Происхождение и история слов "народник" и "народничество" до сих пор не выяснены. Это-то и побуждает меня поделиться сведениями, которые собраны мною относительно появления этих терминов в русском языке. Возможно, что материал, привлеченный мною, не полон. Полагаю тем не менее, что он представляет значительный интерес ввиду новизны темы, не привлекавшей до сих пор внимания исследователей. Как мы убедимся, термины "народник" и "народничество", прежде чем приобрести вполне определенный смысл, бытовали с неустановившимся и порой различным смысловым содержанием. Принято считать, что термин "народник" возник в петербургском революционном подполье, когда в конце 1876 года по инициативе М. А. Натансона создавалась организация, позднее принявшая название тайного общества "Земля и воля". Члены ее начали именовать себя "народниками", не случайно остановившись на этом именно названии: этим названием они хотели отметить то новое, что, по их мнению, они вносили в русское революционное движение. Выясняя причины, вызвавшие создание "Земли и воли", Г. В. Плеханов указывал, что "хождение в народ" убедило революционеров в невосприимчивости населения русской деревни к социалистической пропаганде. "Взятое в массе крестьянство, - писал он, - обнаруживало стремления, не имевшие ничего общего с социализмом". Размышления пропагандистов над этим поразивших их фактом и привели, по словам Плеханова, к основанию "нашего революционного народничества". "Период 1876 - 1879 годов, к которому относится зарождение и работа "Земли и воли", Плеханов и называл "собственно народническим периодом"1. -------------------------------------------------------------------------------- 1 Г. В. Плеханов, Сочинения, т. XXIV, М. -Л. 1927, стр. 100. стр. 116 -------------------------------------------------------------------------------- Свидетельство Плеханова подтверждается показаниями других современников. Из опыта "хождения в народ" пропагандисты действительно вывели заключение, что проповедь социализма мало интересует крестьян и что пропагандист встречает с их стороны гораздо более внимания, когда заводит речь об их ближайших нуждах и об условиях их жизни: о малоземельи, о бесправии, о произволе властей, об эксплуатации крестьянского труда помещиками и т. п. Приведем несколько показаний современников. Известный деятель "Земли и воли" и "Народной воли" А. Михайлов, отвечая на вопросы следователей, говорил о создателях "Земли и воли": "Свои теоретические идеалы и симпатии люди этого направления подчиняли насущным, острым потребностям народа и потому называли себя "народниками"1. Другой видный участник "Земли и воли" О. Аптекман писал: "Народничество в первоначальной его редакции... вышло из-под пера землевольцев". По объяснению Аптекмана, революционеры, столкнувшись с равнодушием крестьян к проповеди социализма, пришли к выводу о необходимости учитывать в своей пропаганде "народные требования, назревшие и ищущие разрешения". А это повлекло за собою "радикальный пересмотр программы и тактики" и создание "первой народнической программы", в которой "в применении к русской действительности социализм по необходимости пришлось урезать, - так сказать окорнать: взять из него только то, что не противоречит исконным народным идеалам, воззрениям и требованиям"2. Как видим, и Аптекман в основном подтверждает сказанное Плехановым. Об этом же свидетельствуют и другие современники3. В свете их показаний вполне понятно основное положение первой программы будущей "Земли и воли", выработанной в конце 1876 или в самом начале 1877 года. Она провозглашала: "Требования свои мы суживаем до реально осуществимых в ближайшем будущем, то есть до народных требований и желаний, каковы они есть в данную минуту"4. Поясняя это исходное положение программы "Земли и воли", один из редакторов ее печатного органа С. Кравчинский писал в 1878 году: "Пять лет назад мы сбросили немецкое платье и оделись в сермягу, чтобы быть принятыми народом в его среду. Теперь мы видим, что этого мало, - пришло время сбросить с социализма его немецкое платье и одеть его в народную сермягу"5. Для успеха пропаганды в -------------------------------------------------------------------------------- 1 А. П. Прибылева-Корба и В. Н. Фигнер, Народоволец А. Д. Михайлов, Л. 1925, стр. 107. 2 О. В. Аптекман, Общество "Земля и воля" 70-х годов по личным воспоминаниям, П. 1924, стр. 178 - 182, 192 - 193. 3 Э. Серебряков, Очерк по истории "Земли и воли", СПб., 1908, стр. 8 - 9; Воспоминания Л. Тихомирова, М. -Л. 1928, стр. 85 - 86. 4 Архив "Земли и воли" и "Народной воли", М. 1982, стр. 53. 5 Имеется в виду так называемое "хождение" революционеров в народ. стр. 117 -------------------------------------------------------------------------------- деревне, указывал Кравчинский, революционерам необходимо сделаться "действительно народными людьми", превратиться в "революционеров-народников". "Основанием всякой историко-революционной программы, - писал далее Кравчинский, - должны быть народные идеалы, как их создала история в данное время и в данной местности. Мы не верим в возможность путем предварительной работы создать в народе идеалы, отличные от развитых в нем всей предшествующей его историей"1. Таким образом, термин "народник" восходит к петербургскому кружку середины 70-х годов, члены которого желали этим термином отметить принятое ими изменение их прежней программы и тактики. Однако очень скоро этот термин нашел распространение и за пределами указанного кружка. Из статьи известного южного "бунтаря" Якова Стефановича "Наши задачи на селе", напечатанной в N 8 - 9 женевского журнала "Община" за 1878 год, мы узнаем, что интересующий нас термин применялся в том же самом значении не только на севере, но и на юге. Стефанович, выступая от имени "небольшого кружка лиц", действовавших на Украине, излагает в своей статье "взгляды и программу образа действий той группы русских социалистов, которым приурочивают название "народников". При этом он делает любопытную оговорку: "Правда, так называемая программа "народничества" усвоена, как свидетельствует "Земля и воля", и некоторыми из социалистов Великороссии"2. Таким образом из приведенных слов Стефановича можно заключить, что, по его мнению, термин "народник" возник не на севере, а на юге. Но, если принять приведенные выше свидетельства, можно думать, что мнение Стефановича не соответствовало действительности и объяснялось его недостаточной осведомленностью о происходящем в Петербурге. Тем не менее приведенное выше его заявление весьма интересно, так как свидетельствует о том, что этот термин очень скоро вышел за пределы первоначально принявшей его организации и получил признание других революционеров, примыкавших по своим установкам к "Земле и воле", хотя организационно и не входивших в нее. Однако, если интересующий нас термин вошел в широкое употребление среди революционеров в связи с возникновением "Земли и воли", то это еще не значит, что ранее он был совершенно неизвестен. Существенное добавление в историю этого термина вносит участник революционного движения 70-х и 80-х. годов, а позднее ренегат Лев Тихомиров. Бывший член "Земли и воли", он начал свою революционную деятельность значительно ранее ее возникновения - с начала 70-х годов - и потому знал то, что оставалось неизвестным другим авторам, писавшим о происхождении термина "народник". В статье "Что такое народничество?", напечатанной уже в то время, когда этот -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Революционная журналистика 70-х годов", передовая статья N 1 "Земли и воли", стр. 71, 72, 77. 