Записная книжка писателя хранит многие "секреты" творческой лаборатории, в которой рождается художественное произведение. Она позволяет нам заглянуть в эту лабораторию и проследить, из каких первоначальных наблюдений и впечатлений возникло то или иное произведение, как отбирался и осмысливался художником жизненный материал. Знакомство с писательскими записными книжками расширяет наши представления о духовном мире и творческих исканиях автора, о росте его мастерства, о глубине его связей с жизнью.

Вот почему целесообразно знакомить читателей с записками мастеров советской литературы, имеющими общественно-литературное значение.

А. Фадеев вел записные книжки более тридцати лет. В его архиве хранится пятьдесят восемь записных книжек. Первая из них датирована 1924 годом, последние записи относятся к марту 1956 года. Обилий объем этих записей - более пятидесяти авторских листов.

По содержанию записи А. Фадеева чрезвычайно многообразны. Это, во-первых, заметки, содержащие описание текущих общественно-политических событий, зарисовки с натуры - людей, новых мест, пейзажа и т. д. Во-вторых, это мысли о литературе и искусстве, многочисленные выписки из прочитанных книг, высказывания о великих художниках прошлого и многих наших современниках, записи, связанные с поездками автора в зарубежные страны. Готовясь к таким поездкам, Фадеев изучал литературу страны, куда собирался ехать, и результаты этой работы отразились в виде конспектов об испанской, польской, чешской и словацкой, финской, датской, шведской, китайской, индийской и других литературах. Третья часть записей относится непосредственно к творческий замыслам писателя - выполненным и невыполненным. В записных книжках мы находим наброски, относящиеся к неосуществленному замыслу романа "Провинция" (записи 1925 - 1927 годов), к "Последнему из удэге" (записи 1927 года и последующих лет), к оставшейся ненаписанной драме "Маленький человек" (1937 - 1938), наметки киносценариев, темы рассказов и т. д. Важное значение имеют заметки 1947 - 1950 годов, подтверждающие стремление А. Фадеева практически реализовать высказанные по адресу первой редакции "Молодой гвардии"

стр. 134


--------------------------------------------------------------------------------

критические замечания и показывающие ход его работы над второй редакцией романа. В частности, запись от 12 ноября 1948 года содержит точный план изменений, которые писатель осуществил, подготавливая к печати вторую редакцию романа. Записные книжки последних лет жизни А. Фадеева содержат интересные материалы, характеризующие работу над задуманным писателем большим романом о современности - "Черная металлургия".

При жизни А. Фадеева его записные книжки ни полностью, ни частично не публиковались. После смерти писателя были напечатаны "Субъективные заметки"- высказывания А. Фадеева о литературе и искусстве, представляющие собой часть его записных книжек за 1935 - 1955 годы. Дневниковые записи 1927 года опубликованы во втором сборнике "Литературная Москва" (1956). Таким образом, настоящая публикация записных книжек А. Фадеева является первой и наиболее систематизированной публикацией. В целях соблюдения хронологической последовательности в нее включены (с некоторыми сокращениями) и материалы, напечатанные в сборнике "Литературная Москва". Не вошли в настоящую публикацию: записи о литературе и искусстве, которые по воле автора опубликованы в "Субъективных заметках"; большинство заметок Фадеева о зарубежных странах и литературах; выписки-цитаты из прочитанных писателем книг, к которым нет его комментариев, списки просмотренных и прочитанных им журналов; различные описания военной техники (относящиеся к периоду работы над "Молодой гвардией"), технологических процессов на заводах, с которыми знакомился А. Фадеев, приступая к роману "Черная металлургия". Не публикуются также заметки "для памяти", сотни адресов и телефонов, фамилий и другие материалы, не имеющие широкого общественного и литературного значения.

Записные книжки А. Фадеева публикуются по авторским рукописям. В квадратные скобки заключены пропущенные или недописанные автором, слова, необходимые по смыслу. Написанное автором в скобках воспроизводится в круглых скобках. Подчеркнутое А. Фадеевым печатается курсивом. Три точки означают многоточие автора, а четыре точки - внутритекстовые сокращения, произведенные в настоящей публикации.

Упоминаемые в тексте настоящей публикации Масенда (Актан, Ченьювай), Сережа Костенецкий, Мартемьянов (Мартынов), Лена Костенецкая, Шпак ("Боярин"), Петр Сурков, Гиммер, Антон Гладких, Сарл, Елена Пак, Казанок, Алеша Маленький, Мария Цой - являются персонажами романа А. Фадеева "Последний из удэге".

стр. 135


--------------------------------------------------------------------------------

1924 - 1935

1924 год 1

29/VI. Ведмидовка.

Позавчера ночью приехал в станицу. На вокзале попался исполкомский казначей - маленький, черный, как жук, в полотняных штанах навыпуск, в каком-то странном (смесь венгерского с краскомским) не то френче, не то пиджаке. Говорит немного в нос. С ним тонная и томная барынька с провинциальными буклями, в соломенной шляпке, с мышиными зубками, глупенькой физиономией и претензиями на даму из бомонда. Говоря с мужем о предисполкома, она называет последнего, разумеется, не товарищ такой-то, а, как полагается, - "Яков Павлыч". Закатывает очи горе и с усмешкой, которая должна считаться лукавой:

- О-о... Наш Яков Павлыч страшный Дон-Жуан...

А на квартире у них в углу на подушке проживает какая-то помесь болонки с волкодавом - обученное комнатное существо собачьей породы, чисто вымытое, с красным бантиком на шее. Оно виляет и юлит перед своей хозяйкой, как сам исполкомский казначей, пробует несколько раз полаять на меня, но я совершенно недвусмысленным пинком ноги показываю, что недолюбливаю комнатных собачек всех видов и родов, не исключая человеческого.

Барынька оказалась преподавательницей французского языка в местной школе 2-й ступени (зачем ведмидовцам французский язык?). Оказывается, г-н казначей несколько месяцев тому назад подал заявление в партию, но его до сих пор еще не рассмотрели. Раньше служил в Красной Армии, а теперь купает болонку своей жены (бантик, оказывается, приобрел он же при ревизии церковного имущества) и самым возмутительным образом обращается со своей прислугой, которую, по моему мнению, и вовсе ему нечего держать.

Быт?!. Но только не советский. А впрочем, черт с ними.

Конференция прошла довольно вяло. Впрочем, все вопросы были уж предрешены. "Яков Павлыч" (рослый мужчина, красивый, занимается французской борьбой и действительно Дон-Жуан) обижен присылкой нового предисполкома. А последний, еще не будучи избран, уже носится по станице - заглянул на сгоревшую мельницу, в исполкомские конюшни, пощупал пожарный обоз, забежал в угрозыск, - планирует и распределяет. Толковый, видно, мужик - хорошей рабочей закваски.

Самое прекрасное впечатление оставили комсомольцы. На их конференции не заскучаешь. И лучше всех секретарь волкома - Васильева. Небольшого роста, стриженая (кончики волос двумя пушистыми скобочками из-под разноцветного


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тетради, объединяющей записи с 29 июня 1924 года по 18 марта 1925 года, рукой А. Фадеева помечено: "Кубань - Дон - Северный Кавказ".



стр. 136


--------------------------------------------------------------------------------

цыганского платочка), на вид лет 17 - 18. Но сколько в ней уверенности, достоинства и деловитости во время заседания! Обрезает так ловко, не моргнув глазом, что просто прелесть. Я сидел в углу и искренно восхищался.

А под вечер я узнал, что ее зовут Катей. У нее серо-коричневые глаза, чудная девичья улыбка и быстрые, немного нервные пальцы. Она только что провела конференцию, как видно, немножко устала, но все-таки пришла на заседание райпарткома.

Я захотел посмотреть их клуб. Она не возражала, но видно было по глазам, что наметила себе что-то другое. Улыбалась слегка застенчиво, а глаза стреляли с почти женским любопытством по всей моей фигуре. Эх, Васильева, милый ты человек, ей-богу!

Я сказал:

- Ладно, потом сходим.

Она покачалась на одной ноге, держась за колонку крыльца, и, смеясь уже "совсем лукаво", сказала, что пойдет купаться. Договорились, что во вторник вместе поедем в Краснодар.

Сейчас сижу на крыльце и жду завтрака. Передо мною кусок станицы в кленово-акациевых зеленях. Небо широкое и тихое, хотя в воздухе ветрено. Пахнет степями и рожью. Изредка только потянет кухонным дымком и пылью. Где-то за речкой орут территориальники...

...Эх, Ведми-идовка!..

13/VIII. Краснодар.

В окрисполкоме, как оказалось, существует "стол смертей". На похороны какого-то партийного станичанина получили разрешение - маленькую бумажку с мрачной надписью: "Делопроизводитель стола смертей".

19/IX.

Среди кубанских медичек познакомился я с Соней Божко. Урожденная кубанка (казачка-"черноморка"), она сразу обратила на себя мое внимание своей исключительной любовью к казачеству, его традициям, к кубанской природе - степям, "туполям", рыжей Кубани-реке и т. д. Ее внешность импонирует всему вышесказанному. Она - среднего роста, очень здорова (полна) на вид, смугла, с густыми черными косами и такими же черными, смотрящими немного исподлобья глазами. Обычно она - флегматична и молчалива. Но мне удавалось несколько раз наводить ее на разговоры о Кубани, - тогда она оживлялась, глаза начинали сверкать, - смех ее чистый, как серебро, - белые неровные зубы моментально оживляли лицо. Всеми своими корнями она была связана со старой кубанской станицей. Жалела, что переводятся джигиты и сильные красивые лошади.

- Вы знаете, Саша, какие у нас парубки?.. Гибкие, стройные - как сядет на лошадь, проедет мимо и не взглянет на тебя, а у тебя так сердце и падает!..

Политикой Соня совсем не интересовалась.

стр. 137


--------------------------------------------------------------------------------

И вот после поездки в родную станицу этим летом она странно переменилась. Прежде всего я был страшно поражен, когда а газете прочел корреспонденцию о странице Березанской за подписью "Соня Божко". Там писалось о избе-читальне, о комсомоле, о работе среди женщин - о всем том новом, что мы имеем в станице и что совсем не интересовало Соню раньше. Когда я встретился с ней, она рассказала мне, как много общественной работы пришлось проделать ей в станице, как она целыми днями пропадала в избе-читальне, что брат ее комсомолец, что дед ее (старый многоопытный кубанский дед!) выписывает две газеты - "одну-де про хлиборобов пышуть, а другую-де чуть про войну".

И когда она рассказывала мне про все это, я ее не узнавал. Она болела душой за все недостатки, но новое, что пришлось заметить ей в станице, захватило ее и если не переродило окончательно, то во всяком случае поставило на нашу новую, советскую дорогу.

- Наши хлиборобы, Саша, - говорила она с увлечением, - выписывают из Германии пять фордзонов... Пять фордзонов, Саша!.. Через десять лет нельзя будет узнать нашей Кубани!..

Я спрашивал ее о комячейке.

- Там много плохих людей, Саша, но все-таки большинство хороших, - сказала она с неожиданной ласковостью, - и все молодые! Как жаль, что вам не пришлось поработать в станице!..

И вот, слушая Соню, - она была необычно разговорчива, - я подумал: "Да! Как изменилась Расея!" Пильняк пишет целые романы о том, как в российских болотах кричат русалки и ухают сычи, как 300 лет тому назад. Но Соня - скромная, молчаливая, типичная "старая" казачка Соня - почувствовала, как меняют расейский лик все эти комсомолы, фордзоны, дедовы газеты "про войну и про хлиборобов" и сказала мне:

- Саша! Через десять лет нашей Кубани не узнаешь.

И сказала она мне это не с сожалением, а с радостью. "Изменилась Расея!"...

21/IX.

Осматривали с Кириченкой табачную ф[абри]ку. Какой неквалифицированный труд!.. Ну что может дать уму и сердцу какое-нибудь восьмичасовое наклеивание бандеролей?.. И больше, чем когда-либо, я понял, как скверно все же мы работаем, когда для этих действительно своих людей - а там все больше девушки, молодежь - не сумели до сих пор устроить разумных развлечений после работы. Нет ни клуба, ни хора, ни драмкружка (теперь ведь и эти "пустяки" - в советском государстве - не должны нами третироваться). А им, вероятно, после работы хочется чего-нибудь незаурядного; естественно, их забирает улица. Подошла ко мне член окружкома - Близнякова (она работает в сортировочном отделении). Стала жаловаться, что ей мало дают работы в окружкоме.

- Я не хочу только числиться... работы никакой.

У Близняковой светло-русые золотистые волосы под всегда чистеньким чепчиком, глубокие, синие, как море, глаза, сдобные щеки, и вся она внешне производит впечатление той приятной круглости, которая покорила толстовского Пьера в Платоне Каратаеве. Разумеется, внутренне это совсем другой человек.

стр. 138


--------------------------------------------------------------------------------

Я мало встречал таких выдержанных и работящих коммунисток, как эта (она работает женорганизатором ячейки). Но внешне так и кажется, что она совсем не активная работница, а просто немного перегулявшая годами деревенская девка, которую всего несколько месяцев тому назад оторвали от ржи, от васильков, от коромысла и от вечерок. Глядя на Близнякову, я частенько вспоминаю слова Н. К. Крупской о том, что наш пролетарий, "с одной стороны - крестьянин, с другой - рабочий".

30/IX.

