(К истории младописьменных литератур Российской Федерации)

1

За прошедшие двадцать - тридцать лет в Российской Федерации сформировались литературы, которых мир не знал, такие, например, как бурятская, калмыцкая, коми, марийская, тувинская, удмуртская, чувашская, хакасская, якутская и другие. На наших глазах рождаются и набирают силу литературы самых обездоленных ранее народностей Крайнего Севера и Дальнего Востока: мансийская, ненецкая, эвенкийская, нивхская, коми-пермяцкая. Нет в Советском Союзе народности, которая не выдвинула бы своих национальных даровитых литераторов. Примечательно, что во всех новых литературах есть произведения широкого эпического плана, свойственные, как правило, зрелым литературам.

Нет возможности в журнальной статье охарактеризовать и проанализировать все эти произведения. Я остановлю внимание лишь на некоторых, запечатлевших историю поколения, для которого сознательная активная жизнь началась вместе с Великим Октябрем. Это поколение юношей и девушек определяло свое место в жизни в сложнейшей обстановке напряженных классовых боев. Речь идет об автобиографических повестях эвенского писателя Николая Тарабукина ("Мое детство"), мансийского М. Казанцева ("Рассказ о себе"), эвенкийского Никиты Сахарова ("Детство Никиты" и "Красный Суглан"), удэгейского Джанси Кимонко ("Там, где бежит Сукпай"), тувинского Салчак Тока ("Слово арата"), а также о романах писателя бурята Хоца Намсараева ("На утренней заре"), якута Николая Мординова ("Весенняя пора"), коми Василия Юхнина ("Алая лента"), удмурта Михаила Петрова ("Старый Мултан"), калмыка Антона Амур-Санана ("Мудрешкин сын").

Повесть Николая Тарабукина "Мое детство" (1938) по праву занимает первое место в литературе эвенов. Эта автобиографическая повесть рисует яркие картины быта таежных охотников, их нравы и обычаи, их тяжелую жизнь до революции. Повесть написана взволнованно и задушевно. Хорошо изображена в ней природа северного края. Герой произведения - сирота-батрачонок. После революции он становятся "сыном исполкома" и попадает в советскую школу. Свободный труд приносит эвенам не только материальные богатства, но и обогащает их духовно, - такова одна из основных идей повести.

"Мое детство" может быть названо начальной страницей в истории жанра автобиографической повести, специфичного почти для всех молодых литератур. Постепенно этот жанр будет приобретать все более эпический характер. Своей наиболее высокой формы он достигнет в повести тувинца Салчак Тока "Слово арата".

"Рассказ о себе" (1949) мансийца Казанцева - жизнеописание человека, который вышел из семьи охотника-бедняка, стал капитаном Советской Армии, после военной службы окончил университет и получил диплом юриста. Лучшие в художественном отношении страницы повести посвящены изображению детства героя.

стр. 100


--------------------------------------------------------------------------------

Характер мальчика вылеплен почти скульптурно. К названным выше повестям во многом примыкает "Детство Никиты" эвенка Сахарова (1938).

Во всех этих произведениях много общего - и в материале, и в средствах его подачи. Главное место занимает жизнь одного человека. Социальный фон разработан пока еще мало, недостает значительных обобщений. Только через восприятие героя, рассказывающего о себе, мы знакомимся с жизнью всего народа. Герой как бы аккумулирует в себе эту жизнь народа. Рассказ о его участии в событиях, о его встречах и впечатлениях и составляет основу повествования. Каждый эпизод представляет, по существу, отдельную новеллу. Новеллы объединяются личностью рассказчика. Сюжета в подлинном значении этого слова в такого рода автобиографических повестях почти нет. В произведениях Джанси Кимонко ("Там, где бежит Сукпай") и Салчак Тока ("Слово арата") жанр автобиографической повести получает свое дальнейшее развитие. Это уже не жизнеописания отдельного человека, а летописи жизни всего народа в самый значительный период его истории, хотя на их страницах мы еще встретимся и с прямым рассказом автора о себе, о своей жизни.

Тяжелый, горький путь прошел Джанси Кимонко, прежде чем выбрался на широкую дорогу свободной жизни. Рассказом о своем детстве он и открывает повествование. Дебри дальневосточной тайги, берег Сукпай-реки. Сюда прикочевали гонимые голодом его предки с берегов моря. "Здесь вырос и состарился дед мой, - говорит Кимонко, - здесь дым от кочевий отца тревожил чуткого зверя, здесь по лесному бездорожью, по шумным протокам бежало мое детство, плакало и смеялось..."