2 "Община", 1878, N 8 - 9, стр. 33. стр. 118 -------------------------------------------------------------------------------- народник-террорист превратился в теоретика "монархической государственности", он пишет: "Собственно о словах "народник", "народничество" должно сказать, что они до 1872 года совсем не существовали, и я хорошо помню, как они возникли. Именно, что "пропагандистское" движение первоначально направлялось в среду студенчества и вообще в так называемые "образованные" слои. В 1872 - 1873 годах оно направилось в народ, не без противодействия со стороны представителей прежней системы пропаганды. Новые пропагандисты, созданные учениками Бакунина и явившиеся у нас, как анархисты, прозвали старых в насмешку "образованниками", а эти их в свою очередь прозвали "народниками". Так возникло слово. Первоначально никто сам себя так не называл: это была бы странно и даже смешно. Новое слово получило право гражданства в терминологии "движения" только после известного "шального лета 1874 года, с его массовым хождением "в народ", а народничество в виде определенного кружка и определенной программы ("определенной" - в том смысле, что она была написана на бумаге) явилось еще позднее, в 1877 году в так называемом "землевольчестве"; затем обособилось теснее от остального движения в виде группы "Черного передела"1. Оставляя пока в стороне свидетельство Тихомирова относительно "Черного передела" (мы еще вернемся к нему), укажем, что рассказанное им отнюдь не противоречит показаниям других участников революционного движения 70-х годов, но пополняет и уточняет их. Оказывается, еще до того, как термин "народник" был принят Натансоном и его товарищами, он уже употреблялся в революционной среде. Известно, что в практике революционных кружков начала 70-х годов, в частности кружка "чайковцев", к которому принадлежал Лев Тихомиров, пропаганде в деревне предшествовала пропаганда среди интеллигенции. В спорах, происходивших среди революционеров относительно дальнейшего направления пропагандистской работы и возник, по Тихомирову, интересующий нас термин. Значит ли это, что ранее термин "народник" совершенно не употреблялся? Нет, слово "народник" было известно и в 60-х годах. В 1868 году в статье "Сила нужды" Н. В. Шелгунов, характеризуя крепостников, оплакивавших крепостное право, писал: "Есть особая порода злобствующих людей, которой нужно непременно кого-нибудь ненавидеть... Теперь они направили свою желчь на крестьянское дело и на так называемых "народников". И далее: "Противники народников, старающиеся уверить всех, что они отличаются только невежеством -------------------------------------------------------------------------------- 1 Л. Тихомиров, Что такое народничество? "Русское обозрение", 1892,. N 12, стр. 914 - 915. Ср. его же: Заговорщики и полиция, М. 1930, стр. 11 - 12. Переводчик этой брошюры с французского языка, на котором она была первоначально-издана, не зная термина "образованник", переводил соответствующее французское слово: "просветитель". стр. 119 -------------------------------------------------------------------------------- и пишут лишь глупости, должны теперь убедиться, что близорукость и узость воззрений обитала только в их лагере"1. Итак, во второй половине 60-х годов реакционеры, по свидетельству Шелгунова, пользовались термином "народник" для обозначения демократически настроенных людей, дороживших интересами народа и сочувствовавших его страданиям. Имеются указания на существование этого термина и в первой половине 60-х годов. В 1884 году Лесков, вспоминая о своем знакомстве в начале 60-х годов с известным беллетристом-этнографом П. И. Якушкиным, рассказывал: "Раз зашел у нас вечером спор по поводу тогдашнего вопроса о народничестве, к которому мы нынче опять съехали. Павел Иванович во время наших споров не раз уходил к Матвею (лакей братьев Лесковых, одевавшийся "по-кучерски в кумачовую рубашку и в поддевку". - Б. К.) за перегородку в передней, и после нескольких таких заходов вдруг вывел оттуда бедного парня за руку, поставил его посреди нас, обнял его перед всей компанией, расцеловал и объявил: "Все, что вы толкуете, есть глупости; а хотите иметь смысл, так вот у него учитесь!" И при этом он торжественно указал на Матвея и опять поцеловал его. Чему было учиться у Матвея, мы не поняли"2. В том, что еще в начале 60-х годов в кругах интеллигенции происходили споры о необходимости "сближения с народом" и об "опрощении", как о средстве для такого сближения, сомневаться не приходится. Однако Лесков мог назвать предмет этих споров "народничеством", так сказать задним числом, так как в начале 80-х годов, когда он писал воспоминания об Якушкине, термин этот, как мы убедимся ниже, получил весьма широкое обращение. Таким образом, отмечая свидетельство Лескова, мы не считаем его непреложным доказательством существования интересующего нас термина в начале 60-х годов. Но во всяком случае любопытно, что, по свидетельству Лескова, термин "народник" применялся к людям, признававшим необходимость "учиться" у народа. К тому же воспоминания Лескова до известной степени подтверждаются свидетельством другого современника. В статье "Народ учить, или у народа учиться?", напечатанной в 1875 году в журнале "Дело", известный революционер-народник П. Ткачев, вспоминая о так называемых "почвенниках", группировавшихся вокруг журналов братьев Достоевских "Время" (1861 - 1863) и "Эпоха" (1864- 1865), писал, что они, называя своих противников из демократического лагеря "теоретиками" и "кабинетными реформаторами", самих себя "величали "народниками"3. Надо сказать, что в просмотренных нами программных докумен- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Н. В. Шелгунов, Сила нужды. "Дело", 1868, N 4, стр. 64, 70. (Курсив мой. - Б. К.) 2 П. И. Якушкин, Сочинения, 1884, стр. LVI-LVII. 3 П. Н. Ткачев, Избранные сочинения на социально-экономические темы, т. 6, М. 1937, стр. 392. стр. 120 -------------------------------------------------------------------------------- тах журналов "Время" и "Эпоха" и в их руководящих статьях нам не удалось найти термин "народник". Однако это еще не является достаточным основанием для того, чтобы брать под сомнение свидетельство Ткачева, которого в данном случае можно рассматривать, как мемуариста. Ткачев состоял сотрудником журналов братьев Достоевских и мог