"Север издавна манил к себе людей любознательных, отважных, как говорят сами северяне - бедовых. Еще до основания флота российского поморы на крепко и умело построенных ладьях бороздили воды северных морей, пробирались меж льдов Ледовитого океана, плавали на Колгуев, на Новую Землю, на Грумант1. Дальновидный правитель Петр I трижды приезжал в далекий Архангельск, - и результатом этих поездок было "основание Российского купеческого флота на двинских берегах 1694 года, открытое тем, что первый царский купеческий корабль, построенный на Двине и российскими казенными товарами нагруженный, отправлен был, в помянутом 1694 годе, от города Архангельского в Голландию..." Так пишет первый архангельский историк, ученый-краевед В. В. Крестинин в "Краткой истории о городе Архангельском", изданной в 1792 году.

Строительство флота на Севере положило начало не только торговле, но и великим открытиям и путешествиям. Немало дерзких и отважных людей устремляется на Север. Архангелогородцы чтут имена знаменитых мореплавателей и землепроходцев, открывателей новых земель в Арктике, покорителей северного полюса. Пахтусов, Русанов, Седов, Папанин - их легендарные подвиги связаны с Севером.

А вместе с этим в таежной глухомани, в "краю непуганых птиц" жила дремучая старина, в раскольничьих скитах ярые приверженцы мятежного и непокорного Аввакума, осеняя себя двуперстным крестом, проклинали новые порядки и в знак протеста сжигали себя заживо вместе с семьями.

Сколько увлекательных страниц хранит в себе история Севера!..

В середине 30-х годов неутомимый путешественник и замечательный писатель М. Пришвин в поисках нетронутой Берендеевой чащи отправился в пинежские и мезенские леса, ехал на подводах, на плоту, шел пешком. Но даже в одном из самых глухих уголков европейского Севера М. Пришвин не нашел нетронутой Берендеевой чащи. По внешнему виду все оказалось так, как говорили о чаще: "Деревья стояли одно к одному, как громадные свечи, и уж, конечно, тут стяга не вырубишь, и тоже правда, что дереву здесь невозможно упасть, если не подрезать и те, к коим оно склонится". Но оказалось, что на каждом из


--------------------------------------------------------------------------------

1 Грумант - старинное поморское название острова Шпицберген.



стр. 51


--------------------------------------------------------------------------------

этих гигантских деревьев, на белом зачищенном кусочке выведены буквы, означающие сортимент.

Какие же мысли пришли в голову писателя при виде этого зрелища?

"...Дети плачут, расставаясь с Жар-птицей. Да и взрослому нелегко; даже ведь и в сказке не так-то просто выхватить из нее для жизни перо, а поди вырасти дерево, жизни которому больше трехсот лет.

После того как стало возможным во всяких чащах на свете все высматривать с самолета, спускаться в недра тайги, вывозить оттуда пушнину, стало видно - не о той Чаще надо мечтать, какой она была без человека, а какую мы должны создать себе в будущем. Саженый лес только тому нехорош, кто его никогда не сажал и брал все готовое, но если утрата Чащи побудит посадить хоть десяток деревьев, то в скором времени в таком своем лесу среди даже еще маленьких деревьев человек увидит больше радости, чем в девственной Чаще. И тогда кажется, будто эта новая радость досталась, как в сказке: выхватил перо у Жар-птицы и начал желанное создавать сам от себя. И так бывает, что если перышко выхватил и присоединил сам себя к созданию Чащи, то и Жар-птица далеко не улетает и тут же рядом где-нибудь невидимо помогает из материалов заболоченного леса создавать Берендееву чащу". Мечту о будущей преображенной земле вынес художник из путешествия в далекие северные леса, куда он отправлялся в поисках нетронутой Берендеевой чащи. Эта мечта и вдохновила его на создание очерка "Северный лес".

О прошлом и настоящем Севера, о людях, преобразующих этот край, создают свои книги и писатели-северяне. Как и во многих других городах страны, в Архангельске работает немалый отряд творческой интеллигенции, есть своя писательская организация, заявляет о себе писательская молодежь.

Конечно, нельзя сказать, что в литературе нашей Север показан во всем его богатстве и красоте. И все-таки в литературной жизни Архангельска, в творчестве писателей-северян есть немало интересного, заслуживающего сочувственного внимания. Отделение Союза писателей СССР объединяет вокруг себя большой литературный актив, крепнущий с каждым годом. При редакциях районных и городских газет работают литературные группы, например в Северодвинске, Нарьян-Маре, Котласе, Холмогорах. По многолетней традиции в Архангельске проводятся литературные "пятницы". Можно, конечно, говорить о том, что несколько однообразны формы работы с молодыми писателями. Как правило, это обсуждение рукописей молодых литераторов. Обсуждаются стихи, рассказы, очерки, повести. Областное книжное издательство с каждым годом издает все больше книг местных авторов. Раз в год выходит объемистая, хорошо оформленная книга альманаха "Север". Выходят и в Москве книги архангельских писателей - Евгения Коковина, Степана Писахова, Михаила Скороходова.

Если начать разговор о творчестве писателей-северян с некоторых обобщений, то можно сказать, что многие из них испытали на себе весь-

стр. 52


--------------------------------------------------------------------------------

ма плодотворное влияние устной народной поэзии, от влияние сказалось на языке их произведений, на колорите. Разумеется, в каждом случае по-разному проявилось влияние фольклора, поморских диалектов на язык, на стиль. Но это то общее, что объединяет, скажем, А. Чапыгина, Б. Шергина, С. Писахова, М. Голубкову и Н. Леонтьева с опубликовавшими свои первые книги Н. Жернаковым и И. Полуяновым.

Корни возникновения этой плодотворной традиции в том, что европейский Север был в прошлом и до сих пор остается своеобразной кладовой устного народного творчества. Еще в прошлом веке ученые - лингвисты и филологи - ездили на Север записывать былины, сказки, песни, пословицы и поговорки, изучать богатства северного языкового пласта. И верно, какой другой край нашей страны может похвалиться таким обилием былинщиков, сказочников и песенников!