Вчера Землячка1 рассказала: около Кисловодска (или Ессентуков) рабочий высек в камнях бюст Ильича (неудачный, впрочем). Она пошла его посмотреть. Ее обогнали две девочки в грязных, оборванных платьицах - синеглазые и белокурые, старшей лет семь, младшей - пять, а то и того меньше. Они о чем-то оживленно и озабоченно толковали. Она слышала обрывки фраз.

- ...А ты знаешь, там Ленин...

- А кто такой Ленин, вы знаете? - спросила Землячка. Обе остановились и посмотрели на нее.

- Ленин - царь, - уверенно сказала старшая.

- Не царь, а вождь, - шутливо поправила Землячка.

Обе вытаращили на нее большие, глубокие и синие глазенки, долго смотрели удивленным, строгим и любопытным взглядом, и дрогнувшим от обиды голосом старшая сказала:

- Нет... Ленин - царь... Это вам, буржуям, не хочется, чтобы он был царем!..

И обе, сорвавшись с места, как спутанные козочки, побежали под гору, сверкая загорелыми ножонками и часто оглядываясь: нет ли преследования.

14/X. По Юго-Востоку

Майкоп.

Решил записать кой-какие впечатления, а то все забудется из этой поездки.

В Новороссийске, когда шагал на "Судосталь" (дул сильный норд-ост, свистел в трубах и пароходных снастях; море, мутное и холодное, бежало желтогривой рябью, глаза слепили мелкий щебень и пыль), думал о том, вспомнит ли меня секретарь ячейки.

Я обследовал их в бытность инструктором. Корандин тогда только что демобилизовался, промайданил несколько недель столяром, а тут его впятили секретарем. Он очень охотно стал работать, но чувствовал себя неуверенно. Теперь я не застал его. Серое, с обтертыми стенами помещение ячейки гудело от "комсомолии" - был обеденный перерыв. "Силачи" подымали гири, деревянный стол облепила засаленная, черная от копоти братва и о чем-то спорила на поли-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Р. С. Землячка (1876 - 1947) - видный деятель Коммунистической партии и Советского государства. В те годы - руководящий работник б. Северо-Кавказского крайкома партии.



стр. 139


--------------------------------------------------------------------------------

тическую тему. Я не расслышал, о чем именно. Корандин пришел твердой, быстрой походкой делового человека. Он зарос черноватой щетиной и даже физически как-то окреп. Я вспомнил, что в отзыве о работе в свое время писал: "Секретарь ячейки опыта не имеет, но работает с любовью и, очевидно, вскоре научится". Уверенный взгляд его желтовато-серых глаз показал мне, что "секретарь ячейки" уже научился. Он не узнал меня, а когда я назвал себя - нельзя сказать, чтоб внешне обрадовался (деловой человек - какие тут радости!). Но выложил мне всю подноготную. "Судосталь" вновь вставал передо мной во весь рост. Отсутствие заказов, тяжелое материальное положение рабочих, но - по-прежнему колоссальный ленинский набор, небывалый авторитет ячейки, новые методы работы - величайшая сознательность людей железа, стали и копоти.

В Туапсе. Не забыть Деревяшку. Сухой и длинный, с бородой Мефистофеля секретарь сельячейки. Редкие с сединой волосы, ржавые глаза, изъеденное оспой лицо и тонкий орлиный нос с какими-то бугорками неизвестного происхождения у оконечности.

Раньше всех отозвался на "призыв" Ябл.1 воспитывать молодежь; страшно ополчался на жен коммунистов: "Живут, в... их мать, как куфарочки у своего мужа".

Выступал всегда невпопад, но в каждом выступлении чувствовалось истинно крестьянское соединение преданности общему делу с личным, своим, хозяйским: нет, нет да и вставит то о сыне, которого надо бы в рабфак, то о том, что совещание затянулось, а дома хозяйство ждет, и т. д.

А вот - Майкоп. Сижу над обрывом - внизу мутно пенится Белая, справа облегает ее осенне-желтеющий лесок, а слева - прямо передо мной - в садочках и без садочков белеют и сереют избы. Так не похоже на город - станица, и только. Но сзади, в желто-голубых просветах деревьев стынут кирпичные корпуса и мощные трубы дубильного завода. Так и вспоминается доронинское: "На берегу гурливой речки, в кустах динамо расцвела".

Был сегодня в редакции "Красного пахаря". Еланкин - славный человек. Пленяет его широкая, открытая улыбка. Его косоворотка из-под расстегнутого негородского пиджака, штаны "не галифе", вправленные в сапоги, а главное - снурок с кисточками - напоминают деревенского парня. Но - бородка буланже, но в глазах живет организатор (он недавно ушел с партийной работы), нона устах слова о ленинском наборе, о том, что Киршон неправильно отозвался о попутчиках, и о многом другом - уж какой тут деревенский парень!

Впрочем, он - как все в этом Майкопе. Фабричные ребята тут в красных рубахах, и сапоги мажут "або дегтем, або смальцем", а работницы-девчата с семечками в носовом платочке узелком, только без хустка на голове.

Но лучше всех мой бесподобный Сеня Хватов: живые черные глаза, смуглое лицо, непослушные, как смоль, волосы, резкие, угловатые жесты, звучная походка, высокая ширококостная фигура. Развелся с женой, женился на другой.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Фамилия не установлена.



стр. 140


--------------------------------------------------------------------------------

- А у меня, брат, пертурбация!.. Потом расскажу подробней... Разошлись очень выдержанно, по-коммунистически и без слез. Все-таки неприятно... как ты смотришь? Насчет партийной этики, так сказать?..

Насовал мне всяких книжек - Ллойд Джорджа, "Смену", Коллонтаихину "Любовь пчел трудовых"1, над которой все время добродушно посмеивался.

Говорят, он находился под сильным влиянием своей первой жены, - парень действительно, несмотря на живой ум, инициативу и быстроту в работе, очень мягкий, часто меняются настроения от пессимизма к бьющей ключом жизнерадостности. Я застал его в период подъема.

Вспоминаю, как любили его в Сочи комсомольцы-лодочники (греки), как комсомолки приходили поверять ему свои девичьи тайны, как славно мы провожали его на лужайке с балалайками, с горскими танцами (и сейчас стоит перед глазами гибкий, с жгучим и страстным взором Ираклий в "Молитве Шамиля"), как - большеухий, тонконогий, нескладный, как гадкий утенок, но бойкий и жизнерадостный, как молодой бог, - парнишка (он все спрашивал: "Хватов! когда ты организуешь у нас юных пионеров?") рассказывал анекдот об индейцах, обжегшихся горчицей, а Хватов, в белой рубахе, с блестящим и звонким черкесским поясом, в восточной тюбетейке на вороных с коричневым отливом (после солнечных ванн) волосах, лазил то там, то здесь среди ребят, и всюду слышался его всегда будто чем-то удивленный, излишне громкий и слегка "в нос", но - живой и радостный голос.

Годится в герои какого-нибудь романа. Так и запишем.

15/X. Майкоп.

Дополнение к характеристике майкопского пролетариата.

Мещанский Майкоп справлял покров да еще по старому стилю (кстати; кажется, на покров девки молятся: "Прикрой, господи, землю снежком, а меня женишком"). Пошли мы с Сенькой на базар. Там оказалась масса фабричных. Шум, гам, столпотворение вавилонское! Девчата - в пестрых одеждах, в ярких шалях и - разумеется! - с семечками. Парни - в сапогах бутылками, в новеньких рубахах со "спинжаками". И помимо всего - карусель с шарманкой и вздыбленными кониками, качели в виде расписных лодочек, с визжащими представительницами прекрасного пола.

Увидели кукольный театр. Балаганчик с брезентовой крышей, огороженный деревянным заборчиком. Написано: "Миханический театр".

- Зайдем?

- Зайдем...

Зашли. Седоволосый человечек в аршин с четвертью - морщинистый, мешкоглазый и гнилозубый, - стоя на табуретке, декламировал очень уныло что-то насчет пьяницы и городового. Потом ярко раскрашенный парень в клоунском колпаке пытался острить под восхищенный хохот мальчишек. На задних скамьях угрюмо сидели отцы семейства, лузгая семечки. Потом игрушечный Петрушка, пища что-то непонятное, дрался с цыганом и с городовым, катался верхом, выделывая необыкновенные антраша.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Книга А. Коллонтай, посвященная вопросам любви, быта, морали.



стр. 141


--------------------------------------------------------------------------------

И от всей этой обстановки, от "миханического театра", от карусели с шарманкой, от пискливого Петрушки веяло старой, старой Россией. Новая наша живет в Майкопе где-то на дуб[ильном] заводе, в ячейках, в повышении производительности труда, в юных пионерах, - живет и здесь на базаре в ЕПО1, в книжном ларьке "Буревестника", в Хватове, путешествующем со мной по базарной грязи, - живет, должно быть, и во мне.

16/X. Армавир.

В кают-компании "Ленина", во втором классе, какой-то солидный, чистый, полный и бритый мужчина - в манжетах и с воротничком - спорил с комсомолкой на политическую тему. Когда она вышла, он сказал своему соседу:

- Вот ведь умная девушка, а вбила себе в голову - классы да классы, никак не своротишь. Я ей говорю: "А личность человеческую вы забыли?.." Печально, что нет свободной прессы, а то бы многих можно было отвлечь. Одностороннее воспитание - ничего не попишешь..."

Правильно, дорогой дядя в манжетах! "Ничего не попишешь"... Вот именно!

Кстати, он мне напомнил сцену в трамвае. Кругленький лысеющий мужчина (дело было летом - он сидел без головного убора) читал от скуки правила для трамвайных пассажиров. Прочитав, зевнул, сказал соседке - видно, жене своей - остроносой даме в шляпке:

- Мельчает стиль...

Он меланхолически вздохнул. Я посмотрел на правила, внимательно прочел их и вдруг понял. Как сильно опростел наш официальный язык! Несмотря на все эти - "ГОЭЛРО", "Вукоспилка" и "Петрораспредхладбаза" и т. д. и т. д., - все наши инструкции, правила, положения утеряли околоточно-выспренний характер и носят печать того "хама", который пришел с полей и фабрик, не спрашиваясь разрешения у чистеньких господ!...

1925 год

11/I/.

Р[удник] Парамонова.

- Шахты... - сказал Пруцков.

Поезд замедлял ход. Я выглянул в окно, и первое, что бросилось в глаза и что останется надолго, - в полутумане дождливого дня, по липким косогорам балок - целые вереницы грязно-белых домишек. Поломанные заборы, покосившиеся сарайчики и нужники, одинаковые серые люди.

Это особенность Шахт. Тут нет ростовского разнообразия профессий, социальных положений, "родов оружия". Тут на все кладет свой нивелирующий отпечаток, стирающий границы, подавляющий остальных своей многочисленностью - шахтер.


--------------------------------------------------------------------------------

1 ЕПО - единое потребительское общество.



стр. 142


--------------------------------------------------------------------------------

Он чувствуется в исполкоме, в парткоме, на совещании секретарей сельячеек (даже сельячеек!), в столовой рабкоопа, в редакции газеты - везде. То же - на Парамоновском руднике. Только тут люди черны от угля.

На Парамоновском - остановился в "Доме приезжего". Необычайная чистота: чисто вымытые полы, ванная, общая столовая (стол накрыт скатертью), портреты Ильича и рабоче-крестьянского правительства. На видном месте - большое зеркало. В комнатах - крашеные кровати (без клопов), с чистым бельем.

Запомнить Чернокозова.

Сутулый, зеленое лицо, рыжевато-белые усы. Говорит тихим, задушевным голосом. Необыкновенная простота в обращении, подход к массе с полуслова. Любимец округа. Умница.

18/III. г. Ростов[-на-]Дону.

Совещание секретарей сельячеек.

Слова Гадзиева: "Местные секретари работали годы, босые и раздетые, их воспитывали в определенном духе - командовать, а теперь поворот - их долой".

Терский казак на эту же тему: "Мы воспитывались в борьбе с бандитизмом - головы рубить! - а теперь хотят нас выкидывать. Возьмите нас и поучите".

("Деревня требует разных вопросов - ширше, объемней".)

"Шеф ищет слабого Ваньку, нагнаться самогону до зеленых чертиков".

Лизины глаза вечно смотрели с таким выражением, точно провожали поезд с незнакомыми людьми ("Провинция").

1927 год1

18/I.

....В "Провинции" проблему мещанства поставить со всей силой. Особенно - в рабочем классе.

1) Лиду, кишащую в "прекрасных" надстройках мещанского бытия, - непременно в итоге повенчать в церкви. Не знаю только е кем: либо с хулиганом Мишкой Степуренко - тогда надо показать, как Мишка от хулиганства эволюционирует просто к мещанству (породившему хулиганство; особенно о влиянии родителей его в этом деле). Но это жаль, хотелось бы поставить его на "правильный путь", уж больно удал парень. (Он и покоряет Лиду вначале своей


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тетради, объединяющей записи с 18 января по 8 мая 1927 года, рукой А. Фадеева помечено: "Москва - Ярославль - Москва". Эти записи относятся к замыслам романов "Провинция" и "Последний из удэге".



стр. 143


--------------------------------------------------------------------------------

удалостью - это естественно.) Либо с мещанином, умным и добрым, покорившим ее именно добротой, "простившим" ей ее "мятущуюся душу" и "понявшим" ее по-своему. Тогда особенно подчеркнуть влияние его родителей. Но в обоих случаях показать их (Лиды и мужа ее) неверие, с одной стороны, и "поэтизирование" церковного брака, с другой. Доброго героя Лида покоряет своей "необыкновенностью" (якобы). Мишку - образованностью, манерами (претензии на аристократизм), начитанностью, умением играть на пианино. Надо испробовать оба варианта.