знать, как именовали себя их руководители, если не в печати, то в частных разговорах. Свидетельство Ткачева имеет тем большее значение, что оно было сделано еще в 1875 году, то есть до возникновения "Земли и воли", тогда, когда интересующий нас термин еще не вошел в сколько-нибудь широкое употребление. Сопоставляя свидетельства Ткачева и Лескова, можно констатировать, что оба они воспользовались термином "народник", говоря о людях, проповедовавших необходимость для интеллигенции "учиться" у народа. О том же, что термин "народник" действительно существовал в начале 60-х годов, сохранилось документальное свидетельство, не возбуждающее никаких сомнений. Мы имеем в виду запись в дневнике известного писателя В. Ф. Одоевского от 5 мая 1862 года. В ней Одоевский отметил, что в Шахматном клубе в Петербурге "столкновением произвелись партии враждующие: герценистов, ультралибералов или народников, они же нигилисты"1. Таким образом несомненно, что термин "народник" действительно уже существовал в начале 60-х годов2. Однако вполне определенного и единообразного содержания в это время в него еще не вкладывалось. Термин "народник" пережил то направление нашей революционной мысли, к которому он специально применялся в 70-х годах, и удержался в революционной среде и после раскола "Земли и воли" - на "Народную волю" и "Черный передел". Мы приводили уже свидетельство Л. Тихомирова о том, что народничество "обособилось теснее от остального движения в виде группы "Черного передела". Конечно, люди, отстаивавшие необходимость продолжать пропаганду революционных идей среди крестьянства, имели большее основание именовать себя "народниками", чем те, которые сосредоточили свои силы на террористической деятельности. В передовой статье первого номера "Черного передела", написанной Плехановым, мы находим весьма интересные рассуждения о "народничестве". "С народничеством в разных странах и в различные периоды их общественного развития могут быть связаны совершенно различные и даже противоположные друг другу теоретические представления и практические программы... Современные ирландские агитаторы были бы народниками-революционерами, если бы, вместо более или менее паллиативных реформ, они указали низшему классу ирландского населения на аграрную революцию, как на единственный исход из его бедственного положения. Агитация Гракхов в Риме, равно как и де- -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Литературное наследство", т. 22 - 24, М. 1935, стр. 148. 2 В "Толковом словаре" Даля слова "народник" и "народничество" не отмечены. стр. 121 -------------------------------------------------------------------------------- лавшиеся во времена Цицерона предложения относительно передела земли, были радикально-народническими в полном смысле этого слова, так как они вполне совпадали с интересами беднейшей части римских граждан и их представлениями о справедливой организации поземельного владения. Но как в современной Ирландии, так и в древнем Риме аграрная революция могла бы лишь передать право поземельной собственности в руки всего народа, не внося нового принципа в отношения людей к земле. Она могла бы только раздробить частную поземельную собственность, но не уничтожить ее совсем"1. Иначе обстоит дело в странах с сохранившимся общинным владением. "Социалист, - читаем мы далее в передовой "Черного передела", - провозглашающий коллективное владение орудиями и объектами труда, по крайней мере в той части своей программы, которая касается поземельного владения, становится выразителем и обобщителем народных стремлений и, не отказываясь от своего выработанного наукою миросозерцания, он с полным правом может назвать себя революционером-народником в лучшем значении этого слова"2. Таким образом, по мнению автора цитируемой статьи, эгалитаристам древнего Рима для признания за ними права именоваться "народниками", не хватало идеи общинного владения орудиями производства, а ирландским фениям - сознания необходимости революции в целях радикального разрешения аграрного вопроса. Только русские революционеры, признавшие необходимость поднять народ на восстание, вполне заслуживают, по мнению чернопередельцев, именования "народники". Как же относились к этому термину сторонники "Народной воли"? Официально они не отказывались от него; наоборот, в программе Исполнительного комитета с гордостью заявляли: "По основным своим убеждениям мы - социалисты и народники". Далее авторы программы поясняли, почему они считают себя не только социалистами, но и народниками: "Мы убеждены, - писали они, - что только народная воля может санкционировать общественные формы, что развитие народа прочно только тогда, когда оно идет самостоятельно и свободно, когда каждая идея, имеющая воплотиться в жизнь, проходит предварительно через сознание и волю народа. Народное благо и народная воля - два наших священнейших и неразрывно связанных принципа"3. Итак, народовольцы, по крайней мере на первых порах, продолжали именовать себя "народниками". Однако несомненно и то, что им, отказавшимся почти полностью от всякой пропагандистской работы в деревне и утратившим в своем большинстве веру в возможность народной революции в России, термин "народники" подходил весьма -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Черный передел", орган социалистов-федералистов, 1880 - 1881 годы, М. - П. 1922, стр. 116 - 117. 2 Там же, стр. 117 - 118. 3 "Литература партии "Народная воля", М. 1930, стр. 49, пункт "А". стр. 122 -------------------------------------------------------------------------------- мало. Вот почему мы почти не встречаем его на страницах их прессы. Вот почему Лев Тихомиров был готов отдать его безраздельно черно передельцам. Вскоре после раскола "Земли и воли" в истории интересующих нас терминов наступает новый период. С одной стороны, они, выйдя из революционной среды и проникнув в легальную печать, получают значительно более широкое распространение, чем прежде, с другой, смысл этих терминов настолько расширяется, что утрачивает прежнюю точность и определенность. Они начинают применяться к явлениям, самым разнообразным, часто не только не имеющим ничего общего между собой, но даже взаимно исключающим друг друга. Недаром в 1882 году редактор народнического журнала "Устои" С. Венгеров жаловался: "Кого только, в самом деле, не награждают у нас титулом - народник. Аксаков, преклоняющийся перед народом Охотного ряда, - народник1; Суворин, доподлинно знающий, что народ хочет Константинополя, - народник; "Неделя" и "Русская мысль", верящие в демократические начала русского народа, - народники; наконец, Г. Успенский и Златовратский, - один скептик, другой восторженно относящийся к народной психике, оба вместе ненавидящие Аксакова и Суворина, - тоже народники"2. Насколько неопределенным по своему содержанию становится интересующий нас термин, можно судить хотя бы по тому, что даже в XX веке он применялся к явлениям, в действительности ничего общего с народничеством