В 1901 году А. В. Марков записал от Аграфены Матвеевны Крюковой шестьдесят две старины, содержащие свыше десяти тысяч стихов, причем семнадцать старин не были ранее известны науке. Всей стране известны имена сказительниц Марфы Крюковой (дочери Аграфены Матвеевны), Марьи Дмитриевны Кривополеновой и других. Учеными найдены в районах области следы древнего искусства скоморохов.

В 1885 году Академией наук был издан отмеченный Ломоносовской премией "Словарь местного архангельского наречия", составленный скромным чиновником Александром Подвысоцким. Несмотря на свою неполноту и некоторые неточности, словарь включает в себя большие языковые богатства.

На фольклорной основе в 20-е годы был создан получивший широкую популярность в нашей стране Государственный русский народный хор северной песни.

Уважительное отношение народа к хранителям произведений фольклора вызывало желание молодежи подражать им, учиться у них образной речи, "красному" слову. Вот откуда у северян эта живописная, узорчатая "говоря", привлекающая к себе внимание всякого чуткого к слову человека.

Народ-языкотворец постоянно обогащает язык литературный. Подтверждением этому служит и творческая практика писателей-северян. Сын олонецкого крестьянина А. Чапыгин рано познал нужду, с одиннадцати лет, пастушил; он хорошо знал быт северного крестьянства, его горькую долю, его редкие радости. И крепкой любовью полюбил он северную природу. Вольная и поэтическая душа его щедро впитывала в себя неповторимую красоту диких суземов, величественных рек и озер, волшебное очарование белых ночей. Всеми корнями связанный с Севером, А. Чапыгин пришел к "Разину" и "Гулящим людям" лишь после того, как создал ряд произведений о Севере, в полной мере используя его языковые богатства. Они и позволили ему создать исторический "шелками вытканный" (Горький) роман, показывающий великое народное движение.

"Колдуном слова" назвал в свое время Демьян Бедный сказочника Писахова, патриарха северных писателей и художников. Кто бы ни при-

стр. 53


--------------------------------------------------------------------------------

ехал в Архангельск из людей, любящих литературу и искусство, путешественникови географов, -двух человек в городе они не минуют: Степана Григорьевича Писахова и Илью Константиновича Вылко (Тыко Вылко).

- Сначала осматривают Архангельск, - шутит Степан Григорьевич, - потом меня.

Немало за свою жизнь поездил по Северу С. Писахов. Бывал на Печоре, на Мезени, на Пинеге, на Онеге. Бывал в разных концах России. А пятьдесят лет назад, будучи молодым художником, путешествовал по Греции, Египту, Палестине, Италии, Франции. Больше всего Писахов любит рассказывать о своих поездках по Северу. Его рассказы полны живости, юмора, это маленькие новеллы, изложенные образным, колоритным, необычайно выразительным языком. И в них видишь северного сказочника, видишь таким, каким показался он при первом знакомстве: прямо пришедшим из сказки - мудрым, седым, лукавым, с доброй стариковской улыбкой под седыми висячими усами...

Рассказывая, Степан Григорьевич останавливается на каком-нибудь особенно понравившемся ему слове, произносит его на разные лады, любуется им со всех сторон и заражает и вас этой своей влюбленностью в крепкое, звонкое, меткое русское словцо.

- Девок на выданье на Пинеге зовут "хваленки". Ну, что за слово! Как много в нем сказано - в одном слове! И ведь каждому русскому человеку будет понятен его большой смысл, если слово это умеючи окружить да преподнести читателю. Так ли я говорю?

А словечек таких у Писахова - полная кладовая. Он вспоминает о том, что после появления в печати первых сказок его спрашивали, пользуется ли он словарем Даля. Старый сказочник в шутку говорит, что если бы Владимир Даль побывал на Пинеге и на Печоре, то, наверное, прибавил бы еще один том к своему словарю.

Сказки С. Писахова стали появляться в печати в 1932 году в журнале "30 дней" (раньше, в 1924 году, была опубликована только одна сказка "Не любо - не слушай" в сборнике "На Северной Двине"). Затем в Архангельске сказки Писахова трижды издавались отдельной книжкой. А вот в Москве до 1957 года ни разу не издавались. Какой-то бойкий рецензент или редактор однажды забраковал рукопись и написал автору, что у него "беден язык". Больше Писахов и не обращался туда. Но вот почитатели таланта северного сказочника вспомнили о нем, и в 1957 году "Сказки" С. Писахова, изданные "Советским писателем", со вкусом оформленные художником И. Кузнецовым, появились на прилавках книжных магазинов.

"Чтя память безвестных северных сказителей - моих сородичей и земляков, я свои сказки веду от имени Сени Малины", - говорит автор в коротеньком предисловии. Сеня Малина, веселый рассказчик, реальное лицо, встреченное автором в жизни, стал героем его сказок. Образ Сени Малины, враля и весельчака, рыболова и "первостатейного охотника", человека авантюрной складки, в то же время несет в себе черты народного характера. Сеня Малина - не просто бездумный враль и старый озорник; в его рассказах за внешней оболочкой фанта-

стр. 54


--------------------------------------------------------------------------------

стических метаморфоз и невероятных происшествий отчетливо выражены вековые чаяния и думы северного крестьянина.

Вот, к примеру, сказка "Снежные вехи". В ней наглядно выражена мечта крестьянина об облегчении тяжелого ручного труда, поглощавшего много времени и физических сил. Примечательна в ней, как и во многих других сказках, тяга к прекрасному, мечта о прекрасном.

В основе сказок Писахова лежат фантастические сюжеты, но нередко самая фантастическая сказка кончается серьезно, без тени улыбки. "Уже повремени малость, мы нашу Уйму яблонями обсадим, только уж всамделишними" ("Яблоней цвёл"). Это подчеркивание - "всамделишними" - необходимо рассказчику для того, чтобы совершенно снять шутливо-ироническую интонацию в разговоре о будущем. Хотя разговор этот весь в одной фразе, он исполнен глубокого смысла. Дерзкий полет фантазии, может быть подсознательно, опирается на реальную почву. Источником вдохновения служит сама действительность.