Чтобы понять, почему Лида такая, продумать особенности ее воспитания (уездный романтизм, влияние школы. В отрочестве какой-нибудь "философствующий" друг). Возможно, что венчание в итоге не выйдет - тенденциозно, - но надо попробовать.

Мишка Степуренко - обязательно рабочий, а "добрый" - интеллигент. Кстати, он должен принимать советскую власть, он может даже учиться в какой-нибудь школе повышенного типа имени Карла Маркса и готовиться в университет, например.

(Подумать над тем, кто его родители и о родителях Мишки.)

2) На обрисовке табачной фабрики показать беспросветность труда на ней, слабость нашего воздействия - отсюда влияние мещанства и улицы. (Учесть замечания Серегиной1 о замыкании работниц в семью в связи с улучшением материального положения.) Близнякова - член окружкома ВКП(б), от станка, дома вышивающая под какую-нибудь "простую строчку".

3) Хулиганство. Процент безработных среди хулиганов (выборочное обследование мосгубсуда) - 14,5°/°, 16,6°/°, т. е. источник хулиганства - не непосредственно нищета и безработица.

"Среда и индивидуум - это элементы некоторой постоянной динамической игры сил, находящихся в соотношении прилива и отлива. Для психиатра индивидуальное бытие является функцией социального бытия" (проф. Е. Краснушкин 2).

Хулиган Гвоздь (он же Зуй) - личность умственно-отсталая. Его неспособность к учению, отсутствие способности обобщать и вообще обдумывать, немотивированное повседневное юродство (глупое юродство, бессвязные фразы, сопровождаемые гримасничаньем: "Наших восемь братишек заняли Ростов - в чем дело! - сидим, газуем"), бессмысленные улыбки одним ртом, совершенно наивные, первобытные, но живые, неосмысленные глаза, забывчивость. Вместе с тем - пронырливость и хитрость, соединение бесстрашия и трусости, чувство товарищества. Терпеливо, с юродством переносит боль, не любит одиночества, а наоборот - как можно больше компанию; с девицами держится либо подражая кавалерам-ухаживателям, употребляя полуосмысленный набор стереотипных фраз, тогда довольно галантен и ловок, либо с беззлобным, но сопровождаемым недвусмысленными и смелыми прибаутками и действиями, насилием, - в таком виде может, вероятно, как-либо надругаться и даже изнаси-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Серегина - работница из Ярославля, партийная активистка.

2 Е. К. Краснушкин - видный советский ученый, психиатр.



стр. 144


--------------------------------------------------------------------------------

ловать. Большой лгун и плут. Работать не любит. Сам - рабочий неквалифицированный и отсталый (с мельницы), но служил в Красной Армии и в ГПУ.... Отец его - бывш[ий] городовой. Живет обычно вне дома, приходит домой в безвыходные времена. Правая рука "Покровского бога" Луны. Любит (Прочесть: Проф. Е. Краснушкин: Что такое преступник?) петь блатные песни, которые плохо запоминает и глупо перевирает по-своему. Очень подвижен и болтлив, всегда как на шарнирах. Вообще типичный "безвольный психопат с неустойчивыми чувствами и чрезвычайной податливостью ко всякого рода хорошим и дурным влияниям окружающей их среды". В романе мечется между жизнерадостным комсомольцем Вихорем и Луной (последний - "психопат с тупыми душевными чувствами и мощными влечениями низшего порядка, господствующими над всей остальной психологической жизнью"). Маленькое тщеславие: любит, чтобы его приняли за агента ГПУ, когда уже там не работает, и т. п. Франтится. Любит носить револьвер и военную форму, вообще пристрастен к кантам, значкам, ремешкам и т. п.

6/11.

О Ченъювае1. (Кстати, имя нужно переменить, но на какое?). Старик не знал, сколько ему лет, но век его был долог. И на протяжении всего своего века он видел, как вымирало его племя (тазы), теснимое китайцами, потом русскими. В нем было много фатализма, потому что племя вымирало неуклонно и потому что постоянны и неотвратимы были циклы природы - смена покровов и температур. Осень суха, зима холодна и суха, так что земля промерзает на два аршина, лето туманно. В долины по ночам стекает холодный воздух и лежит слоем, так что, если поднять руку, чувствуется, как лежит и дышит над ним слой теплого. Зимой дуют северо-западные холодные и малоснежные муссоны, а летом - южные или юго-западные, несущие в конце весны и в первой половине лета туман и пасмурь, а во второй половине лета - ливни и наводнения. Весной жаркие дни и холодные ночи. Ченьювай заметил даже, что за долгий его век берег моря поднялся на целую четверть и береговые котлы, в которых он мальчишкой полоскал гальку, теперь стали недоступны для волн....

3/11.

Катя ("Провинция"), решив писать дневник, ставила своей целью как можно честней и правдивей записывать в нем свои мысли, поступки, желания - для себя самой. Но как-то невольно получалось так, что она писала как бы с расчетом на то, что дневник будет читаться кем-то другим. Поэтому, описывая будто бы себя, на самом деле она имела перед собой образ какой-то другой, воображаемой Кати, - т. е. все поступки, мысли, желания Кати действительной


--------------------------------------------------------------------------------

1 После слов "О Ченьювае" рукой А. Фадеева написано карандашом "Масенде". Запись "О Ченьювае" - первое упоминание в записных книжках А. Фадеева, свидетельствующее о работе писателя над будущим романом "Последний из удэге". Этому роману предшествовала неоконченная повесть "Смерть Ченьювая", ставшая как бы одним из вариантов романа.



стр. 145


--------------------------------------------------------------------------------

она невольно старалась окрасить в какие-то новые, более совершенные и глубокие цвета, какими окрашены были в ее сознании поступки, мысли, желания Кати воображаемой и какие (цвета) должны были бы для тех других людей, для которых (по существу) писался дневник, показать настоящую Катю с более интересной стороны. Получалось иногда так: сделав более или менее фотографическую правдивую запись, она оставалась ею неудовлетворенной и начинала править и перечеркивать записанное применительно к тем преображенным мыслям и образам, которые смутно начинали роиться в ней.

Большей частью, особенно в первое время, из этой правки ничего не выходило, т. е. эти новые образы не находили своего словесного выражения, и она, перечеркнув все и испытывая чувство раздражения и неудовлетворенности, надолго забрасывала дневник. Порой же, особенно впоследствии, ей удавалось в той или иной степени передать на бумаге эти смутные образы, причем дурные ее поступки, мысли и желания, воплощенные в этих образах, как-то особенно глубоко дурно выглядели на бумаге, а хорошие - тоже как-то усугублялись в еще более лучшую сторону. В первом случае, перечитав написанное и испытывая чувство некоторого удовлетворения оттого, что удалось выразить именно то (или почти то), что роилось в ее сознании, она вдруг начинала думать: "Но как же я тут скверно выгляжу!.. "Он" (под этим безличным "он" подразумевался тот другой, который будет читать дневник), - "он" прочтет и скажет: "Ах, какая она дрянь!.." И она тщательно вымарывала все написанное (чтобы тот "другой" не мог бы ничего разобрать), несмотря на то, что она никому не собиралась показывать своего дневника и вообще начала его вести для самое себя. Во втором же случае к чувству удовлетворения примешивалось еще приятное сознание того, что тот "другой" увидит, какая она, Катя, хорошая и интересная, и в этом случае она не уничтожала написанного.

Но в обоих случаях она, пытаясь выразить самое себя, выражала на самом деле уже нечто преображенное, более конденсированное, и дневник ее был вовсе непохож на дневник, а на что-то другое. После такой удачной записи она долго не бралась за него снова, пока не чувствовала нового прилива тех смутных мыслей и образов, которые возникали из ее действительных поступков и желаний, но чем-то сильно отличались от них в то же время ("Людям, которые смотрят на вещи с целью записывать, вещи представляются в превратном виде", - Л. Толстой). (Просмотреть: Рудольф Тёпфер, "Библиотека моего дяди", "Отечественные] записки" 1848 г., т. 61).

Здоровым, нормальным детям все вопросы кажутся простыми, имеют одну сторону. Например, они не представляют себе, что одна и та же вещь может быть приятной и в то же время вредной (например, что вредно есть много сахару). Происходит это от недостатка умственного развития, просвещенности и опыта. Противоречия рождаются с увеличением того, другого и третьего (например, наесться сахару до того, чтобы тошнило: после такого опыта сахар уже не только приятная вещь). Отчасти здесь ключ к пониманию большей "цельности" и "гармоничности" Ченьювая, находящегося по своему интеллектуальному уровню в детской поре человечества (родовой коммунизм, хотя уже и распадающийся). Вместе с тем это и ключ к его творческому изображению (осно-

стр. 146


--------------------------------------------------------------------------------

вываясь даже на собственных детских переживаниях, можно лучше показать его - Ченьювая - изнутри).

Очевидно, сочетание этой более примитивной, не разработанной (благодаря недостаточной образованности) психики с определенной классовой принадлежностью - особенно к рабочему классу (ибо внутренняя противоречивость выходца из мелкой буржуазии как раз задана его социальным происхождением), - есть первая причина, почему мой центральный рабочий герой из "Провинции" прост, непосредственен, естественен в обращении с другими людьми. Но тогда его интеллектуальный рост, умственное развитие, - а это одно из основных в романе, что нужно показать, - неизбежно должно вести за собой утончение психики, более всестороннюю работу сознания, т. е, уменьшение простоты и непосредственности и увеличение внутренней противоречивости, обусловленной противоречиями жизни.

Чем же, однако, объяснить тогда необычайную простоту и непосредственность многих передовых и развитых пожилых рабочих или даже некоторых интеллигентов (напр[имер], вождей партии, Ленина)? Или это только кажущееся? Можно ли назвать непосредственным Ленина при его необыкновенно развитом интеллекте и связанности, подчиненности всей его богатой психики одной идее? Но тогда откуда, если не от непосредственности восприятий, такая веселость, простота поведения, любовь к котятам и детям и даже к детским радостям (елка, охота, катанье на велосипеде, примитивный юмор французского песельника, которого он любил слушать)? Очевидно, и мой рабочий-герой в какой-то пропорции должен сохранить эти свои первоначальные качества. Один из путей к объяснению - почему: связанность с молодым революционным классом, принадлежность и преданность ему (и чувством и сознанием) максимально сливают собственную личность героя с делом класса, - т. е. утончающиеся благодаря интеллектуальному развитию всякие любовные эмоции, понимание сложности и разнохарактерности людей и то или иное отношение к ним и т[ому] п[одобные] вещи, коренящиеся в значительной степени в родовом, в биологическом, - но утончающиеся и разнообразящиеся через рост классового сознания, - естественно связываются, попадают в зависимость еще в зародыше и в процессе роста от дела класса, наиболее полно выражаются и наиболее полно удовлетворяют личность, преломляясь именно сквозь призму этого классового дела, которое благодаря своему величию и устремленности не дает ходу "личничеству" в узком смысле, - отсюда естественность и простота. Это пока очень общо и мало говорит, но это, вероятно, один из путей к объяснению и пониманию психики передового большевика-рабочего (и не только рабочего) в чистом, хотя бы абстрактном виде.

Над этим особенно подумать, т. е. идя по этому пути (хотя сотни конкретных примеров опровергают этот путь).

Примеры: 1. Икс - рабочий от станка - жизнерадостен, прост, непосредственен, жизнь очень любопытна, ему и сулит будто бы много радости. Он растет, развивается, выдвигается по общественной линии. Попадает в сложную обстановку: видит много завистничества, людской мелочности, сплетни, многие "руководители", старш[ие] т[овари]щи не кажутся ему такими уж простыми, хорошими и

стр. 147


--------------------------------------------------------------------------------

преданными беззаветно, как раньше, он должен уже многое прятать в себе от остальных, более следить за своими поступками, ряд условностей не дает ему радоваться, когда хочется, и печалиться, когда печально; у него появляется связанность движений и поступков, их анализ (после того, как он несколько раз попадает впросак), недоверие к людям, сомнение в своей правде и силах. Допустим, он еще влюблен без взаимности (любовь - это для него теперь очень развитое большое, многообразное и глубокое чувство, поэтому он ужасно страдает от этого); допустим, у него большие трудности в общественной работе, связанные с какими-либо общественными кризисами, для преодоления которых он должен расходовать все силы, отказываясь от многого. В итоге - бездна внутренних противоречий. В самом законченном виде - это один из путей перерождения. В большинстве же случаев - это кончается осознанием причин противоречий, их неизбежности и необходимости жить и работать дальше хотя бы и в таких условиях (если уж они неизбежны), делая в конечном счете и прежде всего основой своей жизни свое общественно-революционное дело.

В подобном случае X может быть хорошим большевиком: он достаточно целеустремлен, предан своему делу, он может быть даже вождем, если он вообще крупных сил человек. Но простоты, естественности, непосредственности он все-таки навсегда лишается. Таких, по-моему, - большинство (со всем многообразием их индивидуальных вариаций).