не имеющим и притом относящимся к такому далекому времени, как первая половина XIX века и даже к еще более раннему времени, когда никакого народничества в действительности еще не существовало. Так в 1902 году появилась работа историка литературы П. Висковатова под названием "В. А. Жуковский как народник"3. Причисляя Жуковского к народникам, автор этой работы имел в виду интерес, проявленный поэтом к простому народу и его художественному творчеству. Через пять лет, в 1907 году, появилась книга А. Богумила под названием "Начальный период народничества в русской литературе". Как ни странно, автор этой книги, охватывающей время с XVI века по 1812 год, не счел необходимым определить, что же именно он подразумевает под народничеством. О чем только не говорится в книге А. Богумила: здесь и "оторванность образованного класса от народа", и протест парода против своей участи как в "религиозно-нравственной", так и в "социальной" форме; здесь и "идеализация народа" в ли- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Имеются в виду мясники Охотного ряда в Москве, избившие в 1879 году провозимых через Москву в ссылку арестованных киевских студентов. И. С. Аксаков, вслед за Катковым, утверждал, будто этот случай свидетельствует об отношении народа к революции. 2 С. Венгеров, Литературные заметки, "Устои", 1882, N 9 - 10, стр. 85 - 86. 3 "Русская старина", 1902, N 3. стр. 123 -------------------------------------------------------------------------------- тературе, и "стремление к народности" в художественном творчестве, и народный театр, и постановка "крестьянского вопроса" в правительственных кругах и в литературных произведениях. Создается впечатление, что, по мнению автора, народничество охватывает все, что имеет отношение к народу. Другими словами, автор книги поставил себя в невозможность определить, что же такое то "народничество", о котором должна идти речь в его работе. Всего любопытнее, что, как видно из "предисловия", работа А. Богумила была написана на тему, предложенную историко-филологическим факультетом Киевского университета и удостоена Пушкинской премии! Эти факты показывают, что термин "народник" и "народничество" стали употребляться в самом неопределенном смысле. "Народниками" именовали всех, интересующихся народом, его нравами, образом мысли, обычаями и т. п. Характерно, что сами народники не могли дать точного определения термина "народничество" и были чрезвычайно далеки от правильного и единообразного его применения. В 1880 году термин "народник" довольно часто встречался в легальной прессе в связи с полемикой, вызванной народническим артельным журналом "Русское богатство" или, точнее, помещенной в этом журнале (N 3, 5, 6) программной статьей "Народный вопрос в нашем обществе и литературе", написанной беллетристом Н. Златовратским, под псевдонимом Н. Оранский. Отмежевываясь от других направлений, существовавших в русском обществе того времени, Златовратский-Оранский торжественно провозглашал: "Мы, народники, мы, последовательные общинники, мы, которых преимущественно зовут народолюбцами, мы заявляем, что прежде народного вопроса должен быть разрешен "вопрос об интеллигенции": вопрос об элементарных правах умственного и образовательного ценза... "Народный вопрос" был и есть у нас "вопрос интеллигенции". В этом вся суть... Только свобода и признание прав интеллигенции могут быть гарантией быстрого и плодотворного решения народного вопроса"1. С гордостью именуя себя "народником", Златовратский уклонялся от точного определения признаков, характеризующих это общественное направление. Насколько можно понять его, он считал, что народники исходят из признания необходимости для интеллигенции: уплатить свой "долг народу", проникнуться общинными идеалами и возбудить народную самодеятельность. Именно эти "исходные пункты", являющиеся, по его указанию, в то же время и "конечными целями", Златовратский считал общими для всех оттенков народнической мысли2. -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Русское богатство", 1880, N 6, стр. 20. 2 Там же, N 5, стр. 4, 7 - 8. стр. 124 -------------------------------------------------------------------------------- Сущность статьи Златовратского-Оранского сводилась к признанию необходимости, в целях облегчения работы интеллигенции на благо народа, правового обеспечения ее личности и политических свобод. Как известно, ранее народники вслед за Бакуниным категорически отрицали эту необходимость, находя, что политические свободы могут принести пользу только буржуазии, а для дела народа они вредны. Те причины, которые породили партию "Народная воля", поставившую в порядок дня политическую борьбу, вызвали и статью Златовратского. Она становится ясной и понятной только в условиях, в которых развивалось революционное движение на грани 70-х и 80-х годов. Как бы то ни было, признание Златовратским "вопроса об интеллигенции" имеющим решающее значение и для "народного вопроса", являлось в то время настолько еще необычным в устах народника, что должно было привлечь к себе общественное внимание и даже вызвать оживленную полемику в современной прессе. Познакомившись с откликами на статью Златовратского в газетах и журналах 1880 года, мы убедимся, насколько беспомощными были те, кому приходилось говорить о народничестве и о содержании этого понятия. Буржуазный либерал Л. Полонский в своей газете "Страна" приветствовал статью Златовратского, видя в ней доказательство того, что "преимущественные народолюбцы" превращаются в либералов. "Нашего полку прибыло", - торжествовал Полонский1. "Нельзя не признать, что г. Полонский вполне прав, записав народников "Русского богатства" в свой либеральный полк", - писала "Неделя" в статье "Что такое народничество?". "Неделя", начавшая в это время склоняться к примирению с правительством, усматривала в статье Златовратского отречение от народничества, выразившееся, по ее мнению, в подмене "вопроса о народе" "вопросом об интеллигенции". "Народ ждет от нас удовлетворения своих нужд, - писала "Неделя", - а мы говорим ему: "Отстань, не до тебя! Дай прежде возможность гг. Полонскому, Краевскому и др. стать на страже... общественной безопасности и здравых идей"2. У интеллигенции нет и не может быть, по мнению "Недели", особых, самостоятельных интересов. Ее интересы тождественны с интересами народа и потому растворяются в них без остатка. Поясняя, что именно представляет собою истинное народничество, "Неделя" выдвигала следующие положения: 1. "Только коллективная мысль народа может безошибочно определить, что должно считаться практической задачей нашего времени и каково должно быть ее разрешение". 2. "Народник ценит коллективную мысль именно потому, что убедился в ее согласии со своими собственными идеалами... Задача интеллигенции состоит в том, чтобы возвести в принципы те указания -------------------------------------------------------------------------------- 1 Передовая статья, "Страна", 1880, N 56. 