Стремление народа подчинить себе стихийные силы природы выразились в том, как Малина "наловил всяких разных ветров: суховейных, мокропогодных, супротивных, попутных" и как он распоряжался этим "ветряным запасом" в практических целях, облегчая труд баб и мужиков ("Ветер про запас"); и в том, как находчивый мужик запряг сто белых медведей и "поехал на медведях по морю" ("Белые медведи"), и в том, как Сеня Малина морем покрывался вместо одеяла ("Сплю у моря"). Такие мотивы часто встречаются в сказках Писахова.

Сильной стороной сказок является сатирическое изображение попов и чиновников, всех "помыкающих трудящими, мешающих налаживать жизнь в общем согласье". Попы и чиновники, как правило, показаны в конфликте, в столкновении с Сеней Малиной и с людьми его круга, с мужиками-тружениками.

Вот безудержная фантазия Сени Малины с помощью "запасных ветров" подняла деревню Уйму высоко над землей ("На Уйме кругом света"). Что же увидели уймичи на белом свете?

"Видели разные всякие страны, видели разных народов. У всякого народа своя жизнь. Над всякими народами свой царь либо король сидит и над народом всячески изгиляется, измывается. Народным хлебом 'цари, короли объедаются, на народную силу опираются, народ гнетут. А чтобы народ в разум не пришел, чтобы своих истязателей умными и сильными почитал, цари, короли полицейских откармливают и на народ науськивают. Разномастных попов развели, попы звоном-гомоном ум отбивают, кадилами глаза туманят. Непонимающий народ отпору не дает, думает - так и надо.

Как мы это усмотрели да в толк взяли, в такую ярость взошли, что кабы не так высоко мы были, кабы наши руки дотянулись, - мы бы разом всех царей, королей прикончили, да в те поры у нас руки были коротки".

Узнав, что в Уйму проникла крамола, туда устремились чиновники. Но уймичам теперь уже нестрашны чиновники, они "всей деревней на них гаркнули", а на губернатора напустили "ветер штормовой".

стр. 55


--------------------------------------------------------------------------------

И здесь, в одной из самых причудливых и замысловатых по сюжету сказок, в основе стоит реальный конфликт, взятый из действительности, продиктованный жизнью.

Язык сказок С. Писахова отличается живостью, красочностью, остроумием. Меткие словечки то веселыми стайками, то в одиночку мелькают на страницах книжки, сплетая красивый замысловатый узор колоритной и образной речи. И звучит эта речь плавно, неторопливо. Нельзя не уловить ее мелодии, ее размеренного ритма.

Вера в могучую силу слова всегда жила в народе, и это нашло свое выражение в фольклоре. В сказках Писахова фольклорная магия слова существенно преобразуется, она приближена к реальной почве. В сказке "Письмо мордобитно" рассказывается, как Сеня Малина написал "большую бумагу". "Крепкие слова" этой бумаги били чиновников по головам, "по министеровским личностям... за весь рабочий народ!"

О сказках Писахова можно сказать: в них - не просто русский дух, в них - северный русский дух, - так ярко ощутим в них колорит края, так приросли они к Северу.

Давно уже сказки Писахова полюбились читателям. Некоторые из них передаются устно как народные. Характерный пример широкого их распространения привел П. Безруких еще в 1941 году (журнал "Литературное обозрение", 1941, N 2, стр. 4). Значительно трансформированную сказку Писахова одному из литераторов удалось записать на Украине. Изменился колорит, детали, вместо Сени Малины появился другой рассказчик - дядько Опанас, но сюжет остался в основе своей без изменения. Было выяснено. что сказка перекочевала на Украину через "журнал с картинками".

Сейчас редко появляются в печати новые сказки С. Писахова, но старый сказочник полон замыслов, он готов без устали рассказывать сюжеты новых сказок, которые собирается написать.

Традиции фольклора нашли весьма своеобразное преломление в творчестве таких оригинальных художников, как М. Голубкова и Н. Леонтьев. Их трилогия "Мать Печора" щедро вобрала в себя золотые россыпи народной вековой мудрости, заключенной в пословицах и поговорках, в метких словечках, присказках.

"Без красного слова речь - все равно, что масленица без блинов, именины без пирогов", - приговаривают печоряне, да не только приговаривают, а тут же и показывают, что такое печорское "краснословье". Слушаешь - не наслушаешься.

Недаром в прежние времена сказочник, какой-нибудь рыбак не тужила - голова, был в почете наряду с лучшим кормщиком, его переманивали хозяева, снаряжавшие рыбаков на понизовый лов. Сказка да песня, шутка да прибаутка были подмогой в тяжелой рыбацкой жизни, и народ умел ценить драгоценное искусство слова, умел беречь его, сохранив до наших дней еще не собранные и не изученные богатства.

В образной системе трилогии М. Голубковой и Н. Леонтьева языку придается исключительное значение. Это не раз подчеркивается и в эстетической программе авторов, изложенной в произведении. Для

стр. 56


--------------------------------------------------------------------------------

них "хромое слово - кривая речь". И ищут они слова "ясные, прямые да верные", способные вызвать "трепет сердечный", ищут в неиссякаемом источнике устного поэтического творчества, "в простой речи... печорской, в песнях да плачах, былинах да сказках".

Для М. Голубковой и Н. Леонтьева фольклорная традиция явилась чрезвычайно плодотворной, сна послужила основой для создания весьма оригинального эпического жанра повести-сказа, определила ярко индивидуальный стиль повествования, обогатила язык.

Характерно, что к устному народному творчеству, как источнику обогащения литературного языка, более охотно обращаются писатели сельской и исторической тематики или разрабатывающие фольклорные сюжеты. Эту особенность можно проследить не только на творчестве писателей-северян, но в данном случае речь идет о них. Кто из архангельских писателей и в каких произведениях наиболее широко использовал фольклор, поморский диалект для обогащения языка? Помимо уже названных выше С. Писахова, М. Голубковой и Н. Леонтьева, это Борис Шергин, Константин Коничев в его "Деревенской повести" и "Повести о Федоте Шубине", Н. Леонтьев в драматической поэме "Михайло Ломоносов", Н. Жернаков в повестях "Восход" и "Быть флоту российскому", И. Полуянов в его лесных рассказах и рассказах из жизни деревенской детворы.