Несколько скупых слов расширяют картину во времени и углубляют ее; видна жизнь нескольких поколений. Тут, в лесных чащобах юный Джанси получил первые навыки охотничьего искусства, приобщился к быту своих умелых и смелых сородичей, их стремлениям и надеждам. Жил в берестяной юрте, лучил" рыбу острогой, ходил с ружьем на зверя. Тайга бывала доброй матерью и злой: мачехой. Темные верования и предрассудки владели умами людей. По их понятиям тайгу населяли добрые и злые духи. Каждого духа надо было задобрить и угостить, иначе не будет удачи. Если, выпьешь лосиные глаза, "будешь видеть зверя раньше, чем он" увидит тебя".

Оковы предрассудков и поверий мешали людям жить, угнетали их сознание. Еще более тяжкими и прочными были оковы материальные. Почти все удэгейцы являлись данниками разных купцов-хищников. Угнетали сородичей старшины. Они распоряжались людьми, как своей собственностью, бедняков продавали в рабство. Особенно тяжелой была участь удэгейской женщины. Многие жизни уносила и межплеменная вражда.

Заря новой жизни для небольшого лесного народа удэге, как и для многих других народов, встала в зареве гражданской войны и освободительной борьбы русского народа с интервентами и белогвардейцами. Эту борьбу возглавили коммунисты, призвавшие народ к борьбе с захватчиками и угнетателями.

Глубокой поэтичности и драматизма исполнено повествование Джанси Кимонко о прошлой жизни удэгейского народа и начале его пути к возрождению. С волнением рассказывает он о своей встрече с коммунистом-партизаном Александром Петровичем Соловьевым, который впервые открыл ему глаза на мир и показал "лесным людям" дорогу "светлую, как солнечный луч". Своеобразен и лиричен мягкий напевный язык повести. Эта поэтическая образность и напевность возникли на основе богатого удэгейского народного творчества. Освободительную борьбу, которую вел русский на

стр. 101


--------------------------------------------------------------------------------

род с интервентами и контрреволюционерами, Джанси Кимонко образно назвал "заревом над лесами".

Отгремели бои гражданской войны, в которой принимал участие и Джанси Кимонко. Следуя советам Александра Петровича, он едет учиться в Ленинградский институт народов Севера, затем кончает центральные курсы советского строительства и, вернувшись на родину, вплоть до своей трагической гибели на охоте, занимает пост председателя колхоза в удэгейском селении Гвасюги, превратившемся в большое благоустроенное село. Удэгейцы, как и многие народы Сибири и Дальнего Востока, оставили кочевой образ жизни. В тайге появились школы, больницы, благоустроенные дома, электрические станции. Убедительно рассказал в этой повести Джанси Кимонко о пути своего народа к счастью, о думах и чаяниях удэгейцев, строящих со всеми народами Советского Союза светлый мир коммунизма.

Появление в литературе писателя из среды удэгейского народа, стоявшего прежде почти на первобытной ступени развития, - глубоко примечательное явление. Близок к Кимонко по своей творческой манере и тувинский писатель Салчак Тока, автор наиболее значительного произведения тувинской прозы - повести "Слово арата", получившей известность не только в Советском Союзе, но и за его рубежами. В ней изображается жизнь трудящихся Тувы в дореволюционные годы, их справедливая борьба за свободу, за новую жизнь. В центре повествования - судьба тувинской женщины без имени по прозвищу Тас-Баштыг нее пятерых детей, оставшихся без отца в таежном берестяном чуме. История этой семьи сливается с общими картинами жизни тувинской народности до революции и затем в первые годы после Октября, в годы гражданской войны: тайга, студеная река, жизнь среди зверей, беспросветная нужда, зависимость от торговцев, неприглядный тувинский быт - быт кочевого охотничьего и скотоводческого племени, картины жесточайшей нищеты, страдания детей, борьбы за существование, возложенной на плечи одной женщины.

Тас-Баштыг предстает перед читателем вместе со своими детьми, в ореоле материнского величия, любви и поэзии. Здесь несомненная перекличка с горьковским отношением к женщине-матери. Испытавшая всю тяжесть подневольного батрацкого труда, невзрачная Тас-Баштыг, женщина без имени, не потеряла веры в жизнь. Она сердцем угадала правду борьбы. "Теперь все будет хорошо, - говорит она, узнав, что в Туве появились партизаны. - Новых людей, что пришли в Танну-Туву, с радостью встречают все араты-бедняки, да и сама тайга им кланяется".

