Вышла шестая книга журнала "Литературная мысль". С выходом этого номера теоретический орган болгарских литературоведов, издающийся в Софии Институтом болгарской литературы, завершил первый год своего существования и вступает в год второй. Сам факт издания такого журнала, впервые появившегося в Болгарии, свидетельствует о возросших успехах болгарского литературоведения, о развитии научной мысли. С содержанием первых двух номеров "Литературной мысли" читатели нашего журнала уже знакомы по рецензии И. Цветкова (1957, N 3), поэтому мы остановимся более подробно на последующих номерах минувшего года и на ведущих тенденциях в работе журнала.

Прежде всего хотелось бы отметить, что в журнале ставятся важные вопросы марксистско-ленинской эстетики, публикуются статьи и сообщения о творчестве крупнейших болгарских писателей, освещаются достижения современной болгарской литературы. Кроме того, журнал систематически знакомит своих читателей с литературной жизнью, идеологической борьбой в литературах других стран.

Большое место в журнале отводится болгаро-русским и болгаро-советским литературным связям, которые играли существенную роль в развитии болгарской реалистической литературы в прошлом и весьма плодотворно сказываются сейчас на теоретической мысли и художественной практике многих современных писателей. Ведя борьбу против буржуазной идеологии, против ревизионистских тенденций в литературе, журнал отмечает свою солидарность с теми крупнейшими писателями и критиками на Западе, которые отстаивают прогрессивные позиции в литературе и искусстве. "Мы не ожидаем, говорится в редакционной статье "Литературной мысли", - признания нашей культуры и любви к нашей литературе со стороны "меценатов", "ценителей" и "покровителей" искусства, которые подвизаются на Западе. Наши союзники на Западе - те творцы, чье творчество, великое и плодотворное, порождено близостью к народу и питается реалистической традицией" (1957, N 3, стр. 3).

Бесспорно, что многие статьи, появившиеся в журнале в минувшем году, привлекут внимание широких кругов читателей не только в Болгарии, но и за ее пределами. Для наших литературоведов журнал интересен постановкой теоретических проблем и особенно разработкой вопросов литературных связей.

Борьбой за передовые традиции в национальной литературе, за развитие социалистического реализма проникнуты статьи Т. Павлова, П. Зарева, Г. Цанева, П. Динекова, Е. Каранфилова, Ж. Авджиева., С. Божкова и других.


--------------------------------------------------------------------------------

"Литературна мисъл", 1957, NN 3 - 6.



стр. 191


--------------------------------------------------------------------------------

В третьем номере журнала вопросам эстетики посвящены статьи Т. Павлова - "К вопросу об эстетике как науке", Д. Спасова - "Некоторые аспекты комического" и К. Дарковского - "Фрейдизм и искусство". Этим статьям присущ и полемический задор, и творческий подход к решению актуальных проблем. Т. Павлов в этой части своего исследования (статья публикуется в N 1, 2 и 3) касается вопроса взаимной обусловленности мировоззрения и метода, субъективной стороны объективно-реальных явлений, изображаемых в искусстве и литературе. Д. Спасов в своей статье устанавливает связь между логическим, психологическим и социальным аспектом "комического смеха". Полемизируя с буржуазными теоретиками, автор утверждает, что смех связан с отрицательной оценкой тех или иных явлений действительности, воспринимаемых с определенной точки зрения. Разнообразием социальных условий автор объясняет разнообразие комического, а динамика общественного развития определяет его эволюцию. К. Дарковский в статье "Фрейдизм и искусство" справедливо выступает против той шумихи, которую подняли буржуазные теоретики искусства в 1956 году по случаю столетия со дня рождения венского психопатолога. Разбирая психоаналитические воззрения Фрейда и его сторонников в разных странах, в том числе и в буржуазной Болгарии 30-х годов, К. Дарковский показывает их научную несостоятельность и пагубную роль для искусства. Автор говорит о том, что фрейдистский психоанализ появился в условиях разлагающегося буржуазного общества, что его используют реакционные силы в своих классовых интересах, нанося тем самым огромный ущерб развитию прогрессивного искусства.

Приведенные статьи интересны поисками новых путей в решении важных проблем эстетики. И вместе с тем нельзя не отметить, что авторы крайне мало используют в своих доказательствах богатый материал отечественной литературы, не затрагивают острых вопросов, волнующих литературную общественность в данный момент. Введение такого материала значительно обогатило бы научный и теоретический уровень статей, повысило бы их значение для современной критики и литературы.