С именем холмогорца Николая Жернакова в Архангельске связывают большие надежды. Заявил он себя в литературе, уже будучи немолодым человеком. Ни] его профессия, ни его прежние занятия ничего общего с литературой не имели. Коренной двинянин, земляк Ломоносова, Н. Жернаков пользовался широкой известностью среди охотников-любителей. Однажды он принес в издательство рукопись популярной брошюры для охотников-любителей "Охота на уток в низовьях Северной Двины". Работники издательства обратили внимание на разбросанные в разных местах рукописи вдохновенные, подлинно поэтические описания природы. А затем в альманахе "Север" был опубликован первый маленький рассказ Н. Жернакова - "Стерляжники".

Работа над повестью "Восход", которая вышла отдельной книгой, была долгой и трудной, но плодотворной. Даже если сравнивать журнальный вариант ("Север", 1955, N 16) с книгой, - видно, сколь требовательно и серьезно относится автор к своей работе, сколь тверда его рука, когда дело касается отсечения слабых кусков, очистки произведения от стертых слов и образов.

В повести "Восход" Н. Жернаков обратился к не новой в нашей литературе теме коллективизации. Это многих настораживало: что может сказать о коллективизации после М. Шолохова, А. Твардовского, Ф. Панферова неопытный писатель? Конечно, было бы наивно ставить рядом жернаковский "Восход" с "Поднятой целиной". Но наш долг сделать другое - увидеть, в чем проявилось своеобразие Н. Жернакова в подходе к жизни, какие стороны этих исторических событий он раскрыл.

Н. Жернаков действительно сумел показать и особенности обстоя-

стр. 57


--------------------------------------------------------------------------------

тельств, в которых проходила коллективизация на Севере, сумел (как это уже отмечалось в местной печати) сделать свою повесть современной по проблематике. Во многих сельских библиотеках различных районов области прошли читательские конференции по повести "Восход", и читатели, участники и свидетели создания первых колхозов, единодушно отмечают, что коллективизация в повести изображена так, как она проходила в их районе, в их селе.

Важно и то, что читательские конференции по повести "Восход" в сельских и колхозных библиотеках почти всегда перерастают в большой и принципиальный разговор о положении дел в своем колхозе, в бригаде, на ферме.

Одно из главных достоинств повести Н. Жернакова - емкий, густой, точный язык. Источник этого - северная кладовая слова. Н. Жернаков использует запасы этой кладовой по-своему, пропускает через свою писательскую индивидуальность, стараясь главным образом насытить колоритом речь персонажей, диалоги. И в индивидуализации речи персонажей, в мастерстве диалога он достиг уже многого в этой первой своей книге.

Привлечет внимание читателей и только что изданная в Архангельске небольшая историческая повесть Н. Жернакова "Быть флоту российскому". Основная тема произведения - строительство флота на Вавчугской верфи купцов Бажениных. Н. Жернаков экономными средствами, используя подлинные исторические документы, вводя в язык некоторые архаизмы, передает колорит эпохи, создает запоминающиеся и живые характеры купца Осипа Баженина, русского умельца-кораблестроителя Степана Неумоина, беглого мастерового Орешка, каторжника и палача татарина Битки. Достоинство книги и в ее лаконизме, стройности, сюжетной завершенности, свидетельствующих о возросшем художественном мастерстве автора.

Сейчас Н. Жернаков работает над повестью о современной колхозной деревне, стараясь осмыслить те исторические перемены, которые произошли в жизни колхозного крестьянства в последние годы. Он почти безвыездно живет в Холмогорах. Работая в районной газете, Н. Жернаков побывал во всех колхозах, знает сотни колхозников и членов их семей, председателей колхозов и бригадиров, доярок и пастухов. А сейчас, уже как собственный корреспондент областной газеты "Правда Севера", он выезжает по заданию редакции в другие районы области. Запас жизненных наблюдений у писателя большой, работать он умеет с упоением и страстью. И можно верить, что он даст читателям еще не одну талантливую книгу.

Рассказы молодого прозаика Ивана Полуянова также впервые были опубликованы в альманахе "Север" несколько лет назад. А сейчас в Архангельске выходит уже третий сборник его рассказов.

И. Полуянов - отличный знаток северной природы. Он хорошо знает и любит северный лес, знает жизнь и привычки его обитателей, Об этом и написаны лучшие его рассказы. Один из первых рассказов И. Полуянова - "На тетеревином току", написанный рукою не твер-

стр. 58


--------------------------------------------------------------------------------

дой, не установившимся почерком, но вместе с тем свежо и интересно, обратил на себя внимание читателей. Глазом опытного лесовика-охотника и тонкого наблюдателя видит происходящее на тетеревином току И. Полуянов. Описания его красочны, полны значительных деталей. Вот как он описывает тетеревиный ток:

"Черный, с ослепительно белым подхвостьем, распустив до земли крепкие крылья, с захватывающим самозабвением, исступленно пел весеннюю песню токовик. Алели набрякшие кровью его брови, иссиня-черные крылья отливали вороненой сталью.

А вокруг старого тетерева на белесой от инея траве бились, сталкиваясь грудь о грудь, косачи. В протяжный гул слились голоса птиц.

Наконец, и токовик не выдержал. С хрипотцой, басом чуфыкнул и, как молния, ринулся на ближайшего косача, сшиб его с ног. Задорно бросился к другому... Легкие перышки закружились над поляной.

- Ко-ко-ко, - нежно квохтали, подбадривая отважного бойца, пестрые тетерки. Они степенно охорашиваются, чистят клювом перышки.

Солнце выкатилось над лесом. Каждая веточка на вершинах берез стала золотой. Блестят, лучатся на солнце березы. Стволы их посмуглели".

Помимо яркой картины тока, в рассказе тонко показаны переживания деревенского мальчика Пети, раскрыта его детская психология. Неподдельна искренность отчаяния и горя, охвативших мальчика, потрясенного выстрелами Кузьмы Егоровича и видом убитых птиц.