Вторая книга "Слова арата", вышедшая в 1957 году, знакомит с Тувой, вступившей после народно-освободительной революции 1921 года на путь демократического развития. Писатель повествует здесь о том, как вызревала мечта тувинского народа освободиться от феодального рабства и влиться в семью братских народов Советского Союза.

Народная основа повести находит свое выражение в идее, в обрисовке героев и в языке. Со страниц ее встает образ народа, осознавшего потребность в новой жизни. Народная разговорная интонация, живописные, колоритные характеры, песни и поговорки, удачно вкрапленные в повествование, яркий язык и добродушный юмор - все это делает повесть особенно популярной у читателя.

Вот как, например, рассказывает цирик (солдат) о том, как тувинцы ходили в Кобдо на войну против маньчжурских" феодалов: "Наш-то брат в амулетах не разбирается, бумажек не читает. Зато горазд охотиться на зверя - где пулей, а где рогатиной, где свистом, а где покриком, где кулаком, а где каблуком, где смело-

стр. 102


--------------------------------------------------------------------------------

стью, а где просто смекалкой. Пошли, значит, на приступ. Так и взяли город". Прием сопоставления, отличающий многие произведения, о которых идет речь, нашел яркое выражение и в "Слове арата". Писатель изображает, например, сцену скачек, но эта сцена одновременно символизирует борьбу двух противоборствующих сил. Как несокрушим и, мощен ледоход на Енисее, так могуч и народ, сжигающий чиновничьи знаки отличия и орудия пыток.

Повествование Антона Амур-Санана "Мудрешкин сын" (1935) - одно из наиболее художественно зрелых произведений калмыцкой литературы. Это документально достоверная история калмыцкого кочевья накануне революции и в первые годы советской власти. Писатель показывает крушение патриархально-родовых устоев, национальное угнетение калмыков царским правительством, притеснение их переселенцами - кулаками, царскими чиновниками, купцами, связь родовой верхушки богатеев-калмыков с русскими белогвардейцами, вскрывает классовую природу бандитизма, особенно расцветшего в годы новой экономической политики.

Перед читателем проходят картины ужасающего гнета и насилия, показано пробуждение классового сознания народа. Читатель видит, как подымаются улусы, как под ударами революции распадается патриархально-родовой быт, раскрепощается женщина. Из могучего народного потока, разбуженного революцией, постепенно выделяются отдельные личности, организующие, собирающие вокруг массы, вносящие порядок и организованность в общий хаос.

В центре - образ Мудрешкина сына, детские и юношеские годы калмыцкого бедняка, его трудный путь к зрелости. Это честный, трудолюбивый, нетерпимый к злу и несправедливости парень. Годы нелегкого ученья в русской сельской школе, благодатное влияние русской передовой литературы, университет Шанявского, знакомство с революционерами, указавшими любознательному юноше дорогу к счастью не для одного себя, а для всего трудового народа, без различия рас и национальностей, - таковы основные вехи этого пути.

Вторую часть книги открывают картины февральской и затем Октябрьской революции. Под влиянием революционных событий прозревает калмыцкая беднота, сбитая с толку националистически настроенной интеллигенцией, выражавшей интересы калмыцких богачей и белогвардейцев. Писатель показал целую галерею бездельников, пропоиц, воров и мошенников, лицемерно изображающих из себя общественно-полезных работников, но по существу своему глубоко отравленных ядом патриархально-родовых предрассудков и потому принесших немало вреда калмыцкому народу.

Герой книги всегда в гуще событий. Его судьба - это одновременно и судьба всего калмыцкого народа, в прошлом угнетенного и отсталого, подхваченного затем бурным революционным потоком и в конце концов влившегося в единую семью братских народов Советского Союза.

Поднявшийся на борьбу народ растет, закаляется и мужает. Ценны и поучительны страницы, посвященные встречам автора с В. И. Лениным, съезду народов Востока, участником которого был автор, борьбе партии против националистических пережитков в сознании калмыцкой интеллигенции. Вместе со своим народом растет и Мудрешкин сын. Он любит свой народ, его творчество, его безграничные степи. Хороши в книге описания калмыцкой степи:

"Я вышел в степь. После долгого зимнего ненастья солнце грело с особенной, нежной лаской. Голубой купол неба широко раскинулся над степью, звонки и радостны были трели жаворонков. Кругом - зеленая, молодая травка и цветы, цветы...