В большей степени связана с общественной и литературной жизнью статья Т. Павлова "О пафосе и критическом духе ленинской эпохи" (N 6). В ней автор разграничивает критику принципиальную, творческую и критику нигилистическую, идущую со стороны реакционного лагеря. Первая помогает осуществлению социалистического идеала и потому нуждается в развитии, а вторая проникнута человеконенавистнической идеологией, и с нею надлежит бороться. Над этой статьей, несомненно, задумаются и те болгарские писатели и критики, которые в погоне за модой в последнее время стремились в черном свете представить современную действительность.

Стремлением проникнуть в творческий процесс писателя и раскрыть его своеобразие отличается статья П. Зарева "Стиль и художественность". Статья содержит ряд метких наблюдений над индивидуальным "почерком", языком разных писателей, над художественным мастерством. Появление такой работы на страницах "Литературной мысли" свидетельствует о глубоком интересе современной болгарской критики к вопросам формы, к стилевым особенностям художественных произведений. Однако отсутствие четких формулировок и терминологическая неопределенность служат серьезным препятствием в уяснении некоторых взглядов автора. Так, П. Зарев разграничивает собственно "почерк" писателя и его стиль. Под "почерком" критик подразумевает выразительные средства языка, а стиль, по его мнению, "не только форма, а и содержание, целостная сущность художественного творчества" (N 4, стр. 8). В таком расширительном понимании термин "стиль" должен был бы заменить

стр. 192


--------------------------------------------------------------------------------

употребляемый нами термин "метод". Но автор не отказывается и от этого термина "Стиль, - читаем в другом месте, - правильно понимаемый, включает в себя и идейность и реализм, хотя он нечто другое и не тождествен им" (стр. 4). ;

Важным событием в общественной и литературной жизни Болгарии прошлого1 года явилось празднование 40-летия Октябрьской социалистической революции. Оно прошло под знаком укрепления болгаро-советских политических, культурных и литературных связей. К знаменательной годовщине был приурочен выпуск пятой книги журнала "Литературная мысль". Здесь читатель найдет статьи крупных болгарских писателей Л. Стоянова и X. Радевского об Октябрьской революции, литературно-критические статьи Г. Цанева "Октябрьская революция и болгарская литература", Б. Божилова "Эхо Октября в болгарской поэзии", X. Дудевского "Октябрьская революция и советская литература на страницах революционной печати 20-х годов". В этих статьях содержится богатый материал, раскрывающий роль и значение Октябрьской революции для общественной и литературной жизни Волга? рии. В сущности, в сиянии Октября росла и развивалась болгарская революционная литература 20 - 30-х годов, под ее непосредственным влиянием складывался социалистический реализм, представленный уже в 30-е годы творчеством ряда болгарских писателей - поэтов и прозаиков. Сиянием Октября озарен огромный творческий подъем болгарских писателей после 1944 года.2 Своими личными впечатлениями о восприятии революционных событий в России в годы первой мировой войны делится болгарский поэт Ламар (Л. Маринов) ("Заметки об Октябрьской революции", N3); интересна и подборка писем советских писателей и литературных учреждений Л. Стоянову за период с 1935 по 1956 год, опубликованная в четвертом номере журнала. Все это реальные факты живых связей, оказавших плодотворное влияние на творчество отдельных писателей и литера туру в целом. Не все еще материалы, относящиеся к этой теме, собраны, систематизированы и исследованы. Но уже то, что появилось, заслуживает самого пристального изучения нашими литературоведами, как одна из замечательных страниц в истории литературных связей, как страница, проливающая новый свет на мировое значение советской культуры и литературы.

Пожалуй, наибольшее внимание журнал уделяет освещению литературного наследия прошлого, особенно наследию писателей-реалистов. В шестой книге опубликованы статьи М. Цаневой "Иван Вазов и культурная жизнь в Восточной Румелии" и статья Божкова "О некоторых моментах в жизни и творчестве Г. Стаматова". Первая статья, написанная на основе редких периодических изданий, привлекает обстоятельным анализом литературно-критических взглядов Вазова, раскрытием его роли в культурной жизни Пловдива, а вторая интересна новым освещением общественно-политических взглядов и творческого метода крупного реалиста, оставившего значительный след в болгарской литературе первой трети XX века. Богато новыми материалами и сообщение Ж. Авджиева "Об отношении Бакаловд к болгарским писателям 90-х годов прошлого века" (N 3). Автор показывает, как в пору зарождения социалистической мысли Г. Бакалов поддерживал тесные связи се многими писателями, стремясь их привлечь к рабочей печати, к участию в социал-демократическом движении. Его связи с Ц. Церковским, А. Страшимировым, К. Христовым, П. Яворовым, Д. Поляновым весьма благотворно сказались на литературной деятельности этих поэтов и прозаиков.