Я потому остановился на одном из первых рассказов И. Полуянова, что в нем сразу же выявились сильные стороны дарования молодого писателя: влюбленность в северную природу, острая наблюдательность охотника-лесовика, знание детской души. Эти качества получили дальнейшее развитие в рассказах последних лет. Из них наиболее удачные - ""Звездочка", "Хозяин огненного бора", "Нечаянная встреча".

Герои многих рассказов И. Полуянова - деревенские ребятишки. Они живут в мире северной природы, неотделимы от деревни. Все, что они делают, просто и естественно вытекает из их характера. Естественна их любовь к крестьянскому труду, воспитанная с ранних лет, их ранняя "самостоятельность", вообще присущая деревенской детворе.

И. Полуянову справедливо указывали на то, что некоторым его рассказам недостает сюжетной яркости, насыщенности действием, увлекательности. В литературе для детей это непременные качества. Грешит молодой писатель кое-где и многословием. Эти недостатки он старается преодолеть, много и упорно работая над сюжетом рассказов, стремясь к предельной краткости.

Серьезного творческого успеха И. Полуянов достиг в жанре коротенького рассказа о жизни северного леса, о птицах и зверушках. Эти рассказы можно услышать в детских передачах московского радио. Сейчас они подготовлены к изданию отдельной книжкой в Архангельске. Хорош в этих рассказах пейзаж, динамический, живой, переливающийся красками, наполненный гомоном птиц. Образен и свеж язык.

стр. 59


--------------------------------------------------------------------------------

Поэтическое чувство родной природы, столь щедро проявившееся уже в первых книжках писателя, художественная зоркость в сочетании с горячим стремлением к познанию жизни, несомненно, выведут Ивана Полуянова на магистраль большой советской литературы.

Конечно, группа архангельских писателей занимает скромное место в большом и могучем потоке советской литературы, но тем не менее мы имеем право говорить о том, что среди них есть писатели "хорошие и разные". Георгий Суфтин, например, не только своей темой - изображением жизни Заполярья - отличается от Евгения Коковина. Для поэзии и для прозы Г. Суфтина характерны яркость описаний, грубоватый юмор, сочность в изображении жанровых сцен. Главная особенность прозы Е. Коковина, его детских книг - в лаконизме и простоте языка, в поисках занимательного сюжета, в романтике приключений. Нельзя также не увидеть различий в стихах старейшего архангельского поэта Владимира Жилкина и Владимира Мусикова или Михаила Скороходова и совсем еще молодого Дмитрия Ушакова. Было бы большой смелостью говорить о том, что каждый из них имеет свою ярко выраженную творческую индивидуальность, но нет здесь и унылого однообразия, нет одноголосого пения.

Г. Суфтин - товарищ безвременно погибшего талантливого писателя И. Меньшикова. Вместе они начинали пробовать свои силы в литературе. У них одна тема. Но каждый из них по-своему отбирает жизненный материал, у каждого своя манера письма.

Недавно отдельной книгой издана в Архангельске повесть Суфтина "Сын Хосея", впервые опубликованная в журнале "Дружба народов" в 1957 году. Писатель развертываете ней живописную и захватывающую картину преображения тундры, пробуждения к жизни ненецкого народа. Тяжкий путь бедняка - безоленщика Ясовея к свету, к знаниям, к свободной жизни при советской власти - это путь всего ненецкого народа. В повести рассказывается, какие унижения переживали ненцы в прошлом, какому насилию и произволу они подвергались со стороны царских чиновников и купцов. Особенно выразителен эпизод, где рассказывается о том, как семью Хосея купец Яков Обрядников за плату показывал архангельским обывателям, заставляя при этом ненцев есть, сидя на снегу, сырое мясо, бесконечно пить чай, шить одежду из шкур и т. д. А специально приставленный служитель при этом объяснял публике: "Обратите внимание, почтеннейшие дамы и господа, на то, как они едят. Они не знают ни хлеба, ни иной пищи, кроме сырого мяса. Пить чай они научились только здесь и видите, как жадно и много его употребляют... У них нет нашего культурного понятия. В их разговоре вы слышите только самые простые и грубые слова: "дай жрать", "разорви мясо", "поищи насекомых"... Они не знают ни любви, ни радости, ни печали. Для них безразлично, живут ли они у себя в пустынной тундре, или вот в большом городе. Лишь бы была пища да примитивный шалаш-чум..."

Эти картины написаны на основе реальных фактов.

Маленький Ясовей не выдерживает такого унижения, он бежит

стр. 60


--------------------------------------------------------------------------------

от купца. Бегство это и было первым открытым выражением протеста против бесчеловечности и произвола. Советская власть открывает перед Ясовеем возможность проявить его незаурядные человеческие качества. Пройдя большую школу воспитания в борьбе, в человеческом коллективе, Ясовей сам становится учителем, воспитателем ненецких детей.

Важное место в повести занимает Тирсяда - ненка, в прошлом безграмотная раба мужа, ставшая председателем тундрового совета.

Повесть Г. Суфтина не свободна от недостатков. Особенно огорчают композиционные просчеты, сюжетная незавершенность. Неровён и язык произведения. Сейчас писатель работает над новой книгой, где главное место займет Тирсяда. Время действия - наши дни. Сегодняшняя действительность в жизни ненецкого народа представляет богатейший материал для вдохновенных книг о победном шествии социализма на бывшей окраине России.

Евгений Коковин хорошо известен читателям главным образом своей повестью "Детство в Соломбале", составившей вместе с "Морской школой" и "Первой любовью" трилогию "Дети моря". Книга эта много раз переиздавалась, о ней немало написано. Секрет успеха книги у юного читателя состоит в том, что Е. Коковину удалось соединить в ней яркий и увлекательный сюжет с большим и значительным содержанием, создать картины, полные романтики борьбы, романтики подвига.

