Вопросы: Что, Как и Для кого производить не составляли бы проблемы, если бы ресурсы не были ограничены. Если бы можно было производить любой товар в неограниченных количествах или если бы человеческие потребности были полностью удовлетворены, то тогда не имел бы большого значения тот факт, что какой-либо один товар произведен в слишком больших количествах. Тогда не имело бы значения и нерациональное соединение труда и материалов. Поскольку каждый мог бы иметь все блага в нужном количестве, не играло бы роли и то, как распределяются товары и доходы между различными индивидуумами и семьями.

Тогда не было бы экономических благ, то есть товаров, обладающих относительной редкостью, и тогда вряд ли была бы какая-либо нужда в изучении экономической теории или в том, чтобы «экономить». Все товары были бы бесплатными, как воздух.

В мире, каков он есть, даже маленькие дети, подрастая, узнают, что на вопрос «какой из двух» нельзя отвечать «оба». По сравнению с отсталыми нациями или с предыдущими столетиями современные индустриальные общества действительно кажутся очень богатыми. Но высокий уровень производства, по всей вероятности, всегда влечет за собой высокий уровень потребления. Люди не только желают пользоваться, но и испытывают «необходимость» в паровом отоплении, ваннах и туалетах, холодильниках, в образовании, кинофильмах, радиоприемниках и телевизорах, книгах, автомобилях, путешествиях, музыке, модной одежде и т. д. Ученый-биолог скажет им, что они могут неплохо прокормить себя жидкой овсяной кашей за несколько центов в день, но такая перспектива вызовет у них так же мало энтузиазма, как и сведения о том, что химические вещества, содержащиеся в их теле, стоят всего лишь пару долларов. Каждый, кто вел семейный бюджет, знает, что предметы, абсолютно необходимые в жизни, не имеют ничего общего с минимальной физиологической потребностью в пище, одежде и жилье, связанной лишь с поддержанием жизни.

Дж. Голбрэйс из Гарвардского университета в работе «Общество изобилия»3 убедительно показал, что в настоящее время большинство американцев поднялось выше уровня простых физиологических потребностей, что под влиянием моды и рекламы потребитель часто изменяет набор покупаемых товаров. Не оспаривая тезиса Голбрэйса, что настало время тратить больше на общественные потребности и меньше на частные, стоит все же указать, что наш валовой продукт должен был бы быть гораздо больше, для того чтобы каждый имел возможность прожить свою жизнь так, как средний по зажиточности врач, юрист, профессор или работник рекламы, не говоря уже об уровне жизни действительно богатых людей.

Независимо от того, верно или неверно предположение, что люди были бы более счастливы, имей они возможность расходовать вдвое больше, чем сейчас, наблюдения показывают, что жители окраин ведут себя так, как если бы они хотели иметь большую сумму доходов, для того чтобы их тратить: они берут сверхурочную работу; они сопротивляются увеличению налогов; сбережения составляют ту же долю в их доходах, что и в 1900 г.; а в семьях среднего класса матери трудятся, по-видимому, больше, чем работали их матери. Даже если национальный доход был бы поровну поделен между всеми мужчинами, женщинами и детьми, чего, конечно, в действительности не может быть, то каждому досталось бы лишь примерно по 45 долл. в неделю. Поэтому, хотя в утверждении, что Америка превратилась в общество изобилия, экономическая теория и признает важное зерно истины, тем не менее она должна исходить из редкости как одного из основополагающих условий.

Б. Технологический выбор в любом обществе