2 "Неделя", 1880, N 31, стр. 982. стр. 125 -------------------------------------------------------------------------------- и стремления народа, которые с точки зрения ее идеала оказываются прогрессивным явлением народной жизни"1. Явная противоречивость этих двух положений бросается в глаза. И, конечно, на это не могла не обратить внимание пресса того времени. "Страна", рассматривая названную выше статью "Недели", писала: "Итак, по программе "Недели", интеллигенция призвана сортировать желания и стремления народа по своему усмотрению, отбрасывая те, которые покажутся ей непрогрессивными, а прогрессивные возводя в принцип". Изложив позицию "Недели", "Страна" приходила к выводу, что "никто еще... не провозглашал в столь безусловной форме полнейшую диктатуру интеллигенции над народом, как сделала теперь "Неделя"2. Противоречивость тезисов, выдвинутых "Неделей", обратила на себя внимание и в журнале "Мысль". Здесь позицию "Недели" подверг резкой критике ее бывший постоянный сотрудник В. Лаврский. "Вот те раз! - писал он. - Этого мы уже никак не ожидали... Но какое же это народничество! Что у тебя мне нравится, - я возьму, а что не нравится, с тем ты проваливай дальше и добивайся этого сам, как знаешь!" С точки зрения Лаврского, народничество сотрудников "Недели" столь же ложно и непоследовательно, как и народничество руководителей "Русского богатства". И те и другие в действительности ничем не отличаются от либералов, желающих, чтобы народ действовал по их указке. Но где же в таком случае искать настоящих народников? На этот вопрос Лаврский отвечал указанием на Достоевского. "Он, - писал Лаврский, - тем и отличается от народников-западников и от народников-либералов, что берет народ конкретный, как он есть, со всем, что в нем симпатично и несимпатично западноевропейскому либерализму, и этот конкретный народ ставит идеалом для интеллигенции"3. Полемика, которую мы вкратце изложили, крайне характерна: она является ярким образцом сумбура, царившего в 1880 году в вопросе о народничестве. Никому из ее участников не удалось дать точного определения сущности народничества и провести четкую границу между ним и другими течениями русской общественной мысли того времени. Об этом же свидетельствует полемика о народничестве, происходившая четырьмя годами позже между А. Пыпиным и Н. Златовратским... В 1884 году Пыпин поместил в "Вестнике Европы" статью о народничестве. Основное положение ее заключалось в том, что народничество, "несмотря на его хвастливые притязания", собственно говоря, не вносит в литературу ничего нового. И далее Пыпин доказывал, что основное положение народничества, заключающееся, по его мнению, в том, -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Неделя", 1880, N 31, стр. 986. 2 "Преимущественные народники", "Страна", 1880, N 62, стр. 5. 3 Л. О (В. К. Лаврский), Народники и Достоевский, бичующие либералов, "Мысль", 1880, N 9, стр. 87 - 89. стр. 126 -------------------------------------------------------------------------------- "что должно изучить особенности народного быта и взгляда и что они должны получить свою роль в установлении общественных отношений", не оригинально, что эта мысль была развиваема еще с сороковых годов одинаково как славянофилами, так и западниками1. Но этого мало. Некоторые положения народничества, по мнению Пыпина, можно найти в журналах братьев Достоевских и еще ранее: в "Москвитянине" Погодина и в "Маяке" пресловутого мракобеса Бурачка. Как бы внимательно ни читали мы пространные и расплывчатые рассуждения Пыпина, нам не удалось бы усвоить, какой же смысл имеет слово "народничество". Основная мысль, которую Пыпин, как мы видели, приписывал народникам, была настолько абстрактна и обща, что открывала легкую возможность затушевать грань, отделяющую это направление общественной мысли от других. На статье Пыпина это особенно ярко подтвердилось: он без разбора валил в общую кучу представителей самых разнообразных лагерей, обнаруживая призрачное сходство даже там, где в действительности имелись непримиримые разногласия. Статья Пыпина задела Златовратского, он счел нужным возразить на нее и опубликовал "Открытое письмо", адресованное ее автору2. Златовратский вполне правильно указывал, что народничество, вопреки мнению Пыпина, ведет свою историю не от "Москвитянина", "Маяка", "Времени" и "Эпохи", а от разночинца. Именно разночинец, как "выразитель интересов и желаний народа, любящий народ и понимающий его потребности", создал "народничество". Это утверждение - несомненная заслуга Златовратского. Однако дальнейшие его рассуждения, направленные на выяснение специфики народнической теории, страдали той же неопределенностью, что и взгляды Пыпина. Златовратский признавал, что теоретическая сторона народничества действительно грешит неясностью. Зато, по его мнению, "вряд ли можно сомневаться в определенности чувства, которым были проникнуты все разделявшие это воззрение, и в особенности в определительности "объекта", к которому это чувство было постоянно обращено". Таким образом, не будучи в силах точно определить смысл термина народничество, Златовратский пытался перевести вопрос в область чувств и переживаний, не поддающихся точному определению. Мы увидим ниже, что этот шаг был принят им сознательно, вследствие неумения вскрыть содержание интересующего нас термина. Чтобы покончить с полемикой Пыпина с Златовратский, добавим, что Пыпин в ответе на "Открытое письмо" Златовратского вынужден был признать, что народничество - "направление, до сих пор весьма неясное", неясное настолько, что к нему причисляют себя как люди с прогрессивными мнениями, так и близкие к обскурантизму. Пыпин -------------------------------------------------------------------------------- 1 См. А. Н. Пыпин, Народничество. "Вестник Европы", 1884, N 2, стр. 129 - 130. 2 "Русские ведомости", 1884, N 48, стр. 3. стр. 127 -------------------------------------------------------------------------------- признавался, что сам "приходит в изумление, встречая их под одной фирмой". В заключение он справедливо указывал, что и в письме Златовратского не имеется точного определения народничества1. Итак, полемика, о которой мы только что говорили, окончилась столь же безрезультатно, как и предыдущая. Обе стороны оказались не в состоянии ответить на вопрос, что именно понимают они под термином, о котором взялись рассуждать. И это - не случайно. Златовратский имел мужество сознаться в этом, правда, не в печати, а в частном письме. В 1885 году в письме к А. Эртелю Златовратский писал: "Когда мне приходится на разных журфиксах об этом пресловутом народничестве разговоры разговаривать, я теряю всякую способность понимать и себя и своего собеседника, потому что у меня от всяких там разных категорий и теорий - в глазах только рябит. Но вот, когда, как например, недавно, подряд три дня ко мне заявляются разные "живые души" и, чуть не ломая руки, стонут стоном сердца и вместо разных вопросов: в чем, наконец, ваша программа? - заикаясь, дрожа, волнуясь, спрашивают, - жить им завтра или нет? наслаждаться благами любви с возлюбленной или пустить пулю в лоб? где и в чем смысл их жизни?