Мысль о том, чтобы написать повесть о жизни и приключениях ребят из морской слободы Соломбалы, подал Е. Коковину Аркадий Гайдар. В конце 20-х и начале 30-х годов А. Гайдар работал очеркистом в редакции краевой, а затем областной газеты в Архангельске, вел литературную консультацию, помогал начинающим. Здесь, в Архангельске, писал Гайдар свою "Школу", читал ее литературному активу города и здесь же в газете "Литературный Север" (приложение к газете "Волна") впервые печатались ее отрывки. На суд Гайдара и попал первый маленький рассказ курсанта морской школы Е. Коковина.

С Гайдаром Е. Коковина связывает не только личное знакомство. Ощутимое влияние оказало на писателя и творчество Гайдара. Органический сплав романтики приключений и пафоса революционной борьбы - одна из наиболее плодотворных традиций Гайдара - характерен и для трилогии Е. Коковина "Дети моря".

Евгений Коковин - писатель своей темы. Он любит Север, море, любит отчаянных портовых мальчуганов, в которых страсть к морским путешествиям живет чуть ли не с колыбели. Этой теме посвящена и его новая повесть "Жили на свете ребята", опубликованная в семнадцатой книге альманаха "Север" (1956). Повесть привлекает тем крепким ароматом морской слободы, который присущ и "Детям моря". Писатель отлично знает круг интересов портовых ребят. Мечта о плаваниях, о путешествиях живет здесь в каждом мальчишке. Пароходы, катера, яхты, шлюпки! Найдется ли хоть один портовой паренек, который - разбуди его среди ночи! - отказался бы от возможности прокатиться под парусом или на веслах по реке!

Однако новая повесть Е. Коковина значительно уступает "Детям

стр. 61


--------------------------------------------------------------------------------

моря" в разработке сюжета и в лепке характеров. Чувствуется какая-то неуверенность, боязнь автора пустить своих маленьких героев в сложные переплеты жизни, в опасные плавания, как раньше отваживались на это в своей утлой "Молнии" отчаянные соломбальские мальчуганы Дима Красов и Костя Чижов ("Дети моря").

Сейчас Е. Коковин целиком занят работой над большой книгой, охватывающей почти сорокалетний период, начиная с гражданской войны на Севере и до наших дней. В центре произведения - судьба простого матроса, участника гражданской войны, ставшего впоследствии знаменитым ледовым капитаном. Писатель и здесь остается верен своей теме. Что ж, это постоянство свидетельствует о большой любви. А большая любовь к тому, о чем пишешь, - одно из важных условий творческого успеха.

Архангельск - старинный морской порт, ворота в Арктику. О море и моряках в Архангельске пишут писатели-моряки. Капитан дальнего плавания Юрий Жуков написал повесть "В последний день года", опубликованную в семнадцатой книге альманаха "Север". Это его первое произведение. Ю. Жукову удалось правдиво показать трудности и невзгоды морских плаваний, те чувства, которые переживают наши моряки, находясь вдали от родных берегов, особенно в дни народных праздников, когда так хочется быть вместе с близкими, родными... Хороши и страницы, где рассказывается об авральных работах на палубе, о ремонте котла, о самоотверженной попытке советских моряков спасти тонущее английское судно.

Повесть Ю. Жукова, несмотря на многие уязвимые места, занимательна, сюжет ее, исключая несколько затянутое начало, развивается энергично. Некоторые детали и находки украшают произведение. Сильное впечатление производит конец. Когда наступила развязка морской трагедии и советские моряки с горечью убедились, что все их усилия спасти экипаж "Марты" оказались тщетными, а английское судно "Кетти", которое могло бы вовремя оказать помощь терпящей бедствие "Марте", но не сделало этого, уже вошло в порт, - в радиорубке советского парохода неожиданно "раздался где-то слышанный ранее перезвон колоколов. Колокола переливчато проиграли нехитрую мелодию и на время притихли. После небольшой паузы одинокий колокол торжественно и неторопливо ударил двенадцать раз. Тарасов невольно посмотрел на часы, показывающие три часа ночи, и все понял. Это "Биг Бенн" на знаменитой башне английского парламента известил мир, что в столице Англии, Лондоне, наступил Новый год...

Подданные ее величества королевы Великобритании в этот момент поднимали бокалы с вином и поздравляли друг друга с новым счастьем".

И никому не было дела до того, что за несколько десятков миль от берега в морской пучине гибнет экипаж старого судна, потому что владелец должен получить за него изрядную сумму страховки. Жизнь человеческая разменивается на фунты стерлингов.

Ю. Жуков противопоставляет в повести два мира: мир наживы, чистогана, буржуазный мир с его волчьими законами - с одной сто-

стр. 62


--------------------------------------------------------------------------------

роны, и другой мир, где понятия чести и товарищества, человечности являются неотъемлемой частью мировоззрения, воспитания, характера. Противопоставление это закономерно, но сделано оно в повести по упрощенной схеме: два судна - советское "Котлас" и английское "Кетти"; два капитана - хороший и плохой; два старших механика один из них самоотверженно работает на ремонте котла, чтобы пароход мог выйти в море на спасение гибнущего судна, - второй, подстегиваемый жаждой к вину и возможностью легко заработать, дает капитану фальшивую бумажку о неисправности машины, освобождающую от необходимости идти на спасение судна...

Однако то обнадеживающее, что есть в повести Ю. Жукова, позволяет ждать от него новой книги, позволяет верить, что она будет ярче и значительнее первой.

В Архангельске справедливо упрекают своих писателей в недостаточном внимании к современной тематике. И отрадно, что сейчас прозаики Е. Коковин, Н. Жернаков, И. Полуянов, Г. Суфтин и другие работают над книгами о наших днях. К поэтам упрек этот относится в меньшей степени. В стихах и поэмах архангельских поэтов поднимаются некоторые проблемы сегодняшнего дня, хотя в их творчестве есть и фольклорные мотивы, и историко-революционная тематика.