2. Игрек - рабочий от станка - те же предварительные данные... но - нет - не те же!.. И здесь, пожалуй, основной корень различия: у меня была не совсем верная основная посылка; а именно: он (Игрек) прост, непосредственен не потону, что примитивен, а потому, что "воспитан" в такой социальной среде и так, что собственная личность не представляется ему "средоточием всего мира", вообще он как-то не "носится" с собой. Вместе с тем этот первоначальный его период вовсе не лишен противоречий, - он попадает в них чуть ли не с пеленок, ибо он родился в обществе, разделенном на классы. Но он трезв и действенен. По мере своего физического и духовного роста он чувствует, что круг противоречий даже еще шире, чем ему казалось. Он ищет их причины и способы их преодоления и очень скоро находит первые - в социальном строении общества, а вторые - в революционном изменении этого общества. Ему тем легче уйти в последнее, чем меньше он "носился" со своей личностью. Дальше он все больше и больше осознает себя как личность, но уже в процессе самого революционного дела, т. е, как неотъемлемая часть его, как личность социально-устремленная. Те же "превратности", что и у Икса, появляются перед ним как препятствия и противоречия не его личные, а препятствия его социальному делу. Он старается преодолеть их, не интересуясь тем, как это на него влияет и "что об нем подумают", а в интересах класса, что получается у него совершенно естественно, так же, как есть и пить. Таким образом, он сохраняет свои первоначальные черты. Почему же, однако, Иксов все-таки больше, чем [игреков]? Потому что рабочий класс живет в мелкобуржуазном окружении и в своем развитии должен преодолевать мещанский индивидуализм и все прочее. Игреки - это лучшие из лучших своего класса. Но именно поэтому Игреки и есть лицо класса, его тип. Но тогда Иксы - это тоже разновидность Игреков, но с большим индивидуалистическим грузом за плечами. Это вместе с тем - ключ к пониманию того, как лучшие из крестьян и интеллигенция преобразуются через Иксов в Игреки.

стр. 148


--------------------------------------------------------------------------------

14/III.

Катя с детства ищет идеальной дружбы. Первые плохие последствия дружеской чрезмерной откровенности. Отсюда - скрытность в дальнейшем и одиночество. (Продумать, насколько раскрывается она перед Сергеем.)

Деревянные домики с занавесками и цветами на окнах, большие мусорные дворы с парой старых акаций, лавочки у ворот, гнилые солнечные тротуары. Лида выросла среди всего этого и примиряет эту убогость со своими романтическими мечтаниями о прекрасном и героическом (например, с мечтами о "нем"). "Он" и вообще все прекрасное и героическое представляются ей не как нечто противоположное окружающему, а наоборот, - вне этого именно окружающего (как фона) они вообще не существуют как прекрасное и героическое. Отсюда на деле розовая идеализация мещанской убогости и пошлости и бездна лишений.

20/III.

Решено!.. "Добрым" героем Лиды будет сын зубного врача. Обстановку его квартиры списать с зубного врача Никитина (его же портрет, как портрет отца). Семейная столовая. Сонмище толстых и глуповатых дочерей. Приемная с картинами в красках - какой-нибудь олень, пьющий из ручья, пара голых баб, засиженных мухами, этажерка с толстыми в черных потертых переплетах изданиями Художественного театра и приложениями к "Ниве". Семья большая. Квартира в несколько комнат с коридором. Огромный гардероб в коридоре. Возле него - вход в комнату к каким-то двум пергаментным, никому не нужным и всеми обижаемым старушкам (их даже к столу не пускают), происхождение которых и степень родства с хозяевами никто не в состоянии запомнить. На мягких рваных креслах в приемной вечно несколько посетителей, "страдающих" зубами. Таков - увы - итог романтических мечтаний Лиды!

22/III.

У зубного врача легавый пес, зовут "Дарвин".

Ярмарка в Ярославле.

Мужики и игрушки. Люди в ватных пиджаках неизвестной социальной породы. Карусель, "Марионеточный театр" с "мировым аттракционом" - "Спиритический обман - И. Сироткин". Качели с лодочками, расписанными драконами и попугаями. Китайские игры. Обрусевшие китайцы. Рулетка и "Альпийский тир". В последнем - хозяин в собачьем малахае, сам похожий на пропившегося рыжебородого сатану с голубыми глазами и красным лицом, возглашает хриплым голосом: "Расчет произведен, игра сделана, ставки принимаются и оплачиваются в 20 раз более!.. Желающие могут принять участие!.." Граждане

стр. 149


--------------------------------------------------------------------------------

ставят пятаки. Мальчик с синяками под глазами стреляет из воздушного пистолета в вертящийся круг (стрелой).

"После выстрела желающие добавить, - кричит, безразлично хрипя, рыжебородый сатана. - Никто не желает? Игра закончена!.. Выигрывает козел! Третья группа - звери!.. Нечет!.. Свободный номер" (или: "ваших 80 копеек!") и опять сначала. Рядом такой же тир, но там хозяин молодой, нового образования - в черном пальто с барашком, гладко выбритый, с "культурным" акцентом в голосе, У рулетки все время выигрывает рябой паренек в валенках. Из-под шапки у него жалко торчат потеющие, как в бане, волосики. Руки трясутся.

Мужички покупают игрушки детям. По уличке, напротив друг друга - кондитерская ЦРК ' и какого-то Веденеева. У ЦРК1 народу больше. Вся ярмарка возле старинной церковки, смахивающей на Василия Блаженного. В ней - местный "музеум".

24/III.

Концерт в Ярославле.

Перед выступлением Тамары Церетелли играет скрипка. Лысенький, в визитке, старичок с сияющим мослачком на затылке (там, где находится мозжечок) хлопает, чтобы все подумали, что он очень культурный... Крупнотелый, но с худыми руками в коротких рукавах пиджачка, широко- и мягколицый человек с чуть намечающимся вторым подбородком хлопает ужасно громко (и скрипачке и Церетелли) и умильно улыбается, точно они поют и играют лично ему и смотрят на него лично. Некрасивая жена, рядом, ненавидит его за белые, маленькие, чисто промытые руки с отвратительными складочками на суставах пальцев и синими, нетрудовыми жилочками. Все это она замечает потому, что Тамара Церетелли поет о великих страстях, катастрофической любви и изменах, о цыганской воле. И некрасивой жене кажется, что она достойна именно такой любви и вообще таких незаурядных участей. На самом деле лицо у нее в веснушках.

Вообще все притворяются. На самом деле никто ни черта не слушает и не понимает и все "хотят казаться". Среди всех слушают только три цыгана на галерке. Один из них болезненный парнишечка с вострыми глазами.

25/III.

Последний из тазов2 (материалы).

Животные - тотэмы. Героические образцы прошлого, которым подражают дети. Развитость всех органов чувств и памяти. Последнее подчеркнуть в Актане (так временно назову Ченьювая). Актан маленький жил в кожаном, расшитом окрашенной шерстью Мешке, в котором его всюду таскала мать. Вообще тазы


--------------------------------------------------------------------------------

1 ЦРК - Центральный рабочий кооператив.

2 Первоначальное название романа А. Фадеева "Последний из удэге". Тазами (да-цзы) китайцы называли ту часть удэгейцев, которая подверглась наиболее сильному влиянию китайской культуры.



стр. 150


--------------------------------------------------------------------------------

расшивали одежду, обувь, ремни и т. и. Полевая работа - женское дело. Мужчины - охотники. Мать - первая воспитательница. Природа заменяет книгу. Ребенок вставал и ложился спать вместе с птицами. С детства развивались выдержка и спокойствие. Частые передвижения племени. Появление китайцев и борьба с ними1. Борьба с другими племенами своего народа. Переправа на долбленых лодках. Зима. Снежные заносы. Актан не чувствует себя несчастным. Трудности ранней весны. Большая спайка племени. Физическое здоровье людей. Беспечность. Отец Актана. Ростом около сажени, широкоплечий и стройный. Он был очень сдержан, правдив и храбр и неоднократно избирался вождем. Жизнь в шатрах, крытых корой. Воспитание отца. Закалка. Умеренность в еде - утром и вечером. Физические упражнения. Привилегии женщин и детей. Актан воспринял от отца верность своим принципам. Вера в таинственную силу, влияющую на природу и людей. Пост и молитва в одиночестве. Мать хотела сделать Актана знахарем. Что за человек была бабушка Актана? (Вообще о положении женщины.) Подвиги женщин. Женщины средних лет неповоротливы и малоподвижны. Вдовы легко могут выйти замуж снова. Пленные орочки тоже часто шли замуж за тазов. Суеверие. Летние празднества, игры. Запрещение ссор. В колыбельных песнях, которые пели девочки, их называли будущими матерями благородного, честного поколения. Идеал человека, мужчины - идеал героя. Доброта и милосердие, уважение к религии. Воспрещение курения до определенных лет.

Игры детей - подражание занятиям взрослых. Соревнование. Невеста Актана. Ее детство. Мягкосердечие. "Ведь зверю так же дорога жизнь, как и нам?" - говорила она. Она была большая выдумщица. Она говорила про ясо-сорь, что это ее муж - только он заколдован, и она разговаривала с ним. Уже взрослой, она участвовала с Актаном в охоте на изюбров. Утренний рев, иней. Одинокий изюбрь. "Мне жаль его, он очень одинок", - сказала невеста. Актан не убил изюбря, и они скрыли это от всех (это было самое интимное их переживание). Тут же описать рев.

31/III.

Едва ли не самый интересный уголок Ярославля - это весь клин между Волгой и Которослью, где затон для пароходов. Надо пойти от ночлежного дома с его облупленными желтыми стенами, приземистыми окнами, в которые глядит безглазая темь, сирость и нищета и слышатся хриплые - не этой жизни - голоса, пойти через "масляный пролом". Тут полуразрушенные дома, грязные и нищие, в них несколько одиноких ремесленников, потом трактир, а возле него постоялый двор: противоположный выход пролома - к базару. Весь двор заставлен розвальнями: мужики кормят тощих лошадей., Почему же пуст постоял[ый] Дом крестьянина?

Разгадай (в смысле раскрытия психологического) этих мужиков! Вот они - краснолицые, в тертых полушубках, бородатые, со своими разговорами и забо-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Здесь, так же как и в дальнейшем, А. Фадеев подразумевает не китайский народ, а тех полукупцов-полуразбойников, которые с целью грабежа проникали в местности, населенные первобытными племенами.



стр. 151


--------------------------------------------------------------------------------

тами, - а рядом базар, где на деле смыкается город с деревней. Как? Где те индивидуальные пути, по которым идет эта смычка? Они приехали сюда в город не как труженики, а как купцы. Приехали они в советский город, но этот постоялый двор, и трактир, и хозяин трактира - все это, вероятно, такое же, как 30 и 50 лет тому назад? Сколько старых и новых влияний! Как преломляются они вот в этом конкретном - с мягкой, нечистой, русой бородой, с лицом обветренным, сухим и мужественным, - крестьянине, засыпающем своей сирой лошади овса? Или вот в этой конкретной - в валенках, в платке, в толстом полушубке - безликой бабе, пожевывающей хлеб? Что это за старик среднего роста, но кажущийся огромным, - такие у него широкие плечи и грудь и все мешковатое, когда-то могучее тело, - идущий мимо этих подвод, равнодушно посматривая узкими, ничего не выражающими, глубоко спрятанными глазами с кирпичного, мясистого, белобородого лица? Кто он? Каков его быт? Чем соприкасается он с современностью? (Кстати, тут рядом торгует крестница Галкина. А отец его был старым моряком, кондуктором, "шкурой" и расстрелян революционными матросами. Сам же Галкин был коммунист и дрался за революцию, а теперь исключен за неисправимое пьянство.)

Но вот еще несколько шагов от базара, от "масляного пролома" к Которосли - и тут целое стадо церквей, изъеденных снарядами и пулями, - одна без куполов, с высокой, идущей вверх, к входу, - меж белых екатерининских колонн - лестницей, другие - еще древней, разрушенней, запущенней, в решетках, на замках, и ветер свистит под колокольнями. Там только вороны живут. Они летят оттуда на базар за пищей, на постоялый двор, дерутся из-за кусков всякой дряни, хохлят свои зимние, теплые серые ошейники. У одной я заметил яркие серебряные отметины на крыле. Церкви эти - отчаянное запустение, огрызки камня и кирпича, воистину тлен и прах! Но тут же вслед за ними по всему побережью чья-то продолжающаяся жизнь. Здесь белые каменные дома, и можно видеть в окнах занавеси, цветы, кусок какой-нибудь пальмы, картины "а стенах, даже книги, - какой-то уют по нынешнему времени! Но он почему-то жалок, этот уют: ведь дома облуплены и изрешечены пулями. Кто в них раньше жил, в этих домах? Рыбопромышленники? Лесоторговцы? Владельцы пароходов? Их служащие? Ясно одно: здесь жили люди с устоявшимся, плотно осевшим, стародавним бытом. Однако они учили своих детей? Дети их знакомились, например, с русской литературой? Переживали, может быть, любовь над Волгой, в романтических городских парках? Раньше мне всегда глупо казалось, что в окнах таких домов можно увидеть задумчивых девушек с черными или русыми косами, склонившихся над книгами и грустящих вообще. Они в моем воображении походили почему-то на пушкинских Татьян или даже на грустных царевен, хотя я никогда не натыкался ни на тех, ни на других, а всегда на очень пошлых румяных дур. Но если были такие "славные" одиночки, то им, видно, плохо жилось, потому что нет ничего более жестокого и косного и вместе с тем столь трудно преодолимого (так как он с детства пропитывает все существо, и поэтому не только ненавидим, но и любим), чем устоявшийся быт. (Татьяна, например, писала Онегину: "Вообрази: я здесь одна, никто меня не понимает", а в то же время не могла забыть и свой дом, и "дикий сад", и какое-нибудь кладбище, "где нынче крест и тень ветвей над бедной нянею моей..." - т. е. все то, в чем выросла, хотя там ее и "не понимали".)