- тогда для меня все ясно: я понимаю и себя и своего собеседника, и так называемое народничество"2. Однако такое перенесение вопроса о народничестве в область эмоций (мы с ним уже встречались в "Открытом письме" Златовратского к Пыпину) ничего, конечно, не разъясняло, не давало, вопреки утверждению Златовратского, ответа на поставленные им вопросы и в конце концов только запутывало проблему. Письмо Златовратского Эртелю любопытно и в том отношении, что показывает, какие оживленные споры велись на тему: что такое народничество?- в кружках народнической интеллигенции. Действительно, этот вопрос ставил в тупик не только рядовых народников, но теоретиков и публицистов народничества. В этом нетрудно убедиться из ознакомления с их произведениями. Вот, например, первый том "Основ народничества" И. Каблица (И. Юзова), вышедший в свет в 1882 году и переизданный в 1888 году. Казалось бы, автор этой книги не должен был уклоняться от ответа на вопрос о сущности народничества. В действительности же он обошел его. Юзов подробно рассуждал о "законах истории", о роли личности в историческом процессе, об "уме и чувстве, как факторах общественного прогресса", об основах нравственности, о ценности жизни, о невозможности развития капитализма в России и т. п. Попытки же ответить на невольно возникший в уме читателя вопрос о сущности народничества, как особого направления русской общественно-политиче- -------------------------------------------------------------------------------- 1 А. Н. Пыпин, Заметка по поводу "Открытого письма" г. Златовратского. "Вестник Европы", 1884, N 4, стр. 864 - 868. 2 В. В. Буш, Очерки литературного народничества 70 - 80-х годов, Л. -М. 1931, стр. 11. стр. 128 -------------------------------------------------------------------------------- ской мысли, в книге Юзова не было. Собирая отдельные замечания Юзова на этот счет, можно прийти к заключению, что народничество, по его мнению, состоит в признании за мужиком, как и за всяким другим человеком, права устраивать свою жизнь по собственному усмотрению, в идеализации общинного устройства деревни, в преклонении перед "устоями" крестьянской жизни, свидетельствующими, по мнению Юзова, о превосходстве общественных и нравственных понятий крестьянства над взглядами "оторвавшейся от народа" интеллигенции. В изображении Юзова народничество оказывалось течением настолько узким и ограниченным, что в его рядах не оставалось места для ряда людей, несомненно к нему причастных. Возьмем, хотя бы, Н. К. Михайловского, являвшегося одним из виднейших теоретиков народничества. Юзов, расходясь с ним во мнениях по ряду вопросов, не соглашался признавать его за народника. С его точки зрения, Михайловский не только стоял за пределами народнического лагеря, но, как это ни покажется нам странным, являлся "одним из вреднейших марксистов"1. Это абсурдное заявление Юзова показывает, что искать у него правильного понимания народничества нет смысла. Юзов превращал широкое общественное течение, каким было народничество, в узкую секту, право на принадлежность к которой соглашался признавать только за своими полными единомышленниками. Не больше дает для правильного понимания сущности народничества и другой видный представитель его В. В. (В. П. Воронцов), автор ряда книг и статей, обосновывавших народнические взгляды. Издавая, в 1892 году сборник своих статей "Наши направления", Воронцов предпослал ему вступление, в котором пытался объяснить, что же именно следует понимать под народничеством. Он писал: "Итак, интересы народа, как цель, формы, вырабатываемые его коллективной мыслью или другие, соответствующие его желаниям, как средство, и самодеятельность населения, как рычаг общественной эволюции, - таковы три положения, характеризующие народничество, каким оно определилось в пореформенную эпоху нашей истории. Практическое осуществление этих pi a desideria требует умственного подъема массы, который поэтому и поставлен, как главная задача переживаемого момента"2. Нельзя не согласиться с Львом Тихомировым, который по поводу только что приведенной декларации Воронцова писал: "Это старая формула европейской демократии: "tout pour le peuple, tout par le peuple". Разница только в том, что французы выразили мысль кратко и ясно, а иероглифы г. В. В., чтобы понять их, нужно расшифровывать. Итак, г. В. В. и его народники обыкновенные демократы"3. -------------------------------------------------------------------------------- 1 И. Каблиц (И. Юзов), Основы народничества, ч. 1, СПб., 1888, стр. 361. 2 В. В., Наши направления, СПб., 1893, стр. 7. 3 Л. Тихомиров, Что такое народничество? "Русское обозрение", 1892, N 12, стр. 920. стр. 129 -------------------------------------------------------------------------------- Действительно в формуле В. В. ничего специфически народнического не было. Он - усердный пропагандист так называемого "народного производства", которое ошибочно противопоставлялось им капиталистическому, на этот раз как бы забыл и об общине, и об артели и, определяя народничество, не отметил в качестве его характерной черты ни веры в эти "устои" русской жизни, ни убеждения в беспочвенности капитализма в нашей стране, каковую он, начиная с 1880 года, усердно, хотя и малоубедительно, пытался обосновать в своих работах. Как бы то ни было, определение народничества, данное Воронцовым, никого не удовлетворило и не могло удовлетворить. Что касается Михайловского, наиболее крупного и авторитетного теоретика народничества, то он не пытался дать определение этого термина, указывая на его полную неясность. В 1896 году он писал о "смутности представлений" о народничестве, особенно странной в виду того, что это слово так часто употребляется у нас, что "казалось бы, должно покрывать собою вполне определенное содержание"1. Мало этого, в 80-х и 90-х годах Михайловский неоднократно заявлял, что народником себя не считает. Он старался отмежеваться не только от людей типа Юзова, который, все более и более скатываясь в болото национализма и реакции, был непрочь монополизировать термин "народник" и тем самым компрометировал его, но и от своего былого сотрудника В. В., ставшего на чисто реформистские позиции2. Еще в 1882 году С. Венгеров отметил: "Сплошь да рядом вы наталкиваетесь на людей, собственно говоря, искренне желающих добра массе, но которые, однако, ни за что не примкнут к "народникам". С понятием о "народниках" в их уме по вполне естественной ассоциации идей сейчас же вырисовывается нечто такое отталкивающее, что они с ужасом отворачиваются от партии, которой при других представителях они бы отдали все свои симпатии"3. Если, как мы видели, людям, именующим себя народниками, не удавалось установить признаки, характеризующие это направление нашей общественной мысли, то не более удачными оказывались и аналогичные попытки людей, подходивших к изучению народничества со стороны. Мы видели, насколько беспомощным оказался в этом отношении в 1884 году А. Пыпин. В 1891 году он вновь повторил попытку дать определение "народничества". Мы имеем в виду его работу "История русской этнографии", во втором томе которой помещен объемистый раздел, посвященный "народничеству". Как же на этот раз трактовал Пыпин это явление? "Народничество", о котором говорилось так много в 1870 - 80-х годах, - писал Пыпин, - есть нечто весьма неясное, не легко опреде- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Н. К. Михайловский, Собр. соч., т. VIII, СПб., 1914, стр. 710 - 711. 