год ("Неизданные тексты и найденные страницы") обращает на себя внимание несколько писем Бальзака, обогащающих наше представление о том, как отнесся писатель к событиям революции 1848 года. Это шесть писем, адресованных Жоржу Мнишек и его жене, дочери Ганской. О том, что Бальзак бурно реагировал на политические события 1848 года, было известно и из тех писем, которыми мы располагали до публикации 1960 года. Но материалы, обнародованные "Ежегодником", имеют действительно первостепенную важность для бальзаковеда. События лета 1848 года, особенно кровавая июньская бойня, произвели на Писателя сильное впечатление. С особой резкостью сказались в эти недели его острейшие противоречия. Не раз говорит он о себе в письмах как о стороннике монархии, упоминает о том, что его позиция вызывает осуждение в Париже. Не без страха пишет Бальзак об "инсургентах" - героических повстанцах июня 1848 года: их поражение Бальзак расценивает как ликвидацию грозной вспышки анархии, грозившей охватить всю Европу (см. письмо от 9 июля 1848 года). Но вместе с тем Бальзак отвергает клевету буржуазной французской прессы, пытавшейся уверить общественное мнение Европы в том, будто повстанцы были подкуплены то английским, то даже русским правительством (там же). О жестокостях войск Кавеньяка Бальзак пишет с нескрываемым осуждением. "Июньские дни, - читаем в письме от 9 июля, - превзошли жестокость 1793 года. О! сколько крови было пролито! трупы целыми фургонами бросали в негашеную известь, даже не давая себе заботы похоронить их - к тому же боялись -------------------------------------------------------------------------------- "L'Annee Balzacienne", 1960, Paris, Edition Garnier Freres. стр. 190 -------------------------------------------------------------------------------- эпидемии..." Бальзак пишет о том, что "весь Париж поет хвалу "подвижной гвардии" - наемному сброду уголовников и хулиганов, которых Кавеньяк пускал в ход в качестве ударных частей там, где он не рассчитывал на решительные действия со стороны армии. И тут же Бальзак приводит отзыв одного из генералов о "подвижной гвардии", которая копошилась на баррикаде, взятой ею, "как вши на голове у нищего". Это, конечно, далеко от восторженных похвал, которыми буржуазный Париж, по словам Бальзака, осыпал наемников Кавеньяка. Обращает на себя внимание и то сравнение, которое делает писатель между революцией 1848 года и якобинской Францией конца XVIII века. "Франция 1793 года - какой была она великой, Франция 1814 года - какой была она возвышенной в сравнении с проделками этих шутов", - пишет Бальзак 20 мая 1848 года, заканчивая гневный пассаж о состоянии Франции в мае 1848 года, которое он характеризует игрой слов, - "у нас даже не анархия, а ничтожествоархия"1. Бальзак негодует по поводу ничтожества буржуазных вождей революции. Хорошо известно, что якобинцы 1793 года вызывали у него уважение. Как уже было сказано выше, в письмах сказываются со всей остротой и противоречия Бальзака. Перед лицом торжествующей буржуазии он вновь переживает возрождение своих феодально-монархических иллюзий. "Я сделался очень непопулярным из-за своих абсолютистских взглядов, - пишет он детям Ганской, - я еще напишу драму об абсолютной монархии, в ее честь..." (20 мая 1848 года). Россия, Украина представляются ему некоей обетованной землей, где царствуют порядок и спокойствие. "Красные", левые группировки 1848 года, с деятельностью которых, видимо, Бальзак был знаком лишь в общих чертах и в оценке которых он иной раз поддавался влиянию той самой буржуазной прессы, о которой он пишет с нескрываемым презрением, вызывают в нем страх. Но Бальзак видит и результаты кровавой "победы" буржуазии над парижским трудовым людом: в письме от 11 августа 1848 года читаем характерные строки: "...здешняя ситуация чудовищна. Нищета возрастает ужасно, и идут откровенные разговоры о восстановлении монархии..." Не лишено интереса то обстоятельство, что автор публикации - Роже Пьерро - нашел нужным в небольшом предисловии к ней намекнуть, что "Бальзак писал свои письма в Россию не без мысли о "черном кабинете царя", то есть о перлюстрации. В последней фразе этого предисловия Р. Пьерро пишет: "Кажется трудным представить себе, что могучий наблюдатель французского общества эпохи Реставрации, создатель образов Даниэля д'Артеза и Мишеля Кретьена, столь состарился, что ничего не понял во взрыве 1848 года..."2. Отдавая должное верной мысли Р. Пьерро, предостерегающего от скороспелых выводов о резком поправении Бальзака летом 1848 года, мы не можем согласиться с тем, что вновь опубликованные письма дают основания для столь категорического заключения о непонимании "взрыва 1848 года". Как видно даже из немногих выдержек, приведенных нами, Бальзак увидел, что буржуазия выступила в событиях 1848 года не в той роли, в которой она была в 1793 году; Бальзак дал глубокое сопоставление событий 1848 и 1793 годов, отметив -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Nous sommes non pas en anarchie, mais en Rienchie", - указ. изд., стр. 44. 