стр. 152


--------------------------------------------------------------------------------

Под этими домами внизу - деревянные скоростройки, леса, вмерзшие в лед баржи и пароходы, дровяные дворы. Кто теперь живет в этих домах? Те же, кто и жил? А может, те, кто раньше жил в тех холодных скоростройках и в баржах? Если так, то у кого переняли они - новые хозяева - все эти занавески, и пальмы, и картины на стенах, и весь этот "уют"? Если же не так, если живут в них старые охвостья, чем они занимаются? Учат ли своих детей? А если и сейчас сохранились в этих домах немного думающие, может быть, даже с творческой жилкой, с какими-нибудь такими "подлинными порывами" - одиночки? Худо им, худо! Все в них, должно быть, переломано, ведь нет им ходу. Может быть, они ходят летом в тот монастырек, где мы были с Валей1, - погрустить с книжкой в руках среди чахлых русских березок? Или такие уж совсем повывелись, а остался в этих домах только один голый, подлый, приспосабливающийся обыватель: он служит теперь при тех (и рвет где только можно!), на чьих спинах и чьим потом когда-то построил свои белые каменные домики. Домики отошли к комхозу, а обыватели платят установленную государством квартплату. Дети их носят ботинки с узкими носками и ухаживают за дочерями лавочников с того базара, что расположился сразу за церквями. Хоть бы одним глазком посмотреть, кто же и как же живет в этих домах, на самом деле! (Но только - нет, нет - не сохранилось в них никаких грустящих девочек (если и были они?). Да и невозможно теперь грустить среди березок, потому что в стенах древнего монастыря наделали дымных кузниц - они гукают и скворчат; в одной из них веселая девчонка раздувает меха, показывая из-под платья полное грязное колено, - приезжий парень заигрывает с ней. Угрюмые черные могучие люди куют мужикам лошадей.)

"Последний из тазов".

Весенняя и осенняя охота. Утренний общий костер, к которому являются охотники и сообщают о вчерашней добыче (перед отправкой на охоту). Маленький Актан, вынужденный лежать пластом в шалаше, тогда как племя дерется с врагом, - испытывал бешеную злобу. Горе по погибшим переживается сообща: женщины восхваляют мужество и добродетели погибших и плачут вместе с матерями и женами; девушки уединяются плакать в одиночестве, мужчины стараются скрыть чувства под маской спокойствия, сидят по шалашам и курят. Потом все переодеваются в "траурные одежды".

Организованность на охоте.

Первое появление водки. Появление пьяных. Их связывали и запирали, чтобы они не буянили.

Осень - время сближения девушек и парней. Места для сближения: роща, где собирались дрова, ключ, где бралась вода, и т. п. Явное и тайное ухаживание. Уловки, чтобы повидаться. Отсутствие внешней, показной вежливости.

Четыре рода песен: религиозные, военные, охотничьи и любовные. (Пятый род: колыбельные.)


--------------------------------------------------------------------------------

1 В. А. Герасимова, писательница.



стр. 153


--------------------------------------------------------------------------------

Женитьба Актана, Как Актан мстил китайцам. (Месть на поле битвы как высшая добродетель.) Сила Актана: он пронзал стрелой изюбря навылет. Правление тазов: 1) выборный совет, в который могли входить также мудрые старики и прославленные воины, 2) вождь, 3) исполнитель приговоров, выбираемый на срок, 4) стражники.

Суд. Либо отдельные мудрейшие старики, либо Совет, либо собрание племени.

Стражником мог быть человек, имеющий воинские отличия. Они же наблюдали за охотой и следили, чтобы было равномерное распределение добычи. Запрещение индивидуальной охоты на крупного зверя, если она может вредно отозваться на других. Организованное дробление племени по различным местам для облегчения вопросов питания. Периодические скопления всех в одно. Ни одна семья не имела права жить самостоятельно без разрешения Совета. Совет содержался на общественный счет (очередные наряды для добывания пищи старейшинам)....

1/IV.

Шкотово основано в 1864 г. Стекло как меновая ценность.

Пищуха - зверек? птица с пронзительным криком. Желна - с трещетной музыкой (птица). Даба - крепкая синяя материя.

Медвежья желчь - лекарство от трахомы. Оленьи выпоротки - для надорвавшихся.

Примеры того, как Актан разбирался в следах.

Поползень - суетливая, посвистывающая птица. Кедровка. Зимородок - с ярко-синим оперением и большой головкой.

Дзуб-Гын: гольдское название Сихотэ-Алиня.

Перемещение звезд ночью. Созвездие Ориона.

Воспоминания Сережи об Актане (сцена на огороде капустном).

Совка Ли-у, уводящая искателей жень-шеня от корня.

5/IV.

Черный заяц - редкостный зверек Уссурийского края. Даурская береза. Кумирня, украшенная красной тряпицей с надписью Сан-лин-чжи-чжу ("Владыке гор и лесов"). Пурпуровые горы вечером.

Гольдский1 род Юкамика. Стойбище было на Амуре возле Хабаровска, потом на Уссури, теперь на реке Улахэ. В 1907 г. - 12 человек: трое мужчин, пять женщин и четверо детей. Влияние китайцев (стр. 70 - Арс[еньев]2),


--------------------------------------------------------------------------------

1 Гольды - вышедшее из употребления название народа нанайцев, проживающих в Приамурье и находившихся примерно на том же уровне культурного развития, что и удэгейцы.

2 В. К. Арсеньев (1872 - 1930) - известный исследователь Дальнего Востока, этнограф, писатель. Лучшие произведения: "По Уссурийскому краю", "Дерсу Узала", "В горах Сихотэ-Алиня", "Сквозь тайгу" - были широко использованы А. Фадеевым в работе при собирании материалов для его дальневосточных произведений. Далее в скобках указаны страницы из его книги "По Уссурийскому краю".



стр. 154


--------------------------------------------------------------------------------

Сухая мгла - предвестник непогоды. Обилие клещей весною.

Заход солнца в лесу после дождя - "нежная улыбка". Соболиные ловушки. Папоротниковые вайи. Конец мая, начало июня - цветут рододендроны (пурпурно-фиолетовые цветы на скалах).

...Новая мысль. Пусть у Актана будет сын (или племянник) - "националист" и преобразователь. Тогда все улучшения быта (например, мельница) будут принадлежать ему, его инициативе. Он самолюбив и принципиален. Продумать и его и всю ситуацию. Варка пантов. В частности, возможный вариант.

Дружба Мартынова, как гонимого и прячущегося в лесах с Актаном. Потом Март[ынов] уводит его сына (или племянника) вместе работать на рудник. (Можно начало так: Актан находит Мартынова израненным и оказывает ему помощь.) Мартынов не очень умен, немного тщеславен, но прост и честен, бывает вспыльчив, любит учить. Он мог очень сойтись с инородцами. Его колоссальная авторитетность среди населения. У него синеватые, простодушные, добрые глаза с пестринкой, бороду неаккуратно бреет - всегда неопрятная щетина, прокуренные жесткие рыжеватые усы.

Китайская иволга - оранжевая птица величиной с голубя. Нехитрый сибирский соловей - серяк с золотым горлом. В сумерки (вернее, перед ними) все птицы более оживленны.

Да-цзы (тазы) - инородец, то есть не русский, не кореец и не китаец. Наиболее окитаившиеся из удэге живут в южной части страны. Находятся у китайцев чуть ли не на положении рабов (продажа жен и детей); вырождающееся, трахомное, забитое, изъеденное паршами племя. Китайские скупщики и "хозяева долин". Их союз с хунхузами. Мартынов, зная про союз, горячится на заседании ревкома, когда решается вопрос о перемирии с хунхузами.

Особое внимание - переговорам предревкома с инородцами, прибывшими на съезд.

Хозяйственные запасы бурундука. Просушка их.

6/IV.

Экспедиция Будищева и Максимовича в 60-х годах.

Тисс - с красноватой корой и древесиной.

Бабочки: махаоны (темно-синие, большие) могут садиться на воду. Крапивницы - кирпичного цвета с радугой. Голубоглазые стрекозы.

Маленькая птичка - гаичка (крохотный клюв, короткий хвостик).

Оспенная эпидемия 1881 г. Первые поселенцы, высаженные в Ольге в 1859 г. и поселившиеся на реке Вай-Фудине.

стр. 155


--------------------------------------------------------------------------------

Ши-мынь - китайский поселок на восточном берегу залива Ольги, когда-то центральный торговый пункт.

Каменная полынь - растет на осыпях.

Заросли белокопытника (любимая пища медведей весной).

Чуть заметные зарницы ночью, при звездном небе. Ясеница - растение, выделяющее эфирные масла.

1857 г. Путешествие Венюкова на Тадушу. Его прогнали китайцы. Амба - тигр (буквально] - черт).

Счастливый человек тот, который никогда не видал тигра (гольдское поверье).

Отношение к покойникам (стр. 171 - Арс[еньев]). Поведение Актана в местности, где умерли его родные.

7/IV.

Золотисто-головый дятел (сам зеленый, дятлик). Крик кедровки - кто-то идет. Долина серебряной скалы (Инзы-лази-гоу).

Восход солнца, наблюдаемый Актаном. Рассуждение Актана о солнце, земле, огне и воде. Птичка - уссурийский зуёк. Красноногие травинки (кулички)...

Банцуй (жень-шень).

Белогрудый медведь (бывают белые лапы и брюхо)

Изюбрь - отшельник.

Длиннохвостая неясыть (птицы).

Романтические мечтания Сережи об удэгейцах: "Буду жить, как они..." Китайская дружина под командой Чжан Бао, заступника за обиженных.

Занятия манз (стр. 223).

Приветствия тазов, когда Актан проходил мимо (поведение женщин и детей).

Каньгу - бог бури, пурги.

Лудевы для ловли зверей.

Оморочка - лодка.

Одежда удэгейки (245 стр.) и удэгейца (246 стр.).

стр. 156


--------------------------------------------------------------------------------

Цай-тун - хозяин долины,

Вагунбе - удэгейский поселок. Имена удэгейцев: Масенда, Салю, Гулунга (род Гялондика), Сарл, Кимунка.

Золотисто-розовый дым ранним морозным утром.

Вначале зажигается Венера, потом Юпитер. Бунт удэгейцев против Цай-туна.

10/IV.

Наказание за бунт - погребение заживо в землю. Дележ удэгейских женщин между китайцами.

Ханяла-тень, душа умершего. Умилостивление души (стр. 293).

Когда в тихую погоду туман подымается кверху и сильное эхо - к большому дождю.

12/IV.

Онку джугдыни - чертово жилище.

1887 г. - год перехода тигров с запада на восток.

Красный волк - темнее на спине, светлее на брюхе.

Чан-лин - имя таза.

Описание выдры (стр. 337).

Синий опаловый оттенок воды.

Рев изюбря описать уже после того, как изюбри стабунились, - он остался отшельником.

Описать восстание удэгейцев, их безрезультатное обращение к правительству, затем жестокую расправу и гибель жены Актана.

За фитильное ружье Актан заплатил 20 соболей.

Актан сидит у костра - игра месяца: красная половина тела переходит в голубую.

Растение багульник.

Сале - имя удэгейца.

Одежда удэгейца (рис. 365 стр.).

Жертвоприношение у водопада (стр. 369).

стр. 157


--------------------------------------------------------------------------------

Любовь Актана ко всему живущему. Ничто не должно быть загублено зря: если не использует человек, пусть использует зверь.

14/IV.

Мафа - медведь.

Даурская калина.

Люрл - имя удэгейца.

Женские костюмы отличаются пестротой вышивок (стр. 388 обязательно).

...Выражение удэгейца: "Раньше нас было столько, что лебеди, пока летели от р[еки] Кусуны до Ольги, делались черными от дыма наших юрт".

Шаман (стр. 383).

Солоны - племя, живущее на Севере.

Год белок - нашествие белок на долины ввиду неурожая кедровых орехов.

Гроза со снегом, принесенная русскими. Три - за все время.

Эндули - божество.

Эндули посылает гром Агды, чтобы прогнать черта.

Янсели - имя удэгейца.

Монгули - тоже.

Одежда удэгейцев (стр. 401 - 402).

Пугуй - имя удэгейца.

Тему - повелитель морей.

Сеедзасу-Мамаси-ни - утесы человекоподобной формы.

Синие фазаны - название манз, бродящих по тайге.

Логода - имя удэгейца.

Его нечувствительность к холоду.

Сунцай - имя удэгейца.

Байта - штраф за нарушение каких-либо правил.

Буй - сохатый.

Маньчжур - Чи-ши-у.

Китенбу - имя таза.

14/IV. 2 ч. дня.

Отец Сони ("Провинция") - типа Верещака, со всеми его удачами и несчастиями.

Украинцы-переселенцы называют Южно-Уссурийский край "Зеленым клином".

Вымирание народов - чем дальше, тем быстрее (причины, стр. 154,. Пр(жевальский]1).


--------------------------------------------------------------------------------

1 Книга выдающегося путешественника и географа Н. М. Пржевальского Путешествие в Уссурийском крае".



стр. 158


--------------------------------------------------------------------------------

16/IV.

Муравьевские казачьи сплавы на Амуре и Уссури + штрафные солдаты из линейных батальонов (1855 - 1862).

Больше всего ассимилируются с русскими корейцы. "Садить сёла на сыром кореню" - летописное выражение.

19/IV.

Возделывание растений. Ручные животные.