2 Михайловский указывал, что он и его товарищи отказываются принять название "народников" - "не по существу, а просто потому, что слово это слишком захватано, и в него нередко вкладывается смысл, с которым мы имеем мало общего" (Н. К. Михайловский, Собр. соч., т. VII, СПб., 1909, стр. 541). 3 С. Венгеров, Литературные заметки. "Устои", стр. 86. стр. 130 -------------------------------------------------------------------------------- лимое, произвольное: "народниками" называли себя (и называются другими) люди, очень мало похожие, даже вовсе не похожие друг на друга: люди с очень прогрессивными мнениями и люди, заявляющие себя на каждом слове специальными друзьями народа и, однако, проповедующие нечто близкое к настоящему обскурантизму"1. Поскольку Пыпину, несмотря на это признание, необходимо было пояснить, какой круг явлений он причисляет к народничеству, ему приходилось избегать точных и четких формулировок, ограничиваясь такими неопределенными признаками, как "влечение к народу", сочувствие ему, интерес к условиям его жизни, увлечение народным творчеством, стремление проникнуться народными идеалами и т. п. Конечно, все это очень мало поясняло природу и специфику народничества. Лев Тихомиров удачно нащупал слабую сторону Пыпина, когда указал, что он не смог дать определение термина "народничество", потому что подходит к решению этой задачи абстрактно, исходя из смысла самого слова "народничество" и не интересуясь его действительным содержанием. Надо, указывал Тихомиров, установить, "из каких элементов и при каких условиях сложилось то, что ныне называется народничеством... Тогда мы легче поймем его действительное содержание"2. Если бы Пыпин понимал это, он не выступил бы с утверждением, будто народничество, "собственно говоря, не вносит в литературу ничего нового" по сравнению с идейными течениями 40-х годов: славянофильством и западничеством3. Тогда он не стал бы причислять к народникам ни Достоевского, ни ярого националиста генерала Фадеева, выпустившего в 70-х годах ряд брошюр на военные и военно-публицистические темы. Не менее беспомощным, чем Пыпин, оказался в своих попытках определить сущность народничества и другой видный представитель буржуазной науки С. Венгеров, сам прошедший на грани 70 - 80-х годов полосу увлечения народничеством. Печатая в 1897 году статью о народничестве в "Энциклопедическом словаре" Брокгауза и Ефрона, он, подобно Пыпину, сознался в своей неспособности точно определить сущность этого явления. "Термин этот, - писал Венгеров, - не имеет вполне точного значения. Возникнув в 70-х годах, он употребляется в самых разнообразных смыслах. Так, в начале 80-х годов, когда шла ожесточенная полемика между "либеральной" журналистикой и уличным патриотизмом, словом "народники" иногда обозначались представители грубого шовинизма и разнуздывания инстинктов толпы. Вместе с тем "народничество" часто употреблялось и употребляется как синоним демократизма и вообще интереса к народу". И далее, рассуждая о народничестве, Венгеров оперировал такими неясными и расплывча- -------------------------------------------------------------------------------- 1 А. Н. Пыпин, История русской этнографии, т. II, СПб., 1891, стр. 375. 2 Л. Тихомиров, Что такое народничество? стр. 914. 3 А. Н. Пыпин, История русской этнографии, т. II, стр. 375. стр. 131 -------------------------------------------------------------------------------- тыми признаками, как "идеализация народа" или "беспредельное народолюбие, в специальном смысле любви к мужику"1. Как мы убедились, и народники, и представители либерального крыла буржуазной науки оказались не в состоянии дать точное и четкое определение понятия "народничество". Своими противоречивыми рассуждениями и необоснованными сопоставлениями различных явлений они лишь осложняли и запутывали вопрос. Только на основе ленинских высказываний о народничестве можно правильно понять сущность этого исторического явления. Однако, изучая эти высказывания, нельзя упускать из вида, что В. И. Ленин, много писавший о народничестве, не всегда употреблял этот термин в одном и том же смысле. Сейчас мы это подтвердим рядом примеров2. Когда Ленин указывал, что все "старые революционные программы, - начиная хотя бы бакунистами и бунтарями, продолжая народниками и кончая народовольцами..."3 - стремились поднять крестьянство на социалистическую революцию против основ существующего строя, то в этом случае под "народниками" он понимал исключительно одних землевольцев второй половины 70-х годов, то есть употреблял этот термин в том именно смысле, в каком пользовались им революционеры, создавшие "Землю и волю". Именно, поэтому-то он и противопоставлял "народникам" бакунистов и бунтарей, с одной стороны, и народовольцев, с другой. Когда в статье "От какого наследства мы отказываемся?" Ленин, полемизируя с либеральными народниками 90-х годов, упрекавшими социал-демократов в отказе от революционного "наследства" 60- 70-х годов, противопоставлял "народников" представителям "наследства", "просветителям", он употреблял это слово, охватывая им легальных народнических реформистов, с которыми ученикам Маркса приходилось вести идейную борьбу. Ленин своей статьей стремился доказать, что не его противники, а именно русские марксисты, являются верными хранителями революционного наследства 60 - 70-х годов. Установив признаки, характеризующие народничество в отличие от просветительства, Ленин добавлял, что эти признаки "общи всем различнейшим представителям народничества, начиная от... ну, хоть скажем, г. Юзова и кончая г-м Михайловским". При этом он называл фамилии и других представителей народничества, которых он имел в виду: Николая - она (Даниельсона), С. Южакова, Г. Сазонова, В. В. (В. П. Воронцова). Пределы различных направлений народничества, начиная от Юзова и кончая Михайловским, охватывали исклю- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, п/т. 40, стр. 586 - 587. 2 Излагающиеся ниже соображения ни в какой мере не имеют своей задачей полностью осветить взгляды В. И. Ленина на народничество. Этой задаче посвящена другая работа, подготовленная нами к печати: "Народничество на буржуазно-демократическом этапе освободительного движения в России". Основные выводы этой работы изложены во введении к нашей книге "Русская секция I Интернационала" (раздел "Народничество и его эволюция в 60-х и 70-х годах"), М. 1957. 