В том же номере читатели познакомятся со статьей Б. Делчева о творческом пути

стр. 193


--------------------------------------------------------------------------------

мало изученного болгарского поэта начала XX века Д. Бояджиева. Критик справедливо подчеркивает связи поэта с прогрессивным движением в стране, хотя нам и представляется спорным определение творческого метода Бояджиева только как романтического.

Наряду со статьями о творчестве болгарских писателей конца XIX - начала XX века, редакция систематически публикует письма и документы из частных и государственных архивов, освещающие жизнь и литературную деятельность этих (писателей. Так, в вышедших номерах мы находим ряд ранее неизвестных писем А. Страгширова, Й. Йовкова, П. Тодорова (особенно интересны материалы об украино-болгарских связях П. Тодорова).

Вопросам связи фольклора и истории болгарской литературы посвящена содержательная статья П. Динекова. В качестве одной из важных задач болгарской фольклористики автор выдвигает проблему периодизации истории народного творчества и ставит вопрос о необходимости глубокого изучения роли фольклора в развитии болгарской литературы.

Знакомство с годовым комплектом "Литературной мысли" показывает, что редакция журнала больше внимания уделяет проблемам литературного наследия прошлого (главным образом конца XIX - начала XX века) и значительно меньше литературной жизни 30-х годов. Явно недостаточно внимания уделяется и актуальным проблемам сегодняшнего дня в болгарской литературе.

Интересны, содержательны в "Литературной мысли" сообщения М. Николова о литературных дискуссиях ГДР, И. Пановой о дискуссии по вопросам реализма в Москве. Значительным оживлением литературно-критической и теоретической мысли отмечен минувший год и в самой Болгарии. На страницах газеты "Литературен фронт" развернулась очень интересная дискуссия между болгарскими и чехословацкими критиками о социалистическом реализме, в журнале "Пламък" печатались весьма содержательные дискуссионные выступления о характере социалистического реализма, в журнале "Септември" велись оживленные споры о путях развития молодой болгарской поэзии. Разумеется, в полемике были и крайние, односторонние суждения и неточные формулировки, но в целом они носили творческий характер, оживляли критическую мысль. Можно только пожалеть, что теоретический орган "Литературная мысль" обошел молчанием эти важные явления в болгарской литературе.

По-современному остро, принципиально Т. Павлов рассматривает поэтическое творчество Мл. Исаева (N 4), с полемическим задором Е. Каранфилов пишет о творчестве молодого поэта Г. Джагарова. Интересна своими наблюдениями и статья Г. Димова "Историческая достоверность и художественная образность" об историческом романе молодого писателя Ст. Дичева. Но эти выступления по вопросам современной литературы не охватывают важнейших проблем литературного процесса и тонут среди статей о литературе прошлого. По-видимому, это ощущает и редколлегия журнала, которая ищет разные формы для освещения современного состояния литературы, но не выходит за пределы решения частных вопросов о творчестве отдельных писателей. Не лишена интереса организованная журналом "творческая анкета", где писатели рассказывают о своих произведениях, о творческих поисках (А. Гуляшки, Д. Талев); в некоторой степени восполняют пробелы по современной литературе публикуемые в журнале рецензии на новые литературные произведения. Однако такие материалы не могут заменить разговора о существенных

стр. 194


--------------------------------------------------------------------------------

проблемах творческого процесса, о теоретическом осмыслении достижений и недостатков в развитии литературы сегодня. В таком разговоре крайне заинтересованы и писательская общественность, и широкие круги читателей. Нам представляется, что в отделе рецензий следовало бы больше внимания уделять не произведениям художественной литературы, а книгам болгарских критиков, сборникам литературно-критических статей. На основе этих изданий можно говорить не только о работе критики, но и ставить актуальные проблемы, связанные с процессами, происходящими в самой литературе.

Первый год издания "Литературной мысли" показывает, что у журнала есть сплоченный актив сотрудников, есть стремление ставить и решать с марксистских позиций важные вопросы теоретического и историко-литературного характера. А это служит гарантией того, что журнал будет в большей степени участвовать в решении насущных проблем современной литературы.

стр. 195