Дети родных братьев - братья и сестры между собой так же, как и дети родных сестер. Дети же родных сестры и брата - двоюродные братья и сестры между собой.

Обоюдно легко расторжимое супружество. (Вероятно, у удэге современных это заменилось более прочным единобрачием.) Но женщина должна соблюдать верность до расторжения. Дети остаются при матери.

Похищение и купля жен.

Актан похитил жену из другого рода.

Женщина несет обременительную работу, но пользуется всеобщим уважением.

Пленный или убивался, или причислялся к роду.

Удэгейцы, очевидно, находились в той стадии, когда жена переходит в род мужа, а не наоборот (?). Может быть такой вариант: Актан родился в переломную эпоху.

Брат матери - по родству ближе, чем муж.

У гольдов возможна более укрепившаяся форма единобрачия. В связи с этим грубое обращение с женщиной1.

Кровная месть. Вначале всякие пути примирения. Если примирения не выходило, - совершалась месть, и на этом дело кончалось.

Актан вспоминает, как во время восстания з последний раз собралось "се племя (весь народ?). Гибель (поголовная) многих племен.

Очеловечение природы, однако без овеществления богов.

23/IV.

Удэге не задумывается над вопросом, право или обязанность - участие его в общественных делах, кровной мести и т. п.

Такой вопрос показался бы ему столь же смешным, как если бы его спросили, по праву или по обязанности он пьет, ест, спит, охотится...

1 На этой записи рукой А. Фадеева помечено: "Неправильно".

стр. 159


--------------------------------------------------------------------------------

Кобра у Лены (ее мысли или слова).

"Внутреннего пути у меня нет... Я надеюсь, что кто-нибудь меня натолкнет на этот путь... Но смогу ли я идти по нему, крылья мои слабы".

Чувство особенного, прекрасного, живого во всем - в звуках голосов, в природе, - жажда познать все это и слиться с этим, пока молода. Она жадно бросается на все новое - и не только как наблюдатель, а с желанием поделиться своим внутренним теплом - особенно с человеком, но вместе с тем большое недоверие к человеку и отсюда - "он сам по себе", а "я сама по себе" (характерное для нее чувство с людьми).

24/IV.

"Провинцию", может быть, закончить письмом Кати о ее любви к Сергею, полученном им тотчас после съезда Советов. (Можно использовать маленькое письмо из "архива".) Подробно описать, как накануне съезда Сергей провожал Катю на вокзал перед ее отъездом в Москву. Отходит поезд, он стоит на перроне. Ей стало жаль. Слезы.

30/IV.

Использование Толстым приема смещения плоскостей без предварения в "Хаджи-Мурате". I - II главы.

Стожары - созвездие, в половину неба много позже полуночи. Предрассветный ветерок.

7/V.

Сережа чувствует большие перемены в настроении мужиков оттого, что они выбирают на съезд ранее презираемого, нищего мужика по прозвищу "Боярин".

8/V.

Масенда советует отправить разведчиков наблюдать за хунхузами; для него это естественная необходимость.

27/VI1.

У Петра Суркова глаза с холодным финским разрезом. (Напыщенно!) Когда Лена полюбила Суркова, она поняла, что беда ее не в том, что она мало хочет жить, а в том, что она отчаянно жадна к жизни и не успела еще ощутить ее непосредственных радостей.


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тетради, объединяющей записи с 27 июня 1927 года по 14 августа 1936 года, рукой А. Фадеева помечено: "Москва - Малеевка - Москва - Дальний Восток - Сухум - Москва".



стр. 160


--------------------------------------------------------------------------------

(При разработке этой темы вспомнить о письмах.)

- Но в больнице, - говорит она Суркову, - я без особого сочувствия наблюдала людей, от которых шел уже трупный запах, но которые ужасно старались продолжить свое право лежать, дышать и получать больничный суп.

Ее жизнь у Гиммеров ("за ширмой", как она выражается) напоминает ей больницу. И когда она мысленно склоняется к возможности вернуться к Гиммерам, где она будет укрыта ширмами и сочувствием, она расценивает это как свое постыдное поражение в жизни, "велика еще работа по разоблачению многих приятных вещей, с испуга перед жизненной жестокостью натащенных людьми".

(В разговоре Лены и Сережи "письма" совершенно необходимы.)

В другом месте:

- Я поняла, что не обязательно "человек создан для счастья, как птица для полета", а может быть безвозмездно и неповторимо несчастлив, и я могу быть этим человеком...

Лена слышит деревенскую вечорку. Лена и Ницше.

21/VII

Сережа - упрямый мальчик, - упомянуть об упрямой складке его лица, когда он думает о своей новой жизни, глядя на Ольгу.

Влияние различных книг на Сережу, - особенно мелкобуржуазных героев. Либо - типа революционеров вроде Овода и народовольцев, либо - "идеал некоторой мужественности" типа Джека Лондона. Второе более поверхностное, внешнее. Первое лежит где-то в основе его существа (влияние отца).

30/VII.

Сурков проучился пять классов. Ему было тогда 16 лет, - он был один из самых "великовозрастных" и самых "бедных". И наступил период, когда - неосознанно для него - ему нужно было выбирать: либо путь приспособления (не в вульгарном, а в глубоком, внутреннем смысле), либо осознания себя и противопоставления себя (вместе со своим классом) тому, что было враждебно ему в школе. Первое (путь приспособления) реально было, предстало перед ним. Но тут умер его отец, пришлось зарабатывать свой хлеб, и жизнь Суркова решительно переломилась по второй линии. И тем решительнее и "злее" пошел он по этому второму пути, когда изведал все-таки обманчивость, постыдность (униженность) и - в сущности - безвыходность первого пути.

Начало 2-й части возможно построить так: 1) Приезд Лены и ее настроения, 2) Большой и глубокий экскурс в прошлое ее семьи, 3) Гиммеровский период и все непосредственно предшествующее ее приезду в деревню.

стр. 161


--------------------------------------------------------------------------------

1/VII.

Одиночество Суркова в школе. Сурков - коновод, но никого не любит. Его эгоизм. (Это и делает его вожаком.) Он все время чувствует, что он плебей, Т[овари]щи, сами того не замечая, показывают ему это.

- Ты хам! - плача от боли и унижения, крикнул ему один одноклассник - сын крупного владивостокского] домовладельца, - которого он жестоко избил. "Да, я хам", - со злобой и с торжеством думал Сурков, крепче стискивая зубы, не только не чувствуя никакой жалости, но готовый бить еще и еще.

Он был честолюбив и скрытен. Школьная премудрость не давалась ему, - он даже казался тупицей в школьных науках. Читал, однако, много. Какие-то мягкие, понимающие его, нежные женские образы вставали из книги, носились перед ним. Он чувствовал себя их героем. Он чувствовал свои какие-то преимущества над темя "лишними людьми", которые в книгах хотели быть героями прекрасных девушек и в конце концов не могли ими быть. Утром, идя в училище, полный еще с ночи своих дум и чувствований, не разрозненных впечатлениями дня, он смотрел, как бегут по улицам наивными стайками "зеленые" и "коричневые" гимназистки в чистых воротничках и с тонкими ножками в черных чулочках, с черными, белокурыми, каштановыми головками, веселыми, суетливыми, задумчивыми, кокетливыми, спокойными, невинными, ждущими и обещающими лицами, - он смотрел на них и думал, не здесь ли зреет для него эта "она" - прекрасное, чистое, вдумчивое создание, нежный девичий образ с большими, ясными, задумчивыми глазами. Но он не умел к ним подойти. Слишком самолюбив, зол, угловат он был. Да и мешал ему трезвый склад ума. "Да где я ищу ее?" - думал он через некоторое время, когда проходило очарование одиночества под впечатлениями дня. "Кто они, эти нежные барышни? Да сестры тех самых чистеньких, плаксивых мальчиков, что ежедневно противостоят ему в школе, среди которых он так одинок, потому что все эти маленькие господа чисты, пошлы, лживы или торопятся стать такими. Но разве не таковы же и их сестры?"

3/VIII.

О Масенде можно сказать, что он был составной частью единого могучего и неосмысленного плодотворения.

8/VIII.

Можно сказать о некоем советском человеке, когда он рекомендуется: "Я - такой-то и такой-то (страшно длинное название его должности)", - сказал он, стараясь соблюсти достоинство в этом длинном перечне.

26/VIII.

Дать несколько больших и сильных картин портового города, говоря о детстве Суркова (например, утром, когда Сурков идет в школу). Капля молока на асфальте.

стр. 162


--------------------------------------------------------------------------------

Обдумать вопрос, возникший после прочтения "Сафо" [А. Доде], - о сильных чувствах, страстях или способности ярких ощущений, характеризующих более или менее яркую индивидуальность. Возможно, для Суркова таким основным чувством является чувство ненависти, злобы. В противоположность ему трагедия Лены, возможно, состоит и в том, что у нее нет какой-либо ярко выраженной основной доминанты. Можно даже сделать так, что она сама это сознает....

12/XI.

Масенда в детстве подсмотрел, как козуля кормила козленка. У него были тонкие лиловатые ноздри и черненькие глазки.

Лена обвиняет Суркова, что он не настоящий рабочий, т. к. в детстве "обременялся кантами".

Мысли Суркова по этому поводу: против интеллигентского восхваления примитивизма отсталого рабочего. Противоречивость более сложной психики. Ленин о мечтаниях.

14/XI.

Песню "А мы просо сеяли" придумали дети зубных врачей, чтобы петь на елках (Валя)...

1928 год

6/II.

Пастух, пожилой, придурковатый, с большим животом, все зовут Кирюшкой. Женился на дурочке Марфушке, очень любил, ходил с ней гулять. Жили бедно. Когда она умерла, он по вечерам скликал кур - единственную свою живность, - разговаривал с ними о Марфушке и плакал. Однажды, когда он гулял с Марфушкой, выскочил барсук, которого он принял за волка. Он очень испугался за Марфушку и страшно закричал: "Марфутка, Марфутка! Тикай, волк! Разбой, разбой (разбой)!.." Потом, разобрав, в чем дело: "Не бойсь, Марфутитка - то бартук" (он картавил на "с", выговаривая его как английское th).

Парень гулял с девушкой. В драке зарезал человека, его посадили на три года. Она ждала, не выходила замуж, хотя сватались "хорошие женихи". Ходила украдкой навещать. Он просил подождать его. Родители ее угнетали и били за это. Выйдя из тюрьмы, он стал сватать другую. Она плакала целую неделю. Жаловалась подругам: "Засушил девчоночку с 18-ти годков". Сама она средней миловидности, хороши только брови, черные и тонкие, как снуркя

стр. 163


--------------------------------------------------------------------------------

(при светлых волосах). Когда рассказывает о своем несчастье, глазки страстно посверкивают. В разговоре подражает женщинам, побывавшим в городе в прислугах, т. е. немного жеманничает под "интеллигентную". Поплакав с неделю, назначила парню свидание и так ударила его пятифунтовой гирькой, что он умер.

Женщина 25 лет, вышла замуж 17, теперь трое детей. Руки огрубели, лицо постарело, на губе лихорадка, но глаза чудесные, добрые, синие. Муж работает на заводе (сахарном), а к ней приставил своего отца ("чтобы не гуляла"). Муж ее не любит, часто ругает, иногда бьет. А она любит его, но рада была бы разойтись, если бы не дети. Однажды подсмотрела, как вдову-соседку ее (вдовы) любовник гладил по голове. Она так расстроилась при виде чужой ласки, что несколько часов проплакала на сундуке. Ходит на собрания женщин-делегаток, потому что больше некуда пойти. То, о чем говорят там, ей не нравится, т. к. ей хочется просто маленького личного "счастья". Детей она не любит и рада была бы, если бы они померли, освободив ее от мужа....

27/Х.

В Сережином отце - то душевный упадок, то энергическая деятельность.

28/Х.

Лена в поезде. Дама, удивляющаяся - неужели партизаны будут стрелять по вагонам, где едут мирные люди. Офицер, сорвавший погоны и влезший под сиденье.

17/XI.

Характерный штрих. Отряд Гладких, останавливаясь на ночлег, собирает всякий хворост, в том числе и дающий большие искры. Масенда не садится к такому костру, оберегая одежду, разводит свой.

Сарл на скрещении хребтов видит бродящий туман - тени умерших.

1929 год

25/I.

Почти полная луна, необыкновенно чистые звезды. Мороз. От елей - четкие почти до каждой иголки тени. Снег белый, искристый, как сахар, и в Малеевке воет собака.

стр. 164


--------------------------------------------------------------------------------

В XII главе "Последнего из у[дэге]" не нужно вводных рассуждений. Дальше: шаман как символ слепоты. Потом, после рассказа Мартемьянова, - Сережа, перед сознанием которого проходят примеры "бедности", вспоминает про шамана, как символ всего этого. "Ах, Сережа, бедно живут люди!" - вспоминает он слова Мартемьянова. Здесь "порассуждать" немного от себя. У костра в профиль к Сереже сидит Монгули с ружьем и непомерно длинными руками. Игра света....

14/II.

Масенда, когда идет по следу изюбря, видит купающегося лося (см. у А[рсеньева], стр. 24). Божества проходят по горам в образе людей.

Сарл водит Сережу по поселку и все показывает ему, - это дает возможность дать ряд этнографических сведений. Сережа опрокидывает берестяный ковш с водой в юрте старика с барсучьими ушами, и Сарл вместо него платит байжу - расшитую рубашку.

Душа, переходя из одной стадии жизни в другую, становится все меньше " меньше. Масенда с особым интересом рассматривает тлю - она мала, ничтожна, т. е. находится накануне полного исчезновения. Где-то есть другой мир, где тля была огромным животным.