стр. 103


--------------------------------------------------------------------------------

Как хороши первые степные цветы! Можно было подумать, что земля, как любящая мать, хочет утешить бедного чумазого калмычонка в его горькой доле и вместо игрушек рассыпала передо мной множество цветов. Я невольно почувствовал эту ласку; во мне проснулась сыновняя нежность: я лег на землю и распластал руки. Мне хотелось обнять всю степь. В этот миг я забыл все свои горести, забыл отцовские побои, голод - все забыл и чувствовал только, что я весь полон любви к этой милой, родной земле. Вдыхая пряный аромат степных трав, лежал, припав к земле, и казалось мне, что высокие стебли травы тихо шептали какие-то неведомые тайны. Я любовался, наблюдая, как сквозь свежую прозрачную зелень краснели и желтели лепестки тюльпанов и светло-голубые петушки ирисов смешивались с пунцовыми и золотистыми цветами. Я слушал, как вокруг разливалось мелодичное стрекотанье бесчисленных кузнечиков. Обвеянный лаской природы, я с легкой грустью переживал свои первые детские впечатления. А первыми детскими впечатлениями были - увы! - побои".

В этих лирических строках - и красота родной природы, и горькое раздумье над своей судьбой, и обида за долю своего народа, и устремление в будущее.

Конечно, не все страницы ярки и живописны. Есть в повествовании длинноты и даже повторения, есть страницы, где документальность мешает художественности, не всегда точен и выразителен язык. И все же главным остается ощущение значительности жизненного материала, положенного в основу, ощущение любви к своему народу, правдивости и во многих частях художественно яркого воспроизведения жизни. Документальность и автобиографичность - вот отличительные признаки повестей, рассмотренных нами. По форме своей это рассказы бывалых людей, рассказы очевидцев, переживших и перечувствовавших события, оказавшие влияние не только на их личную жизнь, но и на жизнь их народов. Прелесть этих рассказов - в их задушевности, в непосредственности впечатлений. И все же это пока лишь первая ступень развития национальной прозы. Чем выше культура народа, чем шире круг наблюдений писателя, тем больше масштабность его произведений. Постепенно место автобиографической повести занимает роман. И хотя документальность и автобиографичность сохраняются в нем, они уже не играют той ведущей роли, которая им принадлежала в повестях.

2

Перерастание автобиографической повести в роман особенно наглядно прослеживается на творческой истории романа "На утренней заре" одного из зачинателей бурятской советской художественной литературы Хоца Намсараева. Этот первый в бурятской литературе роман родился из повести "Цыремпил", опубликованной на родном языке в 1935 году. В то время бурятская литература не имела своей прозы, если не считать цикла сатирических рассказов самого же Намсараева под названием "Так было". Создавая свои рассказы, писатель целиком опирался на фольклор. Сатирическая струя была очень сильна в устном народном бурятском творчестве.

Для формы рассказов специфичны острота ситуации и гиперболизация одной черты характера. Экспозиция - сжатая, чаще всего она представлена одной или несколькими фразами; стремительное, без отступлений развитие событий вплоть до кульминации и затем краткое заключение, в котором подчеркивается основная черта персонажа: жадность или жестокость шамана или богача, блудливость ламы, ловкость и смелость бедняка. Внешний портрет почти отсутствует, так же мало внимания уделяется и психологической характеристике действующих лиц.

стр. 104


--------------------------------------------------------------------------------

Рассказы сборника "Так было" воспроизводят не только сюжеты, но и приемы народного творчества. Язык их богат эпитетами, сравнениями, поговорками, пословицами. Бедняки, как правило, жизнерадостные, сметливые, умные люди. Богачи, ламы, шаманы - жадные, глупые, жестокие и невежественные. Автор всегда на стороне бедняков.

На первых порах традиционная обличительная форма, заимствованная из фольклора, еще не стесняла писателя. Новые художественные задачи, продиктованные жизнью, -задачи изображения нового мира и нового советского человека - обусловили поиски и новых форм. Все чаще и чаще Намсараев обращается теперь к опыту зрелых литератур, особенно к опыту русской литературы. Он стремится к созданию широких картин народной жизни, к изображению человеческих характеров во всей их эмоциональной и интеллектуальной глубине. На место короткого рассказа приходит повесть, а затем роман. Если первые две повести - "Однажды ночью" и "Луч победы" - еще в значительной степени скованы фольклорными традициями, то уже в "Золотой стреле" видна попытка пойти дальше: здесь уже ясно заметен психологический рисунок. Писатель не только изображает события, но в какой-то степени и проникает в душевный мир героев.

В то время, когда создавалась повесть "Цыремпил", бурятская литература, как мы говорили, еще не имела своей прозы. Власть фольклорных традиций сказалась и на "ней. Монументального художественного произведения, которое задумал писатель и которого требовала жизнь, еще не получилось.