2 Там же, стр. 41. стр. 191 -------------------------------------------------------------------------------- величие якобинской республики и высказав свое критическое отношение к буржуазной Второй республике; Бальзак не раз весьма резко и насмешливо отзывается в письмах о Ламартине, Кремье, Ледрю Роллене и других вожаках французской буржуазии. Бальзак не увидел ничего героического и высокого в событиях 1848 года - но он был потрясен трагедией июньских дней. К тому же надо прибавить, что письма Бальзака - живое отражение самых непосредственных впечатлений от революции. Вот почему нам кажется, что письма свидетельствуют не столько о непонимании революционных событий, сколько о бурной реакции на них, в которой чувствуется резкое обострение противоречивых общественных взглядов Бальзака. Группа небольших исследовательских работ, опубликованных в сборнике, состоит из этюдов, посвященных творческой истории отдельных романов Бальзака. Таковы работы Ж. Помье ("Два момента в генезисе "Луи Ламбера"), М. Фарго ("Бальзак и семейство Вокё"), Ж. -Н. Доннара ("Кто был Нюсенжен?"), А. Лорана ("История Лелио"), А. Приу ("В тени святых отцов" - о творчестве раннего Бальзака). Знакомствам и связям Бальзака, важным для изучения великого писателя, посвящены работы М. Регара ("Бальзак и Лоран-Жан", интересная приведенными в ней письмами), П. -Ж. Кастекса ("Незабываемый день"). Более общий характер носят заметки М. Мильнера "Два итальянских документа о Бальзаке", П. Ситрона "Бальзаковская ситуация до Бальзака" (из истории французского романа 20-х годов) и экскурс М. Бардеша "Вокруг философских этюдов", важный для всех, кто интересуется не только этой группой произведений Бальзака, но и развитием его философских воззрений в целом. Столь же существенный интерес представляет работа Ж -А. Дюкурно и Р. Пьерро "Календарь жизни Бальзака, годы 1826 - 1828". В отделе "Критическое обозрение" даны четыре краткие, но содержательные рецензии на новые книги о Бальзаке, вышедшие в 1959 году. Это издание рукописи "Утраченных иллюзий" из коллекции Спельберк де Ловенжуля (рецензия Р. Пьерро)1, издание "Изнанки современной истории", подготовленное и глубоко прокомментированное М. Регаром (рецензент Ж. -Э. Доннар отмечает большую ценность издания для изучения проблемы реализма Бальзака) 2, книга Ж. Бореля "Люди и судьбы в романах Бальзака"3 (о некоторых недостатках ее убедительно говорит М. Фарго) и труд Э. Ки Виста (Брюссель) "Генезис и переработка "Сельского священника"4 (рецензия Ж. Сабле). Книга заканчивается разделом "Бальзак за рубежом". В нем дан обзор изданий и мероприятий, связанных с именем Бальзака. В обзоре фигурируют Англия, Бельгия, Соединенные Штаты, Китайская Народная Республика и СССР, Появление такого раздела в бальзаковском ежегоднике следует приветствовать. Он дает хотя бы в общих чертах представление о популярности Бальзака за пределами Франции. -------------------------------------------------------------------------------- 1 Balzac, Illusions perdues, le manuscript de la collection Spoelberch de Lovenjoul. Introduction, edition et notes par S. Berard, Paris, A. Colin, 1959. 2 Balzac, L'Envers de PHistoire contemporalne... Introduction, notes et releve de variantes par M. Regard. Classiques Gamier, 1959" 3 Jacques Borel, Personnages et Destlns balsaciens, Paris, J. Cortl, 1959. 4 Ki Wist (Henrfquez), La QenSse et les Remaniements de "Le Cure de village", Bruxelles, 1959. стр. 192 -------------------------------------------------------------------------------- "Бальзаковский ежегодник" - отрадное явление. Привлекает широкий охват материалов, соединяющий в себе публикацию, информацию и научно-исследовательские работы. Что касается последних, то, как уже было сказано, и они носят весьма разнообразный характер, что дает возможность печатать в "Ежегоднике" труды, относящиеся к различным областям бальзаковедения. В целом из них и получится богатая и разнообразная бальзаковедческая библиография 60-х годов нашего века. Импонирует объективный характер раздела "Бальзак за рубежом", помогающий создать представление о том, насколько жив интерес к Бальзаку и в наши дни. Один из членов редакции сборника, проф. Пьер-Жорж Кастекс весной 1960 года был в гостях в МГУ и выступал с рядом лекций (среди них была и лекция, посвященная анализу "Отца Горио", прошедшая с большим успехом), а затем в Институте мировой литературы с интересным сообщением о современном состоянии бальзаковедения во Франции. В беседе с советскими учеными проф. Кастекс просил, чтобы "Ежегодник" получал систематическую научную бальзаковедческую информацию из СССР. "Я считаю, - сказал проф. Кастекс, - что для разрешения общей задачи надо установить сотрудничество с зарубежными бальзаковедами. Я очень гордился бы, если бы в итоге моего путешествия я увез бы с собою не только сознание общности наших взглядов относительно полезности и методологии некоторых исследований, но и возможность конкретного и плодотворного сотрудничества в интересах науки, которая в умиротворенной, наконец, вселенной должна стать общим достоянием всего человечества в целом". Редакция нового издания стремится учесть международные масштабы развития бальзаковедения и, в частности, растущий интерес к Бальзаку в социалистических странах. Это усиливает позицию "Ежегодника", открывает перед ним широкие перспективы. стр. 193