26/III.

В ревкоме - две женщины. Одна, Кл[авдия] Ивановна], - кривляка в сапогах, работающая "под мужчину", - ее Сережа не любит и дразнит; другая - наивная, полуребенок, - Сережа ей покровительствует и обращается с ней дидактически ("с людьми нужна четкость: "да, да" - "нет, нет"... "всякое дело учитесь доделывать до конца").

11/XI.

Любовь к людям за то, что они - люди (Масенда).

Сережа думал, что стоит внушить себе, что он такой-то и такой-то, что все старое отошло и как бы отрезано навсегда, чтобы действительно так все и случилось, - оказалось, нет.

7/XII.

Член партии с 1904 года заметил, что в то время, как сын рабочего Орлова все время мастерит аэропланы, его сын, двенадцатилетний пионер, все еще бредит индейцами и строит вигвамы. Умом это было неприятно ему, он очень много сказал по этому поводу умных и правильных слов. Но в глубине души ему было почему-то жалко сына, и от охватившей его жалости, любви к сыну и воспоминаний собственной молодости он прослезился.

стр. 165


--------------------------------------------------------------------------------

Елена Пак (простившись с Сурковым) на шаланде. Расстилающийся перед ней океан, ясное звездное небо, ощущение неразделенной - и навсегда - любви, - убожество корейца, ведущего шаланду, милое ей убожество и бедность всего, родные запахи.

12/XII.

Сережа застает сцену, когда старик-хозяин загоняет в стакан пятак, а Гладких расшибает лбом доску стола. Сереже стало смешно и жалко их и грустно чего-то. Смешно оттого, что смешными были их позы взрослых людей, жалко их темноты, грустно оттого, что рушился окончательно образ Гладких - образ совершенной мужественности и цельности.

1930 год

9/X.

Сережа в разговоре с Леной ругает Казанка уже не столько из чувства зависти к нему, сколько из-за того, что Казанок издевался над Бусырей и т. п. Лена же обвиняет Сережу в зависти к Казанку.

Когда Лена и Алеша Маленький едут в поезде после обстрела, Алеша Маленький слезает в Шкотово. После того, как они снова встречаются в Хмельницкой, дать оглядом назад путь Алеши от Шкотово до Хмельницкой, его знакомство с Шевченко, его наблюдения над атамановщиной и децентралистскими тенденциями....

1934 год

2/X1.

В главе, где Сурков рассказывает Алеше историю (начала партизанской борьбы), обязательно вставить о "декларации консульскому корпусу" из книги Ильюхова и Титова2....

8/X.

Замечательно об эклектизме - у Чернышевского в примечании к "рассказу о крымской войне Кинглена" (характеристика Виктора Гюго до 1848 г.). Плеханов цитирует в (ст(атье] "Карл Маркс и Лев Толстой" (Оргия сентиментальности" (Плеханов), - замечательное выражение! (в той же статье)....


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тетради, объединяющей записи с 2 октября 1934 года по 16 ноября 1935 года, рукой А. Фадеева помечено: "Дальний Восток - Абхазия".

2 Идет речь о книге Н. Ильюхова и М. Титова "Партизанское движение в Приморье. 1918 - 1920 гг." (Изд. "Прибой", Л. 1928).



стр. 166


--------------------------------------------------------------------------------

Маркс в предисловии к 1-му изданию "Капитала" говорит, что он менее, чем кто-либо другой, склонен обвинять отдельного человека в том, что существуют такие-то общественные отношения, продуктом которых он сам является, даже тогда, когда восстанет против них.

"Мы любим не менее кого другого, чтобы в повестях изображалась общественная жизнь; но ведь надо же понимать, что не всякая поэтическая идея допускает внесение общественных вопросов в произведение: не должно забывать, что первый закон художественности - единство произведения, и что поэтому, изображая "Детство", надобно изображать именно детство, а не что-либо другое, не общественные вопросы, не военные сцены, не Петра Великого и не Фауста, не Индиану, не Рудина, а дитя с его чувствами и понятиями..."

"В каждом из них (произведений Л. Толстого. - А. Ф.) очень полно осуществляется именно та идея, которую он хотел осуществить в этом произведении. Никогда не говорит он ничего лишнего, потому что это было бы противно условиям художественности, никогда не обезобразил он свои произведения примесью сцен и фигур, чуждых идее произведения. Именно в этом и состоит одно из главных требований художественности" (Чернышевский - о Л. Толстом).

9/X.

На совещании по хлебозакупкам Александровского, Свободненского, Завиринского и проч[их] районов.

Гусевский. Монголоватый парень, бронзовый, глаза косые, волосы черно-бурые, медвежьи, на затылке стоят черным клоком, говорит с пафосом, тип речи - "очэнь", "товарыщы", "сорэвнование", "товарры". (Помесь Ивана Макарова с ординарцем Размехниным.)

Председатель сельпо говорит: "Товары могу перечислить персонально"; подумав, поясняет: "сортимент" (речь идет об ассортименте). "Шапки хотя и плохие, но есть"... "эхваилент" (эквивалент).

15/X.

Тип предоблисполкома-сановника. Приехал с чемоданами из Москвы, привез жену. Она взглянула на Благовещенск и через две недели уехала. "Ну, значит, и он ненадолго", - решили аборигены. И, правда, уже жалуется на "дикую скуку". Для того, чтобы не вести черновой, будничной работы, все свалил на заместителя, а сам разъезжает по районам под видом конкретно-оперативного руководства, но, конечно, ничего по существу не видит, не изучает и никому не помогает (ездит для "смены впечатлений"). Это - обладатель солидных усов и холеной бороды, голос - сановнический бас с "демократической" якобы прямотой и радушием. "Демократизм" и в одежде - сапоги, гимнастерка. По приезде до подозрительности упорно говорил всем, что ни капли

стр. 167


--------------------------------------------------------------------------------

не пьет (с ноткой укоризны даже - "вот вы, дескать, пьете, а я лет"). Но уже через несколько дней ночью пришел пьяный к заместителю своему и, обнимая, говорил: "Мы с тобой, конечно, сработаемся, Полетаич"...

Спичечная фабрика в Благовещенске - на окраине, на пустыре, весной непролазная грязь. Фабрика - по последнему слову техники: конвейерная система, коробки, "соломка" - делаются механически. Замечательная машина, которая намакивает спички - необычайной точности. В помещении влажно, душновато (печи, сквозь которые сушатся коробки, соломка), запахи древесины. Работают в большинстве женщины. Качество спичек плохое, т. к. работают плохо, а также потому, что вместо осины работают на тополе и не лучшего качества с красной сердцевиной (гниловатой, [с] большим количеством влаги). Отсюда соломка - разноцветная. Вообще большой процент брака.

16/X.

Пограничник в Кумаре читал "Последний из удэге" и "Разгром". Старается показать себя понимающим. По поводу Вари - "изгибы женской души".

Рота пришла в баню (г. Свободный). Кассирша - миловидная простая девушка. Красноармейцы столпились вокруг кассы, - появился ротный весельчак, - все давай заигрывать с ней (очень весело, без всякого цинизма), - она, довольная, что столько мужчин любуется ею, вся расцвела, порозовела, отшучивается, - асе очень молодые, хохочут. Ротный весельчак пошел чечеткой.

По дороге из Кумары по первому снежку на закате солнца вылетело из травы не менее полутораста косачей. Расселись по деревьям жирные, черно-фиолетовые с лирообразными хвостами.

Вагон в железнодорожном тупике, - неподалеку в депо идет электросварка, - в окнах вспыхивает голубое пламя.

19/X.

В период самых острых трудностей в селе настолько оголодали, ослабли лошади, что в колхозе "Красный орден" не могли выйти на поле. Обком в Благовещенске мобилизовал всех извозчиков, чтобы завести семена на поле!

В тот же период секретарь обкома, проезжая на машине по шоссе, подымал по дороге легших от слабости лошадей. Подымут, а она снова падает от слабости. А иная едва ползет и даже не сторонится машины - приходится объ-

стр. 168


--------------------------------------------------------------------------------

езжать. Секретарь обкома сказал спутнику: "Вот, когда лошади начнут машины пугаться, значит мы выходим из трудностей"...

На заседание бюро райкома зашел китаец в галошах, одетых прямо на чулки, в рваном полушубке поверх ватной национальной одежды. У него были детские глаза, тронутые трахомой, лицо рябовато. Это был знаменитый на всю область председатель рисового колхоза. Он скромно подошел к столу и сел, и все почтительно оглянулись на него.

Он плохо разговаривал по-русски, но мог читать по складам. Увидев на столе газету из центра, он пододвинул ее к себе и, оперев голову на руку, начал читать, шевеля губами.

Впервые за четыре года в колхозе появилось три жеребенка. Секретарь обкома: Как, ребята за ними бегают? Предколхоза: Не только ребята. Мы первое время всем селом за ними бегали, давно жеребят не видали.

Во время бескормицы лошади до того ослабели, что их приходилось подвешивать в стойлах, чтобы они не падали....

21/X.

"Что дети не знают, что им надо, в этом сходятся все высокоученые школьные учителя и гувернеры, но что и взрослые, подобно детям, бродят, спотыкаясь, по белу свету и, как они, не знают, откуда они пришли и куда идут, и столь же мало сообразуются с истинными целями в своих действиях, что ими точно так же правят пирожное, бисквиты и розги, - этому никто не хочет верить, а мне сдается, что это ясно, как божий день" (Гете. "Страдания молодого Вертера").

Тот же мотив в "Бродягах" и в других пореволюционных вещах Гамсуна и в романах Дос-Пассоса, но уже на основе капиталистического распада.

"На свете весьма редко приходится иметь дело с"или - или". Чувства и образы действий имеют столь же многообразные оттенки, как и носы, начиная от орлиного и кончая вздернутым" (Гете, там же).

И все-таки "или - или" существует; без этого невозможна была бы никакая правда Справедливо, однако, что люди частенько стремятся проскользнуть между, ибо выбор часто сопряжен с лишениями и страданиями.

22/X.

...."взгляни и пройди мимо"... - слова Виргилия Данте у преддверия ада, где обретаются граждане, не примыкавшие в борьбе к той или иной стороне. Они даже ада недостойны!...

стр. 169


--------------------------------------------------------------------------------

2/XI.

Колхознику после распределения доходов по трудодням привезли его долю - 800 пудов на квартиру. Он бегал от грузовика к воротам - то звал жену, то, не веря в свершившееся, жалко сцеплял ладошки и спрашивал: "Это мне? Это мне?"....

Комдив живет в казарме, живет очень культурно. Уборная во дворе. Предупредительно спрашивает у гостей: "Не надо ли вам на 77-ю высоту?"....

Комдив и начзаставы (пограничн[ой]) сцепились, - чей катер повезет командующего до города. Оба весело выхваляют товар, у обоих дрянные катеришки. У начзаставы бровки - два реденьких рыжих кустика, вздернутых кверху, глазки хитрые, подпухшие, всегда он точно выпивши, а комдив - приземистый, толстогубый, солидный и похож на Собакевича. Оба замечательные, оба дружат...

15/XI.

Начало 3-й части (Алеша М[аленький]) переделать: сейчас официально, казенно, газетно, - надо глубже показать, в чем существо спора и как он выглядит для обеих сторон. Спорят о "централизации", о "мелких или крупных отрядах", но каждая сторона пытается вскрыть истинную причину и существо спора. Отсюда облком обвиняет партизан в желании немедленного захвата власти, а партизанск[ое] команд[ование] обвиняет обком в оппортунизме, в неверии в победу революции. Мне постепенно вскрыть, почему каждая сторона пришла к такому взгляду и кто (при различных жизненных поправках обеим сторонам) прав в основном.

3-ю часть кончить на ранении Суркова (его привозят в госпиталь тем же обозом, которым привозят старшего убитого сына Борисова). Тогда четвертую часть начать с туземных дел, которыми занимается Алеша (поездка в Хмыловку, хунхузы, обрисовать роль хунхузов). Приезд Марии Цой - вся корейская линия. Сраженье в Николаевке, в котором участвуют и Мария Цой и Алеша. В этой части все разговоры Суркова и Лены (когда он в госпитале). Возможно отступление к Бредюку (через Хрисанфа Бледного можно связать это, - Бледный приезжает, докладывает Суркову). А кончить часть на приезде Мартемьянова и Сережи с упоминанием об удэгейцах (особенно о Масенде). Здесь - конец второго тома. 3-й том начинается с Масенды (продумать встречу Масенды и Боярина в Ольге), - линия Масенды, - потом непосредственно переход к Сереже в Скобеевке.

Темы рассказов:

1. "Дружба" - с описанием перехода через мертвую тайгу в 20-м, потом встречи в леспромхозе в 1933. Гоглоев - осетин и старый товарищ, участвовавший в переходе.

2. Тигролов - и прокладка Сучанской ветки, взрыва на Сихотэ-Алине.

стр. 170


--------------------------------------------------------------------------------

Возможно соединение первого и второго в один рассказ, взяв концовку второго для первого и выбросив леспромхоз1.

3. "Оксун непобедимая" - на материале Биробиджана (Яслы, еврей, влюбленный в кореянку Оксун).

4. "Муха" - о жене командира, пограничная застава, описать заставу в Кумаре. Муха - тип женщины при мужчине... Непосредственность, жизненная цепкость (приспособленчество) в соединении с товариществом, способностью пожертвовать собой за мужчину. Постоянные измены и привязанность к основному "до гроба".