По мере того как созревала и наливалась соками живой жизни бурятская литература, мужал творчески и Хоца Намсараев, крепло его мастерство. Он неоднократно возвращается к своей повести, углубляет характеры, расширяет социально-бытовой фон, обогащает язык.

Так постепенно повесть переросла в роман. В нем мы уже находим глубоки и правдивые психологические характеристики современников писателя. В новом варианте - это уже широкая картина жизни и быта бурятского народа накануне Октябрьской революции. Хоца Намсараев изобразил типичный путь человека из народной среды, поднятого к творчеству новой жизнью. В романе показаны исторические корни дружбы русского и бурятского народов, руководящая роль Коммунистической партии в борьбе народа за свою свободу. При помощи русских рабочих герой романа Цыремпил Сыдуев становится на путь активной и сознательной политической борьбы с самодержавием.

Образ бедняка Цыремпила Сыдуева, ставшего коммунистом, борцом за народные интересы, за советскую власть, - большая удача писателя. Биография Цыремпила неотделима от биографии его народа, осознавшего необходимость переустройства жизни под влиянием революционных преобразований в России.

Хоца Намсараев, выходец из народных низов, сам прошедший тяжелую жизненную школу, похожую на ту, которую проходит герой романа Сыдуев, хорошо знает быт и нравы своего народа. В его романе есть выразительные страницы, воспроизводящие жизнь дореволюционной Бурятии. Освобождаясь от плена фольклорных канонов, писатель вовсе не отказывается от плодотворных традиций народного творчества. Используя приемы сатиры и юмора, свойственные народному творчеству, он с их помощью разоблачает богачей Бадму и Гуревича, зайсана Бато и заседателя Дондока, улусного голову Эрдынея и лам. Сталкивая их друг с другом, Намсараев выявляет их существо, обличает жадность, алчность, хитрость и ханжество. Он

стр. 105


--------------------------------------------------------------------------------

щедро использует пословицы и поговорки своего народа. Они сверкают, как жемчужины, и наполняют роман свежестью, усиливают его национальный колорит.

Народность романа не мнимая, не показная, рассчитанная на внешнюю занимательность, на привлечение читателя дешевыми "экзотическими" эффектами. Это подлинная народность, составляющая душу настоящей национальной литературы. Она - в жизнеутверждающем пафосе романа и в правдивости национальных характеров, в описаниях быта и природы, в языке. Все это вместе взятое и придает национальное своеобразие роману, наполняет его идейной и художественной силой. В нем гармонически сосуществуют народные традиции и опыт зрелых литератур. Так художник вносит свой ценный вклад в многонациональную литературу, а его произведение знаменует новый этап в развитии родной литературы.

Творческая история романа Хоца Намсараева "На утренней заре" - не исключение. Это история типическая. Во многом аналогичным путем овладевают эпической! формой якутский писатель Николай Мординов, коми писатель Василий Юхнин, удмуртский писатель Михаил Петров и другие писатели народов Российской Федерации, чьи литературы возникли после революционных преобразований.

В романе Николая Мординова "Весенняя пора" (1951) отображена судьба поколения якутов, на долю которых выпало счастье встретить зарю новой жизни и в жестокой борьбе защищать мир от многочисленных врагов.

Широта охвата якутской действительности в дореволюционную эпоху, в годы" гражданской войны и новой экономической политики, многообразие типов, мастерство описания якутского быта, нравов и северной природы делают этот роман заметным явлением якутской литературы.

Писатель красочно изобразил жизненный уклад своего народа. Он хорошо знает природу Якутии и сумел нарисовать картины, дающие читателю зримое представление о ее своеобразии.

Николай Мординов не идеализирует народное творчество. Он берет из него действительно самое лучшее, самое светлое и отбрасывает все устаревшее, что выражает не разум народа, а его предрассудок. Он не засоряет свое произведение архаизмам" и непонятными, отжившими мифологическими образами, которые неспособны передать новое содержание, а умело использует мотивы народного творчества, ясные и точные слова, наполненные большим смыслом. Все это дает ему возможность ярче выявить характеры героев.

Удались писателю характеры положительных героев - бедняков Афанаса Матвеева, Дмитрия Эрдэлира, Егора Ляглярина, бабушки Дарьи. Выразительны и образы богачей - Сыгаева, Веселова, Егорова, лавочницы Пелагеи Сыгаевой и сына богача Луки Губастого. Особенно колоритен скупой восьмидесятилетний старик Боллорутта, тиранящий не только батраков, но и свою безропотную молодую жену Майыс. Глава "Бесы", в которой о нем рассказывается, - одна из лучших в романе.