Стихи таких поэтов, как Владимир Мусиков, Михаил Скороходов, Федор Ширшов, Валентин Кочетов, Олег Думанский, Иосиф Леонидов, детский поэт Василий Калинкин и другие, разнообразны по тематике. В них поднимаются проблемы воспитания характера, проблемы эстетические и этические, проблемы чувства и долга, бичуются пережитки прошлого в сознании людей и т. д. Поэты нередко встречаются со своими читателями, выступают в библиотеках и клубах промышленных предприятий. Надо сказать, что областное книжное издательство довольно охотно издает небольшие, со вкусом оформленные сборники молодых поэтов. Так изданы "Слово молодых" (сборник стихов молодых поэтов), сборничек великолепных лирических стихов "Белая ночь" прожившего год на Севере Николая Тряпкина, "Северный ветер" О. Думанского, "Любовь и море" В. Кочетова.

Романтикой морских походов, соленым морским ветром веет со страниц маленькой книжечки стихов штурмана дальнего плавания Валентина Кочетова "Любовь и море". В стихах молодого поэта еще немало стилистических шероховатостей, голос его не устоялся, но стихи подкупают лирической взволнованностью, страстностью. Нельзя не верить В. Кочетову, когда он пишет о море:



Здесь моя начиналась песня,
Жизнь моя
начиналась
здесь!





Более уверенно звучит голос Олега Думанского, участника Великой Отечественной войны, бывшего морского офицера. Главное содержание книжки его стихов "Северный ветер" - море и моряки, волевые, мужественные люди, побывавшие во многих морских походах, знающие

стр. 63


--------------------------------------------------------------------------------

цену настоящей дружбе, люди высокой морали. Такие люди способны вступать в единоборство с морской стихией и побеждать. Об их стойкости говорит поэт в чеканных строках:



Шторму предел -
двенадцать,
Воле -
предела нет!





Но, как и В. Кочетов, О. Думанский пока еще редко выходит за круг морской темы. А жаль, это ограничивает возможности дальнейшего творческого роста способных поэтов.

Из поэтов среднего поколения наиболее активно работает Владимир Мусиков. После войны он издал две книжки стихов - "Отчий край" и "Живые огни", две книжки для детей и поэму-сказку "Хановэй - ясноглазый сокол", написанную по мотивам ненецкого фольклора. В. Мусиков почти незнаком всесоюзному читателю, так как он издавался только в Архангельске. Между тем многие его стихи, поэма "Живые огни" заслуживают того, чтобы познакомить с ними широкого читателя. "Живые огни" - историко-революционная поэма. Главный ее герой - Александр Терехин, матрос-большевик, герой гражданской войны на Севере. Поэма привлекает к себе подлинным драматизмом и стремительной динамикой в развертывании событий, точностью характеристик, разнообразием ритмического строя. Трагична судьба героев поэмы, но это "оптимистическая трагедия". Революционный жизнеутверждающий пафос пронизывает все произведение.

Дарование В. Мусикова, его поэтическое видение жизни лучше всего, по-моему, проявляется в публицистических стихах, поднимающих важные, имеющие общественное значение вопросы морали и быта. Таковы стихи "Ефросинья Марковна", "Наша Дочь", "Открытый разговор" и др. С гневом и страстью бичует поэт тех, чьи души заплыли обывательским жирком, кто забывает о своем святом долге по отношению к близким, к товарищам, ко всему обществу. Поэт ведет с ними беспощадный и мужественный "открытый разговор", утверждая чистоту наших отношений, не запятнанную мелким самолюбием и бюрократической косностью. Не все публицистические стихи В. Мусикова хороши. Среди них есть риторические, рассудочные стихи. И все же публицистика - жанр, в котором Мусиков может плодотворно работать.

Изображая сегодняшний день, Владимир Мусиков обращает свой взор в прошлое и будущее, оценивает настоящее в исторической перспективе. В одном из лучших стихотворений последнего времени - "Хлеб" образ "румяного теплого хлеба" поднимается до символа нашей борьбы и силы. Но чем был этот хлеб для нас в годы революции, в годы гражданской войны, "когда с детишками своим пайком делился председатель Совнаркома"?



Россия хлебом
Бредила во сне,
И хлеб был этот
Пополам с мякиной.





стр. 64


--------------------------------------------------------------------------------

В нескольких строках встает перед нами образ тяжелого времени голода и разрухи, когда героический советский народ в смертельной схватке с врагом дрался за хлеб, за мир. Только зная подлинную цену хлеба, добытого самоотверженным трудом советских людей, можно с гордым сознанием писать:



Вот он лежит,
Румяный теплый хлеб -
Кирпичики,
Ковриги
И батоны,
Наш трудовой,
Насущный,
Мирный хлеб,
Колосьями
В советский герб
Вплетенный.





В творческой активности далеко обогнал своих товарищей Михаил Скороходов. Молодой писатель работает много и самоотверженно. Его привлекают будни полярников, моряков, рыбаков, их нелегкий, но благородный труд. М. Скороходов обращается к фольклору, к истории. Из-под его пера выходят боевые очерки, рассказы, стихи, поэмы. Одно из самых значительных произведений М. Скороходова - поэма "Легенда о Ваули", созданная на основе ненецкой легенды, использованной в свое время Иваном Меньшиковым. Написана "Легенда" с любовью и уважением к маленькому и много страдавшему в прошлом ненецкому народу, к его истории, традициям. Ваули показан как человек из народа, простой и сердечный, такой же, как все, только, может быть, более смелый, более сильный, чем другие. Ваули думает о судьбе своего обездоленного народа, хочет, чтобы все ненцы были сыты и счастливы.



- Горе ненцев безоленных
У меня лежит на сердце...
Не пурга над тундрой стонет,
Это дети плачут в чумах,
И не льды скрежещут в море,
Это точит зубы голод.

Не пурга стучится в стены,
Это Смерть гремит костями...
У меня одна забота
И одна большая дума -
Где найти такое стадо,_
Где мне взять оленей столько,
Чтобы ненцам всем хватило...





