Любое государство мира имеет свою символику. Символ - это первое, что узнают дети, изучающие историю страны. Это не случайно. Язык символов понятен всем, от крестьянина до профессора. Можно сказать, что символика является как бы видимой частью существующей в государстве идеологии, культурных и исторических традиций. Поэтому, естественно, что с изменением ценностных ориентиров общества в России в начале 90-х годов были введены новый герб и флаг. Претерпела изменения и военная символика.

27 января 1997 г. Президентом Российской Федерации был подписан Указ "О военном геральдическом знаке - эмблеме Вооруженных Сил Российской Федерации". Эта эмблема представляет собой двуглавого орла с распростертыми крыльями, держащего в правой лапе меч, а в левой - лавровый венок. На груди орла - щит, увенчанный короной. В поле щита - изображение всадника, поражающего копьем дракона. Эта эмблема стала основой военно- геральдической системы современной Российской армии. Она в том или ином виде присутствует практически на всех знаках по принадлежности к конкретным воинским формированиям: нарукавных шевронах, нагрудных знаках, штандартах и т.д. Сейчас эта эмблема стала привычной.

Почему именно ее избрали в качестве символа Российской армии? Прежде всего потому, что она является традиционной для русской армии и максимально приближена к российскому воинскому гербу, появившемуся на знаменах русских полков еще в 1800 году. Изображение орла в то время было выполнено в характерной прусской манере, тем не менее, именно под такими знаменами русские солдаты и офицеры провели все военные кампании против наполеоновской Франции, сражались в Отечественной войне 1812 года и последующих заграничных походах. Под этими знаменами русские солдаты и офицеры проявляли чудеса героизма в битвах при Аустерлице и Фридланде, в сражениях при Бородино и Лейпциге. Примечательно, что изображение орла на государственном гербе России менялось каждый раз с приходом к власти очередного августейшего монарха. После воцарения в 1826 году на российском престоле Николая I орел на государственном гербе приобрел тот же вид, что и на воинском.

А вот откуда взялось на этом знаке изображение всадника - Георгия Победоносца, поражающего копьем дракона, символизирующего борьбу добра со злом? Дело в том, что рыцарь, поражающий дракона, - один из древнейших геральдических символов Московского государства. Его изображение можно встретить еще на печати великого московского князя Ивана III, оттиск которой явственно различим на сохранившейся жалованной грамоте 1497 года. Однако там изображение рыцаря на коне сильно отличалось от современного. Во времена Ивана III и позднее отсутствовали четкие каноны в изображении символов, так как в древней Московии не существовало стройной геральдической системы. Более того изображение всадника на коне не сразу стало ассоциироваться со Святым Георгием Победоносцем.

Только в конце XVII - начале XVIII вв., когда в Россию из Западной Европы пришла геральдика как наука, в светской эмблематике появились святые под собственными именами: Георгий Победоносец, Апостол Павел, Архангел Михаил. Святой Георгий, как известно из преданий, был воином, поэтому не случайно, что высшей военной наградой России стал Орден Святого Великомученика и Победоносца

стр. 70

Георгия. Он был учрежден 26 ноября 1769 года в эпоху царствования Екатерины II.

Она же 20 декабря 1781 года утвердила первый официальный герб Москвы, за основу которого было взято древнейшее изображение всадника, поражающего копьем дракона, - Святого Георгия. В полном собрании законов Российской империи содержится следующее описание московского герба: "Святой Георгий на коне против того ж, как в средине государственного герба, на красном поле, поражающий копием черного змия". Здесь же содержится примечание, что "Москва имеет и старый герб". Это означает, что данная эмблема существовала и до ее "Высочайшего" официального утверждения.

С признанием в России геральдики как науки была учреждена специальная должность государственного герольдмейстера, в обязанности которого входили разработка и представление проектов новых гербов на подпись императору. Ему же было поручено "привести в надлежащий вид гербы старых дворянских родов". Лишь "Высочайше одобренные" гербы вносились в специальный каталог.

Многим российским дворянским фамилиям пришлось модифицировать свои гербы в соответствии с правилами западной геральдики. Так, например, герб древнейшего русского рода Татищевых, потомков Владимира Мономаха представлял собой изображение "белого знамени с золотым древком и черной пушкой на золотом лафете с сидящей на ней райской птицей". После "доработки" он стал выглядеть следующим образом: "В щите, имеющем посередине красное, а внизу серебряное поля, находится прежний герб рода дворян Татищевых. К сему щиту, по случаю возведения сего рода в графское достоинство, прибавлена вершина в коей изображен вылетающий до половины двуглавый черный орел, коронованный. Наверху щита наложена графская корона. Весь щит покрыт мантией и шапкой, принадлежащими к княжескому достоинству, которые издревле гербу рода Татищевых присвоены, потому что оный происходит от князей Смоленских".

Специалистов по геральдике в России в то время не было. Занявший должность первого герольдмейстера Волков не обладал достаточным объемом знаний и совершил много ошибок, которые впоследствии пришлось исправлять сменившему его на этом посту новому российскому герольдмейстеру барону Борису Васильевичу Кене. По происхождению он был австрийцем и работал по приглашению Российской академии наук в Эрмитаже. Борис Кене и привел российскую геральдику в соответствие со сложившимися европейскими канонами. Именно благодаря барону российские гербы XIX века приняли западный облик.

Для начала Б. В. Кене занялся гербом Москвы. Несмотря на то, что герб был утвержден "Высочайшим Императорским Указом", руководитель государственной герольдмейстерской конторы почти через сто лет, в 1883 году, решился внести в него изменения. В частности, Кене развернул изображение всадника в другую сторону. Почему? Это очень важный нюанс. Дело в том, что одно из правил классической геральдики гласит, что изображения любых существ должны быть направлены в левую сторону от зрителя, когда тот смотрит на геральдический щит. То есть в так называемую правую геральдическую сторону.

С чем это связано? Представьте: если раньше рыцарь или воин держали щит в левой руке, а изображения на нем направлены к правой руке, в которой воин держит меч, то последние, считалось, вместе с самим рыцарем символически борются с врагами. Если же этот элемент разворачивался в обратную сторону, он символизировал, не скажем, что трусость, но, по крайней мере, менее воинственный настрой. Герб же Москвы не соответствовал этому правилу классической геральдики. Поэтому барон Кене и развернул его в другую, "правильную геральдическую" сторону. Правда, нынешний герб, который был вновь утвержден в 1993 году, опять развернут так, как в 1781 году. Но, во- первых, и в геральдике бывают исключения, а во-вторых, он ведь нам и дорог именно как исторический символ. Был, кстати, у Москвы и еще один герб, утвержденный в 1924 году. Но его просто трудно назвать гербом, он изобиловал шестеренками, электромоторами, колосьями - сугубо советской промышленной символикой.