Следует, однако, сказать, что прошлая жизнь якутов изображена ярче, чем" революционные события в Якутске. Вот один из примеров невыразительного, почти протокольного описания: "В улусе образовалась первая партийная ячейка. В партию вступили председатели ближайших ревкомов Семен Трынкин и Матвей Мончуков. Стал коммунистом и вечный горемыка, в прошлом охотник, а ныне школьный сторож Егор Себялиров. Он целиком отдался партийной работе. Он делал доклады призывая трудящихся к свету, к новой жизни, проводил беседы".

Встречается и другая крайность, когда автор без необходимости употребляет

стр. 106


--------------------------------------------------------------------------------

цветистые эпитеты и метафоры, стремясь придать некоторым предложениям кажущуюся красивость и тем лишает их обаяния естественности.

Роман коми писателя Василия Юхнина "Алая лента" повествует о росте революционного самосознания народа коми в пору первой мировой войны и накануне революции 1917 года. Персонажи книги даются на фоне быта, нравов и социальных конфликтов крестьян-охотников, которым помимо охоты приходится также заниматься заготовкой леса, работать на отхожих промыслах на Урале. Страдающий под тройным гнетом народ коми встречает сочувствие и помощь со стороны прогрессивно настроенной русской интеллигенции и трудящихся.

В романе воссоздается картина жизни обитателей одного села. Купец коми Василий Спиридонович Сирвойтов-Бишкун, его сын Владимир, купец татарин Гафар Макарович Бикмедов борются между собой из-за барышей, за рынок сбыта своих товаров, за охотников, которые им нужны, как добытчики пушнины, но они единодушны в борьбе с теми ,кто не желает быть у них в кабале. Писатель воспроизвел в своем романе все хитрые приемы, которыми пользуются местные торгаши, чтобы закабалить трудящихся.

Мир тружеников - это коми охотник Степан Ошлапов, его сыновья Илья и Михаил, невеста Ильи Вера, бедняки Лаврень и Софрон.

Русский учитель Николай Степанов, моряк Мирон Хуторков, ссыльный врач Вано Мосашвили, большевики Филипп и Марина поднимают бедняков на борьбу с угнетателями. Вначале охотники и лесорубы предъявляют капиталистам экономические требования, постепенно конфликт обостряется, пока, наконец, не перерастает в открытую политическую борьбу. И хотя Василий Юхнин не показал революционных событий, но приближение нарастающей бури остро ощущается в романе. Мы видим, как формируется, закаляется и зреет характер будущего революционера из среды коми народа. Главный герой романа Илья смел, добр и великодушен. Постепенно рядовой коми охотник, перешагнув ряд трудных рубежей в жизни, избавляется от старых представлений и предрассудков, становится вожаком более отсталых односельчан. Его порой детская наивность - не от слабости, а от большого душевного благородства. Алая лента, связавшая его навек в сильном, большом чувстве с Верой, - символ труда и борьбы за лучшее будущее народа коми, обездоленного и угнетаемого собственными богатеями и царскими чиновниками.

Роман не свободен от недостатков. Он композиционно рыхл, непомерно растянут. Решающие для развития действия сцены чередуются с второстепенными, необязательными. Значительное, важное иногда тонет в малом, расплывается. Так, например, излишне подробны описания взаимоотношений Ильи и Михаила, особенно попытки Михаила соперничать с братом из-за Веры. Автор неправомерно много места уделил деталям, характеризующим жизнь кулацкого лагеря. Ряд сцен, повторяя или варьируя одна другую, мало что прибавляют к уже сложившимся характеристикам и, по существу, статичны, ведут к многословности и перегрузке романа. Сцены охоты, описания повадок собак и диких животных, превосходные сами по себе, кажутся несвязанными с основным текстом, звучат как вставные новеллы, мало оправданные всем строем романа.

Недостатки эти, конечно, существенны, но они неизбежны у авторов, впервые обратившихся к эпической форме. И тем не менее эти произведения дают основание для разговора прежде всего о достижениях, а не о недостатках. Так, примечательно, что в романе "Алая лента" характеры даются не "в готовом виде", а в развитии и в

стр. 107


--------------------------------------------------------------------------------

типичных обстоятельствах. У каждого из персонажей романа свой путь. Илья вначале батрачит; он ходит на охоту и сдает пушнину коми купцу Бишкуну, потом он изображается как охотник и здесь сталкивается с рабочими, которые приобщают его к борьбе и помогают найти ему свое место. Попав на заготовку леса, он уже выступает как вожак своей артели. Другой путь к правде у Веры. Эту впечатлительную девушку с чутким сердцем глубоко трогают картины народных страданий. В конце концов она превращается в активную помощницу тех, кто борется с неправдой. Примеры эти можно было бы продолжить.