23/XI.

Сережа после ранения. Мысли о "великом содружестве", которому - отдать жизнь.

29/XI.

Праздник выпуска старшин - ужин с вином, танцы. Участвуют представители других дивизий. Кавалеристы сидят, не пьют, не танцуют. Командующий: "Разве не умеете?" - "Нет, у нас горе, - комдив на машине разбился. Не будем мы пить и танцевать".

По границе - невероятных размеров фазаньи табуны. Самец - весь в золоте - вылетает из травы прямо вверх, как свеча. Маньчжурские сопки по той стороне границы, безлесные, в голубом мареве, много столовых гор.

Селин. "Путешествие на край ночи".

"Я никогда больше не смогу верить тому, что люди говорят, думают. Надо бояться только людей, одних только их, всегда".

21/XII.

"Замолкла в нас музыка, под которую плясала жизнь, вот и все. Вся молодость умерла где-то там, в конце света, в тишине истины. И куда идти, - спрашиваю я вас, - когда нет уже при себе необходимой дозы безумия? Истина - это бесконечная, предсмертная агония. Истина этого мира - смерть. Нужно выбирать: умереть или врать"... (Селин, там же).

Предельное вырождение. Цинизм до конца. Будто нарочно придумано, - для иллюстрации духовного и морального кризиса на Западе.

Колхозник выпек хлеб белый весом в свой трудодень - 10 килограмм, а сверху черный с соломой припек в четверть килограмма - трудодень прошлого года и преподнес начполитотдела.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Позднее по тексту этой записи рукой А. Фадеева написано: "Землетрясение".



стр. 171


--------------------------------------------------------------------------------

1935 год

2/I.

Отец - крестьянин (колхозник) - пишет дочери, обучающейся в вузе:, "Маты до работы вже не способна, а аппетит хороший"....

17/I.

"...но борьба, какая бы она ни была, редко носит имя того дела, за которое она возникла, и это имя, равно как и значение этого дела, почти всегда, узнаются уже тогда, когда борьба кончится" (Белинский, "Сочинения князя Одоевского")

Это было справедливо до тех пор, пока не выступил пролетариат со своим научным мировоззрением.

Белинский. "Александрийский театр". Замечательно сопоставление актеров Каратыгина и Мочалова. Первый - мастерство, скульптурная точность, техника, работа. Второй - вдохновение, чувство, подъем. Поиски синтеза (элементы синтеза в Щепкине). Блестящая критика драматургов. Во введении Шекспир как образец. А современные - пошлость, отсутствие всякой глубины, ума, торопливость в писании, заимствования. Можно вполне применить, к большинству наших.

23/I.

Белинский порицает актеров, которые смешат (нарочито), ибо смешной человек е жизни не знает, что он смешон, и тем смешнее. Так же должен поступать комедийный актер.

24/I.

Командир все время ни к селу ни к городу говорит: "объективщина получается", или "объективщина какая-то", или "такая-то супординация".

26/I.

Ленин называл Алексеева, Мышкина, Халтурина, Желябова кружков корифеев, которому доступны политические задачи. Рабочий класс вырастил Желябовых в массовом масштабе. Димитров крупнее Желябова, а Димитровых у нас много.

Современные комедии - "Чужой ребенок", "Чудесный сплав", "Дорога цветов" - более похожи на водевили. Нечего и говорить, что они лишены единства стиля и саморазвивающихся образов. Отсюда разнобой в актерском испол-

стр. 172


--------------------------------------------------------------------------------

нении, отсутствие целостности. Если хороший, старый, опытный театр (МХАТ), он еще способен изощриться и дать нечто относительно единое; но это тоже не внутреннее единство.

Шевырев издевается по поводу строк Лермонтова из "Демона".

...И хищный зверь, и птица, Кружась в лазурной высоте, Глаголу вод его внимали...

Белинский: "Г. Шевырев... ужасно рад грамматической неловкости, вследствие которой безграмотному читателю - но только безграмотному, - может показаться, что хищный зверь кружится вместе с птицею в лазурной высоте... С грамматическою указкою немудрено доказать ничтожество стихов не только Державина, но и Жуковского и Пушкина, что и делывали, бывало, педанты доброго старого времени"....

5/II.

Маленький мальчик, сын коменданта дома, заметил: если мать и отец сами покупают ему новое (из одежды, скажем), они дома много раз рассматривают, заставляют снова примерять, бережно хранят; а если это подарок "со стороны" - никакого внимания и интереса.

12/II.

"Это такой парень - клинком врагов бьет, а плашмя своих..."

Летчица, инструктор летного дела, комсомолка. Отец ее рабочий-металлист, имел семь любовниц (кроме жены) и от всех имел детей. Должно быть, было в нем что-то, кроме подлости, потому что все любили его бескорыстно, в том числе и жена-прачка, имевшая пятерых от него. Когда его осудили и выслали, она очень горевала, хотя и не видела от него решительно никакой заботы. Дочь ненавидит отца. Сама очень холодной крови, мужа не любит, но живет с ним хорошо, к мужчинам относится спокойно-дружески и удивляется, как муж может ревновать ее....

23/II.

В 9-й образцовой школе имени Сибирцевой1:

- Почему вам не нравится "Дневник Кости Рябцева" 2?


--------------------------------------------------------------------------------

1 М. В. Сибирцева (ум. 1923) - активная общественная деятельница Владивостока. Мать известных дальневосточных революционеров-большевиков, героев гражданской войны - Всеволода Михайловича, в 1920 году сожженного белобандитами (вместе с Сергеем Лазо) в паровозной топке, и Игоря Михайловича (1898 - 1921). Родная тетка А. Фадеева.

2 Повесть советского писателя Н. Огнева.



стр. 173


--------------------------------------------------------------------------------

- Мне кажется неправдоподобно.

- А вам почему нравится?

- Потому что правдоподобно.

Мало читают стихи как русских, так и иностранных поэтов, как старых, так и новых....

2/III.

Сижу у завдомом отдыха завода [имени] Ворошилова. Обедаем. Входят с улицы, говорят:

- Приехали директор и секретарь парткома, идут сюда... Мальчик Левка, сын зава:

- Прячьте скорей, прячьте!., (указывает на графин с водкой). Жена зава, зав багровеют....

3/III.

....Арестовали замаскированного кулака, ведшего контрреволюционную агитацию в колхозе. Спросили, на что он, собственно, надеялся, одиночка? Он ответил: "Ежели в куле с зерном проколупать дырку, чтобы хоть по зернышку высыпалось, все зерно из мешка уйдет"....

13/IV.

....Темы рассказов:

1. "Любовь". Муж и жена. Молодые - каждый на самостоятельной работе. Несколько лет работают в разных местах и никак не могут встретиться. Муж работает на постройке дороги в тайге. Жена, получившая новое задание, пролетает над ним на аэроплане.

2. "Дезертиры".

Крупный работник, намеревающийся сбежать с Д[альнего] В[остока] в Россию, и сын его (пионер или комсомолец), бегущий из центра на Д[альний] В[осток].

3. "Романтика бедности" ("Бедность и богатство").

4. "О Билле Хэйвуде".

5. Метеорологическая станция над Гаграми. Газетная заметка: снежным обвалом убило заведующего.

14/IV.

один из возможных вариантов начала...

стр. 174


--------------------------------------------------------------------------------

с тюрьмой. Разногласия или совсем не расшифровывать, или так, как в заметке от 15/XI 1934. И сразу - встреча Алеши с партизанским патрулем.

Поставить своей целью - изучить за время пребывания на Д[альнем] В[остоке]:

1. Парусные, моторные, паровые суда. Рыболовные снасти.

2. Вождение автомашины, ее устройство, системы.

3. Авиацию.

4. Колхозное устройство и с. -х. технику.

5. Рубку леса и лесосплав.

6. Езду на собаках и все, что связано с этим, - устройство нарт, дорожное снаряжение, питание и т. п.

21/IV.

Прочел "Повести Белкина".

Исключительно хорошо по языку - просто, экономно, прозрачно. Но мало мысли. Именно - не ума, а мысли. Родственно Меримэ....

29/IV.

Движение весны в Приморье. После цветения вербы, подснежников раньше всех выпустила почки, начавшие несколько дней назад развертываться в листья, черемуха. На сопках у богульника появились синие завязи цветов. Растения южного происхождения - орех, виноград - еще совершенно голы, нет даже почечных завязей. На березе уже обозначились зелененькие почечки, но еще не набухшие....

3/V.

Ком[андир] Тихоокеанского] Фл[ота] В. рассказывает, как в 17-м году, когда во флоте на судах топили офицеров, матросы его миноносца прятали его. "Уйдите от греха", - говорили они. Он оказался одним из первых офицеров, перешедших затем на нашу сторону.

В классе в школе движение на "феодалов" и "крестьян"....

12/V.

С большим запозданием - о весне в Приморье... После черемухи, богульника первые зазеленели тополевые: ясокори выпустили

стр. 175


--------------------------------------------------------------------------------

27/VI.

У Алеши - некоторое недоверие к мужику, идущее от рабочего аристократизма, - человека, привыкшего носить пиджак с галстуком, читать книги, быть "организованным". (Еще продумать.)1.

В вопросах разногласий - прав Сурков в основной оценке движения, в оценке роли крестьянства, в деле организации сов[етской] власти. Но при всем том, идя на волне подъема, он недооценивает силы врага, особенно силы интервенции - отсюда неверная тактика вооруженной борьбы. Неправильная оценка сущности, силы и перспективы движения крестьян областным комитетом сочетается с более реальной оценкой и лучшим знанием международной обстановки и интервенции - отсюда, с одной стороны, половинчатая неверная тактика в деле политической организации масс и - правильная тактика вооруженной борьбы. Такое противоречие возможно, и объясняется оно недостатком политического осмысления происходящего обеими сторонами. Только вмешательство "тюрьмы" приводит все на свои места.

Разъяснение всего вышеизложенного надо начинать в начале 4-й части, когда Алеша разъезжает по селам (жизнь все время вносит поправки по вопросу о мужике и подтверждает правильность тактики мелких отрядов)....

24/IX.

Толстый, красный, старый официант, подвыпив, утверждает, что у него два сердца: одно с левой, другое с правой стороны.

16/XI.

Одиночество - это пустота; а природа духовная не терпит ее, как и природа физическая. В одиночестве может жить лишь человек гениальный, наполняющий его своими мыслями... Бальзак. ["Блеск и нищета куртизанок"].

Маркс и Энгельс были первыми - в цивилизованном обществе - гениями "не уродами" и первыми гениями, "одиночество" которых уменьшалось по мере их жизни для миллионов людей.

Социализм делает гения достоянием миллионов, освобождает его от "уродства" и все больше и шире подымает "обыкновенных" людей до гениальности.

Абхазская сказка о хурадже Шарадыне: он выдумал, что на берегу моря раздают плов, а когда люди бросились туда, сломя голову, он сам помчался за ними: "А вдруг и правда раздают?"


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тексте этой записи рукой А. Фадеева позднее написано: "Это явно неправильно и не соответствует духу Алеши".



стр. 176


--------------------------------------------------------------------------------

17/XI1.

Абхазская пословица: "У осла резали ухо. "Что это такое?" - спрашивал он"....

29/XII.

Ницше с огромной силой влиял на западноевропейскую, русскую и даже американскую (Джек Лондон) литературу перед революцией. Характерно рассуждение Нагеля ("Мистерии"2) о нескольких "сверхгениях", совпадающее с аналогичным рассуждением Ницше в его раннем произведении "Мы - филологи" "Народ представляет собой обход, который делает природа, чтобы создать шесть-семь великих людей"... Такое же совпадение в вопросе об истине и иллюзии ("Это только нравственный предрассудок, будто истина имеет более цены, чем иллюзия"). То же в вопросе о причинности и закономерности ("Никакой закон не управляет. Мы одни только выдумали причины, последовательность, соотношения, относительность, принуждение, число, закон, свободу, основания, цель. И когда мы этот мир знаков примешиваем как нечто существующее "в себе" к вещам, то мы тут... опираемся на мифологию" (§§ 21 - 22. Jenseits von Gute und Bose).

Отсюда же, из этих корней ("воля к вымыслу") Оскар Уайльд художественному вымыслу приписывает большую достоверность, чем реальным фактам: "К. искусству нельзя подходить с меркой того, насколько оно похоже на действительность. Оно скорее покрывало, чем зеркало"... Писатель Олеша, конечно, отродясь не читал Ницше. Но он воспитывался на предреволюционной литературе, на эпигонах Ницше, и в творчестве его отражались и отражаются эти же умонастроения (хотя и не только эти)....

"Часто прямо смешно, как слово коммуна (общество) вызывает такую же ругань, как теперь коммунизм. Так, например, поп Гильбер из Нойона пишет: "Коммуна - новое и очень скверное слово!" (Маркс - Энгельсу, 27.VII.1854 г.)

К нашим спорам о языке. Наверно, многие слова, привитые нашему языку революцией, расцениваются кое-кем как "новые и очень скверные слова"!

Северный летчик Вася Махоткин и его жена - "Барабулька". Вася говорит - бу-бу-бу. "Кругом все хищники".

"Все больные небритые мужчины похожи на Иисуса Христа:


--------------------------------------------------------------------------------

1 На тетради, объединяющей записи с 17 ноября 1935 года по 13 марта 1936 года, рукой А. Фадеева помечено: "Абхазия - Москва - Барвиха".

2 Роман норвежского реакционного писателя К. Гамсуна.



стр. 177