3 В. И. Ленин, Сочинения, т. 1, стр. 247 (прим.). стр. 132 -------------------------------------------------------------------------------- чительно легальных народнических публицистов, а не революционеров-народников. И действительно, некоторые из установленных Лениным признаков применимы не ко всем народникам, а исключительно только к легальному их крылу, как Михайловский, частью связанному с подпольем. Так, когда Ленин, сравнивая "просветителя" Скалдина с народниками, писал, что Скалдин, в отличие от последних, не предавался "той сладенькой идеализации" реформы 1861 года, говоря, что она "санкционировала народное производство"1, то он несомненно имел в виду не народников-революционеров, а исключительно легальных народников, высказывавшихся за реформистский, а не революционный путь разрешения аграрного вопроса. Равным образом, когда Ленин указывал, что Скалдин не разделял народнических проектов, сводящихся "к закреплению общины, неотчуждаемости наделов и т. п."2, он тоже имел в виду не революционеров, мечтавших об уничтожении современной им государственной машины, а народнических оппортунистов, которые ограничивались попытками "заштопать" существующий строй и этим укрепить его. Когда, наконец, Ленин противопоставлял известного автора "Писем из деревни" А. Энгельгардта народникам, уповающим на "разум и совесть, знания и патриотизм руководящих классов"3 (слова народнического публициста С. Южакова), он тоже имел в виду не народников вообще, среди которых было немало революционеров, никаких надежд на руководящие классы не возлагавших, а тех же народнических оппортунистов типа С. Южакова. Это не значит, однако, что все сказанное Лениным о народниках в статье "От какого наследства мы отказываемся?" относилось только к представителям легального народничества 90-х годов, против которых была направлена его статья. Несомненно, что его указания имели гораздо большее значение. В ряде случаев признаки, которые, по словам Ленина, характеризовали то народничество, которое он непосредственно имел в виду, вполне можно применять и к народникам других категорий, в том числе и революционным. И это понятно, ибо основы мировоззрения всех народников были одни и те же. Наряду с этим, как показано выше, ряд положений в статье Ленина относился не ко всем народникам, а только к тем, против которых была направлена его статья. Когда Ленин причислял Щедрина к писателям "старой" народнической демократии4, он имел в виду исключительно народников 60- 70-х годов, противопоставляя их мещанскому народничеству позднейшего времени. Иногда термин "народничество" имел у Ленина более широкое значение, относясь как к легальным представителям этого направ- -------------------------------------------------------------------------------- 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 2, стр. 465. 2 Там же, стр. 468. 3 Там же, стр. 477. 4 Там же, т. 35, стр. 32. стр. 133 -------------------------------------------------------------------------------- ления, так и ко всем народникам-революционерам. Другими словами, нередко Ленин говорил о "народничестве" в широком смысле этого слова, охватывая этим термином всю многолетнюю историю народничества, пережившего в своем развитии ряд различных этапов. Вот этот-то широкий смысл слова "народничество" и представляет для нас наибольший интерес. Ведь для того, чтобы правильно разобраться в каком-либо историческом явлении, необходимо изучить его на всем протяжении его развития, а не на каком-либо отдельном этапе. Что же представляет собою, по Ленину, "народничество" в широком смысле этого слова? Это - идеология, характерная для второго этапа освободительного движения в России, того этапа, который охарактеризован Лениным, как "разночинский или буржуазно-демократический", в отличие от первого - дворянского и третьего - пролетарского. "Падение крепостного права, - писал Ленин, - вызвало появление разночинца, как главного, массового деятеля и освободительного движения вообще и демократической, бесцензурной печати в частности. Господствующим направлением, соответствующим точке зрения разночинца, стало народничество"1. С этим высказыванием Ленина, имеющим принципиально важное значение, необходимо сопоставить запись в конспекте лекции по аграрному вопросу, составленном в 1903 году. Запись эта показывает, какой круг явлений имел в виду Ленин, когда говорил о "народничестве" в широком смысле слова. "Это целое миросо[зерцание], нач[иная]от Герцена и кончая Н. - оном. Громадная полоса общ[ест]в[енной] мысли", - указывает Ленин. И далее поясняет: "Ее ист[орическое] знач[ение,]: идеализация б[орь]бы с креп[остничеством] ("Agrarische Dernokratie") Marx"2. Аналогичные мысли содержатся и в статье Ленина "О народничестве", написанной через десять лет после составления цитированного конспекта. Ленин писал: "Народничество есть идеология (система взглядов) крестьянской демократии в России... Крестьянская демократия - вот единственное реальное содержание и общественное значение народничества"3. Сопоставление приведенных нами высказываний Ленина показывает, что, с его точки зрения, народничество - идеология, представляющая интересы крестьянства в борьбе первоначально против крепостничества, а после реформы 1861 года - против его пережитков. Носителем этой идеологии выступала разночинная интеллигенция, вытеснявшая, а затем и полностью вытеснившая в освободительном движении интеллигенцию дворянскую. Теория народничества, как неоднократно указывал Ленин, была глубоко ошибочной. К концу второго этапа освободительного движе- -------------------------------------------------------------------------------- 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 20, стр. 224. 2 Ленинский сборник, т. XIX, стр. 237. 3 В. И. Ленин, Сочинения, т. 18, стр. 490. стр. 134 -------------------------------------------------------------------------------- ния она выродилась настолько, что превратилась из теории, обосновывавшей необходимость крестьянской революции и направленной против основ современного общества, в теорию, оправдывавшую приспособление мелкой буржуазии к существующему общественно-политическому строю. Тем не менее, при подведении итогов революционной борьбы, происходившей в течение второй половины XIX века, не следует повторять ошибки тех, кто "прозевали исторически реальное и прогрессивное историческое содержание народничества, как теории массовой мелкобуржуазной борьбы капитализма демократического против капитализма либерально-помещичьего..."1 Эти, а также другие высказывания Ленина о народничестве, необходимо изучать самым внимательным образом для того, чтобы понять, что такое "народничество", как особое течение русской общественной мысли, и какой круг идей охватывается интересующими нас терминами. -------------------------------------------------------------------------------- 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 16, стр. 102. стр. 135