Эволюционируют и характеры отрицательных персонажей. Эта психологическая "динамичность" - несомненное достоинство романа.

3

У каждого из названных произведений есть свои неповторимые национальные особенности, проявляющиеся в языке и характерах, но есть и много однородного, есть некоторые общие эстетические принципы, лежащие в их основе и позволяющие считать эти произведения частью единой советской многонациональной литературы. Обрисовка человеческих судеб и характеров в переломный момент истории - вот то самое главное, что сближает эпические произведения разных народов. Путь к возрождению народов открывает Великая Октябрьская социалистическая революция. Под влиянием революционных событий неузнаваемо изменяется окружающий мир, происходит подлинный расцвет отдельной человеческой личности и народа в целом.

Сходная судьба народов и народностей Российской Федерации в прошлом и пробуждение национального самосознания после социалистической революции, участие многих из них в борьбе за советскую власть - все это не могло не получить отражения в произведениях, повествующих о судьбах народных.

Авторы автобиографических повестей эвен Николай Тарабукин, удэгеец Джанси Кимонко, тувинец Салчак Тока и калмык Амур-Санан, просто и задушевно рассказывая о себе, вместе с тем живописуют и жизнь своих народов, потому что их жизнь неотделима от народной судьбы, а социальные отношения и способ хозяйственной деятельности не особенно сложны: они занимаются одним и тем же делом, главным образом охотой и животноводством, живут в юртах, чумах или ярангах, мир их представлений не выходит за пределы тайги, степей или тундры. Жизнь отдельного человека в своих главных чертах похожа на жизнь другого. Вместе с народом каждый из них проходит путь тяжелых лишений и невзгод и вместе с ним выбирается на широкую дорогу свободной и радостной жизни после освобождения от национального и социального гнета.

Это нашло свое отражение не только в содержании, но и в форме произведений. Мы уже говорили, что, как правило, их произведения - автобиографические и документальные повести.

Романы Хоца Намсараева, Николая Мординова, Василия Юхнина дают более сложную картину социальных отношений и борьбы своих народов, в них больше типов, но и здесь автобиографический элемент все еще играет немаловажную роль, что не позволяет отделять эти повести и романы друг от друга китайской стеной.

Чаще всего в романах в роли главных героев выступают молодые люди - юноши и девушки. Основным конфликтом, двигающим действие, является классовая

стр. 108


--------------------------------------------------------------------------------

борьба. Иногда социальная борьба осложняется борьбой личной (например, в романе "Алая лента" - соперничество между братьями Ильей и Михаилом). Но в центре романа - жизнь и борьба представителей антагонистических классов.

Батрак Цыремпил и его невеста Должид из романа "На утренней заре", Никита Ляглярин из "Весенней поры", Илья и Вера из "Алой;; ленты", а также лирические герои повестей "Там, где бежит Сукпай", "Мудрешкин сын", "Слово арата" и "Мое детство" изображены на широком социальном фоне, рост их политического сознания происходит в условиях острой классовой борьбы, которая их воспитывает и закаляет, сводит с русскими революционерами, помогающими формированию их взглядов. Как правило, это люди труда, поднявшиеся из гущи народной, становящиеся творцами новой жизни, активными борцами против сил старого мира. Их биография тесно переплетается с биографией народа, выступающего как главная сила и творец истории. Их судьба изображается на фоне больших событий, происходивших в России и влиявших на жизнь окраин, их рост неотделим от революционного движения народа, верными сыновьями и дочерьми которого они являются.

Различны быт и уклад, географическая и социальная среда, в которой живут и борются молодые люди, своеобразны характеры, различны обстоятельства их жизни, но их жизненные судьбы и пути из мрака бесправия и гнета, где бесплодно расходовались здоровые творческие силы бедняков, до партии, открывающей возможности для приложения этих сил, едины, хотя идут они по этим путям каждый по-своему.

Не случайно почти во всех названных произведениях национальной литературы выступают образы русских революционеров - верных друзей и советчиков обездоленных в прошлом народов. Так было и в самой жизни.