Он видит, что счастье для бедных людей надо завоевать своими руками, и поднимает их против богачей, против тадибеев. Богатеи в страхе бегут от Ваули, ищут защиты у русских чиновников, а их оленей, одежду, жилища Ваули отдает беднякам. Народ счастлив, он бесконечно благодарен своему вожаку, он радуется его силе, мужеству, его

стр. 65


--------------------------------------------------------------------------------

улыбке. Повстанцы одерживают победу в схватке с "войском Митьки-капитана", но хитростью и обманом царские слуги заманили Ваули в ловушку, заперли его в подвал и приковали цепями. А Ваули, как гласит легенда, обернулся комаром и скрылся.

Идейный пафос "Легенды" - борьба ненецкого народа против угнетателей, борьба за лучшую долю. К недостаткам ее следует отнести то -, что автор узко трактует причины восстания. Собственно, поводом к восстанию послужил инцидент между пастухом и тадибеем, когда последний выгнал из чума потерявшего глаз пастуха Тосавея.

Эпический ритм стиха в начале хорошо передает нарастающую тревогу, предчувствие каких-то больших событий, которые должны всколыхнуть гнетущую тишину тундры. Этот ритм очень органичен также в кульминационных сценах, рисующих ход восстания, в лирических картинах. Но в бытовых эпизодах он не только не оправдан, но и разрушает стих. Почти вся вторая глава, например, воспринимается как ритмическая проза.

В Архангельске ежегодно издается довольно объемистая книга альманаха "Север". В альманахе напечатано многое из того, о чем шел разговор выше. Хорошей традицией стало предоставлять страницы альманаха литературной молодежи. Ведь именно в альманахе напечатали первые произведения И. Полуянов, Н. Жернаков, В. Кочетов и другие писатели.

"Хочется остановиться на драматической поэме Н. Леонтьева "Михайло Ломоносов", опубликованной с сокращениями в альманахе "Север" (1956,. N 7).

Ломоносов раскрывается в поэме как человек неукротимой воли и яркого ума, как человек, беспредельно влюбленный в жизнь, исполненный непобедимой веры в силу человеческого разума, в силу науки, которая должна, по его мнению, преобразить мир.

Ломоносов видит и глубоко переживает страдания угнетенного русского народа, его отзывчивое сердце наполняется горечью и болью. И он всей душой тянется к нищему слепцу Егорке, в котором видит "народного заступника - певца". Егорка в поэме олицетворяет угнетенный и страдающий, но не покорившийся и свободолюбивый русский народ. Этот нищий слепец в рубище, с шутовскими выходками - пламенный трибун, он способен зажечь сердца ненавистью к угнетателям. Егорка верит в появление народного вождя, который стал бы "холопам друг, отец и брат". Своим "огнепальным" словом Егорка поднимает мужиков на бунт. Этот образ выразителя народного протеста против гнета и бесправия наряду с образом Ломоносова занимает в поэме важнейшее место.

В лексике, образной системе Н. Леонтьев идет от устной народной поэзии, от громадного пословичного богатства русского народа.

В последней, восемнадцатой книге альманаха большое место отведено историко-революционной тематике. Здесь опубликованы повесть Павла Лыскова "Суровая осень", очерки А. Копылова, Н. Жернакова, Ю. Хамьянова. Содержательный очерк Павла Некрасова "По ленин-

стр. 66


--------------------------------------------------------------------------------

скому пути" рассказывает об истории большого северодвинского села, преображенного за годы советской власти в крупный культурный и хозяйственный центр Приморья.

Преподаватель педагогического института Л. Ленина в статье "По большому счету" сделала небезуспешную попытку проанализировать творчество нескольких архангельских писателей. В ее статье есть немало ценных наблюдений и верных выводов. Но впечатление от статьи снижается ее панегирическим тоном. К сожалению, в целом кафедра литературы педагогического института не связана с жизнью писательской организации.

Альманах "Север" не отвечает еще многим требованиям читателя. Он недостаточно актуален по своей проблематике. Слаба в нем публицистика. Нос каждой книгой альманах крепнет, богатеет содержанием. И в каждом номере заявляют о себе молодые творческие силы.

Архангелогородцы чтут литературные традиции Севера и при случае не забывают напомнить о том, что более двух веков назад отправился с рыбным обозом из Холмогор в Москву сын помора Михайло Ломоносов, прославивший отечественную науку и литературу. Напомнят и о том, что в мезенской ссылке написал свои первые рассказы А. Серафимович, что жил на Севере А. Грин, бывал на Севере и писал о нем М. Пришвин, с Севером связано творчество И. Меньшикова, уважительно назовут имя А. Чапыгина, упомянут и поэтов-земляков А. Яшина, А. Чуркина, И. Молчанова.

Лучшие литературные традиции помогут архангельским писателям создать новые книги, в которых забурлит полноводье жизни, в живых и ярких картинах предстанет пришвинская мечта о преображенном Севере.

Архангельск - Москва.

стр. 67


--------------------------------------------------------------------------------

О ХУДОЖЕСТВЕННОМ

МАСТЕРСТВЕ

Начиная с этого номера редакция вводит раздел "О художественном мастерстве)}. Мы будем печатать здесь статьи о мастерстве классиков и лучших советских писателей, о стиле и художественном образе, сюжете и композиции, о языке, о работе писателя над произведением ("В творческой лаборатории художника"), об идейности и мастерстве, содержании и форме в искусстве, отклики на книги о художественном мастерстве и т- д.

Особое внимание будет уделено вопросам мастерства в литературе социалистического реализма.

Редакция надеется, что в обсуждении всех этих проблем примут участие не только критики и литературоведы, но и писатели, и преподаватели литературы.

В этом номере журнала мы помещаем статьи критика В. Назаренко и писателя Л. Гумилевского. Дальнейший обмен мнений покажет, насколько плодотворен их подход к вопросам художественного мастерства. Своеобразное решение проблемы стиля найдут читатели в статье Л. Гумилевского. Словесное мастерство и особенности художественного мышления автор связывает с учением И. П. Павлова; в законах высшей нервной деятельности он пытается найти объективные критерии мастерства. Нетрудно заметить, что на статье Л. Гумилевского лежит отпечаток механистичности, упрощенного решения сложной проблемы. Но очевидно, что научные изыскания в области художественного творчества и применения к художественному творчеству учения Павлова могут принести пользу писателям и критикам.

стр. 68