Необходимо честное, строгое отношение к работе со словом и над словом. М. Горький. "ЗЛОВЕЩАЯ ПРИМЕТА..." "Строгая морщинка перерезала лоб, легла над бровями..." (О Наташе, - стр. 8). "У него строгие глаза, морщинки на лбу поднялись" (о Володе, - стр. 10). "Глубокие морщины на лбу Максима Лаврентьевича поднялись, он огладил бороду..." (стр. 21). "Ученики знали: если прыгают на лбу Платона Ивановича морщины... значит сердится" (стр. 51). "Морщины на лбу и висках - живые, беспокойные бороздки - углубились; седые волосы поблескивали" (о Николае Григорьевиче, - стр. 128). "Складки на лбу Петра Лукича медленно поднялись и так же медленно опустились..." (стр. 281). "Загорелый лоб в мелких морщинках, они поднимаются и опускаются, когда профессор... вскидывает вверх или опускает вниз свои клочковатые брови" (о Петре Степановиче, - стр. 95). "Петр Степанович насупился, и она заметила, как задвигались складки на его лбу, как упали и взлетели вверх пушистые брови" (стр. 13). "Лицо у профессора стало вдохновенным, глаза сузились, мохнатые брови взлетели вверх" (стр. 18). "- Намекаешь?! - " Виктор сузил глаза и наморщил лоб" (стр. 104). "Глаза Наташи сузились, морщинки сбежались на лбу к переносице" (стр. 259). "Она (Наташа)... прищурилась, брови сбежались к тонкому переносью..." (стр. 8). "Преподаватель свел брови, побарабанил по столу пальцами..." (стр. 93). "...Володя в раздумье остановился, свел брови" (стр. 100). "Лицо Петра Лукича посветлело, но вмиг улыбку будто ветром смахнуло, брови сошлись..." (стр. 291). "И как всегда в минуты гнева, у него вздрагивали седеющие брови и пальцы левой руки поспешно перебирали пряди бороды" (стр. 152). "ЗАРЯ ЕЕ СЕРДЦА" "Израненный колкими эпиграммами в стенной газете "Вперед к коммунизму", Пухов долго сидел в мягком кресле руководящего профсоюзного работника" (стр. 122). стр. 202 -------------------------------------------------------------------------------- "Таких мужчин принято называть жгучими брюнетами: смуглое лицо, темные волосы, брови, ресницы, из-под круглых роговых очков в желтой оправе блестят выпуклые черные глаза" (стр. 194). "Наташе начальник показался привлекательным. Высокий, хорошо сложенный, живые самонадеянные огоньки в глазах, маленький, но далеко не пуговка нос, открытое чистое лицо и заметная лысинка" (стр. 354). "Отрезвление, как вешнее солнце, рассеяло туман, и очистились дали" (стр. 34). "Глаза Наташи повлажнели: безмятежную прозрачность неба погасила в них тревога сердца" (стр. 166). "...Леночка и сама давала отпор начальникам за их незаслуженные упреки. Это выходило у нее сильнее, чем у ректора: она была спортсменка, имела по легкой атлетике второй разряд" (стр. 196). "...какие в глазах задоринки... Внутренне улыбнулся: вся жизнь - задоринки, иначе бы - сонное болото" (стр. 235 - 236). "Если бы заглянуть в его душу - тихая заводь - ни ветерка, ни всплеска. Но как только Наташа отошла от шкафа... притихшая заводь взбунтовалась" (стр. 303). "Когда он раскрыл перед Наташей свое заветное по шелкопряду, а она по декоративным многолетникам, перед ними выросла преграда" (стр. 354). "...Наташа заглянула в свои небеса, в тайное своего сердца, и она увидела, что ее небеса чисты - ни облачка, ни тучки..." (стр. 431). "Эта маленькая женщина... обнажала прошлое с таким ожесточением, словно обрывала лепестки с поблекшего цветка..." (стр. 458 - 459). "Разгоралась заря ее сердца, и верилось: пепел прошлого не запылит радостного пути..." (стр. 463). "Есть в жизни такое, мимо чего пройдешь на цыпочках, чтобы не спугнуть, как светлую птичку - улетит не вернешь..." (стр. 473 - 474). "После смерти профессора Кропотова в работе факультета и кафедры обострились углы, которых при его жизни никто не замечал..." (стр. 481). "И она пошла рядом с Петром Степановичем, вернее, повела его за руку по извилистой, пестрой дороге своей жизни" (стр. 48 - 49). "Наташа еще долго слушала и о звериных и рыбьих приметах, осторожно сталкивала старика с протоптанной им дорожки, старалась повернуть разговор на ботаническое" (стр. 452). "Золотое небо медленно тускнело, солнце угасало тихо и безмятежно... Солнце погасло, чтобы завтра с утренней зарей вновь озолотить и обласкать землю" (стр. 463). Иркутское книжное издательство, 1959, 503 стр. (Из романа Г. Кунгурова "Наташа Брускова", Редактор Л. Ившина). стр. 203