Стихийный протест бурята Цыремпила, якута Никиты Ляглярина, коми Ильи, тувинцев из повестей Салчак Тока перерастает в протест сознательный не сам по себе, его рост ускоряют опытные революционеры, представители партии рабочего класса. Другом и советчиком у Цыремпила являются Василий Иванович Матвеев и его племянник Григорий Николаевич, у Никиты Ляглярина - политический ссыльный фельдшер Бобров и учитель Кириллов, у Ильи - учитель Николай Степанов, у тувинцев - Николай, у удэгейцев - Александр Петрович Соловьев.

Идея интернациональной солидарности, заложенная в этих произведениях, является для них органической, и она гармонично сочетается с идеей советского патриотизма. Например, судьба Цыремпила - это не только его личная судьба, это, как мы уже видели, судьба и его народа, в то же время это и судьба многих народов и народностей Севера, Сибири и Дальнего Востока, центральных областей России и Кавказа, пробудившихся к активной политической и общественной жизни, к избавлению от социального зла.

Вот почему произведения этого типа пользуются широкой известностью у многих народов. Почти все они переведены на языки народов Советского Союза, многие из них - и на языки зарубежные.

Национальный характер определяется и формируется конкретно-историческими особенностями жизни народа, его бытом, обычаями, психическим складом. Характер как бы вбирает в себя эти качества. Однако национальный характер не есть нечто неизменное, он изменяется под воздействием новых обстоятельств жизни.

И чем талантливее писатель, чем он идейно более зрел, чем ближе он к жизни своего народа, тем полнее и глубже он покажет в своих произведениях национальный характер и все те обстоятельства, которые его формируют. Познать глубину

стр. 109


--------------------------------------------------------------------------------

жизни и правдиво изобразить ее дает возможность метод социалистического реализма - основной метод нашей литературы. Нетрудно заметить, что наиболее идейно сильные и художественно зрелые произведения, написанные писателями народов, не имевших прежде письменности, идут в русле этого метода.

Писатели национальных республик и автономных областей чаще всего и охотнее всего обращаются к творческому опыту М. Горького - основоположника литературы социалистического реализма. Метод Горького, нашедший практическое отражение в его произведениях, позволил ему правдиво и целеустремленно изображать жизнь с точки зрения класса, призванного историей к строительству новой жизни. Именно на страницах горьковских произведений впервые народ выступил не как страдающая и пассивная масса, а как сила действенная, созидающая, как главная сила истории, появился человек труда и борьбы, жаждущий счастья не только для одного себя, а для всех трудящихся.

В произведениях Горького реализм и революционная романтика слились воедино, образовав чудесный сплав, сцементированный идеей борьбы за новый мир и нового человека. Писатель находил зерна будущего в современной ему действительности. Будущее являлось в его произведениях как закономерное следствие настоящего.

Вот почему творческие традиции Горького дороги и близки советским писателям.

Эти традиции нашли свое преломление, в частности, и в автобиографической трилогии - "Повесть о детстве", "Вольница" и "Лихая година" Федора Гладкова, в романах "Открытие мира" Василия Смирнова и "Заре навстречу" Вадима Кожевникова, в повести "Березовый сок" Степана Щипачева и в других повествованиях, сходных по творческому замыслу и характеру с автобиографической трилогией М. Горького "Детство", "В людях", "Мои университеты".

Под могучим влиянием этой трилогии написаны и многие Произведения писателей, представляющих в нашей литературе нации и народности, не имевшие письменности.

Форма автобиографической повести или романа не есть случайное явление в советской художественной литературе, она вызвана потребностями жизни: явившись в мир, новый хозяин земли - рабочий класс, должен был рассказать о своей жизни и своей судьбе, о том, как он добился победы. Но точно такая же потребность появилась и у пробудившихся народов, национальное самосознание которых формировалось в ходе классовой борьбы и революции.

Как и у Горького в его трилогии, личная судьба героев, их духовный рост, их взгляды и чувства складываются под определяющим влиянием общественного бытия начала нашего века, под могучим воздействием революционных событий, вовлекающих все нации и народности в свой неудержимый поток.

Так усваивая лучшие традиции народного творчества и традиции русской классической и советской литературы, писатели "запоздалых" наций и народностей успешно и в короткие сроки создают и развивают свою национальную литературу. Восприятие традиций идет главным образом по линии идейной, по линии партийности народности, по линии органической и кровной связи литературы со своим народом, его борьбой и передовыми устремлениями.

Все это вместе взятое и дало возможность писателям ранее бесписьменных народов создать не только свою литературу, но и произведения большой и сложной эпической формы о народных судьбах.

стр. 110