Необходимо честное, строгое отношение к работе со словом и над словом. М. Горький. ИЗ НЕНАПЕЧАТАННОГО... "Раскаты их смеха оставались позади, цепляясь за острые уступы скал, повисая на низе". "Все лицо его побагровело, глаза вывалились из орбит". "Стеша заметила какое-то просветление в голове у мужа". "Тоненький острый носик симметрично расположен на лице". "Он стал внимательно ко всему приглядываться и с ужасом заметил все больше и больше прорех, дыр и ям в царском самодержавии". "Позорная весть каленым железом обжигала мозга". "Широкие ноздри крючковатого носа раздувались, как у запыхавшейся лошади, напоминая клюв пернатого хищника". "Будто шептал кто-то из глубины мозгов". "Она зарыдала и литые лопатки судорожно забегали по широкой спине". "Федор поглядел девушке в знакомый профиль", "В палату вошла Надежда с опавшими глазами". "Она любила его по-прежнему, только как-то потускнел его образ, на нем появились пятна". (Из рукописей, поступивших в литературную консультацию Союза писателей СССР) ...И НАПЕЧАТАННОГО "И Батырбеку показалось, что парень не шел, а шествовал, попирая землю жирными ногами, втыкая их прямо, словно палки" (стр. 17), "От его цинизма пахло, как из немытого рта" (стр. 23). "Окно раскрыто и в него также, как у секретарши, заглядывала тонкая вершина тополя" (стр. 37). "Подошла Айна с кожаным чемоданчиком, в пестром сарафане и белых туфлях на низких каблуках. Сарафан на тоненьких бреге- стр. 204 -------------------------------------------------------------------------------- лях был широко открыт. Привлекали очень загорелые, удивительно красивые, как выточенные из бронзы, широкие плечи. Груди чуть замечались. Она вся светилась широкой радостью" (стр. 37). "Законы весны в пору молодости одинаковы и для яблоней и для Сырги. Девушка, задумавшись, шла по молоденькому саду, любовалась стройными деревцами, ростом уже повыше нее. У них приближалась пора цветения и первых плодов. Сырга чувствовала непонятную тревогу, не понимая, что пора цветения и первых плодов наступила и для нее. Она выбирала себе мужа и отца для детей, не сознавая этого" (стр. 40). "Карагол удивился его самоуверенности и непониманию того, что, например, Джапар и Айтыш в отношении самосознания стали выше его на целую голову" (стр. 68). "В родильном отделении четыре койки. В двух других палатах тоже никого не было" (стр. 89). "Ветер хоть и обдавал лицо и тело прохладой, но обжигал щеки и шею" (стр. 110). "Тогда сразу стало вдруг так холодно; что он вспотел" (стр. 132). "Толстяк махнул рукой, шагнул в черную грязь, запачкался до колен. Его спутник упал на руки, измазал колени. Карагол молча хохотал, а когда они подходили измазанные, потные, захохотал во всю улицу" (стр. 150). "Кони из табунов Токобая были уже занесены в государственную племенную книгу. Новая порода киргизских горных коней была создана, а вот молочные коровы тревожили" (стр. 191). "Из строгих, острых стрельчатых глаз и от широкого мужественного лица, по-женски красивого, лучилась подкупающая жизнерадостность" (стр. 194). "Айнаке не плакала, глаза ее стали жестяными" (стр. 257). "Шофер развернулся, буксуя, пополз к шоссе. Там цепочкой летели машины" (стр. 312). "Бейшеналы тяжело вылез из люльки и, втыкая ноги в землю, покачиваясь, пошел по берегу" (стр. 430). "Тамара заварила чайник, завернув его в полотенце, для особенного аромата" (стр. 448). (Из романа Н. Удалова "Большой Кемин", Киргизское государственное издательство, Фрунзе, 1959. Редактор В. Ширяев) стр. 205